Can We Burn Something, Babe?

Кевин Семь лет назад Шайба врезается в плексиглас рядом с воротами, промахиваясь на милю , и Кевин смеется, когда она отскакивает обратно на лед. — Даже близко нет! — Это было близко! — Нил, я стою в воротах. Она была далеко от меня! — Ты предвзят. Кевин снова смеется, катится к шайбе и передает ее обратно Нилу, раздражение которого видно даже через его шлем. — У нас осталось всего десять минут, — говорит Кевин, пока Нил ведет шайбу по льду. — Прекрати валять дурака. — Это игра, Кевин. Впечатляет то, как ты делаешь игры такими невеселыми. — Оу, пожалуйста. Ты относишься к этому так же серьезно, когда не сосешь так сильно, — он протягивает к нему руки. — Забей на меня. Один раз. И я куплю тебе мороженое завтра после школы. Нил делает паузу в своем ведении и наклоняет голову. — Откуда? — Сладости? — Хм. Звучит как хорошая сделка, — он пожимает плечами. — Я в деле. Нил откатывается в сторону, забирая шайбу с собой, а Кевин кричит ему вслед: — Да, кстати, если ты промахнешься, то мороженое за твой счет! Нил перебрасывает клюшку через плечо и останавливается на другой стороне катка, поворачиваясь к Кевину и делая глубокий вдох. — Хей. Если я смогу выстрелить отсюда, что ты мне купишь? Кевин закатывает глаза. — Мороженое каждый день в течение года. — Это слишком много мороженого, Дэй. — Ты очень далеко, Джостен. Нил усмехается, вытягивая руки, а Кевин встает в центре ворот. Нил откатывается на пару футов назад, оценивая свой удар, а затем начинает движение. Его клюшка движется так быстро, что кажется размытым пятном, и прежде чем Кевин успевает подумать, он видит летящую к нему шайбу и вздрагивает, когда она проносится мимо его шлема и врезается в ворота позади него, прежде чем он даже поднимает руку, чтобы защитить их. Наступает долгая, оглушительная пауза, а затем Нил кричит: — СВЯТОЕ ДЕРЬМО! Он поднимает глаза, когда Нил подлетает и быстро, как молния, врезается в Кевина с таким агрессивным объятием, что будь он чуть выше, это сбило бы Кевина с ног. — Я сделал это! — он кричит Кевину в ухо, и Кевин не может удержаться от смеха. — Кевин! Святое дерьмо! Нил отстраняется и срывает с себя шлем, бросая его на землю, и Кевин делает то же самое, задыхаясь, когда Нил снова сталкивается с ним, спотыкаясь о плексиглас, когда Нил обнимает его за талию. — О Боже мой, — он пытается оттолкнуть Нила, но безуспешно. — Ты действительно в восторге от мороженого. — Этот гол был безумным! Скажи мне, что это не было безумием. — Все было в порядке… Нил смеется. — Заткнись, ты, хрен. — Ты заткнись. Нил улыбается ему, и Кевин улыбается в ответ, затаив дыхание, прежде чем осознает, как близко их лица оказались друг к другу. Улыбка Нила слегка дрогнула, как будто он тоже это понял, и его взгляд на мгновение упал на рот Кевина. Неужели он только что?.. Он не заканчивает мысль, прежде чем Нил наклоняется, сокращая расстояние между ними, и целомудренно прижимается губами к губам Кевина. Кевин напрягается, и Нил отстраняется, его глаза расширяются. — Извини. Я был— — Подожди. Заткнись. Кевин снова наклоняется, обхватывает ладонями щеки Нила и целует его, на этот раз чуть дольше, прежде чем отстраниться и посмотреть ему в глаза. Нил ухмыляется. Затем Кевина снова целуют, на этот раз сильнее, его голова с глухим стуком ударяется о плексиглас. Нил смеется, приглушенно извиняясь, и Кевин фыркает, разворачивает его и вместо этого прижимает к себе, собираясь еще раз поцеловать. Их носы больно сталкиваются, и Нил ругается. — Черт! Ой! — Извини! — Ты сломал мне нос! — Эй, я не нарушал твоего— Нил снова притягивает его к себе, на этот раз целует медленнее. Колени Кевина, к его смущению, немного слабеют, и он слегка пошатывается. Нил ловит его за руку, выдыхает легкий смешок у его губ, запускает другую руку в волосы Кевина и— Двери тренировочного катка с грохотом распахиваются. — Нил? Нил подпрыгивает, отталкивает Кевина и вытирает рот. — Ты задержался, — продолжает голос. — Давай же! — Прости, мам! Кевин слегка поскальзывается на льду, когда Нил судорожно хватает свой шлем, бросая на Кевина растерянный взгляд, прежде чем скатиться к краю катка к выходу. Кевин наблюдает, как он подходит к своей маме, наблюдает, как он неловко машет Кевину через плечо, и наблюдает, как за ним захлопываются двери. Кевин делает паузу, затем подкатывается к краю, медленно опускается на пол и испускает долгий вздох. — Черт. Сейчас Кевин наблюдает за ксероксом, который начинает делать двести копий листовки, о которой просил его отец. Уже почти обед. Еще час, и он сможет выйти на улицу, пойти прогуляться, продолжать думать об одном и том же дерьме снова и снова. Но, по