Сердце Глубин

- Уууу неплохо вы тут устроились! - возвестил неопрятный человек с верхней ступеньки возмутительно гражданского вертолётика, непонятно как вообще добравшегося до острова. Окружение из военных с автоматами его совершенно не смущало, он их не замечал. - Пойдём, Раймон, познакомимся с тем, что тут внутри. С этими словами гость выудил из недр своего транспорта переноску с испуганно маукающим котом и стал спускаться вниз, остановившись только когда дорогу ему преградило дуло автомата. - Да бросьте, господа! Ну не без приглашения же я в такую даль припёрся! О, а вот и начальство, которому можно передать верительную, так сказать, грамоту, - человек расплылся в улыбке, глядя, как по площадке идёт Лионель Савиньяк, - Приветствую, маршал. Вам просили передать. Ли, миновав солдат, принял мятый лист бумаги и, приподняв бровь, пробежал его глазами. "Приветствую, Ли! Не обращай внимания на не первую свежесть этого господина. У него есть то, что тебе нужно. Время не терпит, так что воспользуйся его возможностями в полной мере. Рокэ." Потрясающе исчерпывающее письмо было несомненным оригиналом, потому что подделать дикую смесь языков, на которых изъяснялся в письмах Алва, мог бы только его офицер для связей с общественностью. И то бы не угадал. Вообще-то, Рокэ мог бы предупредить о госте самостоятельно, хоть бы и во вчерашнем телефонном разговоре, но, естественно, он этого не сделал. О причинах Ли погадает как-нибудь за вечерней чашкой кофе. - И с кем имею честь? - осведомился Ли, переводя взгляд на с любопытством озирающегося человека. - Называйте меня Жан-Поль. Сойдёт. - Будем знакомы, маршал Лионель Савиньяк. А ваш спутник? - А он - Раймон, - Жан-Поль сошёл на землю и вопросительно кивнул в сторону жерла лифтовой шахты. - Как насчёт не откладывать дело в долгий ящик и сразу пообедать? *** - Итак, - сообщил Лионель полчаса спустя, когда все лица, которым стоило услышать разговор, были успешно призваны в зал для совещаний, на месте превращённый в обеденный, благо время соответствовало. Генерал Райнштайнер на этот счёт не преминул заметить, что, с точки зрения устава, для этого существует столовая, но Лионель его мнение не разделял в данном случае. - Позвольте вам представить Жан-Поля, который посетил нас по предложению маршала Алва. - Здравствуйте, господа, - гость заправил за ухо давно не чёсанную прядь волос, погладил прикорнувшего на соседнем кресле кота и оглядел двух маршалов, двух генералов и двух полковников. Последние чести были удостоены за длинный язык Вальдеса и владение недостроенным Егерем Придда. - Всё, как бы это сказать, довольно просто. У меня есть, где достать то, что нужно вам. У вас есть то, что нужно мне. Все в выигрыше, маршал Рокэ нам свидетель. - Ваше предложение звучит слишком расплывчато, чтобы составить о нём какое-либо мнение, - прокомментировал с непроницаемым лицом Ойген. Большинство людей перед подобным тоном тушевалось, но Жан-Поль, как с интересом заметил Ли, робкого десятка не был. - Меня интересует доступ к останкам Кайдзю, - легкомысленно разводя руками, сообщил Жан-Поль и обвёл зал цепким умным взглядом, параллельно отвлекая внимание шустрым поглощением предоставленного обеда. - Насколько я знаю, для исследований они больше не используются. - А чем и кому их разделывать, у вас есть? - спросил Эмиль, отвлекаясь от собственного обеда. - А это уже мои проблемы. Если вы переживаете о защите окружающей среды, бросьте это дело, я собираюсь долго и счастливо жить на нашей планете не меньше вашего. Если предложение интересует, рассказывайте, что именно вам нужно и в каком количестве, - Жан-Поль, постучав нестриженными ногтями по столу, безошибочно повернулся к нему, ожидая реакции. Безошибочно, потому что маршалы и генералы сделали то же самое, хотя, промолчи Ли минуту, и ценное мнение каждого прозвучит незамедлительно и без него. - Да-да, я знаю, что мы на военном объекте и вот это всё, а не на чёрном рынке! Но правила-то, - барыга выразительно подвигал бровями, - и есть правила. - Мы на военном объекте и вот это всё, - усмехнулся Лионель, встречая прямым взглядом прямой взгляд, - В начале спрос и предложение, потом детали контракта. Господа, прошу вас изложить, в чём мы заинтересованы. - Отлично, - честно державший язык за зубами до сих пор Ротгер, встрепенулся, верно понимая команду "фас", - Итак! Начнём вот с этого… Господа военные засучили рукава и бросились во все подробности тут же. Ариго указывал на тактические потребности, Райнштайнер составлял подробный перечень, Вальдес сыпал количествами и техническими характеристиками не хуже инженера, Эмиль то отключался, то отметал ненужное с меткостью снайпера, Придд слушал и вставлял вызывающие уважение чёткостью комментарии относительно нынешнего положения вещей и инженерных решений. Впрочем, то, что молодой человек подробно разбирается в машине, которую доставил с собой в качестве приданого, Ли уже знал. Но в ближайшее время Валентин нужен был ему по другому делу. Потому что решить проблемы материалов и запчастей в нынешнем положении не значило получить готового к бою Егеря. Лионель, с видом внимания слушал дискуссию, но взгляд его то и дело возвращался к Валентину. Эмиль, заметивший это, нахмурился, но Ли делал вид, что не замечает. Он прекрасно знал, что брат считает верным решением, раз нет пары одному пилоту, заменить его на готовых. Например, Аларкона с Салиной, более или менее вернувшихся в строй после прошлого боя, но лишившихся Егеря. Теоретически решение звучало рабочим. Практически… Лионель уже два дня пытался ухватить за хвост убегающую мысль и пока не мог. Была какая-то причина, по которой он чувствовал, что это будет не выход, даже если Придд согласится отдать своё детище. В любом случае, соглашаться с близнецом и оставлять всё так, как есть, отпустив Малыша в нору на другой край света, он не собирался. Первый день, вернувшись на базу, Ли честно дал Арно на то, чтобы одуматься самостоятельно, но шансом Малыш не воспользовался. Значит, нужно было принимать меры, и приказать вернуться было явно не самой действенной из них. У Лионеля в запасе была идея получше, но прежде пришлось дождаться, когда решится вопрос с поставками - хотя у Валентина была правая рука, выключать его самого из процесса доработки проекта было опрометчиво. До сих пор.