Восходящий Империум

Выдержки из Тома: «Астропатические хоры и овладение человечеством инштайн-релятивизмом» Создание имперской астропатической сети стало одной из важнейших и масштабнейших задач раннего Империума. Потребовались сотни тысяч псайкеров, прошедших ритуалы связывания душ в грандиозных церемониях в Городе Зрения. Этот акт породил систему телепатической связи, способную надежно соединять далёкие миры Империума, обеспечивая эффективную сверхсветовую коммуникацию между звёздами. Однако развитие этой сети хоров и ретрансляторов служило не только для передачи сообщений. Оно позволило достичь беспрецедентного уровня релятивистской синхронизации, невиданного даже в эпоху Кремниевых технологий. Сверхсветовая связь была возможна благодаря множеству методов — от освящённых до еретических. Империум использовал самые разные технологии на своих просторах: квантово-запутанные ядра данных, ноосферные связи, гравидар и, конечно же, астропатическую систему. Несмотря на все доступные варианты, Империум в основном полагался на ресурсоёмкую систему астропатов, требовавшую постоянных поставок псайкеров на Терру для душевного слияния и обучения. Причина, по которой Империум использовал эту дорогостоящую систему, заключалась в её способности влиять на инштайн-релятивизм. Инштайн-релятивизм — древний терранский астрофизический термин, описывающий влияние гравитации и энергии/материи на время. Чем ближе объект приближается к скорости света, тем медленнее для него течёт время, и это связано с гравитацией и пространством-временем. Это означает, что время в разных уголках галактики течёт по-разному. Один терранский год в системе Сол может оказаться минутами или десятилетиями в других звёздных системах. Даже на пике эпохи Кремниевых технологий проблемы, связанные с этим феноменом, так и не были полностью решены. Целые сектора и человеческие цивилизации существовали в радикально разных потоках времени, что лишь усиливало раздробленность человечества в галактике. Федерация Человечества эпохи Кремния так и не смогла добиться полной синхронизации восприятия времени. Она полагалась на проклятые Искусственные Интеллекты, способные мыслить и вычислять с такой скоростью, что временные различия сводились к минимуму. Однако когда началась Эпоха Раздора, ознаменовавшая агонию Федерации, все достижения в области унификации «человеческого времени» были уничтожены. А массовое применение хроно- и датаворных оружий в Железной Войне лишь усугубило проблему. Это поставило Императора Человечества (Август Император, да будет благословён Свет Его) перед уникальной проблемой. Ему было необходимо объединить человечество под своей эгидой и создать Империум Человека. Однако такое централизованное и монолитное образование не могло существовать с разными системами отсчёта времени на своих просторах. Империя, расколотая подобным образом, оставалась уязвима для бесчисленных угроз. Империум должен был функционировать в едином временном масштабе или хотя бы максимально приближенном к нему. И здесь вступает в действие система астропатии. Астропаты осуществляют сверхсветовую связь не за счёт использования фундаментальных аспектов реальности, а полностью обходя их. Они используют невозможность Варпа для передачи информации на огромные расстояния. Эта телепатия дальнего действия оказывает любопытное влияние на пространство-время: когда связь устанавливается между одним астропатом и другим, течение времени между ними синхронизируется. Это позволяет астропатам принудительно согласовывать ход времени между целыми звёздными системами, разделёнными тысячами световых лет. Именно это свойство делает астропатическую систему столь невероятно важной. Цепочка астропатов, начинающаяся на Терре и заканчивающаяся в дальних уголках галактики, будет воспринимать время практически одинаково. Единственные задержки вызваны варп-аномалиями и временем, необходимым для передачи сообщения от одного астропата другому, что позволяет Империуму вести отсчёт на основе Терранского стандарта, учитывая незначительные отклонения в астропатических соединениях. Когда Империум присоединяет новую систему, она включается в хронологическую синхронизацию с остальными. Во время Великого Крестового похода могучие флоты Примархов оставляли за собой цепочки систем с исправленным временем, навязывая галактике имперский закон и единую реальность. Системы, которые отставали или опережали имперское стандартное время на века, а то и тысячелетия, вновь объединялись с человечеством через общий ход времени. Империум Человека — величайшее достижение нашего вида. Это лишь один пример гения Императора (Август Император, да будет благословён Свет Его), неисчерпаемых ресурсов галактики и тяжкого труда миллиардов людей среди звёзд, объединившихся, чтобы подчинить даже время коллективной воле человечества.

