Сердце Глубин

Ли не уследил, в какой момент среди сонного тумана ощутил чьё-то присутствие, но, почувствовав его, разлепил глаза, щурясь в полумраке. - Я уж думал, что обознался, - сипло заметил он, не пытаясь показать себя бодрее, чем есть на самом деле, - Чего молчишь? - А, прости! Забыл, что ты меня так не слышишь, - Вальдес хлопнул себя по лбу и подложил под себя одно колено, с удобством устраиваясь на краю кровати. - До сих пор паршиво выглядишь. - Ощущаю себя не лучше. А вот ты, смотрю, свеж, - Ли шевельнул рукой и понял, что успел уснуть, а ему заботливо воткнули капельницу. Хорошо же он уснул. Левая рука всё ещё немела и болела, но это было ожидаемо, - Новости? - Молнию вернут в строй через два дня. Благословенны да будут запчасти, - Ротгер шутливо сложил ладони в молитвенном жесте, - Удильщика через два дня не вернут, ему надо менять начинку, которая в кладовке не хранится. Сердце… Собирают, как могут. - То есть, не успевают, - заключил Лионель без выражения. - Фиг знает. Последняя поставка не пришла утром, пришла только час назад. Будет желание, спроси Валме, он перескажет матерную новеллу ещё раз. Так что, - Вальдес кашлянул и посмотрел в стену, - Похоже, твоему брату представится возможность восполнить упущенное. Он, кстати, утихомирился, я так понимаю? - По справедливости, он во многом прав, - Ли глубоко вздохнул и посмотрел в ту же стену. - Настолько же, насколько ты. Думаю, вам придётся обоим выжить. Второй раз ты его так ловко не выставишь. - Я и не собираюсь пытаться. - Выжить? - Выставлять Эмиля. Я могу сказать тебе "твоя очередь ждать и бояться", но лучше сними шкуру наседки и кончай гипнотизировать стену, - Ли ещё раз вздохнул и на пробу подвинулся, устраиваясь удобнее. Вышло нормально, значит, ещё не совсем развалился. - В таком случае ты кончай вздыхать и вылезай из кровати, мне не нравится твой вид под капельницей, - Вальдес честно скрыл непривычно серьёзные глаза за шалой улыбкой, - Хотя нет, подожди, я же хотел вернуть должок. - Какой же? - успел спросить Ли, прежде чем Ротгер быстрым движением наклонился к нему, наглым образом целуя, ловко и настойчиво. Вместо возмущения Ли усмехнулся в поцелуй и ответил. - Судя по всему, ты ждал, когда у меня окажутся связаны руки? - глядя в близкие тёмные глаза с синими искрами, поинтересовался Ли. - Просто предосторожность. Хотел застать тебя врасплох, - объяснился беззастенчивый наглец, ещё пару секунд поразглядывав его лицо с расстояния в несколько сантиметров, и оттолкнулся от кровати, снова садясь, как ни в чём не бывало, - Но маршала, пожалуй, застанешь… - Не для того я маршалом становился, чтобы меня врасплох заставали, - призвав в голос тень веселья, откликнулся Ли, и всё-таки перелёг, согнув ногу в колене. - Кстати, не знаешь, как там молодёжь? - Под твоей дверью не сидят, это точно могу сказать. За то, что не порывались, ручаться не стану, но у них на четверых два здравых рассудка, так что я надеюсь, что они отмечают победу, пока могут. *** Эстебан был в восторге от собственной изобретательности. Сидел, развалившись на чужой кровати, попивал разбавленный колой дорогущий виски из заначки Придда и пребывал в восторге. Потому что он, наконец, придумал, как завалить Окделла, и его в данный момент совершенно не смущал бардак, царящий в мозгах к концу этого дня. Да, даже если он грозит первостепенной глупостью. Конечно, он помнил, как ещё этим утром полагал, что их шансы на выживание похожи на шансы гусеницы в курятнике - один из ста, если включить пьяную щедрость. А теперь они выиграли этот день и оставалось только перестать вспоминать цвет лица маршала, глядя на его младшего братца, и дать мозгам отдохнуть после перегрузки дрифта. Вместо этого Колиньяр придумал план, вспомнил утреннее желание напиться и заявил, что теперь они идут к ним. В смысле, что пьянка назначается в комнате Придда с Савиньяком. Типа там их не найдут, и они могут спокойно напиться, пока