Она

И не похожа на полет Походка медленная эта, Как будто под ногами плот, А не квадратики паркета. А.А. Ахматова

(от лица Алекс)

… Я проснулась от боли во всем теле. Болела каждая клеточка, начиная от головы и жутких стуков в висках и заканчивая ногами. Как будто ночью меня кто долго и усиленно колотил в разные места… Я медленно открыла слезящиеся от дневного света глаза и поняла, что меня очень сильно тошнит и мне очень сильно хочется пить… Просто до ужаса, все горло внутри было таким сухим, что казалось, что я задохнусь. Я попробовала встать, но не смогла – почувствовала очень резкую и очень жгучую боль внизу живота и в области паха. Казалось, что все рвется и разрывается на кусочки… Что же я вчера делала? Что произошло после того, как мы с Томом… ТОМ! Черт, где он? Почему его нигде нет рядом? Что произошло, разве мне никто это не объяснит? Я еще раз попыталась сесть, но не могла подняться – ноги выгнулись колесом, и было ужасно неприятно внизу. И вдруг стало неприятно в душе. И почему это сразу не пришло мне в голову. Он же просто меня изнасиловал… Пьяную… Я… Переспала…. С ним…. Без моего согласия… Он меня просто использовал. Что? Нет… не может быть… В голове все шумело и я услышала сквозь пелену этого гудения чей-то смех… Минуты две спустя я поняла, что смеюсь я… Истерика… Очень громко, даже не обращая внимания, что хочется пить и что ужасно больно… Слезы… Это просто боль… Боль вырывается наружу… Как он мог… Я верила ему… Понимаете? Верила! А он просто взял и предал… Все предал… Меня резко затошнило на пол перед кроватью. Я все-таки нашла в себе силы встать… Резкая боль внизу… И я чуть не потеряла сознание. Почему так больно-то? Медленно переставляя [волоча] ноги поплелась в ванную, чтобы все вытереть в комнате, но там я наверное просто минут пять жадно пила прохладную воду, которая была очень живительной. Такой необходимой мне сейчас, даже больше, чем воздух. Я оперлась на раковину и подняла взгляд на зеркало. И себя не узнала… Волосы спутанные, глаза мутные и красные, лицо белое-белое. Мне стало страшно… Голова пошла кругом, но я нашла силы встать под освежающий душ. Немного стало легче. Вытерлась и, шатаясь, побрела к кровати. Наверное, из-за того, что я была еще под воздействием алкоголя, но я не осознавала сполна того ужаса, который со мной произошел. Просто с психологической стороны это было… Это было… Наверное, нечеловеческим… Животным. Это я поняла, когда проснулась вновь, спустя 2 часа и почувствовала себя лучше – физически, но совершенно опустошенной – духовно… Я просто не могла поверить в это. Просто НЕ МОГЛА! Я ничего не помнила. Н И Ч Е Г О!!! Просто все, ВСЕ, стерли с памяти, как будто ластиком. Но осознание происшествия все же накатывало на меня чем дальше, тем больше. Мне было плохо. В моральном смысле.

***

Ходить было больно и казалось, что я иду, а ноги у меня колесом. Ужасное ощущение… Я пошла к Симоне за детьми – обязанностей никто не отменял. А еще я надеялась увидеть Тома… Возможно, что у него просто вдруг появились очень срочные дела и он совершенно меня не покидал. Надежда растаяла, когда подойдя ближе, я не увидела машины ни Тома, ни Билла… Ноги внезапно сделались ватными. Я толкнула калитку и пошла по дорожке в дом, а сердце бешено стучало, казалось – кричало во всю глотку. Но никто не отзывался. Я позвонила и через несколько секунд дверь открыла Симона. Я, в общем-то, постаралась придать своему лицу нормальный вид, но Симона заметила, что что-то не так. -Что с тобой? – участливо спросила она, тревожно рассматривая меня. -Я просто очень устала, - я постаралась улыбнуться. Улыбка была натянута, как струна. - Где дети? -Я отвела их в школу, тебе нужно будет их встретить! – она отодвинулась от двери, делая жест, приглашающий меня вовнутрь. – Проходи, выпьем чай, а то мне скучно, сыновья уехали, мужа тоже нет… Горло внезапно высохло. -А где он? То есть они – Билл и Том? -Все… - она грустно улыбнулась. – Улетели в Лос-Анджелес. Там у них запись нового альбома. Под ногами внезапно – бездна… и стало мало воздуха… Почему он так со мной? И что мне теперь делать?