***

Отрывок из: «Хомо сапиенс ротундус: Имперский справочник о народах миров ядра» Во времена Эпохи Экспансии, когда человечество расселилось по всей галактике, народы, освоившие богатые минералами миры Галактического Ядра, прославились своей выносливостью и невероятным упорством. Они выживали в суровых условиях планет ядра, несмотря на все природные и неестественные опасности. Они вырубали огромные подземные крепости в высокогравитационных породах своих новых миров, сталкиваясь с колоссальными рисками — нестабильностью горных массивов, чудовищным давлением недр. Они добывали несметные минеральные богатства, которые помогли построить древние галактические цивилизации человечества. Миры ядра были невероятно опасны: даже самые простые горные работы могли унести жизни более половины рабочих. И это без учёта постоянных набегов орочих орд или близости Мальстрима. Чтобы поддерживать численность населения, в крепостях массово использовали клонирование и ускоренное выращивание потомства, отбирая для новых поколений геномы самых успешных и умелых жителей ядра. Генетические модификации, хоть и не приветствовались, всё же применялись. Благодаря этому коренные жители ядра развили более плотные кости и мощные мышцы, помогавшие им выживать в условиях высокой гравитации. Кроме того, сложные системы шахт и пещер требовали исключительной памяти и пространственного мышления: лишь способность точно определять направление в часто разрушенных туннелях спасала их от ужасной гибели. Эти факторы создали огромное эволюционное и культурное давление, сформировав выносливых, трудолюбивых, методичных и почти одержимых людей невысокого роста. В сочетании с крайне замедленным временем вблизи Галактического Ядра это привело к появлению аборигенной подрасы человечества — жителей ядра. Тяжёлые миры ядра переживали время гораздо быстрее, чем остальная галактика: в их крепостях могли пройти десятилетия или даже века, пока за её пределами проходил один земной год. Несмотря на хроно-искажения, планеты ядра поддерживали связь с остальным человечеством. Через них постоянно проходили потоки новых переселенцев, технологий и культурных влияний. Однако разница во времени всё же оказывала серьёзное влияние: каждый новый торговый корабль мог застать уже новое поколение, а то и целую эпоху в истории крепости. Это создавало проблемы: например, земной корабль мог прибыть спустя несколько лет после заключения контракта на добычу — и обнаружить, что крепость погрузилась в гражданскую войну, длящуюся десятилетиями, а компания, с которой был подписан договор, уже давно уничтожена. Подобные случаи сформировали у жителей ядра культуру чести и общинности. За свой низкий рост (по сравнению с другими ветвями человечества) они получили прозвище «Скваты». Богатство и обязательства отдельных людей были неразрывно связаны с большими семьями — Кланами. Нестабильные корпорации, рабочие коммуны и добывающие колонии сменились монолитными Гильдиями, где клятвы, контракты и дела рассматривались как дело поколений, а не временных работников. Упрямая одержимость, выработанная у Скватов тяготами жизни на тяжёлых мирах, в сочетании с идеей ответственности перед потомками породила культуру невероятного трудолюбия. Целые роды посвящали себя одному проекту, делая всё возможное, чтобы обеспечить его качество, и готовя своих наследников продолжить дело. Эти факторы привели к тому, что галактика стала ценить промышленность миров ядра не меньше, если не больше, чем их минеральные богатства. Продукция, создаваемая кланами скватов за столетия, оказалась сравнима по качеству с творениями Изуверских Интеллектов. При этом в каждое изделие вкладывались душа и сердце его создателей — так, как не способна воспроизвести ни одна мыслящая машина. Благодаря генной инженерии и успехам кланов, сохранивших множество старых мастеров, продолжительность жизни скватов начала превышать человеческую: теперь они могли жить несколько столетий без омолаживающих процедур. Когда начались Железные Войны Ужасного Кремния и Падение эльдар, миры ядра, как и остальное человечество, погрузились в хаос. Бесчисленные крепости были потеряны из-за безумных машин и разрастания Мальстрима. Однако хронодилатация неожиданно смягчила последствия краха Изуверского Интеллекта. Скваты, всё более замкнутые и приверженные традициям, избежали влияния самых опасных Кремниевых Чудовищ, которые поработили остальное человечество. Они предпочли полагаться на (не)человеческую стойкость