Суицидник35

      — Чон тебя убьет, — шумно выдохнул Со Джун, перебросившись нервным и обеспокоенным взглядом с Намджуном, который помогал ему обрабатывать поврежденную правую ладонь и порезы на лице Тэхена в столовой, где они собрались втроем. — Какого, блять, хуя ты вообще туда полез?! Я сказал стоять на месте, а ты поперся вперед как ебанутый танк! Тебе скоро полтинник, Тэ, а ты даже с возрастом не меняешься.       — Не рычи, — спокойно произнес Тэхен, наблюдая, как его кровь, вытекающая из глубокого пореза на ладони, быстро пропитывала белый бинт, и недовольно промычал от боли, когда Со Джун натянул повязку потуже. — Мне еще полночи выслушивать нотации Гука. А потом он проест мне мозг с этим случаем еще как минимум месяц.       — Я бы тебе нотации зачитывал всю ночь!       — Вторую половину ночи мы будем трахаться… Или первую, — фыркнул Ким, тихо рассмеявшись на закатанные глаза Со Джуна. — Что? Я соскучился по мужу! Его тур затянулся на две недели дольше положенного, и я не видел его уже три с половиной месяца!       — Доктор Чхе будет через двадцать минут, — быстро произнес Намджун, убирая телефон в карман брюк и продолжая аккуратно обрабатывать ватным диском, смоченным в перекиси водорода, небольшие порезы на правом виске и щеке Тэхена. — Ты с Чоном постоянно на связи, почти каждый день по видеосвязи болтаешь… Однажды я застал тебя за дрочкой перед веб-камерой!.. Кто бы мне еще доплатил за эту моральную травму!       — Тебе отлично платят, — фыркнул в ответ Тэхен, морщась от боли.       — А я и не спорю, но за такое можно было бы и доплачивать, — тихо посмеялся Намджун и быстро подул на ранку на лице старшего, которому снова стало больно от промывания более глубокого пореза.       — Во времена учебы в университете чего ты только не видел, мой друг, — добавил Тэхен, мягко улыбаясь на закатанные глаза Кима.       — Чон опять тебя не выпустит из виду после случившегося, — хмыкнул Пак, покачав головой. — Помню, как пару лет назад, когда тебя хотели взорвать в машине, но бомба сработала, когда тебя не оказалось в ней, он заделался твоим телохранителем на целый месяц. Я, конечно, был не против помощи, но мне приходилось охранять вас обоих под пристальным вниманием младшего. Та еще работенка. Увольте, больше не буду это терпеть.       — Будешь, — кивнул Тэхен, посмеиваясь над недовольным взглядом Со Джуна.       — Не буду, — замотал он в ответ, твердо намереваясь отстоять свое право.       — Будешь, — быстро воскликнул Намджун, не дав что-либо сказать Со Джуну и продолжив аккуратно вытирать кровь с лица Кима. — Тэ всегда выигрывает такой спор. Не трать время, бро.       — Так, — недовольно покачал головой Со Джун. — Все же объясни мне, пожалуйста, какого хуя ты полез туда? Перестрелка была в самом разгаре…       — Там… Гука показывали…       — Что? — Со Джун отложил в сторону лежащую на столе аптечку и скрестил руки на груди, нахмурив брови, так как ничего не понял.       — По телеку…       — Заебись! — Со Джун прикрыл глаза, стараясь сдержать свои эмоции. — Ты хочешь сказать, что получил глубокий порез на ладони и осколочные ранения на лице и тебя вообще чуть не пристрелили из-за того, что ты увидел по висящему на стене телеку своего мужа?! Ты, блять, совсем пизданулся?       Все громко рассмеялись, пока Тэхен толкнул язык за щеку, как это любил делать Чонгук, заставив друзей снова закатить глаза. Он не хотел оправдываться перед кем-либо за то, что делает или говорит в последнее время. Но он отлично понимал, что стал более нервным и резким, также как и знал причину своего поведения — ревность. Чонгук спустя десять лет после своего ухода из группы снова заявил о себе в новом амплуа, выпустив сольный альбом, который взорвал все возможные музыкальные чаты в Азии. А сейчас он уехал со своим продюсером в лице старого друга — Юнги в тур по нескольким штатам Америки, продвигая свои песни на другом континенте. В интернете и даже по радио постоянно крутили его песни, по телевидению показывали видеоклипы и записи с концертов, а также многочисленные интервью. Чонгук снова был звездой, самой яркой и притягательной, и Тэхен искренне любовался и гордился им, особенно его быстрым взлетом и небывалой ранее популярностью. Талант и харизма Чонгука с каждым годом раскрывались еще ярче, и это только радовало его, но сильное внимание, которое снова собирал младший, взорвали и вытащили из глубины души жгучую ревность, которой он раньше не страдал. Тэхен никак не мог отделаться от нее, словно это был банный лист, прилипший к мокрой жопе. И несмотря на то, что он лично и не меньше сотни раз рассказывал Чонгуку, что такое ревность и чувство собственничества, и пояснял, как с этим бороться, он бы никогда не подумал, что сам будет ревновать собственного мужа. Но прилетело оттуда, откуда он сам не ожидал, а друзья еще и подначивали его то одним, то другим мужиком, которые оказывались в кадре рядом с Чоном.       — Ты его скоро воочию увидишь! Какого, блять, хуя, ты решил его в телеке смотреть в разгар перестрелки?! — процедил сквозь зубы все еще злой Пак.       — Его обнимал какой-то урод, — тихо выдохнул Тэхен, понимая, что сам себя зря загоняет необоснованными мыслями, но ничего не мог с собой поделать.       — Пиздец, — прошептал Со Джун, прикрыв глаза. — Повторяю, тебе скоро полтинник, друг! Вы живете вместе более десяти лет! Ну, с хера ли тебе вообще ревновать своего мужа? Он до сих пор смотрит на тебя, как на божество, души в тебе не чает и, вообще, заимел звание Цербера даже в кругу знаменитостей, так как все подкаты к себе воспринимает в штыки.       — То есть мне нужно спокойно закрыть глаза на то, как какой-то урод положил руку на его талию?! — возмущенно рыкнул Тэхен, пока его друзья собирали разбросанные на столе окровавленные ватные диски и бинты. — Если бы к вашим женам какие-то хмыри подкатывали и лапали, вы бы смогли не реагировать и ничего не делать?       — Вот не надо переводить стрелки со своей ситуации на нас! — воскликнул Намджун, вспыхнув от злости только от одной мысли, представив какого-то мужика рядом со своей Дженни.       — Именно! — согласился Пак, передернув плечами, вспоминая Лису, с которой они ожидали рождения третьего ребенка в их теперь уже большом семействе.       Тэхен тихо рассмеялся на громкие возмущения друзей, которых получилось отвлечь от своей реакции, но он тут же нахмурил брови от неприятного осадка из-за случившегося. Он снова вспомнил кадры, которые успел заметить в телевизоре в момент нападения, где показывали Чонгука и неизвестного молодого мужчину американского происхождения с кудрявыми волосами и редкими усиками на лице, нагло обнимающего его мужа.       — Я не смог пройти мимо, когда увидел, — тихо произнес Тэхен, облизывая губы. — Мне кажется, за все годы, которые мы с ним вместе, он незаметно передал мне свою ревность… Я теперь ревную его даже к столбу, к которому он прижимался в своем новом клипе. Пиздец, просто, — закатил он глаза, видя, как тихо и добродушно посмеиваются над ним друзья. — Блять, я сам от себя в шоке! Поверьте!       — Тэк Ён быстро выяснит, кто это был, — спокойно произнес Со Джун, качая головой от всего услышанного. — Не переживай, этому уроду доходчиво объяснят…       — Урод уже пожалел об этом, — послышался недовольный голос Чонгука, внезапно появившегося в дверях столовой.       Чон кивнул всем присутствующим и быстро подошел к Киму, на ходу сняв с себя белый бомбер и бросив его на спинку соседнего стула рядом с мужем. А Тэхен впился счастливым взглядом в младшего, быстро направляющегося к нему, и шумно выдохнул от облегчения. Только сейчас он отчетливо понял, что последние три с половиной месяца без Чонгука он сидел словно на пороховой бочке, без возможности встать и растянуть застывшие мышцы. А теперь, когда его муж оказался рядом с ним, крепко обнял его и уткнулся холодным носом ему в шею, встав между ног. Тэхен наконец-то смог глубоко вздохнуть и расслабиться от ранее сковывавшего его напряжения.       — Откуда ты знаешь, о каком уроде мы тут говорили? — произнес довольный Тэхен, расставляя ноги еще шире и крепче прижимая его к себе здоровой левой рукой.       — Только один урод позволил себе такое, и я ему очень хорошо дал понять, что он это сделал зря. — Чон нехотя отстранился от Кима, с удовольствием вдыхая любимый парфюм мужа, который не менялся все эти годы, и стал внимательно осматривать каждый мелкий порез на лице старшего, отчего поджал губы, сдерживая свое беспокойство. — Больше он ко мне и близко не подойдет.       Младший не мог больше сдерживаться и жадно впился в губы Кима, скользя пальцами с его щек вверх по вискам и дальше на затылок, крепко сжимая волосы между пальцами и проглатывая чужой рычащий стон. За спиной послышались покашливания друзей, которые из уважения отвернулись и продолжили выкидывать испачканные в крови бинты, пока эти двое наслаждались свободной минутой после долгой разлуки.       — Как же я соскучился, — прошептал Чонгук, с нежеланием отстраняясь от вкусных губ старшего и облизывая свои от их общей слюны.       — И я тоже… Даже не представляешь, как сильно, — выдохнул Тэхен в рот мужа, прижимая его к себе за талию еще ближе.       — Я тоже по тебе соскучился, Чон! — не удержался Со Джун, прыснув в кулак и заметив удивленный взгляд Кима и веселый Чонгука. — Твой муж без тебя тут такое учудил, что я понял одну важную вещь, — с наигранной серьезностью продолжил Пак. — Пока ты рядом, спокойнее не только ему, — указал он пальцем на Тэхена, — но и мне и всей его охране. Так что… Да! Мы все по тебе соскучились, Чонгук! Очень!       — Подтверждаю, — закивал Намджун, сомкнув руки на груди и увидев закатанные глаза Тэхена от услышанного.       Чонгук свел брови на лбу от понимания, к чему все это было сказано, и перевел взгляд на руку Кима, лежащую на столе, на ладони которой сквозь бинт просачивалась кровь. А Тэхен, заметив взгляд младшего, поджал губы в тонкую линию, и сделал как можно невиннее взгляд.       — Все хорошо, не переживай… Это небольшой порез…       — Ага, — не веря ни одному слову, перебил его младший, бросая злой и вопросительный взгляд на Со Джуна и Намджуна.       — А мы что? Мы ничего, — поднял вверх ладони Намджун, сделав шаг назад.       — Вот именно, ничего, — тяжело выдохнул Со Джун, облокачиваясь на край высокого стола-островка посреди столовой, за которым все собрались. — Мы ничего не можем с ним сделать, Чон… Его ревность зашкаливает! Он чуть под пули не попал из-за этого! Я еле успел отпихнуть его в сторону, когда нападавшие разнесли стеклянную перегородку рядом с нами, она и порезала его руку и осколками прошлась по лицу.       — Ну, пиздец, кто тебя за язык тянет, а? — прорычал Тэхен, видя, как Чонгук распахнул от ужаса глаза и окаменел в его объятиях.       — А я что? Я ничего, — фыркнул Пак, улыбнувшись. — Если меня не боишься, будешь бояться своего мужа, — указал он пальцем на Чонгука, который побледнел от услышанного и снова обнял Тэхена за шею, уткнувшись носом в волосы на голове. — Будешь думать дважды, прежде чем вытворять всякую хуйню.       — Где Ви? — встревоженно прошептал Чонгук на ухо Тэхена, который опять прижал его к себе левой рукой.       — У твоих родителей сегодня остался с ночевкой, так как твоя мама приготовила его любимый десерт. Завтра заберем к себе, — кивнул в ответ старший. — Юнги нормально выдержал полет? Помню твой рассказ, как вы летели в Америку и он чуть не поседел от страха.       — Обратный полет прошел легче, его Чим постоянно отвлекал, — продолжил Чонгук, отстраняясь от старшего и мягко улыбаясь ему в ответ. — Еще и Хоби развлекал своими рассказами о свиданиях с американками. Кажется, Хоби влюбился в одну из них, но это еще не точно.       Все тихо рассмеялись, смотря на довольного Тэхена, который с трепетом и удовольствием держал в объятиях своего мужа, прикрыв глаза и уткнувшись лицом ему в грудь.       — Хён, блять! — послышался крик Сокджина в проеме столовой, заставив всех вздрогнуть. — Ты даже не представляешь, как я испугался, когда мне сообщили, что на тебя напали! Ну что за пиздец?! Как эти уёбки вообще посмели это сделать?! Всё! Я их контракт так разверну против них, что они будут выплачивать тебе проценты на четыре поколения вперед! Я их разнесу в суде, пусть только заявятся, суки паршивые!       — Джин, угомонись, — спокойно произнес Тэхен, мягко улыбаясь на беспокойный вид своего младшего брата, который быстро скинул на другой свободный стул свое серое пальто и, положив на стол портфель с документами, остановился напротив него. — Я в порядке.       — В порядке?! — воскликнули одновременно Чонгук и Сокджин, уставившись на него распахнутыми глазами.       — Нет, вы только посмотрите на него, — взорвался Сокджин, указывая на окровавленный бинт на ладони старшего. — Сидит довольный как удав, так как муж наконец-то вернулся домой, и всё… Ему уже похуй, что его пытались убить час назад! А у меня чуть сердце не остановилось, когда я узнал обо всем! Они договаривались с тобой об обычной встрече до суда, а что сделали?! Всё, я их разорву в пух и прах завтра в суде! Не на того напали, мрази! Они еще не связывались с семейкой Кимов! Разъебу…       — Мы поняли, поняли, — рассмеялся Со Джун, достав из холодильника бутылку холодной воды. — Ты лучше расскажи, как прошел суд с теми упырями, что не хотели освобождать место на пристани для сделки с тайваньцами.       — Вы еще спрашиваете? Я их разъебал, конечно же, — довольно заулыбался Сокджин, показательно выпятив вперед грудь. — Они теперь не только освободят нам место, но еще и доплатят неустойку за прошедший год и заплатят все издержки в суде.       — Ахуеть! Ты — гений? — удивился Намджун, перехватив бутылку из рук Со Джуна и сделав из нее глоток воды.       — А вы еще сомневались? Пф-ф, — обиженно фыркнул младший Ким, забрав бутылку у Намджуна и опустошив ее за пару больших глотков.       — Хорош, слов нет, — довольно улыбнулся Со Джун. — Не зря ты вернулся в Сеул с полученными европейскими дипломами для прохождения юридической практики.       — Семья самое важное, что у нас есть! Так что я точно останусь работать здесь… С вами, — с гордостью произнес Сокджин и снова посмотрел на Тэхена, который продолжал крепко прижимать к себе Чонгука и тихо порыкивать себе под нос от удовольствия, так как Чон мягко массировал его голову.       — Как твоя Ёбин? Еще не хочет развестись с тобой из-за твоей круглосуточной работы и вернуться в Европу? — ехидно рассмеялся Намджун, вспоминая, как около трех лет назад аккуратно провернули их возвращение в Южную Корею.       — Так же, как и ваши жены, — ехидно ухмыльнулся Сокджин, посмотрев на него в ответ и переведя веселый взгляд на Со Джуна. — Разводится со мной каждое утро, когда я возвращаюсь из офиса после ночной смены, но затем стонет подо мной от удовольствия и все прощает.       Все весело рассмеялись, продолжая переговариваться и наслаждаться счастливым видом парочки перед собой. А Тэхен и Чонгук никого вокруг себя уже не замечали. Они крепко обнимали друг друга и тихо перешептывались о своем желании побыстрее оказаться в горизонтальном положении. Их счастливые глаза и мягкие улыбки заставляли каждого улыбаться и с удовольствием наблюдать за тем, как трепетно они продолжали относиться друг к другу и как рвались проводить любое свободное время только вместе и с их сыном.       — Всем добрый вечер, — послышался спокойный голос при входе в столовую, заставив всех опять вздрогнуть от неожиданности.       — Доктор Чхе! Как вы быстро добрались! — спохватился Со Джун, подходя ближе и провожая пожилого, но на вид еще очень бодрого мужчину ближе к Тэхену.       Все тут же расступились, давая их семейному доктору в лице старого знакомого дорогу к старшему Киму, который мягко улыбнулся на приветствие друга, но продолжал удерживать рядом с собой Чонгука за талию.       — Тэхен, ну и угораздило же тебя, — недовольно покачал головой доктор, бросив взгляд на окровавленную руку и присев на свободный стул напротив Тэхена. — Давай посмотрим, что там.       — Прости, что пришлось тебя выдернуть так поздно…       — Не говори глупости, все хорошо, — перебил он Кима, распутывая его ладонь от бинта и быстро оценивая ситуацию. — Сейчас я промою, наложу швы и через пару дней, максимум неделю все заживет.       Доктор Чхе быстро открыл принесенный с собой медицинский сундук, который поставил на стол перед собой, и стал доставать из него необходимые препараты и приборы. А Чонгук в тихом ужасе наблюдал за кровью, медленно стекающей по ладони Тэхена на стол. От состояния старшего в груди все скручивалось в тяжелый узел, и он точно знал, что выскажет своему мужу все, что думает о случившемся, как только они окажутся наедине.       — Только у меня будет к тебе большая просьба, — добавил доктор шепотом, посмотрев на Кима поверх круглых очков в тонкой золотой оправе. — Постарайся не напрягать руку хотя бы пару дней.       Он быстро подмигнул Тэхену и Чонгуку, которые поняли тонкий намек на их бурные планы и быстро поджали губы в тонкую линию, чтобы не рассмеяться.       — Молодые люди, — чуть громче для всех произнес доктор Чхе и посмотрел на остальных, обращая на себя внимание, — можно мне попросить вас оставить нас здесь одних? Мне будет спокойнее все сделать без посторонних.       — Я…       — Чонгук, ты можешь остаться, — тут же перебил его доктор, мягко улыбнувшись на счастливое лицо Чона, который обнял старшего за шею и старался больше не мешаться.       Все остальные быстро засобирались на выход, продолжая слушать Сокджина, который в красках и на эмоциях рассказывал про свое последнее выступление в суде. И как только они скрылись за дверьми в гостиную, Чонгук пододвинул еще один стул ближе к Тэхену и присел, крепко сжимая здоровую руку старшего на своих коленях.       — Если вдруг швы разойдутся, — уже в полной тишине продолжил доктор Чхе, когда в столовой кроме троих никого не осталось. — Позвони мне, я приеду и наложу новые. В любое время, даже ночью.       — Я не думаю…       — Я на всякий случай, — снова подмигнул доктор, услышав рядом легкий смех Чонгука. — Без швов будет долго заживать, и шрам останется глубокий.       — Я прослежу, чтобы он не напрягал руку. Даю вам свое слово, — закивал Чон, оставив легкий поцелуй на тыльной стороне неповрежденной ладони старшего, которую он держал в своих руках.       — Голодный взгляд, который бросает на тебя Тэхен, — тихо продолжил доктор Чхе, — подсказывает мне, что у тебя вряд ли это получится.       Все весело рассмеялись, и пока семейный врач аккуратно промывал рану и доставал приборы для наложения швов, Тэхен снова перевел взгляд на своего мужа и растянул губы в широкой счастливой улыбке. Он знал, что не мог скрыть на лице своего восторга оттого, что Чонгук снова рядом с ним. Он знал, что не сможет сдержать себя этой ночью. Уже сидя сейчас на стуле, он изо всех сил уговаривал самого себя притормозить в своих фантазиях, чтобы не сорваться и не уложить мужа прямо на столе. И он прекрасно видел, как Чонгук смотрел на него так же.