крайней мере, это будет в другой обстановке. Сегодня он ничего не успел сделать. Разглядывание этого ксерокса, наблюдение за движением огонька взад-вперед, вероятно, самая продуктивная часть дня Кевина на данный момент. Он всех избегает. Это ложь — он избегает Эндрю. А это — это значит прятаться. Если возможно, до бесконечности, потому что ничего хорошего из разговора с Эндрю прямо сейчас не выйдет. Проблема — очень большая проблема — в том, что Кевину нравится Эндрю. Он, наверное, влюблен в Эндрю, если позволяет себе в этом признаться. То, что началось как чрезвычайно глупая «влюбленность с первого взгляда», постепенно превратилось в нечто большее, и Кевин чувствует себя самым большим идиотом на свете. Потому что Эндрю видит в нем друга и ничего больше. Он заботится о нём, когда он начинает вести себя как встревоженная развалина — конечно. Он берёт ему пончик по дороге на работу. Он позволяет Кевину разглагольствовать о своей несуществующей личной жизни. Потом он уходит и вышибает мозги Нилу, а Кевин в это время думает о его карих глазах, молочно-белой коже, сильных руках и порочном чувстве юмора, пока не закончит кричать в подушку. На данный момент Кевин к этому привык. К чему он не привык, так это думать о Ниле. По крайней мере, не очень долгое время. Нил не был его первым поцелуем (девушкам всегда нравился Кевин, а у пятнадцатилетнего Кевина было много вариантов того, с кем поцеловаться, поэтому он воспользовался ими), но, возможно, это был первый поцелуй, который он действительно имел в виду. Первый поцелуй, который он ощутил всем телом, а не только прикосновением губ. Но это никуда не делось. Кевин уехал несколько месяцев спустя. Он встретил Рико. Он принял худшее решение в своей жизни и влюбился в социопата. Он не уходил до тех пор, пока два года назад его отец не ворвался в его жизнь и не предложил ему другой вариант — работу в Пальметто, шанс начать все сначала там, где он вырос, вдали от Рико и беспорядка, который он устроил в Калифорнии. Ваймак послал Эндрю забрать его из аэропорта, когда тот приедет. Он подъехал на своем «Мазератти», изо рта у него свисала сигарета, и вид у него был недовольный тем, что ему приходится быть шофёром босса. Кевин был мгновенно очарован. Но это тоже ни к чему не привело. После года эмоционально заторможенного флирта и тоски парень Эндрю (или то, что он считал своим парнем) однажды заехал за ним на ланч, и Кевин оказался лицом к лицу с Нилом Джостеном впервые с тех пор, как ему исполнилось шестнадцать. После этого тоска стала казаться еще более бессмысленной. Во всяком случае, у Кевина есть хоть какое-то подобие личной жизни. Он ходит на свидания с мужчинами, иногда с женщинами, иногда и с теми, и с другими. Иногда у него обычный секс. Никого из тех, кого можно притащить домой. До той самой ночи. Нил — грёбанная сила природы, и Кевин всегда это знал, так что неудивительно, что переспать с ним, каким бы пьяным они оба ни были, было диким, безумным поступком. Когда Кевин закрывает глаза, он чувствует, как Нил опускается к нему на колени, видит его потрясающе голубые глаза — расширенные и напряженные — все еще чувствует, как его губы обхватывают его… Бля. Это было хорошо. Так хорошо. И так, так глупо. Он может отрицать это до посинения, но Эндрю боготворит Нила. Он видит, как почти незаметно загорается его лицо, когда он получает от него сообщение, как его руки тянутся прикоснуться к нему, когда он посещает офис, как он использует любой предлог, чтобы сказать Кевину, как сильно он его ненавидит, как сильно он хочет убить его. Кевин уже знает Эндрю — он знает, что на языке Эндрю это означает «быть по уши влюбленным». Но Эндрю был Эндрю, и он не мог позволить себе иметь Нила здоровым, счастливым образом. Он причинил ему боль, и Нил пришел к Кевину за утешением, и теперь Кевин сбит с толку, он чувствует себя виноватым и глупым, и он не может перестать думать об этом. Не помогает и то, что с тех пор Нил его игнорирует. Два дня без единого сообщения. Кевин фыркает, вытаскивает телефон из кармана и просматривает сообщения от Нила. Кевин: я бы хотел, чтобы ты перестал меня игнорировать Кевин: нам нужно поговорить Он бросает телефон на ксерокс, не ожидая ответа. Он подпрыгивает через несколько минут, когда телефон жужжит, поднимает трубку и видит уведомление от Нила. Нил Дж: я на работе Кевин: я тоже, но я мог бы прийти к тебе на обед? Нил Дж: если ты хочешь Кевин: правда? Нил Дж: да, действительно, но я занят, так что придется поторопиться. 