и дух, а не на ненадёжные машины. Психическое пробуждение человечества затронуло и скватов. Некоторые крепости близ Мальстрима пали под натиском Хаоса. Другие столкнулись с мутациями, и их жители были изгнаны. Эти братства изгнанников получили от своих кланов флоты добывающих кораблей и множество реликвий. Опасаясь распространения мутаций, они покинули миры ядра в поисках новых планет для жизни. В большинстве же крепостей скватов развитие пси-способностей пошло иным путём. Вместо хаотичного появления одарённых среди эмоционально неустойчивых личностей, псионические силы пробудились у старейших мастеров и клановых старейшин. Эти патриархи, самые волевые и умелые среди скватов, смогли овладеть своими способностями гораздо легче, чем обычные люди, хотя их силы в целом оказались слабее. С течением Эры Раздора таких старейшин становилось больше — несколько в год по всем крепостям. При этом уже обладающие силами патриархи перестали стареть, а их мощь постепенно росла. Хотя они по-прежнему могли погибнуть от ран или катастроф, их разум и навыки лишь оттачивались с годами. Культ Предков, ставший полуофициальной религией миров ядра, укрепился с появлением «Живых Предков», как их стали называть. Многие из них утверждали, что чувствуют силу и защиту поколений скватов, вложенную в всё, что построил их народ. Если для Солнечной системы Эра Раздора стала пятитысячелетним кошмаром, то для скватов она длилась двадцать или даже тридцать тысяч лет. Благодаря плотному скоплению звёзд в ядре и поколенческим кораблям крепости смогли поддерживать связь и помогать друг другу. Однако о том, что происходило за пределами их пространства, почти ничего не было известно. Доходили лишь слухи о бесконечных войнах и ужасах. Немногие вернувшиеся экспедиции рассказывали о мирах, охваченных безумием, о «Призраках Бурь» (скватское название хищников Варпа), терзающих целые системы, и о тысячах миниатюрных Мальстримов. Хуже того — активизировались ужасные ксеносы, особенно орочьи орды, заполонившие звёзды несметными полчищами. Миры эльдар исчезли, а контакт с ковчегами, с которыми скваты поддерживали связь, оборвался. На протяжении долгих тысячелетий Старой Ночи твердыни скватов выстояли. Они объединились в коалиции, именуемые Лигами. Отрезанные от Терры, с Солнцем, ставшим далёким мифом, скваты считали миры ядра своей родиной. Это была суровая область чёрных дыр, умирающих звёзд и несметных богатств, которую они намеревались удерживать вечно. Отрыв от остальной Галактики был настолько велик, что жители миров ядра стали называть себя Хазакун — термин из местных наречий, означающий «Глубинные Выжившие», — вместо привычного «люди». Поначалу Лиги Скватов переживали нечто вроде ренессанса. Новая технология заменяла утраченное в Железной Войне, новые твердыни основывались по всему пространству миров ядра, и каждая Лига превращалась в тесно сплочённое квазигосударство. Их связывали торговые и оборонительные договоры, но при этом они оставались крайне независимыми. Разумеется, этот век изоляции не был полностью мирным. Споры из-за прав на добычу ресурсов, вопросы чести и прочие разногласия порождали великие вендетты между Лигами. Крупные войны между Лигами так и не вспыхнули, если не считать нескольких мелких стычек. Поднять оружие на сородичей считалось у скватов тягчайшим преступлением перед Предками. Однако честь ставилась превыше всего, и между Лигами и фракциями копилась глубокая обида. Горечь этих обид отравляла сердца и умы скватов. Культурно и генетически народ твердынь был воспитан упрямым и прямолинейным. Неотомщённые обиды разъедали их сознание. Чтобы решить эту проблему, появилась культурная инновация — Хранители Обид. Бесчёстные и преступники становились живыми книгами горьких воспоминаний. Живые Предки могли переносить боль и стресс в Хранителей, которые превращались в воплощение ярости и скорби скватского народа. В каждой твердыне был хотя бы один Хранитель Обид, а в крупных их насчитывались тысячи. Все те, кто подвёл свой клан или твердыню, несли на себе грехи и страдания других в качестве искупления. Этот институт возник как нельзя вовремя. Вскоре твердыни и их более крупные, планетарные аналоги столкнулись с величайшей угрозой. Орочий варбосс необычайной жестокости и хитрости обратил свой взор на миры скватов. Грюнхаг Свежеватель, как он себя называл, следовал орочьей «философии» (если это слово вообще применимо к зелёнокожим) — Тота ВАААГХ! Хотя все орки живут только ради битвы и победы, понимание этих концепций варьируется среди их орд. Грунхаг считал, что истинная победа — это полное и ужасающее уничтожение врага. Настоящий садизм редко встречается среди