Непохожая

Едва открыв глаза, Се Лянь опешила — она проснулась в залитой светом комнате и не сразу вспомнила, что находится во дворце Шэньу. С улицы слышались голоса; она вышла на балкон и увидела далеко внизу широкую лестницу, по которой божества поднимались ко главному входу во дворец. При свете дня Небесная Столица преобразилась, золото и нефрит ослепительно блестели на солнце, будто ожерелье на шее красавицы. — Ваше Высочество уже проснулась? Замечательно, — две служанки словно возникли из воздуха. — В главном зале скоро начнется собрание, вам нужно подготовиться. У вас сегодня ответственный день, в честь этого Владыка преподнес вам дар. Ей вручили расписанную цветами шкатулку. Се Лянь опустила глаза, обнаружив внутри украшения, равные по стоимости казне процветающего города. Она разрешила сделать себе пучок и заколоть простой серебряной шпилькой. Подарок не был ей нужен, но непослушное сердце забилось чаще. Пускай из вежливости, но Цзюнь У обратила на нее внимание! В зале для собраний было не протолкнуться. Что-то стряслось? Появления Се Лянь никто не заметил, божества переговаривались о своем, и, к счастью, в их голосах не слышалось волнения. Она тоже успокоилась и встала в углу у колонны. Вскоре обсуждения прекратились, стало тихо как в лесной глуши. Взгляды богов устремились в одну сторону, но из-за столпотворения Се Лянь не могла увдеть происходящего. — Встаньте ровно, Владыка пришел, — прошептал кто-то позади, и тело Се Лянь само выпрямилось по струнке. Она снова ощутила себя девочкой, возжигающей благовония перед громадной статуей. Только перед ней стояли не родители, а незнакомые боги. … И если раньше Се Лянь говорила сама и не рассчитывала на ответ Цзюнь У, то сейчас все перевернулось с ног на голову. Над залом разнесся глубокий голос: — Собрание началось. Се Лянь хорошо слышала каждое слово, но не понимала, о чем Цзюнь У говорит. Небожители увлеченно спорили о неизвестных государствах, правителях, войнах. Когда они пришли к согласию, солнце уже перекатилось через зенит. Се Лянь упорно не понимала, зачем ее, совсем еще не опытную, сюда пригласили. Цзюнь У вставляла слово редко, но каждый раз все кругом замолкало. Се Лянь ни разу не встречала настолько властных женщин. Даже к ее матушке-императрице подданные никогда не обращались с таким благоговением, как это делали божества в зале Шэньу. Цзюнь У воистину была не просто императрицей, а Небесным Императором. А кто тогда Се Лянь? Бог Войны? Здесь, на Небесах, можно ли ей вести себя как прежде, носить при себе меч, сражаться с нечистью? Она вдруг обрадовалась, что в укромном уголке ее никто не замечал. Стоило для начала разобраться, как себя вести. — На этом все, — произнесла Цзюнь У, а после недолгой паузы добавила: — В конце мне хотелось бы представить нового Бога Войны. Ее Высочество наследная принцесса Сяньлэ здесь? Божества засуетились, принялись оглядываться в поисках Се Лянь. Она кое-как протолкнулась сквозь задние ряды и вышла в центр зала. Едва оказавшись на глазах у Цзюнь У, она опустила голову под влиянием сильнейшей ауры. Казалось, что богиня, которая накануне с ней расслабленно шутила, и гордый правитель на троне не имели ничего общего. Цзюнь У поманила ее к себе, Се Лянь поднялась по лестнице. Отсюда зал казался еще больше, а количество обитающих на Верхних Небесах богов начинало пугать. Раз их так много, то не следует волноваться о репутации? Она встала лицом к толпе рядом с группой Богов Литературы, которые записывали ход собрания. Одна девушка отвлеклась от начертания иероглифов и подняла на Се Лянь оценивающий взгляд. — Для начала придумай себе божественное имя, — приказала Цзюнь У. — Как мне и другим богам следует тебя звать? Не думая, Се Лянь выпалила: — Зовите меня Сяньлэ. Так будет проще запомнить. Цзюнь У кивнула. — Сяньлэ удалось стать Богом Войны