12:30? Кевин: я буду там «Да», — думает Кевин, когда последние несколько копий выскакивают из машины. Это правильно. В этом есть смысл. Поговори с Нилом и убедись, что вы не в разладе, прежде чем встретиться с Эндрю. Всё в порядке. Не всё в порядке… Кевин в кафе, в котором работает Нил, а Нил стоит за прилавком, пока не подозревая о присутствии Кевина. Он стоит, прислонившись к кофеварке, выпятив бедро, озабоченно грызя ноготь большого пальца и листая свой телефон, несмотря на растущую очередь клиентов. Всё не в порядке, потому что Нил такой чертовски красивый, и ему даже не нужно пытаться ничего для этого делать. Его волосы в беспорядке, кудри торчат в разные стороны. Его джинсы порваны — и даже не намеренно. Его футболка растянута в районе выреза, провисая ниже ключицы. Он выглядит ужасно. И он великолепен. Вероятно, совершенно не подозревая, что каждая полоска кожи, которая пробивается сквозь эти лохмотья, которые он называет одеждой, сводит всех в округе с ума. Всё не в порядке, потому что это включает в себя Кевина, который стоит в дверях, застыв, потому что он смотрит на Нила и хочет укусить каждый видный участок кожи на бёдрах. Хочет лизнуть эту ключицу. Хочет прижать его к этому прилавку и полностью— — О, привет. Как долго ты там стоишь? Кевин подпрыгивает, быстро переводя взгляд с тела Нила на его лицо. — А? Привет. Нил убирает телефон обратно в карман, бросая на Кевина любопытный взгляд. Кевин делает глубокий вдох, пытаясь избавиться от этого чувства, затем подходит к стойке. Нил выпрямляется, когда он приближается. — Сейчас э-э-э… уже половина первого, — говорит Кевин, ненавидя то, как неуверенно он звучит. — У тебя перерыв? — Не совсем, но… Он смотрит на очередь людей, затем вокруг, чтобы посмотреть, есть ли кто-нибудь ещё, чтобы справиться с этим. Его нет, но он пожимает плечами и отворачивается. — Пойдём. — Хм… — начинает клиент, но Кевин уже следует за Нилом в подсобку. Когда они добираются туда, Нил поворачивается к Кевину и делает глубокий вдох. — Мне очень жаль. За то, что игнорировал тебя. Я вроде как… думаю, я вроде как надеялся, что если буду продолжать откладывать это, то, возможно, действительно придумаю, что сказать правильно. Кевин кивает. — Да. Я понимаю это. Это… э… это сложно. Нил усмехается. — Сложно. Правильно. Это как— Он останавливается, когда у него в кармане начинает звонить телефон, воспроизводя слова, которые Кевин не узнает. Я хочу продать то, что ты покупаешь Я хочу чувствовать себя на твоей заднице на Гавайях Я хочу, чтобы сменялись часовые пояса от траха и полетов Выстрел ребенку в рот, пока я… Щеки Нила слегка розовеют, когда он хмурится и достает телефон, колеблясь, прежде чем ответить. — Я же сказал тебе, что я… — он хмурится еще сильнее. — Что? Он бросает взгляд через плечо Кевина в кафе, затем внезапно хватает Кевина за руку, уводя его за дверь и скрывая из виду. — Черт. Прекрасно. Подожди там. Нил вешает трубку, беззвучно произнося одними губами «извини, останься здесь» Кевину, прежде чем выйти обратно. Кевин хмурится, прислоняется к дверному косяку и прислушивается. Сначала голоса приглушенные, затем он слышит безошибочный звук голоса Эндрю, и его желудок сжимается. — Где ты будешь спать? — Разве это имеет значение? — Возвращайся домой. Это больше твоя квартира, чем моя. Я все равно буду спать на диване. — Я в порядке. Наступает пауза. Кевин может представить, как Эндрю делает долгий, успокаивающий вдох. — Ты не всегда должен быть таким упрямым. — Дрю, я действительно в порядке. Мне просто нужно немного времени, хорошо? Не дави на меня. Снова тишина, и Кевин высовывается из-за двери так далеко, как только может, не рискуя быть замеченным. Он видит Эндрю, который теперь перегибается через стойку, чтобы подойти поближе к Нилу. Нил выглядит напряженным, как будто хочет прижаться к нему, но не позволяет себе. На этот раз Эндрю говорит тише. — Мы можем поговорить где-нибудь в другом месте? В подсобке? Кевин замирает. — Нет, — отвечает Нил. Его голос звучал менее уверенно, чем минуту назад. — Я работаю. — Я не хочу устраивать сцену. — Знаешь, ты мог бы сказать мне, что скучаешь по мне. Как нормальный человек. — Я не нормальный человек. Нил не спорит с этим, но отводит взгляд от Эндрю, уставившись на стойку и храня молчание. Эндрю наблюдает за ним, затем Кевин замечает, что его плечи заметно опускаются. — Ты хочешь, чтобы я ушел? Да или нет? Нил делает глубокий вдох, глядя на очередь, формирующуюся позади Эндрю, затем снова на него. — Да. Эндрю делает паузу, затем кивает, поворачивается на каблуках и выходит. Нил наблюдает за ним, затем проводит рукой по лицу, прежде чем вытащить телефон из кармана, все еще игнорируя ожидающих перед ним клиентов. Кевин подпрыгивает, когда его телефон жужжит. Нил Дж: ты должен уйти Нил Дж: я действительно занят Нил Дж: извини