орков, чьё происхождение как живого оружия искажает их восприятие реальности. Но Грюнхаг был исключением — подлинно жестоким и злобным существом, получавшим удовольствие от разрушения и мелкой мстительности. Благодаря своей беспощадности и необычной методичности в ведении войны, он собрал колоссальный ВАААГХ!. В отличие от своих сородичей с Улланора или Горро, Грунхаг не стремился строить бандитские империи. Вместо этого он повёл миллиарды орков в мигрирующую волну смерти, уничтожившую множество анклавов человечества и ксеносов. Захваченные миры опустошались до основания, оставляя после себя лишь пустынные пустоши, заселённые редкими орочьими грибовидными тварями, бродящими среди руин цивилизаций, вырезанных до последнего мужчины, женщины и ребёнка. Утомившись лёгкими победами над разрозненными культурами, Грюнхаг обратил свой звериный интеллект к мирам скватов. Их стойкая цивилизация в Галактическом ядре казалась ему достойным вызовом. С проклятым боевым кличем ВААААГХ!!! Грюнхаг собрал крупнейшее скопление орков со времён империй Боссов-Зверей. Его целью было расколоть алмазно-твёрдые миры скватов, чтобы захватить их технологии и минеральные богатства. Впрочем, это было второстепенной задачей по сравнению с главным — сразиться с печально известными своей стойкостью и мощью скватами. Раздавить «короткоруких карликов» под сокрушительными кулаками Горка и Морка. Когда орочьи боевые флоты впервые вошли в пространство родных миров Скватов, их встретили могучие корабли поколений Скватов, патрулирующие этот уголок галактики. Они потребовали объяснить присутствие орочьего флота и его намерения. Для нас сама идея переговоров с орками кажется абсурдной — ближайшим аналогом дипломатии у зеленокожих является лишь место в списке тех, кого они хотят сразить. Однако древние записи Эры Кремния указывают, что орки, возможно, не всегда были столь свирепы. Оставаясь воинственными и жестокими, они удивительно часто упоминаются в успешных торговых сделках. Особенно известны этим были Скваты. Ходят легенды, что во времена Эры Кремния орочьи ВАААГХ!!! и наёмные братства Скватов странным образом сотрудничали как солдаты удачи. Большинство орков считало осадную войну, необходимую для взятия твердынь Скватов, скучной, и те легко убеждали их не атаковать крепости, подкупая мелкими дарами и направляя к другим врагам. Однако причина, по которой орки сменили эту тактику на чисто агрессивное, почти звериное варварство, остаётся неизвестной. В типично орочей манере зеленокожие ответили оглушительным рёвом, проклятиями и угрозами. Корабли Скватов немедленно передали предупреждение по всем мирам ядра о надвигающемся вторжении, прежде чем быть беспощадно стёртыми с лица космоса. Даже превосходное вооружение и броня Скватов не смогли сдержать зелёную волну. К счастью, тревога не осталась без внимания — тысячи твердынь и систем в Галактическом Ядре приготовились к битве. Могучие корабли поколений, бороздящие просторы Ядра с помощью коротких варп-прыжков и гравитационных манёвров, собрались в боевые порядки, чтобы встретить надвигающуюся ВАААГХ!!! Советы Живых Предков, Мастеров Гильдий и Владык Твердынь собрались в каждой Лиге, планируя оборону своих укреплённых сетей и всего пространства миров ядра. Даже самые малые твердыни были безупречно укреплены. Опасности Эры Раздора и жизнь на этих тяжёлых мирах заставили Скватов овладеть искусством оборонительной войны, и это стало основой их стратегии. Твердыни должны были стать наковальнями, приковывающими орков к месту, пока флот поколений наносил удары по самым слабым точкам зеленокожих. Мастерство скватских пустотников обернулось кровавой жатвой среди орков, которых это, впрочем, ничуть не смутило — они с радостью окунулись в жестокую бойню, для которой и были созданы. Отдельные флотские группы Скватов заманивали орочьи корабли к самым укреплённым твердыням, уводя от более уязвимых сородичей. В космосе Скваты сражались так же, как добывали руду: мощными залпами пробивая бреши в орочих боевых порядках, дробили их строй (если это слово вообще применимо к оркам), после чего тяжёлые бронированные корабли Скватов врезались в разрозненные орочьи корабли, стирая их в пыль шквальным огнём, а иногда и переоборудованным горнодобывающим оборудованием. Мощные лазерные буры, созданные для дробления астероидов, оказались не менее эффективны против Космических Скитальцев и орочих «Булыг». Первые сражения сложились удачно для Альянса Хазхул, как называли себя объединённые Скваты. Миллионы орков и их корабли обрушили ярость на твердыни, твёрдые, как алмаз. Битвы, развернувшиеся во время этих великих осад, стали легендарными. Например, когда