несмотря на запреты и сопротивление близких. Однако мы, божества, должны отнестись к ней терпимее. Прошу вас помочь Ее Высочеству освоиться в Небесной Столице. В ближайшие дни я определю ее сферу влияния. Небожители разглядывали Се Лянь как диковинную игрушку, перешептывались, подходили к лестнице вплотную. Казалось, она стоит на высоком берегу, а об скалы бьются волны. Сделай шаг — они захлестнут и утащат на глубокое дно. — Сяньлэ, тебе есть, что сказать? — Нет… — Тогда собрание окончено, можете идти. Сяньлэ, а ты останься. И, — Цзюнь У повернулась к Богам Литературы, — Линвэнь. Се Лянь наблюдала, как небожители одним за другим вытекают через врата. Все торопились кто куда, вскоре в зале остались только они с Цзюнь У и девушка в черном. — У Владыки есть задание? — поклонилась богиня, видимо, та самая Линвэнь. — Отправляйтесь во Дворец Литературы. Запиши информацию о Сяньлэ, а заодно объясни ей правила поведения. Думаю, вы найдете общий язык. *** — Это довольно странно, — произнесла Линвэнь, когда они вышли на улицу. — Я не знаю, почему Владыка попросил меня — я далеко не самое влиятельное божество. Разве что мы с тобой обе девушки… — А значит, нам будет проще, — улыбнулась Се Лянь. Линвэнь хмыкнула. — Как раз поэтому Владыка с тобой так возится. Вы с ней — единственные Боги Войны женского пола, причем не только на Верхних Небесах. Только если к ее статусу все уже привыкли, то тебя многие могут воспринимать неправильно. Советую для начала набрать как можно больше добродетелей, но не светиться на публике. Здесь, пока ты не одна из сильнейших, каждый будет пытаться тебя сломать. Се Лянь опешила: — Тогда как ты держишься на плаву, будучи не слишком влиятельной? — Плохо держусь, — усмехнулась Линвэнь. — Однако тебя заметил Небесный Император, а значит, тебе будет проще. Дворец Литературы находился рядом с Дворцом Шэньу, но выглядел заметно строже: сдержанные цвета, никаких росписей и статуй. Внутри до самого потолка тянулись громадные книжные полки, Се Лянь опасалась, как бы ей на голову не свалился увесистый свиток. Линвэнь отвела ее на уединенную террасу с видом на сад, такой же аккуратный, как и все кругом. Она разложила на столике принадлежности для письма и бумагу. — Здесь будет список рекомендаций. Первый пункт — внешний вид. Твои белые одеяния выглядят слишком просто для Бога Войны. Без доспехов и украшений тебя легко принять за отшельницу вроде Юйши Хуан. Если бы ты была мужчиной, с аскетизмом еще можно было бы мириться, а так… они не поймут. Се Лянь не знала, как должны выглядеть отшельницы и кто такая Юйши Хуан, но звучало убедительно. — Поняла, — перед глазами всплыла шкатулка, оставленная в покоях. — Во-вторых — постарайся выглядеть увереннее, иначе, опять же, тебя не станут воспринимать всерьез. Подними голову, расправь плечи, следи за тем, как говоришь. В-третьих, тебе стоит как можно быстрее отправить подарки тем небожителям, с кем тебе придется часто иметь дело. — А тем, кто прислал мне подарок первым? — Хм… Им не нужно, — Линвэнь изогнула бровь. Она быстро начертала несколько ровных строк. Вдруг она посмотрела на Се Лянь пронзительно и прошептала: — Я этого, конечно, не напишу, но старайся быть внимательнее рядом с Владыкой. Обычно она не так благосклонна к новым богам. Ее помощь выглядит подозрительно. — Может, я ей просто понравилась? Мы немного похожи. — Поступай, как считаешь нужным, — заключила Линвэнь и передала ей исписанный листок. *** Всего спустя пару месяцев после вознесения для Се Лянь построили первый храм. И не где-то, а на склоне Тайцан рядом со святилищем Небесного Императора. До церемонии открытия оставалось совсем недолго. Се Лянь сбежала вниз по лестнице и отправилась в сторону Дворца Литературы. Линвэнь ждала ее под раскидистой сливой, розовые цветы контрастировали с ее строгим черным костюмом. Пара