база бегает кругами, а начальство валяется в медицинском блоке. Звучало относительно правдоподобно, Ричарду было всё равно, потому что он устал, перенервничал, и у него болел бок, Савиньяк нервничать не переставал, но в данном случае это было Колиньяру на руку, потому что Придд легко согласился пустить героев дня в свою берлогу. Признаться, на то, что бонусом они поимеют дорогущий алкоголь, Эстебан не рассчитывал. А вот на то, что они будут не способны как люди разговаривать и тупо напьются, рассчитывал вполне. - Ну всё, - пробормотал Окделл, оторвав Колиньяра от благостных мыслей. И замолчал. - Что всё? - протянул Эстебан, раз уж его всё равно выдернули в реальность. Напротив Арно сдвинул брови, взвешивая на одной ладони бутылку с виски, а на другой - с колой. Валентин хмурился не лучше и смотрел куда-то в окно, потягивая чистый виски. Кажется, Колиньяр непозволительно выпустил ситуацию из-под контроля. Этак они сейчас о судьбах человечества заговорят. - Егерь всё, - объяснил кабанчик и утащил с тарелки чипсину. Он даже не напился. Нужно было срочно разрядить атмосферу. - Не факт, - отозвался Валентин прежде, чем Эстебан успел вставить хоть слово, - Вне зависимости от прочих обстоятельств, одного Егеря мало. И Молния тоже не будет ходить в бой каждые два дня. Её быстро восстановят, но не обновят, она нужна для страховки в ближайшие дни. У Удильщика больше всего шансов быть обновлённым либо восстановленным нам в пару. Слушая серьёзного, решительного и осмысленного Придда, Эстебан как-то усомнился в том, что ему сегодня светит его план. И в кого он только такой дельный - причём к концу второго стакана виски! Он просто не человек. - Ты серьёзно сейчас, да? - скуксившийся было Окделл вскинул на недавнего "жуткого предателя" полный надежды взгляд. - Вполне. Советую вам обоим насладиться отпуском. В следующий раз ваша очередь грызть ногти перед экраном, - Валентин потянулся к низкому столу, мазнув пальцами по торчащему на пути колену Арно. Тот дёрнулся, выпуская из руки колу - хорошо, что и так пытался поставить. - Не, скажите, но круто же было, - глаза кабанчика вспыхнули, он даже подобрался, - Я смотрел только, конечно, но, прикиньте, мы только подходим, блин, я так ни разу не бежал, ну если так можно назвать, и тут смотрю - прямо в нас летит! Туша! А потом понял, что не в нас, а надо в нас! И думаю, а что, если с ног собьёт?! - Да ты дурак, что ли, не знаешь, как надо ловить?! - до этого мгновения Арно выглядел так, как будто вообще не присутствует на этом свете, и Эстебан чуть не подавился от внезапно яркого голоса. Валентин, надо сказать, тоже дёрнулся, а Савиньяк в это время хлебнул чистого виски залпом, сморщился, и снова уставился на Окделла горящими чёрными глазами. Глаза были хороши, Эстебан даже залип, но потом почувствовал опускающийся за шиворот холодок и перехватил взгляд Придда, весьма выразительно намекающий, чтобы Колиньяр залипал на своего поросёнка, а не на чужого оленя. - Впрямую он и Ли уронил! Но это конечно только от того, что врасплох застал, потом-то Ли ему не дался. Но вы, блин, хорошо, что не подставились! Ловить мимо себя надо, мимо! Хватать и тушить инерцию, чтобы не снесло. Как удар уводишь! А, блин, я даже вас ни разу в тренировочном зале не видел! - Да как это не видел! - Окделл всплеснул стаканом и одним махом допил то, что не вылил на пол. Эстебан покосился на Валентина, бывшего владельцем кровати. Что-то подсказывало, что лить виски с колой ему в постель будет не очень дальновидно. - Ну да, я не лучший с шестом, может быть, но я не пренебрегаю тренировками! Почему бы мне это делать так, чтобы все видели, вообще! Это личное! Эстебан, скажи, что со мной тренируешься! - А что мне будет за прикрытие? - нежно улыбнулся Колиньяр, Окделл обернулся, уставившись на него тупо, подумал целую секунду, потом облизнул губы, хлопнул ресницами и отвернулся, хватая со стола бутылку. Эстебан только обомлеть