земляной поезд Щит Дурека сошёлся в поединке с дюжиной гаргантов, защищая конвой с припасами между твердынями. Или когда Очажные Стражи Горри Камнелоба три недели удерживали захваченную орками шахту в одиночку. Однако этих усилий оказалось недостаточно, чтобы остановить зелёную волну. Орки обрушили всю мощь ВАААГХ!!! на каждую отдельную твердыню, и захват даже одной крепости занимал годы, а то и десятилетия боёв. Наступление орков замедлилось до черепашьего темпа, но не остановилось. И, судя по всему, это вполне устраивало Грюнхага Свежевателя. Орк получал садистское удовольствие, наблюдая, как каждая твердыня слабеет и гибнет в тисках его армии, превращая некогда неприступные подземные цитадели скватов в пепел и пыль. Чудовищная резня и агрессия орков имели двойной эффект. Во-первых, их зов прокатился через Варп, привлекая миллиарды новых зеленокожих из империй Боссов-Зверей и разрозненных мелких ВАААГХ!!!. Во-вторых, это вытащило порождения Кхорна (ИУ8) — в родные миры скватов. Некоторые твердыни полностью теряли рассудок под кровавым шёпотом Варпа, распахивая ворота и бросаясь в самоубийственные атаки на орков. Появилась теория, что материализация Нерожденных и одержимость части орков были частью плана Грюнхага. Демоны и «неорки» орки развлекали ВАААГХ!!! в периоды затяжных осад. Даже по меркам орков (и даже людей) Грюнхаг был настоящим савантом жестокости. Варбосс превратил каждую осаду в игру, испытывая на прочность каждую твердыню. В отличие от людей, скваты не впадают в отчаяние в безнадёжных ситуациях — вместо этого их охватывает ярость и горе, делая почти такими же свирепыми, как сами орки. Именно этого и добивался Грюнхаг. Как животное, разгрызающее скорлупу, он методично ломал каждую крепость, чтобы обеспечить своим воинам достойный бой. Саги и баллады скватов полны историй о зверствах Грюнхага. Он использовал пленных детей из павших твердынь как живые щиты или развлечение на глазах у защитников. Вырезал грубые изображения Горка и Морка на поверхности луны с помощью украденной горной техники скватов, а затем сталкивал её на планету внизу, чтобы последним, что видели осаждённые, была усмешка оркских богов с небес. Другие его поступки были банальны по меркам орков — например, сдирание кожи с чемпионов скватов на глазах у выживших. Выделанную кожу затем сшивали в «Большая Тушка» — тридцатиметровый флаг из трофеев Грюнхага, давший ему прозвище. После падения Великой Твердыни Маран-Дуур скваты вновь собрали Совет Хазкун, чтобы разработать новую стратегию против зелёного прилива. Вопреки возражениям консерваторов, было решено отправить всеобщий сигнал бедствия любым уцелевшим союзникам в Галактике. Затем последовала серия молниеносных атак против самого варбосса и его нобов — в надежде убить Грюнхага и погрузить ВАААГХ!!! в хаос. Хотя многие из его приближённых полегли в боях с скватскими командами смерти, сам Свежеватель каждый раз выживал. В отчаянии Живые Предки объявили Великий Исход. Скваты должны были эвакуироваться на древнейшие и мощнейшие миры своего народа. Эти цитадели Хазкун, расширявшиеся тысячелетиями именно на такой случай, могли выдержать что угодно и вместить почти всю расу. С горькой скорбью твердыни одна за другой опустели. Остались лишь самые старые и упрямые скваты, готовые заставить орков заплатить за каждый дюйм своих родовых залов. Автоматические и природные укрепления оставались активными — надеялись, что каждая пустая крепость измотает и обескровит орков, дав мирам ядра время подготовиться к грядущему. Миллионы скватов с сотен миров бежали к семи мирам-убежищам скватов — гептархии тесно связанных планет, чья история восходила к первым колонистам Галактического Ядра. Почти четверть флота скватов была потеряна в отчаянных битвах, прикрывавших беженцев. Семь миров-убежищ располагались вдоль цепочки систем близ галактического ядра, соединённых единственным стабильным маршрутом в Варпе. Первым из них был Линнар-Хаз — крепость несравненной мощи, где флот скватов и воинства тысячи крепостей сокрушат орочьи орды. Оркам потребовались века, чтобы проломиться через покинутые твердыни, и с каждой пустой крепостью ярость Грюнхага лишь росла. Но скваты выиграли драгоценное время, чтобы укрепить Линнар-Хаз. Во время исхода они забрали всё ценное, что смогли, включая оружие и корабли устрашающей мощи. Тысячи лет истории и тысячи крепостей скватов слились воедино, создав цитадель, способную соперничать даже с Террой. Когда первые орочьи корабли вышли из Варпа, их ждало полное уничтожение. Изрытые астероидные пояса превратились в лабиринты смерти, где каждый камень мог скрывать автоматическую защиту или заряд