лепестков запуталась в приглаженных волосах. Она выглядела привычно собранной и напряженной, но при взгляде на подошедшую Се Лянь едва заметно улыбнулась. — Надеюсь, это не займет много времени, — произнесла она вместо приветствия. — К обеду вернемся, — заверила Се Лянь. Спокойствие Линвэнь мигом улетучилось: — К обеду?! Я уже должна буду сдать отчет! Они оказались на площадке перед храмом даже раньше, чем планировалось. Верующие еще не пришли, только монахи подметали листья и начищали до блеска ручки в виде драконьих голов. Вдалеке золотилась на солнце крыша Храма Небесного Императора, а в тумане угадывались очертания столицы Сяньлэ. Новый храм в знакомой обстановке казался лишним, неправильным. Се Лянь себя не узнавала: ей совсем не хотелось вернуться в родной город, «домой», а теперь, стоя невидимым призраком, она поняла, что соскучилась. По строгим родителям, по сплетницам-служанкам, по библиотеке, где она украдкой изучала основы заклинательства. Она помотала головой, чтобы прогнать наваждение. — Посмотрим церемонию и вернемся, — решила Линвэнь. — У Вашего Высочества тоже скоро начнутся сложные дни. Сразу после открытия ворот верующие соберутся в храме и примутся просить тебя обо всем на свете. — Знаю, — она кивнула, — но, наверное, все равно задержусь ненадолго… — Не стоит задерживаться в мире смертных. В этот момент из-за холма показались несколько белоснежных фигур. Сердце Се Лянь дрогнуло, когда она увидела во главе процессии взволнованных родителей. В этот праздничный день государь хмурился, а государыня незаметно стряхивала платком слезы. Следом шли монахи с флагами и медными барабанами в руках, за ними цепочкой тянулись первые верующие. Они прошли мимо нее и остановились возле храма. Церемония началась. Монахи долго рассказывали простому люду переиначенную историю Наследной Принцессы Се Лянь. По их версии, в детстве к ней явился сам Небесный Император и вложил в слабые ручки меч. Она по ночам сбегала из дворца и убивала призраков, попутно успевая раздавать советы бойцам и благословлять военачальников. А в завершение ушла к принцу соседнего государства, который по совпадению тоже на днях вознесся куда-то на Средние Небеса. Никаких военачальников и принцев Се Лянь не знала, но верующим история пришлась по душе. Люди требовали как можно скорее открыть врата. Трижды прозвучал удар гонга, и государь, вслух прочитав молитву Небу, толкнул тяжелую дверь. В полутьме зала статуя божества выглядела торжественно и внушительно. Изящные пальцы неестественно легко лежали на эфесе меча, а губы изгибались в мягкой улыбке. Во второй руке божество держало цветок; подол платья тоже был расшит алыми соцветиями, а прическу украшала корона из лилий. Позади послышался до дрожи знакомый голос матушки-императрицы: — Она совсем не похожа на нашу дочь… — Эту статую создали лучшие мастера Сяньлэ, основываясь на портретах нашей дочери, — вполголоса ответил государь. — Им лучше знать, как должно выглядеть изваяние. Государыня горько вздохнула и отвернулась от статуи. На миг ее взгляд скользнул по лицу незримой Се Лянь, заставив ее окончательно расстроиться. Чтобы отвлечься от тоскливых мыслей, она обратилась к Линвэнь: — Тебе не кажется, что здесь изображен скорее юноша, чем девушка? — Верно. Черты лица слишком худые и острые, и рост явно выше твоего. — Линвэнь с видом знатока обошла вокруг статуи. — Люди хотят молиться сильному герою-покровителю. Не исключено, что спустя пару столетий от истинного облика Вашего Высочества совсем ничего не останется. Например, тебя будут изображать широкоплечим витязем, а то и старцем с белой бородой… — Но это же неправда! — Се Лянь уже жалела, что решилась на всю эту затею. — Зато убедительно, — Линвэнь косо ухмыльнулась. — Я уже привыкла быть «ученым мужем благородного происхождения». И ты ко всему привыкнешь.