Кевин сглатывает, собираясь ответить, но потом передумывает. Он качает головой, выходит из кухни и проходит мимо Нила, который даже не поднимает глаз, когда, наконец, начинает принимать заказ у очень сварливого клиента, и выходит из кафе. Вернувшись на работу в тот день, Кевин вздрагивает и поднимает глаза, когда Эндрю бросается в кресло, которое кто-то оставил напротив его стола, агрессивно раскачивая его из стороны в сторону, пока он пристально смотрит на Кевина. Бля. Слишком много для того, чтобы сначала разобраться с Нилом. — Это единственный раз, когда я собираюсь сказать это, Дэй, — говорит Эндрю, монотонно, как всегда. Эндрю пытается выглядеть невозмутимым. Его обычное выражение лица Эндрю Миньярда «плевать на все». Но Кевин видит его насквозь. — Так что слушай очень внимательно, черт возьми, — продолжает Эндрю. Кевин сглатывает. Он знает. Сказал ли ему Нил? Бля. Он должен был составить завещание, когда увидел это предложение на Facebook. — Слушаю. — Я думаю, что облажался. Кевин борется с собой, чтобы у него не отвисла челюсть. — Ты… что? — Не смотри на меня так, черт возьми. Я человек. Я облажался. — Я в курсе. Ты просто обычно этого не делаешь… не признаёшься в этом. — Это ёбаное чудо. Предупредите средства массовой информации. Остановите прессы. И так далее. Ты собираешься помочь мне с этим или нет? Кевину не нравится, к чему все это клонится. Вообще. — Зависит от того, что это. — Нил. Бля. — А что насчет него? — спрашивает Кевин, надеясь, что его голос звучит предельно небрежно. Эндрю делает глубокий вдох. Очевидно, что признание своих собственных проступков отнимает у него много сил. — Кажется, я его расстроил. — Люди, как правило, расстраиваются, когда им изменяют. Кевин захлопывает рот как раз в тот момент, когда челюсть Эндрю напрягается. Он только что это сказал? Он действительно не хотел говорить этого вслух. — Откуда ты знаешь об этом? Думай быстро. — Он сказал Мэтту. У Мэтта длинный язык. — Правильно, — Эндрю выглядит взбешенным, но, кажется, принимает это. — В любом случае, это не было изменой. Мы не— — Парочка. Правильно. Ты уверен, что он это знал? Что ты делаешь? Держись подальше от этого! Эндрю свирепо смотрит на него, затем раздраженно откидывается на спинку стула. — Думаю, я облажался. Я и не подозревал, что он думал, что это… Я не знаю. Серьезно? Кевин подавляет желание закатить глаза. — Хорошо. — А теперь он даже не хочет спать в своей собственной квартире. Хрен его знает, где он был. Наверное, спит на улице, как какой-нибудь дикий ребенок, просто чтобы досадить мне. — Он может сам о себе позаботиться, Эндрю. Эндрю делает паузу, затем закидывает ноги на стол. — Иногда я забываю, что вы двое давно знакомы. Кевин усмехается. — Вряд ли. — С двенадцати, верно? Я бы сказал, что это давно. И снова Кевин не в восторге от того, к чему все это идет. — Я имею в виду, мы не виделись семь лет. Сейчас мы едва ли близки друг с другом. — Да, но ты же знаешь. Любовь с песочницы никогда не умирает и все такое. Кевин моргает. — Если тебе нужен мой совет, ты мог бы подумать о том, чтобы действительно извиниться перед ним? Эндрю скривил губы. — Я не хочу, чтобы у него сложилось неправильное представление. — И что это за представление? Что ты так же без ума от него, как и он от тебя? Какая это была бы ужасная концепция. Взаимное обожание. Заткнись, заткнись, заткнись, ради всего святого, перестань болтать. — Я начинаю жалеть, что заговорил об этом, — сухо говорит Эндрю. Кевин пытается решить, в какое русло попытаться перевести этот разговор — к примирению Эндрю и Нила или к чему-то совершенно более эгоистичному — когда его телефон жужжит на столе рядом с ним. Он вздыхает и берет его, хмурясь, когда видит, что это еще одно уведомление от Рико. Рико: невежливо игнорировать сообщения, милый Он морщится и открывает его, собираясь ответить просто по мышечной памяти, когда рука Эндрю тянется над столом и выхватывает телефон у него из рук. — Эй! — Я знаю это выражение. Это выражение типа «Кевин Дэй вот-вот станет гребаным идиотом», — Эндрю смотрит на телефон и закатывает глаза, прежде чем снова поднять взгляд на Кевина. — И как же я был прав. Есть ли какая-то причина, по которой ты не заблокировал этот номер? Кевин сглатывает, затем пожимает плечами. Эндрю не давит, но он снова смотрит на телефон и начинает печатать. — О нет! Нет, нет, — он пытается схватить телефон, но Эндрю уворачивается. — Эндрю! — Я просто поддерживаю вежливую беседу. Он что-то печатает и, прежде чем Кевин успевает снова схватиться за телефон, размашисто нажимает «Отправить», а затем возвращает ему телефон. Кевин морщится и смотрит на экран. Кевин: у кого-то