для самоуничтожения. Парящие города, созданные для добычи газа на газовых гигантах, стали колоссальными артиллерийскими платформами, прячущимися в плотной атмосфере внешних миров системы Линнар и готовыми в любой момент обрушить огневую мощь, способную расколоть луну. Флот скватов патрулировал систему, создавая сеть подвижных зон поражения. На Линнар-Хазе возвели великие крио-хранилища — временные убежища, где миллионы могли быть сохранены в анабиозе, экономя ресурсы для осады. Великие Братства скватских воинов собрались в тронги численностью в сотни тысяч, жаждущие пролить орочью кровь. Поначалу Грюнхаг просто отправлял непрерывный поток орочих кораблей через варп-маршрут к Линнар-Хазу. Когда это не сработало, он начал собирать флоты из самых безумных орков, чтобы те использовали неизведанные пути Варпа, избегая защищённого маршрута и пробиваясь через неистовые течения, которые невозможно было нанести на карты. Грюнхаг рассчитывал, что сочетание численности орочих флотов и пси-резонанса их безумных экипажей повысит шансы, что хотя бы часть кораблей доберётся до цели. Варбосс не ошибся, и флоты скватов столкнулись с множеством прорывов безумных орочих кораблей по всей системе. Но эти стратегии оказались слишком медленными для Грунхага. Хотя по меркам разумных существ он был методичен и терпелив, даже ему наскучила осада. Возможно, сыграло роль и то, что ему приходилось подавлять мятежи, поднимаемые перепуганными нобами, не желавшими идти на убой под стенами Линнар-Хаза. Вопреки мнению скватов и многих сородичей, варбосс не отправлял миллионы орков на верную смерть просто ради потехи. Они были отвлекающим манёвром, пока его тайное оружие не будет готово. Грюнхаг давно мечтал создать орудие разрушения столь мощное и безумное, что даже его соперники с Улланора и Горро признают его равным. Тысячи лет орочий лидер вынашивал свои планы в горячечных видениях, вдохновлённых Горком и Морком. Теперь, с ресурсами завоёванных миров скватов и целой армией мекбоев под его властью, у Грюнхага было всё, что нужно. Осада Линнар-Хаза длилась десятки поколений, и орки ВАААГХа Грюнхага трудились над созданием механического чудовища, способного сломить тупик. За свою жизнь, полную войн и набегов, Грюнхаг накопил поистине гигантское количество трофеев с бесчисленных планет, которые он методично уничтожал. Машины, корабли, оружие, станции и прочее оборудование с этих миров стали основой для орочьего оружия судного дня. Как и многие варбоссы, Грюнхаг использовал модифицированный Космический Скиталец в качестве своего флагмана. Теперь же орочий вождь решил усовершенствовать своё судно. Сотни лет толпы гретчинов и мекбоев достраивали Скиталец, прикручивая к нему всё, что попадалось им на глаза. Целые космические корабли разбирались и добавлялись к конструкции. Дюжина скватских добывающих орбитальных станций была превращена в импровизированный киль этого монстра. Астероиды ловились огромными сетями и втаскивались внутрь, словно рыба. Космический мусор разбирался на всё ценное и встраивался в лабиринт конструкции, становясь новыми сегментами постоянно растущего корабля. К спине супер-Скитальца прикрепили комбинированную двигательную систему, которая при полной мощности светилась ярче самого Солнца. На поверхности творения Грюнхага выросли целые города орков, а флоты их кораблей кружили вокруг, как рыбы-лоцманы. Один особенно безумный орочий док создал легионы «Убиваторов», которые патрулировали поверхность Скитальца в качестве дополнительной защиты. Учёные могли бы сравнить монстра Грюнхага с атакующими лунами времён Войн Зверя, но это было бы неточно. «Бальшой Скиталец», как орки прозвали новый корабль, не был модифицированным планетоидом, созданным как крепость и ретранслятор. Этот левиафан космического мусора был просто конечной стадией эволюции подобных небесных свалок, взращённых зеленокожим тираном, как любимого сквига. После почти тысячи лет строительства Грюнхаг объявил Бальшой Скиталец завершённым. Он был размером больше половины Луны и напоминал комету из обломков, с личным символом Грюнхага, покрывающим его переднюю часть. Попытка провести Бальшой Скиталец через Варп вызвала варп-штормы в ближайших системах. После того как сотни вирдбоев превратились в розовую пыль, а банда меков Грюнхага получила множество угроз, монстр ворвался в Имматериум и устремился к своей судьбе. Пока корабль добирался до системы Линнар, мир-крепость терзали кошмары и странные психические феномены — духовный эквивалент отлива перед цунами. Затем, после недель тревоги, Бальшой Скиталец прибыл, ворвавшись в реальность, словно рвота разгневанного бога. Его присутствие