Суицидник35

      Чонгук никогда бы не подумал, что однажды окажется в лесу, за забором из колючей проволоки, с дюжиной охраны по периметру, больше напоминающем целый квартал города, в котором можно было найти все, что только захотелось бы. Еще при въезде через огромные железные ворота ему показалось, хотя вовсе не показалось, он точно видел колесо обозрения, которое подсвечивалось яркими прожекторами.       — Тэхен, кто ты? — еле слышно бубнил себе под нос Чонгук, стараясь не оглядываться по сторонам, когда его проводили в столовую, усадили за стол и поставили перед ним горячий ромашковый чай в красивом белом фарфоровом сервизе с позолотой.       — Ну что ж, Ви так и не проснулся. Я уложил его в своей комнате, и он проспит уже до утра, — весело проговорил Тэхен, зайдя в столовую, поблагодарив горничную, которая быстро ушла в другую комнату, и сел рядом с Чонгуком. — Надеюсь, ты не в сильном шоке от всего увиденного?       — Кто же ты? — все еще ничего не понимая, пробубнил Чонгук, зажав ладони между коленями.       — Сына! — послышалось из гостиной и в столовую тут же вошел мужчина в строгом черном костюме и серой рубашке.       Особо не заостряя свое внимание на ком-либо, он подошёл к холодильнику и, достав бутылку воды и сделав пару глотков, шумно сел напротив ребят, заставив ножки стула проскрипеть по плитке на полу. И пока Чонгук, тяжело сглотнув от напряжения, с испугом рассматривал мужчину перед собой, Тэхен откинулся на спинку стула и кивнул в знак приветствия.       — Хочешь расскажу анекдот? — весело произнес он, озорно улыбаясь.       Тэхен никак не реагировал, лишь ухмыльнулся, положив локти на стол и подперев подбородок одной ладонью.       — Приезжает мафиози домой, а у порога стоит его бронированная машина с царапиной от пули на лобовом стекле в сопровождении полицейской машины. — Он тут же засмеялся громким басом на всю столовую и покраснел от ярких эмоций. — Блять, завтра же расскажу всем своим на встрече об этом. Ты не представляешь, как они будут ржать, — продолжал смеяться он и не обращал внимания на затихшего Чонгука, который практически не дышал от услышанного. — Я никогда не мог подумать, что на моем веку я застану такую картину у своего дома.       — Очень смешно, — недовольно, но с ухмылкой покачал головой Тэхен, продолжая смотреть на отца, у которого от смеха на глазах выступили слезы. — На дворе вроде уже не девяностые, может, лучше не мафиози, а… Даже не знаю…       — Якудзой меня не назвать. Бандит тоже как-то не по-нашему… Мне нравится мафиози.       От всего, что произошло в столовой, Чонгук в тихом ужасе переводил взгляд от Тэхена на взрослого мужчину и обратно. Было видно, как легко они между собой общались и шутили, но, понимая всю ситуацию, стало не по себе, и руки опять зашлись мелкой дрожью.       — Прошу прощения за свои манеры, я даже не представился, — мужчина коротко кивнул Чонгуку, еще раз внимательно осмотрел его и, сделав новый глоток воды, продолжил: — Я отец этого паренька, как ты уже понял. Ким Сонхю.       — Чон Чонгук, — закивал тот в ответ, мягко улыбаясь и косясь на Тэхена.       — Тэ, он твой парень? — спокойно произнес Сонхю, переведя взгляд на сына, который рассмеялся в очередной раз, увидев, как Чонгук покраснел и опустил голову. — Молоденький какой-то.       — Нет, па! И хватит смущать моего гостя. Чонгук из музыкальной группы, с которой сейчас сотрудничает полиция. Я с ним работаю.       — Прости, Чонгук, я поспешил с выводами, — улыбнулся он раскрасневшемуся парню, показав свою улыбку, в точности как у Тэхена. — Сын, нам нужно поговорить. Найдешь минутку?       — Да, конечно, — кивнул тот в ответ. — Я только провожу Чонгука в комнату для гостей и приду к тебе в кабинет. Дай мне минут десять.       Отец довольно хлопнул в ладоши и быстро вышел из столовой, пока Тэхен повел за собой Чонгука, поднимаясь на второй этаж дома, пока младший продолжал оглядываться по сторонам, словно оказался в музее. Дом был с высокими потолками, красивыми, вырезанными из дерева ставнями на окнах и крупными картинами, развешанными на каждой стене. И Чонгук успел заметить, что на некоторых произведениях были изображены пейзажи известных ему художников. Было страшно даже подумать о том, были ли они подлинниками или все же копиями.       — Прости за эту сцену в столовой. — Тэхен завел Чонгука в комнату, в которой были расположены большая двуспальная кровать с тумбочками по обе стороны, встроенный в стену шкаф, огромный плоский телевизор на стене и отдельная ванная комната. — Мой отец в кругу семьи очень открытый и ничего не стесняется. Юмор у него, конечно, необычный, но он человек справедливый, как бы странно это не звучало.       — Мафиози, реально? — тихо прошептал Чонгук, медленно присев на край кровати.       — Не бойся, здесь тебе ничего не угрожает, — спокойно прошептал Тэхен, взяв чужие ладони в руки и немного сжав их. — Да, мой отец из очень влиятельных людей в нашей… Стране. И это не правительство.       — Ого, — нервно сглотнул Чон, смотря на него широко открытыми глазами.       — И его имя лучше никому не говорить, так как в определенных кругах отца знают слишком хорошо, это может быть небезопасно. Поэтому когда вернешься к своим ребятам, то лучше всего скажи, что мы останавливались у моих родителей, которые живут за городом. Это как раз будет правдой. Только добавь, что ничего примечательного не было, имя моего отца не запомнил и, вообще, никого кроме меня и Ви здесь не оказалось. Дом был пустой.       — Да, да, конечно, — закивал Чонгук, не отрывая взгляда от старшего. — Я сохраню это в секрете. Я никому не расскажу. Обещаю. Клянусь. Даже не переживай.       — Я тебе верю, — по-доброму улыбнулся Тэхен на беспокойное поведение Чонгука. — Все хорошо, не переживай так сильно, — продолжил он, мягко массируя чужие ладони своими пальцами и ощущая его напряжение. — Этот дом самое безопасное место в нашем городе. Я, конечно, вырос во всем этом и мне легче воспринимать мое окружение. Но поверь, моя семья почти такая же, как у многих, хоть и сильно отличается в определенных моментах.       — Так вот почему ты сказал, что Ли Минхо ничего не узнал о тебе, раз он решил действовать?       — Да, — ухмыльнулся Тэхен, вспомнив разговор с Намджуном в машине. — И теперь вряд ли мой отец оставит эту ситуацию без своего внимания. Но посмотрим… Мне нужно с ним поговорить и понять, что к чему, — улыбнулся он, медленно перебирая его пальцы в своих, зависнув взглядом на пару секунд на чужих губах. — Давай так, ты сейчас прими душ и отдохни. Я через час или два к тебе загляну, и мы поболтаем. Но если ты устанешь, не жди меня, отдыхай. Поговорим завтра. Хорошо?       — Договорились, — кивнул в ответ Чонгук, провожая его взглядом и почувствовав неприятный холод на ладонях, стоило только Тэхену отпустить его руки.       — Главное, не бойся, — тихо прошептал старший, останавливаясь у самой двери. — Очень много лживых слухов выдумывают о мафиози. На самом деле все не так страшно и мрачно. Порой бывает даже очень весело.       — Я пока сомневаюсь в этом, но поверю тебе на слово, — улыбнулся в ответ Чонгук, после чего Тэхен кивнул ему и вышел из комнаты.

***

      Кабинет отца был самым любимым уголком в большом доме, в котором Тэхен провел все свое детство. Темно-коричневый оттенок мебели, стен, пола и плотных штор, закрывающих окна, создавали ощущение, словно ты находишься внутри дерева. Настоящее дупло, скрытое от всех в самом центре дома. Большие мягкие кожаные кресла и диван, на котором можно было спокойно спать взрослому человеку, стояли около большого камина, который был сейчас разожжен. А две другие стены кабинета были закрыты многочисленными стеллажами, заполненными старинными книгами.       — Проходи, — тихо ответил отец на тихий стук в дверь.       Тэхен быстро закрыл за собой дверь и прошел к одному из кресел, сев напротив отца и взяв из его рук подготовленный бокал с виски.       — Сын, дай мне кое-что тебе рассказать, а ты постараешься не перебивать меня.       Отец жалостливо посмотрел на Тэхена, который быстро кивнул, решив не спорить, и сделал маленький глоток алкоголя.       — Когда с тобой произошла история… Много лет назад… С тем психопатом… Я узнал обо всем почти самым последним, несмотря на то, что за тобой всегда присматривали мои люди. Но ты очень умело все скрыл, да и я не принял все всерьез, поэтому многое упустил. И во что это вылилось, мы оба знаем. Я себе этого никогда не прощу… Мы с твоей матерью почти год приводили тебя в порядок, даже не знаю, что случилось бы со мной, если бы ты не выкарабкался.       — Па, — тихо прошептал Тэхен, грустно опустив голову и посмотрев на бокал в руках.       — Подожди, Тэ, — отец сделал большой глоток виски из своего стакана и поставил его на рядом стоящий между ними маленький столик. — Я, когда узнал о той ситуации, не настоял на своей помощи и дал тебе возможность самому разобраться во всем, хотя мог бы просто убить ту суку. Но ты убедил меня не вмешиваться. И да, ты справился, ты смог получить от него не только признание, но и найти его жертв, которых он запугал, и тех, кого он закопал. Вероятнее всего, если бы я сам разобрался с ним, никто никогда бы не нашел тел убитых им людей. Но какой ценой тебе это удалось сделать, я даже вспоминать не хочу.       — Сейчас другая ситуация.       — Тэхен, — тут же перебил его отец, прямо посмотрев в глаза. — Нет, больше не позволю. Когда сегодня мне сообщили, что на моего сына покушались, а в машине находился еще мой внук… Твой сын, Тэхен!.. Ты можешь меня возненавидеть, но больше я не останусь в стороне. Я никому не позволю причинить вред моей семье. С этой мразью я сам разберусь. Мои люди уже дали мне первую информацию о Ли Минхо, и я очень зол оттого, что и в этой ситуации ты решил действовать самостоятельно.       Тэхен быстро допил свой виски, также поставив стакан на столик, и опустил лицо на свои руки, уперевшись локтями в колени. Вмешивать во все отца совсем не хотелось. Но картинка спящего сына в машине, когда прогремел выстрел, не выходила у него из головы. В тот момент ему не было страшно за себя, он испугался только за сына и Чонгука.       Тишина в кабинете затянулась, и показалось, что они просидели в молчании не одну минуту, а целых полчаса. Отец уверенно смотрел на него, пока Тэхен старался принять то, что он ему предлагает, а точнее, по факту сообщает. Такие решения принимать страшно, и отец вряд ли ждет согласия, так как он уже точно решил, что будет делать. Но из уважения к сыну ждет ответа, чтобы приступить к действиям.       — Ты же знаешь, почему я в тот раз не дал тебе возможность участвовать, — тихо проговорил Тэхен, подняв голову на отца. — Было очень важно донести до общественности наличие насилия в отношениях пар и в семьях. Если бы ты все «уладил», никто ничего бы не узнал. Но у меня получилось донести эту информацию до многих, и почти год телевидение освещало ситуацию, были разработаны новые программы по защите пострадавших в семье от насилия. И эти программы работают до сих пор. Они помогают.       — Сейчас ты хочешь сказать, что среди публичных людей есть насилие, чтобы и они не боялись обращаться за помощью?       — Тут все сложнее. — Тэхен потер руками лицо и устало откинулся на спинку кресла. — Ты сам знаешь, какие бывают спонсоры и чего они требуют взамен. Одно дело подписать контракт, где человек соглашается на эти условия, другое — когда тебе подмешивают наркоту и насилуют против твоей воли. Но… Когда ты публичный человек, заявление об этом может не просто уничтожить карьеру, это может привести к суициду самой жертвы. Публика может быть очень жестокой. По своей дурости или незнанию люди могут довести жертву трагедии к ужасным последствиям. Человека очень легко втоптать в дерьмо, даже если он ни в чем не виноват. Не все публичные люди могут выдержать давление миллионного количества фанатов и освещение ситуации со стороны СМИ. Непробиваемых людей среди творческих личностей очень мало. И справиться с такой ситуацией самостоятельно смогут не все. Поэтому громко сообщать о том, что сделал и, скорее всего, вытворяет до сих пор Ли Минхо, я не хочу, если только его жертвы сами не захотят этого. Но это должно быть только их решением. Поэтому нужно действовать очень осторожно. У меня пока нет точного плана, но засадить Ли Минхо хочется просто до безумия, особенно после сегодняшнего.       — Тем более уберу его, и вопрос будет решен.       — Па!       — Хорошо, хорошо, давай поступим следующим образом… Мои люди накопают на эту суку все, что только смогут. Мы с тобой вместе все рассмотрим и придем к какому-нибудь решению.       — Намджун уже ищет, если что-то нужно, он может вам помочь.       — Отлично, я с ним свяжусь, — кивнул в ответ отец. — Тэхен, только постарайся не встречаться с этой мразью, мне рассказали об инциденте на стадионе.       — С этим будет сложнее. Он спонсор группы, с которой я работаю. Он имеет право с ними контактировать, а, значит, я могу с ним столкнуться.       — Этот парень, Чонгук… — Отец указал пальцем в потолок, показывая на второй этаж. — Ли Минхо его…       — Я не имею права что-либо рассказывать…       — Я понял… Если нужно, оставь его здесь. Пусть поживет у нас. Тут безопасно.       — Нет, не нужно, но спасибо тебе большое, — мягко улыбнулся Тэхен, шумно выдыхая от облегчения. — Кстати, машина просто класс! Пуля прошла по касательной, и я даже дернуться не успел.       — Отлично! Я всегда был доволен ею! Она меня уже не раз спасала. — Отец встал вслед за сыном и направился вместе с ним на выход.       — Ты вроде говорил, что у тебя уже все более-менее спокойно и нет никакого риска?       — Как говорится «береженного бог бережет», — подмигнул он ему в ответ, удалившись в столовую.