успел. - Вообще-то не все как вы на людях с… с…цепляются! На вас тогда все смотрели, а потом… потом говорить стали, - ладно, на этом моменте Колиньяр понял, что кабанчик-то захмелел. - Что? - настороженно сощурился Савиньяк, скрипнув ногтями по стеклу стакана. Этот тоже был почти готов. Оставалось оценить Валентина, и, присмотревшись, Эстебан заметил замедлившиеся движения и немного расфокусированный взгляд. Этот зараза тоже пьянел! Возможно, в конце концов и он живой человек. - Что вы ну это, - Окделл тоже сощурился, но от этого стал выглядеть только трогательнее. Сейчас насупится и начнёт лепетать. Эстебан уже готовился спасать положение и говорить что-нибудь дурацкое, но Ричард к его глубокому удивлению поднял подбородок, решаясь, - Пара. - Да ты чо, - от шока брякнул Колиньяр, имея в виду отнюдь не то, что можно было подумать. Он, естественно, знал, что эти двое "пара", удивительно было то, что Окделл говорил об этом, как о слухах. Нет, серьёзно? После того, как они целовались на пьянке, чуть не трахнулись на кровати кабанчика, а потом Придд бегал за Арно на его родину и они вернулись, довольные как из сказки? Пф. Может, у него провал в памяти спьяну случился? Хотя, если так подумать, покрывало живёт у него на кровати как ни в чём не бывало… - Да в смысле говорят? - а вот Арно встрепенулся всерьёз. Как будто, было что скрывать, ну в самом деле. - Кто?! Или ты сам сплетни разводишь? - вот это напор! Эстебан чуть не присвистнул и прикинул, надо ли будет ловить внезапный гнев Савиньяка в физическом воплощении. - Я н-не! - кабанчик шарахнулся. Хорошо, что не успел долить в стакан, - Не верю! На несколько секунд в комнате повисла тишина. Колиньяр даже не мог бы назвать её драматичной, скорее уж она звучала озадаченно. Наверное, поэтому он вздохнул, попав в её самую глубину, так что его страдание раскатилось по комнате эхом. - А зря, - заметил совершенно спокойно Валентин, удостоившись немедленного безраздельного внимания всех присутствующих, взял виски, плеснул Колиньяру в стакан сочувственно, потом подлил остальным, заткнул бутылку пробкой, вынул стакан из пальцев Арно, аккуратно поставил на стол и, обняв его лицо ладонями, засосал. Иначе было не сказать, как ни посмотри. На то, чтобы перестать ошарашенно залипать и, судорожно вздохнув в поцелуй, ответить, подаваясь навстречу, Савиньяку потребовалось секунд пять. Но по тому, как вспыхнул его взгляд, было вполне понятно, что о том, хочет ли ответить, он не раздумывал. Но это Колиньяру понятно. - Смотри, Дикон, - вполголоса, как будто этих двоих можно было смутить, сказал Эстебан и обнял Окделла одной рукой, - Вот так выглядят люди, про которых всё понятно. Да, они без всяких сомнений пара. И знаешь, что самое главное? Я уже сто лет хочу оказаться на их месте. Поэтому я считаю, что хорошим примером нужно пользоваться. Не дожидаясь, когда до поросёнка дойдёт всё сказанное, Эстебан, по примеру Придда, отставил стаканы на стол и, внутренне подобравшись, неторопливо, чтобы не спугнуть, приблизился. А может быть, неторопливо, чтобы Ричард, наконец, понял, что Эстебан вполне серьёзен. Был некоторый риск, что Окделл ему врежет, но, когда от смерти тебя отделяет только несколько чужих жизней, становится пора играть ва-банк. Сегодня между ними и Кайдзю встали маршалы, завтра это сделают парни, которые сейчас цепляются друг за друга на соседней кровати. Хотел бы Эстебан, чтобы Удильщика пустили на металлолом, а его отправили в вечный отпуск? Нет. Он просто не знал бы, как жить. За пределами дрифта душа кабанчика была для Колиньяра потёмками - нормальный человек не мог справиться с задачей понять его логику. Колиньяра всегда это забавляло, но сегодня он понял, что за это его и любит. И особенно за то, что из потёмок проступило согласие - Эстебан почти не поверил, когда мягкие губы ответили на поцелуй. Робко, как будто невинную деву целуешь, но, чтобы завестись, достаточно было одного факта. Когда