мгновенно повлияло на гравитацию системы: орочьи гравитехнологии и его собственная масса вызвали толчки по всему Линнар-Хазу. Бальшой Скиталец не просто уничтожил первую линию обороны скватов — он буквально врезался в неё. Целые корабли и звёздные форты были раздавлены под орочим флагманом, их обломки добавились к его броне из металлолома. К счастью для скватов, удар и последующие повреждения вывели из строя двигатели Бальшого Скиатальца, снизив его скорость с яростного удара Горка и Морка до ледяного темпа. Защитники Хазкуна среагировали удивительно быстро, обрушив весь огонь системы на монстра. Их залпы пробили ненадёжные щиты и превратили поверхность Скитальца в расплавленный шлак. Грюнхаг едва ли заметил обстрел. Он знал, что его творение выдержит, а это даст ему время. Время для подхода основного флота ВАААГХ. Пока защита Линнара была сосредоточена на железном левиафане, главные силы орков вошли в систему. Осознав угрозу, скваты сменили тактику. Скрытые орбитальные платформы перенацелили огонь на двигатели Скитальца, а переоборудованные добывающие корабли запустили в него астероиды, начинённые взрывчаткой. Это замедлило Бальшой Скиталец и изменило его орбиту, позволив основному флоту и защите скватов переключиться на приближающиеся орочьи силы. Но это быстро оказалось роковой ошибкой. Масса и инерция — не единственные угрозы Бальшого Скитальца. В его причудливой конструкции были спрятаны столько же орудий, сколько у нескольких имперских боевых групп. По сигналу Грюнхага — маниакальному смеху — Бальшой Скиталец открыл огонь. Заполняя пустоту буквальным облаком боеприпасов и энергетических залпов. Боеприпасы размером от пальца до фрегата взрывались по всей системе. В течение пятнадцати целых терранских минут Бальшой Скиталец обрушивал свою огневую мощь на систему Линнар. Разрывая на части сотни кораблей Скватов и тысячи неудачливых орочих судов. Орудия Скитальца стреляли буквально во всех направлениях. Не важно было, во что попасть — главное, попасть. Однако этот шторм Дакки был прерван по вине самих орков. Чудовищная нагрузка от одновременного залпа привела к детонации пяти «основных» реакторов Бальшого Скитальца. Корабль разорвало изнутри ядерными взрывами и разрушением конструкций. Лишившись почти всей подвижности и значительной части огневой мощи, Бальшой Скиталец стал новой планетой в системе Линнар. Искалеченный, но всё ещё свирепый, он оставался грозным зверем. Похоже, Грюнхаг решил обойтись своим разрушенным кораблём, рассчитывая отстроить его ещё больше и лучше за счёт добычи с скватских миров-крепостей. Используя оставшуюся огневую мощь, орки сумели захватить окраины системы. Но стойкие защитники Скваты удержали внутренние планеты. Линнар-Хаз стал крепостью и домом для Скватов, а Бальшой Скиталец — для орков. Началась невероятная осада. Скваты сохраняли контроль над точкой Мандевилля, ведущей вглубь их миров-крепостей, откуда непрерывным потоком шли ресурсы и подкрепления. В то же время весть о кровавой осаде разнеслась по галактике, и бесчисленные орки стекались к другому переходу Мандевилля. Легенды об Осаде Линнар-Хаза могли бы заполнить сотни книг. Она длилась тысячи лет (по меркам Скватов, конечно) и считается одним из величайших примеров стойкости и силы духа во всём человечестве — даже среди его абхуманских представителей. Между первым орочим кораблём в системе Линнар и первым живым орком, ступившим на землю Линнар-Хаза, прошло более двух тысяч лет. Подобный подвиг выживания и укрепления смогли повторить лишь Стальные Стражи тысячелетия спустя у галактических Адских Врат. Эта великая осада могла бы продлиться ещё дольше, если бы не ключевое событие, предрешившее судьбу скватских миров-крепостей. Появление эльдарского флота. Материализовавшись будто из ниоткуда, эльдары виртуозно проскользнули сквозь орочью армаду и оборону Скватов, демонстрируя невероятную точность и мастерство. Когда весть достигла Линнар-Хаза, говорят, древнейшие из Живых Предков вскричали от радости. Давным-давно, до орочих войн, во Времена Кремния и скватского возрождения, миры-корабли эльдар считались ближайшими торговыми партнёрами и союзниками Скватов. Казалось, древние клятвы о помощи, данные в далёком прошлом, наконец исполнялись. Зов, прозвучавший тысячелетия назад, был услышан. Стройные и прекрасные, корабли эльдар не были жестокими творениями Тёмного Города. Это действительно были дети Искусственных Миров. Однако они пришли по своим собственным причинам. Выйдя на орбиту Линнар-Хаз, лидер эльдар без лишних церемоний и украшений потребовала вернуть то, что принадлежало её народу. В далёкие времена Искусственный Мир Зандрос доверил скватам