взъерошены перья. могу ли я предложить тяжелую институционализацию? Кевин чувствует, как его лицо горит, а желудок сжимается. — Он собирается убить меня. — Сначала ему придется пройти через меня, — Эндрю пожимает плечами и потягивается. — Кроме того, физическое насилие не в его стиле. Он предпочитает пытать мысленно, в то время как я наслаждаюсь ножами. Это не равный бой. Кевин пытается сделать вдох, но он застревает у него в горле. Он пробует еще раз. — Он… — Хей, Дэй. Он пытается сосредоточиться на голосе Эндрю, но он слишком занят, пытаясь заставить свои легкие работать, слишком занят, представляя, как Рико читает это сообщение, представляя, как он сжимает кулаки, как он делает, когда Кевин выводит его из себя — костяшки пальцев белеют. Он вздрагивает, когда теплая рука ложится ему на затылок, пальцы нежно поглаживают кожу, успокаивающе. — Посмотри на меня. Кевину удается сделать полный вдох, затем он выдыхает, поднимая глаза и встречаясь взглядом с Эндрю. Он пристально смотрит на него — пристально и сосредоточенно. — Это просто сообщение, — говорит Эндрю ровным голосом. — Он будет злиться. — Он всегда злится. Потому что ты ушёл. Потому что ты выбрал себя, а не его хрень. Но он не может добраться до тебя, не здесь. Не тогда, когда я здесь. Хорошо? — Эндрю… — Ты в безопасности, — он прислоняется лбом ко лбу Кевина с мягким стуком. — Хорошо? Скажи это. Кевин делает долгую паузу, затем сглатывает. — Я в безопасности. — Хорошо. Он бодает его в последний раз, чтобы подчеркнуть свою точку зрения, затем отодвигается, снова садясь. — А теперь заблокируй его гребаный номер, или я сломаю твой телефон. Кевин кивает, неуверенно набирает контактную информацию Рико и нажимает «Заблокировать вызывающего абонента». — Тебе не следовало писать ему СМС. — Ты собирался снова впустить его. Я обещал не допустить, чтобы это произошло. — Ты и твои дурацкие обещания. — Расскажи мне об этом. От тебя гораздо больше проблем, чем я ожидал. Кевин слегка улыбается. — Тем не менее, оно того стоило. — Мы это еще посмотрим. Нил Дж: привет Кевин: привет Нил Дж: извини за то, что было раньше. это было по-идиотски Нил Дж: ты все ещё на работе? я могу зайти, если ты все ещё хочешь поговорить? Кевин: здесь? это плохая идея Нил Дж: (•~•) Нил Дж: это просто разговор, и мы можем встретиться в скрытом режиме, если хочешь Кевин: скрытый режим? Нил Дж: подземная парковка? мы можем носить чёрные треники Кевин: ты собираешься серьезно отнестись к этому? Нил Дж: да. подземная парковка в 10? Кевин: хорошо. тогда увидимся Нил Дж: :) Нил не одет в чёрные треники, когда Кевин находит его, но он изо всех сил старается оставаться инкогнито — толстовка натянута на голову и он держится в тени. — Ты что, шутишь? — спрашивает Кевин, подходя к нему. Нил стягивает капюшон. — Что? — Если ты так отчаянно хочешь, чтобы тебя не видели, ты всегда можешь, я не знаю… не приходить туда, где он работает? Он закатывает глаза, пожимая плечами. — Нам нужно поговорить. Я буду через пять минут. Все в порядке, — он оглядывается по сторонам. — Где твоя машина? «Ниссан» Кевина, идеально подходящий для скрытого режима Нила, был припаркован в темном углу гаража под офисным зданием. Нил запрыгивает на водительское сиденье в тот момент, когда Кевин открывает его, а Кевин забирается на пассажирское сиденье, бросая на него взгляд. — Ты не поведешь мою машину. — Что? — он смотрит на руль. — О… Нет… неважно, — он оглядывается на Кевина и громко выдыхает. — Мне очень жаль, ладно? Кевин удивленно моргает, когда Нил продолжает. — Я не должен был втягивать тебя в свое дерьмо. Это было эгоистично. И мне очень жаль. Кевин кивает, затем со вздохом откидывается на спинку кресла. — Это было не только на тебе. Эндрю — мой лучший друг. Я не должен был… Боже, я даже не должен был приглашать тебя войти. — Ты вел себя как друг. Мне нужен был гребаный друг. — Да, но… я угостил тебя водкой и… — Что? Нет, Кевин. Ты ни в чем не виноват. В ту ночь я бы всё равно напился, будь то с тобой, или с Мэттом, или просто в одиночку на каком-нибудь углу улицы. Это должно было случиться. Мне было… больно. Кевин сглатывает. — Я знаю. Это было… мы можем просто… оба извиниться? — Да, наверное? — Нил делает паузу, затем кивает. — Да. Ладно. Мы оба сожалеем. Это сработает. — Это была ошибка. — Это ошибка. Правильно, да. Он замолкает на несколько секунд, снова грызя ноготь большого пальца, затем делает глубокий вдох. — Я думаю, ты нас слышал. Ранее, в кафе. Кевин кивает, и Нил вздыхает, глядя в лобовое стекло перед собой, как будто там могут быть ответы на все вопросы Вселенной, хотя он смотрит только на бетонную стену. — Я не знаю, что делать, — бормочет