Она

Позади тихонько хлопнула дверь, но я подскочила, как будто мне громко крикнули в ухо. Повернулась. Женщина с моей палаты, которую звали, кстати, Кэти (она не хотела, чтобы ее называли по фамилии и поэтому просила просто Кэти, хотя возраст у нее был преклонный. Мне было не по себе, когда я к ней обращалась, как к равней, но что было поделать) подозрительно смотрела на меня, сощурив яркие голубые глаза. Я виновато улыбнулась, хотя вины моей никакой здесь и быть не могло. Отошла в сторону, повернувшись спиной ко всем, подошла к окну и стала размышлять по поводу увиденного. Итак, Роза была, скорее всего, фанаткой. Исступленной, немного даже, наверное, чересчур фанаткой. И парень на фотографии был причастен к ее фанатизму. Это ненормально, думала я. И как я раньше не заметила – она только и живет в мире музыки, не снимая наушники даже ночью [я слышу сквозь тонкую пленку сна тихие звуки, льющиеся из наушников]. Она никуда без них не ходит, и уже даже все врачи привыкли к этому – не зовут ее, а подходят и аккуратно трогают за плечо, хоть от этих ненавязчивых прикосновений Роза ужасно пугается и подскакивает в буквальном смысле этого слова. Я повернулась назад и увидела, что Роза быстро отвела взгляд. Надо бы с ней как-нибудь подружиться. Мне стало очень интересно, кто этот молодой человек, фотографию которого она хранит у сердца…

***

-Можно спросить? – я тихонько задела Розу за плечо и приготовилась к ее бурной реакции. Но ее не последовало: девушка вытащила наушники из ушей и повернулась ко мне с подобием улыбки на мрачно-бледном лице. -Да, конечно… -Ты извини, если я тебя тут всякими глупостями отвлекаю, – я старалась выглядеть виновато, но в то же время напористо, чтобы она не подумала пожать плечами [как она обычно поступает в таких ситуациях. Вот же упрямая! Никогда еще она не ответила внятно хоть одному человеку]. – Просто мне уже неделю интересует один-единственный вопрос… -Какой? – она насторожилась, но было видно, что она, в общем и в целом, разговаривать вполне настроена. Я сделала вздох и выпалила на одном мгновении: -Что ты все время слушаешь? Она удивленно вскинула брови [вернее, я видела только одну бровь – вторая была скрыта косой челкой на пол лица]. Девушка явно не ожидала от меня этого вопроса, но быстро взяла себя в руки и пренебрежительно кинула: -А тебе зачем? Я замялась. Не говорить же ей, что меня уже неделю мучает этот вопрос, а точнее [если перестать врать самой себе] меня больше интересует, кто именно изображен у нее на фотографии. Черт! Этот юноша снится мне уже вторую неделю! Почему – я не понимала. А самый главный ответ на этот мучающий меня вопрос был один: я влюбилась. Но с другой стороны – в кого??? В фотографию! Это сводило меня с ума! -Ну… Просто так! – я улыбнулась, делая благожелательный вид. – Хотя, если честно, я просто хочу с тобой поближе познакомиться! Она по-прежнему смотрела на меня исподлобья враждебным взглядом. Но в нем все же я увидела заинтересованность. -Ну… - она явно не знала, что сделать. – Это немецкий рок… Ты, наверное, не увлекаешься… Немецкий? Мне стало еще интереснее. Этот язык в общем-то не слишком популярен. Я села рядом с ней. -Немецкий? Ты знаешь немецкий? – надо издалека, а то не сдержусь и задам вопрос в лоб, а этого делать никак нельзя. -Немного… Но я читала переводы песен и кое-что выучила. Смысл я понимаю. -А почему именно рок? -Просто нравится. Я чувствую музыку именно в таком звучании. Она улыбнулась [ни разу не видела ее улыбки до этого] и снова засунула в уши наушники. Я была немного раздосадована, что она не продолжила разговор о самой группе, но сама спрашивать не захотела – узнаю со временем.