***

      — От одного до десяти, насколько ты соскучился? — тихо прошептал Чонгук, стягивая с Тэхена брюки вместе с бельем, который лежал перед ним на огромной кровати, перевезенной из квартиры Кима в их построенный дом за городом на берегу реки Ханган.       — Тысяча, — быстро произнес он в ответ, простонав на всю спальню, когда почувствовал горячий язык, который мягко прошелся от мошонки до головки его члена, лежащего на животе и быстро твердеющего с каждой секундой.       Чонгук довольно хмыкнул, продолжая медленно вылизывать сухую головку, понимая, что он соскучился по своему мужу намного сильнее, чем даже ощущал вдали от него. Он мягко провел ладонями по его ногам, раздвигая их в стороны и вбирая член полностью в рот. Мягкая теплая кожа приятно скользила на языке, чуть прохладные яички контрастом выделялись в его горячей руке, а хриплый и протяжный стон старшего, который уже не сдерживался, заставил мурашки пробежаться по всему телу.       — Пиздец, любимый, я сейчас кончу только от звука твоего стона, — прохрипел Чон, ощущая, как в джинсах, которые он еще не успел с себя снять, член больно уперся в ширинку.       — Я так сильно соскучился по тебе, ты бы только знал… Ммм… Как же… Я… Соскучился! — тихо шептал Тэхен, положив здоровую руку на голову младшего, который снова взял в рот его член, пока вторая лежала забинтованная рядом с его головой на подушке.       — Могу сказать то же самое, если не больше, — шумно выдохнул Чонгук, выпуская член изо рта и делая глубокий вдох, снова заглатывая его полностью и ощущая, как головка упирается в заднюю стенку горла.       — Господи… М-м-м… Да, вот так… Ох… Мой хороший, как же я скучал, — неконтролируемое продолжал стонать он в ответ. — Если честно… Еще чуть-чуть… И я уже был готов что-нибудь сделать, чтобы… М-м-м… Тебе пришлось вернуться… Даже какую-нибудь глупость…       Чонгук снова выпустил член изо рта и, тихо рассмеявшись, быстро слез на пол и снял свои джинсы с бельем, бросив их в сторону. Постоянно наблюдая за довольным лицом старшего, он медленно встал на кровать в полный рост ногами по бокам от бедер Тэхена и развернулся к нему спиной. Хитро улыбнувшись из-за правого плеча, он немного прогнулся вперед, выпячивая зад и раздвигая пальцами обеих рук свои половинки. Взгляд старшего тут же зацепился за блестящий круглый фиолетовый хрусталик кончика пробки, которая торчала из ануса, заставив его шумно выдохнуть, а член снова дернуться.       — Ты… Когда успел?       — В самолете, — Чонгук закусил нижнюю губу и опустился на колени, так же оглядываясь назад из-за своего правого плеча. — Частный самолет-замечательный вид транспорта. Может, не очень удобный из-за небольших пространств в ванной комнате, но если не спешить, можно подготовиться.       — До сих пор с ума меня сводишь, — тихо прошептал Тэхен, положив ладонь на левую ягодицу Чона и сильно сжав ее до красных пятен.       — М-м-м… Мне было так плохо вдали от тебя, — тихо произнес он в ответ, мягко улыбнувшись на такую же встречную улыбку старшего. — Я решил, что больше не буду уезжать от тебя далеко и надолго.       Тэхен хотел уже спросить, что это значит, но громкий стон удовольствия вырвался из его рта, а глаза закатились наверх, когда Чонгук опустил голову к его паху и стал нежно облизывать мягкую кожу, постепенно заглатывая член все сильнее. Ким еще крепче впился пальцами левой руки в его ягодицу, ощущая, как младший стал быстро двигать головой, скользя от собственной слюны на его члене. Он тут же ухватился пальцами за шарик пробки и глубже протолкнул ее внутрь, услышав чужой стон и вибрацию в горле младшего, после которой мурашки пробежали по коже. Он снова слегка вытащил пробку и уже более резко толкнул внутрь, проезжаясь по простате, заставив Чонгука снова простонать и замереть на месте с членом во рту.       — Жаль, что моя вторая рука пока не в рабочем состоянии, — шумно выдохнул Тэхен, вытаскивая из Чонгука пробку и бросая ее на пол у кровати. — Я бы сейчас очередной раз связал тебя, как сделал это после церемонии нашей первой свадьбы и повторил то, что было на нашей пятилетней годовщине, когда ты устроил мне вторую свадьбу в Вегасе.       — М-м-м… Ши-ба-ри, — с наслаждением тихо выдохнул Чон, прогнувшись в спине и ощущая, как Тэхен двумя пальцами собрал вытекающую из него смазку и протолкнул их резко внутрь.       — Да-да, мне очень понравилось, как ты тогда стонал… Связанный веревками… И просил трахать тебя быстрее и быстрее.       — Бо-о-оже, — Чонгук всхлипнул от пронзившей нижнюю часть тела болью от резкого попадания Тэхеном пальцами по его простате. — Как же я соскучился по твоим рукам, любимый! Ты бы только знал!       — Только по рукам? — наигранно удивился Тэхен, вытащив пальцы и звонко хлопнув ладонью по его левой ягодице.       Чонгук вздрогнул от смачного шлепка и застонал еще сильнее, в нетерпении переворачиваясь к нему лицом и выдыхая горячий воздух ему в губы.       — Скучал по всему тебе! Как сумасшедший! — прошептал он, быстро чмокнув его в губы. — На каждом интервью вспоминал, как хорошо ты трахаешь меня. — Он снова поцеловал его в губы, не дав Тэхену укусить себя за губу и почувствовав новый шлепок по своей правой ягодице. — Каждое утро я ублажал себя в постели, вспоминая, как ты умело вдавливаешь меня в матрац нашей кровати и кусаешь за шею до красных отметин. — Он снова быстро поцеловал его и грустно ухмыльнулся. — Мне тебя не хватало, любимый… Словно мое сердце разорвали на две половинки, и одну я где-то оставил.       — Очень-очень-очень, мой хороший, — прошептал Тэхен и, проведя левой ладонью по животу младшего, обхватил его член, медленно сжимая и заставляя Чонгука простонать на свои действия. — Хочу, чтобы ты попрыгал на мне, Гуки… И постонал своим сладким и восхитительным голосочком… Только для меня.       Чонгук резко впился в его губы, проталкивая язык в рот, и потерся пахом о пах старшего, который сразу застонал сквозь поцелуй и крепко сжал левой ладонью его ягодицу. А Чон больше не мог сдерживать себя и как с цепи сорвался. Он быстро выпрямился, взял в руку член старшего и подставил головку к своей заднице, медленно садясь на него и запрокидывая голову назад от ощущений. Он аккуратно и плавно опустился до самого основания члена и закатил глаза, громко простонав от легкой боли и от распирающего внутри давления, которые любил испытывать со своим мужем.       Ким поднял обе руки и кончиками пальцев провел по накачанному животу младшего, скользя по кубикам пресса к соскам, и резко зажал и прокрутил их до легкой боли, которую также любил Чонгук. В ответ послышался томный стон удовольствия, пока Чон стал равномерно покачиваться и набирать темп, привыкая к члену внутри себя и одновременно согревая его внутри, как любил старший. С каждым движением он все быстрее и быстрее подскакивал на коленях, чувствуя, как Тэхен сжал его талию обеими руками. От привлекательного вида крепкого и подтянутого тела старшего, который регулярно занимался гольфом и большим теннисом, внизу живота все скручивало. Чон громко сглотнул накопившуюся слюну и стал тихо постанывать, поменяв угол проникновения и проезжаясь по простате. Резкая острая боль вспыхнула и пронеслась по ногам, ударив в пах и заставив его застонать еще сильнее.       Громкие хлюпающие шлепки от приземления своей задницы на пах Тэхена стали разноситься по всей комнате, возбуждая и без того яркие эмоции у обоих. Мокрое от пота тело младшего, блестело в свете приглушенных ламп, заставляя Кима снова и снова облизывать губы. За прошедшее десять лет совместной жизни Чонгук на его глазах превратился из парня в настоящего соблазнительного мужчину. Из-за постоянных занятий боксом физическая сила Чонгука крепла с каждым годом, заставляя Тэхена пускать слюни на мужа каждый день. А эмоциональная стабильность и упорство младшего во всех своих начинаниях заставляли Кима гордиться Чоном еще сильнее.       Ким внимательно облизал своим взглядом младшего и еще крепче сжал его тонкую талию в ладонях, почувствовав легкую боль в районе раны на правой руке и заметив просочившуюся сквозь повязку кровь. Но в его голове даже мысли не промелькнуло, чтобы остановиться, так как Чонгук продолжал быстро двигаться на нем и задыхаться от собственных стонов. Чувствуя скорую разрядку, Тэхен резко дернул его вбок, заставив Чонгука дезориентировано и недовольно посмотреть по сторонам, но тут же ахнуть, так как он молниеносно поменял их местами и прижал младшего к матрацу спиной, снова резко заполняя его и наслаждаясь горячими внутренними стенками, которые сильно сжали его член.       — Твоя рука…       — Уже поздно беречься, — выдохнул Ким в ответ, показывая окровавленный бинт, — потом вызовем…       — Доктор Чхе меня убьет, я же обещал, — застонал от недовольства Чонгук, тихо рассмеявшись, и тут же громко простонал от удовольствия, когда Тэхен стал быстро двигаться внутри, проезжаясь членом по простате.       — Краснеть перед ним будем вместе, — прошептал Тэхен, грубо сминая его губы своими и слегка прикусывая нижнюю губу. — Но он поймет.       Старший уперся коленями в матрац и, закинув ноги Чонгука себе на плечи, стал резко и быстро вбиваться внутрь, заставив того стонать еще громче. Оба долго терпели, оба долго не имели близости, оба быстро сорвались и хотели яркой разрядки как можно скорее.       Тэхен прикусил свою нижнюю губу и через полуприкрытые глаза с наслаждением наблюдал, как Чонгук от глубоких толчков мотал головой по подушке, а его покрасневший и стоящий колом член, зажатый между их животами, выделял прозрачную смазку. Чувствуя, как он близок к разрядке, Ким уперся больной рукой в матрац, марая простыню просочившейся кровью, и левой рукой взялся за член младшего, в своем же темпе быстро надрачивая ему. Чон от множества ощущений в своем теле резко сжал ягодицы и громко вскрикнул, выгибаясь в спине еще сильнее и тут же кончая себе на живот. А картина, представшая перед Тэхеном: черные волосы, рассыпанные по подушке, приоткрытый рот в испытываемом оргазме и мокрое тело от пота заставили его увеличить скорость проникновения в сжатом и тугом проходе и спустя несколько движений резко и глубоко проникнуть внутрь и кончить, вздрогнув от удовольствия и прижав Чонгука к матрацу всем своим весом.       Сквозь тяжелое и шумное дыхание Чон медленно приоткрыл глаза и ярко улыбнулся, опуская свои ноги вдоль тела и удобнее располагаясь под Тэхеном, который не сдвинулся с него ни на миллиметр. Ему было восхитительно снова ощутить на себе тяжесть любимого мужа и услышать его сбитое дыхание себе на ухо. Внутри наконец-то лопнула пружина напряжения, которая держала его физически и эмоционально в жестких рукавицах, пока он был вдали от него. Только сейчас, оказавшись снова дома и под любимым мужчиной, он смог выдохнуть от облегчения. Чонгук повернул голову к Тэхену, который лежал на нем сверху, и нежно поцеловал его в левую щеку, ловя в ответ довольную ухмылку.       — Очень-очень-очень, любимый, — сквозь сбитое дыхание прошептал Чонгук, прижимая Тэхена к себе еще крепче.       Ким довольно замычал в ответ и аккуратно вытащил свой член из младшего, тут же перекатившись на левый бок и закинув на его бедро свою правую ногу. Пока оба пытались отдышаться, они продолжали смотреть друг на друга, вспоминая все морщинки на лице каждого, словно за три с половиной месяца могло что-то измениться. Чонгук нахмурился, снова заметив царапины на лице старшего и, тяжело выдохнув, мягко поцеловал в кончик носа, где располагалась его любимая родинка.       — Ты обязан беречь себя, — прошептал Чон, обняв старшего вокруг шеи.       — Очень стараюсь… Только сложно это делать, когда я вижу, как кто-то обнимает тебя…       — Тот урод уже все понял… Мой английский уже достаточно хорош, поэтому я, возможно, и грубо, но поставил его на место, — улыбнулся в ответ Чон. — Не надо ревновать. Я пизды дам любому, кто решит что-то в отношении меня… Да и тебя тоже, — тихо рассмеялся он на мягкую улыбку старшего.       — О-о-о, за наши годы супружества я хорошо насмотрелся на то, как ты отпугивал любого, кто мне хотя бы просто улыбался…       — А нечего заглядываться на тебя! Ты всегда нарасхват у обоих полов, но ты мой муж, только мой мужик! — фыркнул Чонгук и тут же тихо рассмеялся на легкий шлепок Тэхена левой ладонью по своей груди.       — Пошли в душ, мужик! А потом сразу на второй заход. — Тэхен навалился на младшего и со всей нежностью поцеловал в губы, ловя протяжный стон в ответ.       — Сначала твоя рука, нужно позвонить…       — Не-а, — заулыбался он в ответ, вставая с постели и помогая встать младшему. — Давай лучше позовем нашего врача после секс-марафона. Иначе будет проще оставить его сегодня с ночевкой в нашем доме.       Чонгук громко рассмеялся и, пройдя за Тэхеном в ванную комнату, встал под горячий душ, обняв старшего со спины за талию и поцеловав его под кромкой волос в шею. Они на мгновение замерли, позволяя воде смывать с них пот и наслаждаясь теплыми каплями. Тэхен тут же стал тихо мычать под нос знакомую мелодию, заставив Чонгука приоткрыть глаза и прислушаться. А Ким от удовольствия в любимых объятиях начал тихо подпевать песню, откинув голову назад на плечо Чонгука: Mi tierra! Aquí nació mi canto, mi bandera. Sonrisas que se cuelan por la puerta del balcón, Y este viaje que hoy me trae de vuelta.