он. — Он действительно скучает по тебе. — Я знаю. Дело не в этом. Дело в том, что он этого не скажет. Он… ни в чем не признается. Кевин хмыкает. — И ты скучаешь по нему? Нил делает паузу, затем кивает. — Я чертовски сильно скучаю по нему. Я не могу выбросить его из головы. Я даже пошел домой после работы и подрочил, подумал, что это может немного прояснить ситуацию, но… — Нил. — Это совсем не помогло. Я все еще скучаю по нему. И я все еще… я просто не готов… — он беспорядочно жестикулирует. — Я не знаю. Думаю, я сдаюсь. — Я не уверен, что сдаться — это самый романтичный способ выразить это, но… Нил прерывает его громким стоном, внезапно бросая руки на руль и зарываясь в них лицом. — Это даже не самое худшее! — говорит он приглушенным голосом. Кевин хмурится. — Что самое худшее? Нил делает паузу, затем ещё сильнее прячет лицо в ладонях, говоря что-то ещё, что совершенно непонятно. Кевин моргает. — Чего? Нил громко вздыхает, затем неохотно поворачивает голову, чтобы посмотреть на Кевина. — Хуже всего то, что я действительно хочу поцеловать тебя снова. У Кевина в мозгу происходит короткое замыкание. Он открывает рот, пытаясь что-то сказать, но ничего не выходит. В конце концов, он пытается снова. — О. Нил хмурится. — Черт, прости. Мне не следовало этого говорить? — Нет, это… это просто… — Глупо? Безрассудно? Сбивает с толку? Кевин кивает. — В значительной степени. — И это не должно повториться. — Нет. Не должно. — Нам нужно просто… просто притвориться, что этого никогда не было. Вернуться к тому, чтобы быть старыми знакомыми, которые раньше тусовались в средней школе. И мне нужно разобраться со своим дерьмом. — Я тоже так думаю. — Правильно. — Да. Нил сглатывает, переводя взгляд на губы Кевина. — Определенно. Нил облизывает свои губы, и Кевин видит это почти в замедленной съемке. Его губы мягкие, полные и темно-розовые. И он знает, на что они способны. Не может перестать думать о том, как хорошо эти губы могут чувствоваться. На его собственных устах. На его шее. На его члене. Губы Нила слегка приоткрываются, и он прерывисто вздыхает, переводя взгляд обратно в глаза Кевина. — Я должен у— Кевин притягивает его к себе, прежде чем он успевает закончить, их губы соединяются в отчаянном поцелуе, который заставляет Нила пискнуть от удивления, прежде чем он целует Кевина в ответ, неуклюже перелезая через коробку передач, чтобы попытаться забраться к Кевину на колени. Голова Нила ударяется о потолок машины, и он стонет — Кевин пытается переставить его в удобное положение, так нежно, как только может, в то время как Нил жадно кусает его нижнюю губу. — Нил… — Кевин, — Нил ахает ему в рот, наконец-то поставив ноги по обе стороны от бедер Кевина, оседлав его и запустив руки в его волосы. — Мы должны остановиться. Кевин отстраняется, убирая волосы Нила со своего лица. — Ты хочешь остановиться? — Нет. Нил двигает бедрами, медленно, тяжело, прижимаясь задницей к твердому члену Кевина, и Кевин стонет. — Черт. — Но мы должны остановиться. Кевин хмурится, сбитый с толку, и Нил хнычет, прежде чем снова поцеловать его, лизнуть рот и покачать бедрами. — Я… Я хочу тебя, — говорит Нил, задыхаясь. — Возьми меня, — слышит Кевин свой голос. Его голос звучит так надломленно, что кажется ему почти чужим. — Я здесь, я есть у тебя. — Нет. Внутри меня, — Нил снова демонстративно покачивает бедрами, его бедра сжимаются вокруг бедер Кевина. — Хочу, чтобы ты был внутри меня. Кевин стонет, волна возбуждения пронзает его позвоночник. ДА. Черт возьми, да. Но… — Здесь? Нил ускоряет движение бедер, отчаянно извиваясь на коленях Кевина. — Да. Здесь. Да. Пожалуйста. — Люди могут увидеть. — Они не увидят. — Нил… Нил продолжает тереться о него, и его лицо так близко, и его дыхание опаляет щеку Кевина, и он время от времени хнычет, и у Кевина подгибаются пальцы на ногах, и он должен остановиться, или он собирается— — Подожди, подожди, — он кладет руки на бёдра Нила и успокаивает его. Нил скулит, сначала пытаясь сопротивляться, затем останавливается и делает несколько глубоких вдохов, вероятно, понимая, что не хочет заканчивать это тем, что кончит в штаны. Нил отстраняется, чтобы посмотреть на него, его лицо покраснело, на нём читался вопрос. — Хорошо, — говорит Кевин, его голос слегка дрожит. — Хорошо. Презервативы. У тебя есть презервативы? И смазка? Нил качает головой. — Нет. Бля. Я не— — Подожди! Нил откидывается назад, когда Кевин тянется к бардачку со стороны водителя, открывает его и роется в протеиновых батончиках, зарядных устройствах для старых телефонов, зажигалке— Зажигалка Эндрю. — Кевиииин… — Нил скулит у него на коленях. — Давай же. Кевин качает головой, приходит