минуту спустя Эстебан отстранился, чтобы чутка остыть и оценить обстановку, Валентин уже опрокинул Арно на кровать, захватив открытую шею своим вниманием, а Савиньяк в ответ успел практически лишить его рубашки, с успехом расстёгивая её наощупь. Стоило ли действительно уйти, оставляя этих двоих наедине? С одной стороны, вообще-то да. С другой… Дикон проследил за его взглядом и замер, не отрывая глаз от шеи Арно. Хотел быть на его месте или?.. Гадать было нечего, и Колиньяр просто наклонился и поцеловал беззащитное горло, чувствуя себя удачливым хищником, сумевшим добраться до мягкой тушки под жёсткой шерстью, грязными клыками и пятаком кабана. Окделл дёрнулся и судорожно вздохнул, неправдоподобно упёршись ладонями ему в грудь. А потом сам же повёл их вниз, якобы сползая. Эстебан честно вздрогнул от прикосновения и выдохнул в поцелуй еле слышный стон. Почему бы самую малость и не подыграть? Робкому кабанчику будет полезно, главное, не смутить его слишком сильно. Эстебан довольно улыбнулся, прикусил приятно нежную кожу на шее, добившись судорожного движения ладоней где-то у себя на боках, и выдохнул ещё раз, забыв, что это подыгрывание. Руки были свободны - и это был повод провести ими вдоль рёбер, чувствуя мелкую дрожь, ощупать крепкую поясницу, бесцеремонно сжать ягодицу и усмехнуться, услышав возмущённый возглас. Он практически ожидал, что Ричард взбрыкнёт, а тот вместо этого поднял подбородок выше, подставляя шею. Сделать что-то в ответ Окделл, похоже, не собирался. Колиньяр сдержал недальновидное желание фыркнуть и покосился на источник вдохновения. У этих двоих такой проблемы не было - они целовались, едва ли уступая друг другу в напоре, Валентин на Арно почти лежал, а его единственная опора - колено, стоящее между ног Савиньяка, - едва ли помогала целомудрию этой сцены. "Что имеешь, то и цени", - подумал философски Эстебан и перестал коситься. Вместо этого он оторвался от Окделла на секунду, чтобы пересесть лицом к нему, бесцеремонно подвинувшись вплотную, обхватил его руками за пояс, вжимая в себя, и впился поцелуем в изгиб шеи. Этот возглас возмущённым уже не был - Ричард вздрогнул в руках и притёрся ещё ближе, раскладывая свои руки у него на плечах, заёрзал, позволяя при небольшом желании оценить действительную степень его интереса, и медленно выдохнул. А Эстебан, довольно ухмыльнувшись, дунул на место поцелуя холодом и тут же укусил. На этот раз Дикон напрягся, вытягиваясь в объятиях, и часто задышал, а потому не заглушил чувственного стона Арно, оборванного на середине. Не обернуться было очень сложно - тем более, Окделл дёрнулся и медленно перевёл мутноватый взгляд в ту же сторону. Колиньяр разжал зубы и тоже повернулся. Без футболки, зажимающий себе рот ладонью, выгнувшийся от действий подсунутой ему под спину ладони, Арно был немного… слишком. Слишком хорош, что уж там. И не только хорош. В животе Эстебана что-то честно завязалось в горячий узел, и он поспешно отвёл взгляд, бросив его на кабанчика. Дикону вовремя отводить глаза явно не хватало опыта - поэтому он смотрел. Смотрел, открыв рот, и с каждой секундой краснел, как наливающееся яблочко. Ситуация стремительно выходила из-под контроля. Чтобы не захихикать самым гнусным образом, Колиньяр посмотрел на Валентина и смеяться действительно расхотелось. Придд с совершенно ровным лицом смотрел на Окделла. Ровным, но выразительным. А Окделл, тотально не замечая этого, пожирал глазами его распалённого любовника. Вот что бы этот поросёнок делал без него, а? Был бы убит лет пять назад, наверное. - Ричард, - тихо и нежно позвал Эстебан, приблизившись к уху кабанчика, - Не переживай, у тебя тоже так получится. Пойдём-ка, я тебе покажу. Поймав взгляд Валентина, Колиньяр испытал буквально прилив гордости, получив короткий кивок, схватил большой глоток из позабытого стакана и, подцепив Окделла за локоть, поволок его из комнаты. Хорошо, что до своей было недалеко. Очень хорошо.