хранить тайник с драгоценными камнями. Пси-камни, взятые из Храма Иши и спрятанные в другом месте. Напоминание о погибшей цивилизации, сохранённое благодаря прозрению древнего провидца. Озадаченные, но готовые выполнить договор, скваты всё ещё хранили камни. Даже во время диаспоры они не запятнали свою честь, не нарушив клятву хранения. Однако у скватов было одно условие: Искусственый Мир Зандрос должен был выполнить свои собственные обещания о помощи в обмен на камни. Эти священные слова предназначались для самого тёмного часа скватов — и этот час настал. Невозмутимый лидер эльдар просто оборвал связь. Её последние слова на языке эльдар можно было перевести одним из трёх способов: извинение за неудачу, пренебрежение чем-то неважным или, что странно, обещание защиты ещё не рождённому ребёнку. Прежде чем скваты успели попытаться снова связаться с эльдар, отряд их воинов ворвался в Зал Старейшин Линнар-Хаза. Выпрыгнув из портала Паутины, группа ярко одетых солдат набросилась на застигнутых врасплох лидеров скватов. Неукреплённые и захваченные врасплох, пожилые Хазкуны были легко сражены. Прежде чем стража успела отреагировать, эльдар отрезали куски плоти от членов Совета и похитили их Клятвенные Ключи. Как вихрь из клинков и крови, эльдар промчались через сердце Линнар-Хаза, уклоняясь от яростных скватов и направляясь к Великим Хранилищам кланов. Используя плоть и ключи Высшего Совета, эльдар вскрыли замки, забрали камни из хранилища и бежали обратно через мир-крепость, потеряв нескольких своих воинов от рук Стражей очага и других защитников. Достигнув цели рейда, эльдар скрылись через портал Паутины на свои корабли. Небольшой флот Искусственного Мира всё это время обстреливал Линнар-Хаз, игнорируя запросы скватов и их требования объяснений. Как только эльдар благополучно поднялись на борт, их корабли выпустили залп по Линнар-Хазу и его обороне, прежде чем покинуть систему. Внезапная гибель почти всего Высшего Совета скватов потрясла защитников. Живые Предки первых поколений были уничтожены. Лидеры кланов и почитаемые старейшины пали без объяснений. Затем атака флота повредила ключевую инфраструктуру и оборону Линнар-Хаза. Странное инопланетное оружие легко пробивало укрепления и сеяло смерть. И когда скваты начали приходить в себя, открылся истинный урон атаки. Системы жизнеобеспечения миллионов криокапсул были повреждены, обрекая их обитателей на смерть. Удачливые просто замерзали насмерть, другие просыпались и задыхались или умирали от голода в ледяных гробах. Целые кланы были стёрты с лица земли. Родственники и друзья погибли тысячами. Шок и ужас наполнили сердца каждого сквата. Боль и невообразимая утрата въелись в навязчивые умы абхуманов. Многие сошли с ума от горя. Некоторые просто угасали, выполняя свой долг перед миром-крепостью, но отказываясь от еды. Стальной дух скватов был надломлен. И этим воспользовались орки. Когда последствия злодеяния полностью обрушились на Линнар-Хаз, орки начали готовить масштабное наступление. Больший Скиталец был частично отремонтирован, и с Грюнхагом у руля этого грозного корабля орки с нетерпением ждали момента, чтобы наконец сокрушить Линнар-Хаз. Но по мере приближения к миру скватов их ждало новое испытание. Горе Хазкунов превратилось в неудержимую ярость. Охваченные болью и бешенством, защитники скваты сами перешли в атаку, бросая все силы в яростный акт ритуального самоубийства. Более половины населения Линнар-Хаза охватила Клятвенная ярость — они были готовы умереть, забрав с собой как можно больше врагов. Оркам это понравилось. Именно за такое сражение они и жаждали — последнюю, по-настоящему великую битву. Другая половина защитников, сохранивших рассудок, начала эвакуацию, направляясь к другим мирам-убежищам, чтобы помочь им выстоять. Скваты, охваченные Клятвенной яростью, с радостью погибали, прикрывая отступление, чтобы их сородичи могли жить и сражаться в другой день. Даже обезумевшие от горя и сократившиеся числом, скваты Линнар-Хаза продолжали биться, сдерживая орков веками, пока не пали до последнего — с клятвами мести на устах и зеленой кровью, пропитавшей их бороды. В конце концов орки двинулись дальше. Хотя некоторые остались грабить руины, Грюнхаг гнал их вперёд, жаждая сокрушить следующую крепость. Им не пришлось долго ждать. Потери при осаде Линнар-Хаза были невосполнимы, а урон, нанесённый орками и эльдарами, ослабил оставшиеся миры-крепости. Методично орки сокрушали один мир за другим, продвигаясь по цепочке звёзд, почти неспешно наслаждаясь сеямой смертью и разрушениями. И спустя полторы тысячи лет после падения Линнар-Хаза пали все миры-крепости. Все, кроме одного.