в себя, копает еще немного и — да. Пакетик смазки и коробка презервативов. Он протягивает пакетик Нилу и опрокидывает коробку вверх дном на водительское сиденье. Один презерватив выпадает. — Ха, — бормочет Нил. — Судьба. Кевин смеется, прежде чем успевает остановиться. Нил улыбается ему в ответ, затем притягивает его обратно. Они целуются и целуются, и Кевин расстегивает молнию на джинсах Нила, и Нилу удается неловко сбросить их, и они целуются еще немного. Нил отстраняется, разрывая зубами пакетик со смазкой, затем поднимает руку Кевина, выливая немного на пальцы, пока Кевин наблюдает за ним с отвисшей челюстью. — Ты в порядке? — спрашивает Нил, когда замечает выражение лица Кевина, его нахмуренные брови. — Да. Я просто, — он качает головой. — Черт. Нил кивает. — Ага, — соглашается он, затем берет руку Кевина, приподнимается на коленях и засовывает ее себе между ног. Нил вздрагивает, когда Кевин прижимает один скользкий палец к его дырочке, и Кевин удивляется, когда он почти легко скользит внутрь. — Ты?..— спрашивает он Нила. — Неужели ты уже— — Я… ммм, — он мягко толкает себя вниз, палец Кевина скользит глубже внутрь. — Раньше. У меня есть эта… эта штука, которой я пользуюсь, когда я один, но… о черт, Кев. — Но что? — Но мне становится недостаточно. Это не одно и то же. Кевин пристально смотрит на него. Наблюдает, как его веки подрагивают, когда Кевин загибает в нём палец. Так много мыслей проносится в голове Кевина. О ком он думал, когда делал это? О нём? Или о ком-то ещё? О, возьми себя в руки, Кевин, потому что… — Это так чертовски сексуально, — выпаливает он. Нил слегка напрягается, затем смеется. — Правда? Кевин кивает, внезапно затаив дыхание. — Да. Он постукивает по бедру Нила, подавая ему знак снова подняться, вытаскивает палец и затем заменяет его двумя. Нил стонет, прислоняясь лбом ко лбу Кевина, когда тот начинает растирать его пальцами изнутри. — Согни их снова, — шепчет он. Кевин подчиняется, а Нил ахает. — Да! Немного левее. Кевин слегка сдвигается, как было приказано, и Нил громко стонет, сжимаясь вокруг пальцев Кевина и впиваясь ногтями в подголовник сиденья. — О черт. Да. Прямо здесь. Кевин кивает, снова трет это место. Он так тверд под Нилом, что это почти болезненно, и Нил не помогает делу: издавая отчаянные, жалобные звуки, он трётся о него, от трения у Кевина поджимались пальцы на ногах. — Если ты… — стонет Нил, запуская руки в волосы Кевина и дергая их. — Если ты продолжишь это делать, я кончу. — Ты хочешь? Ты можешь это сделать, детка. Нил резко качает головой. — Хочу, чтобы ты трахнул меня. Кевин стонет, невольно прижимаясь к нему и заставляя Нила выругаться. — Черт. Мне нужно растянуть тебя еще больше. — Нет. Нет, со мной все в порядке. Я уже сделал это раньше, просто трахни меня. Пожалуйста. Кевин кивает, и Нил снова поднимается на колени, вздыхая, когда Кевин вытаскивает пальцы и вытирает их о рубашку. Нил тут же протягивает руку и хватает презерватив с соседнего сиденья. — Расстегни штаны, — говорит он, разрывая его. Кевин неуклюже делает то, что ему говорят, стягивая свои рабочие брюки и трусы на бедра, убирая их как можно быстрее. Взгляд Нила падает на член Кевина, и его глаза слегка расширяются, как будто это не то, с чем он недавно уже сталкивался. Кевин собирается что-то сказать по этому поводу, когда Нил начинает действовать, почти взволнованно надевая на него презерватив, прежде чем снова обернуться, чтобы найти полупустой пакетик смазки. — Хей, — говорит Кевин, и Нил смотрит на него. — Хей, — говорит Нил в ответ. — Могу я… ничего, если я буду сверху? Нил делает паузу, затем улыбается, наливая смазку на ладонь, а затем наклоняется, чтобы смазать Кевина. Кевин стонет, его голова запрокидывается и ударяется о подголовник. — Я уверен, что смогу с этим справиться, — говорит Нил. Затем Кевин быстро двигается, садится и дергает за рычаг сбоку от их сиденья, который двигает его почти в горизонтальное положение. Они оба вскрикивают, движение немного более жестокое, чем ожидал Кевин, затем Нил смеется, наклоняясь, чтобы поцеловать его. У них уходит слишком много времени на то, чтобы неловко перестроиться — ушибая локти, ругаясь и смеясь — пока Кевин не оказывается тем, кто прижимает запыхавшегося Нила к сиденью, затем он хватает его за бедра, закидывая их себе на талию. — Ты в порядке? — спрашивает он, наклоняясь, чтобы пару раз провести рукой по своему члену, и наблюдает за лицом Нила. — Войди в меня, Дэй, — отвечает Нил с ухмылкой. Кевин закатывает глаза, выпрямляется и медленно толкается внутрь. Нил издает низкое, тихое, удивленное «ох» и делает долгий выдох, его бедра сжимаются вокруг бедер Кевина. Кевин