Моя земля! Отсюда родом моя песня, моё знамя, Улыбки, что проникают сквозь балконную дверь, И это путешествие, благодаря которому сегодня я снова здесь.

Lejos, no sabes cuánto echo de menos El ruido de mi pueblo y la caricia de este mar, Cuando no estoy contigo, yo te invento.

Вдали от тебя, не представляешь, как я скучаю По шуму родного городка и по этому ласковому морю. Когда я не с тобой, я придумываю тебя.

Traigo auxiliado el corazón, Le hace falta cuerda. Mi alma necesita transfusión Sangre de mi tierra.

Моему сердцу нужна помощь, Оно нуждается в подзаводе. Моей душе необходим глоток Живительного сока моей земли.

      — Isla Bella, Рикки Мартин, — озвучил Чонгук вслух известную ему песню в исполнении старого краша мужа. — Ты скучаешь по Барселоне? — продолжил он, понимая перевод песни и о чем пел Тэхен.       — Нет, — замотал головой он в ответ, разворачиваясь лицом к младшему и обнимая его. — Ты мой остров, Гуки. Ты мой дом. По тебе я скучаю, когда тебя нет рядом. Ты меня заряжаешь, когда ты рядом со мной. Все это про тебя, мой хороший.       С каждым новым произнесенным словом Чон улыбался все шире и шире, шмыгая носом и не сдерживая слезы оттого, как трепетно прозвучало признание мужа, словно он у него самое дорогое сокровище в мире. Тэхен поднял ладони, не обращая внимания на окровавленный бинт, который насквозь промок от воды, и взял лицо младшего в ладони, стирая большими пальцами слезы с его щек.       — Очень-очень-очень, Гуки, — тихо прошептал он и нежно поцеловал в губы.       — Очень-очень-очень, — выдохнул в ответ Чон, прижимаясь своим лбом к его и обнимая Тэхена еще крепче за талию. — Из-за моей творческой деятельности в последние полгода мы все реже и реже проводим время вместе.       — Твоя карьера очень важна, мы еще успеем наверстать…       — Нет, я за время пребывания в США понял одну самую важную для себя вещь. — Чон поднял свой взгляд на старшего и мягко улыбнулся. — Мои поклонники даже спустя столь долгое время остались со мной. Они самые лучшие, и я никогда не смогу отблагодарить их за это в полной мере… Но моя жизнь была дана именно мне… Чтобы я прожил ее в первую очередь для себя…       — Что ты хочешь этим сказать? — нахмурился Тэхен, переключив душ, который лил в его спину, на тропический дождик, который тут же полился сверху на их головы.       — Я всегда буду благодарен своим поклонникам за их любовь, но у меня есть и будет собственная жизнь, которая у каждого должна быть важнее всего на свете… И свою личную жизнь я не хочу отодвигать на второй план. — Чонгук перевел взгляд на окровавленную ладонь Тэхена и поджал губы от недовольства, что произошло с мужем в его отсутствие. — Время слишком быстротечно, любимый… Я не хочу откладывать жизнь на потом… Я хочу жить здесь и сейчас, наслаждаться ею рядом с тобой и Ви.       — Я всегда рядом, мы никуда не денемся… Ты можешь заниматься своей карьерой…       — Ты сказал, что готов был устроить глупость, чтобы…       — Помню, но я не сделал этого, — замотал он головой, поглаживая плечи Чонгука и помогая воде смыть с него остатки спермы на животе. — Я уважаю твой выбор и желание построить карьеру. Это очень важно для тебя, а значит, и для меня.       — Мой выбор всегда был тут. — Чонгук положил правую ладонь на грудь Тэхена в области сердца и мягко поцеловал в губы. — А карьеру я могу продолжить рядом с тобой, здесь, в Южной Корее. Максимум в других азиатских странах. Главное, чтобы ты был рядом со мной не дальше, чем на пару часов на самолете.       — Ты уверен в этом? Твой успех за океаном…       — Уверен как никогда, — перебил его Чонгук и впился в любимые пухлые губы напротив.       А Тэхен ничего не смог бы сказать в ответ, так как он за эти годы узнал, что не сможет переубедить упрямого Чонгука, который принял решение в пользу их семьи.

The End