зажмуривает глаза, пытаясь не кончить мгновенно от ощущения Нила — горячего и крепкого вокруг него, дергающегося; его руки снова запускаются в волосы Кевина и снова тянут. Прошло много времени с тех пор, как он делал это, и Нил… Нил — это уже слишком. — Всё в порядке? — он слышит и открывает глаза, чтобы увидеть, как Нил моргает, глядя на него, его щеки пылают, а глаза слегка слезятся. — У тебя все хорошо? Нил криво усмехается. — Мне будет чертовски хорошо, если ты пошевелишься. Кевин кивает, кладет руки на талию Нила, затем медленно отодвигается на пару дюймов, прежде чем снова войти в то место, которое раньше заставляло Нила хныкать. На этот раз это заставляет его кричать так громко, что Кевин быстро заглушает шум поцелуем, внезапно испугавшись, что он разнесётся эхом по парковке. Нил издает странный, сдавленный звук во рту Кевина, когда тот продолжает двигаться — что-то среднее между смехом и рыданием. Кевин двигается быстро, и Нил следует его примеру, прижимаясь к нему бёдрами и упираясь пятками в заднюю часть бёдер Кевина, чтобы подбодрить его. Кевин не перестает целовать его, не хочет, чтобы он производил слишком много шума (не хочет прекращать целовать его), а Нил бездумно бормочет что-то ему в рот. — Кевин… Кев, не останавливайся. Кевин. Кев, это так здорово. Ты чувствуешься так хорошо… Нил кладет руки на задницу Кевина, сжимая его, направляя его, и Кевин стонет, слишком быстро подбираясь к краю. — Я… ммм… Нил, я уже близко, так близко. — Прикоснись ко мне, — выдыхает Нил в ответ. Кевин приподнимается достаточно, чтобы обхватить член Нила рукой, проводя большим пальцем по кончику и растирая выступившую влагу. Нил стонет, одной рукой опираясь на дверцу машины, чтобы удержаться на месте, когда Кевин начинает поглаживать его в такт его толчкам. — Продолжай, продолжай, — бормочет он. Кевин продолжает долбиться в него, пока Нил не начинает задыхаться, с глухим стуком откидывая голову на спинку сиденья и натыкаясь на кулак Кевина. Сжатие его задницы вокруг Кевина через несколько секунд доводит его до безумства, в его глазах плавают пятна, когда он стонет и жёстко кончает в презерватив. Кевин скулит, терпя неудачу, когда Нил сжимает руку в ткань рубашки Кевина. — Срань господня. Нил. Нил— дерьмо. — Не останавливайся, — говорит Нейл, тяжело дыша. — Продолжай, Кев, не останавливайся. Это хорошо, так хорошо… Кевин прижимается к нему, гоняясь за последними вспышками удовольствия и наблюдая, как лицо Нила искажается от удовольствия, пока он не замечает крошечную морщинку на его лбу, означающую, что чрезмерная чувствительность, наконец, стала слишком сильной. Кевин замедляется и останавливается, переводя дыхание. Нил стонет, затем смотрит на него в ответ — Кевин чувствует, как грудь Нила вздымается под ним, его ноги слегка дрожат там, где они все еще обхватывают его талию. Кевин действительно хочет, чтобы в следующий раз он кончил нетронутым. Блять. «В следующий раз»? В конце концов, когда он дышит ровнее, Нил мурлычет — трется своим носом о нос Кевина, и от этого нежного прикосновения глаза Кевина закрываются. — О чем ты думаешь? — Тихо спрашивает Нил. — Я думаю… — Кевин снова открывает глаза, стараясь не быть ошеломленным огромными голубыми глазами Нила, смотрящими на него в ответ. — Я думаю… если бы четырнадцатилетний Кевин мог видеть меня сейчас. Нил смеется. Кевин же старается не поддаваться его улыбке. — Он был бы впечатлен, да? Стесненный секс на заднем сиденье «Ниссана»? Кстати, ты когда-нибудь собираешься вытащить из меня свой член? Кевин фыркает, удивленный тем, как Нил может за считанные секунды превратиться из невероятно сексуального в раздражающего маленького гоблина, которого он встретил в средней школе. Кевин выходит, и Нил стонет; он смотрит, как Кевин снимает и завязывает презерватив, смотрит, как он оглядывается в поисках места, куда бы его деть. — Выбрось это в окно, — говорит Нил с ухмылкой. — Ты отвратителен. — Я знаю. Иди сюда. Нил берет презерватив, отбрасывает его в сторону и тянет Кевина вниз, пока они снова не оказываются грудь к груди. Он целует Кевина в губы, затем в щеку, затем в челюсть, все это время проводя пальцами по волосам Кевина. Кевин закрывает глаза, сглатывая. — Это будет продолжаться и дальше, не так ли? Он чувствует, как Нил делает паузу, а затем оставляет еще один нежный поцелуй на линии роста волос Кевина. — Думаю, да? — И ты влюблён в Эндрю. На этот раз Нил кивает. — Да. Я тоже, вот чего Кевин не говорит. Что он действительно говорит, так это: — Это гребаный беспорядок. — Конечно, — отвечает Нил. Кевин вздыхает, утыкаясь лицом в шею Нила. Они остаются в этом положении на какое-то время. Тихо, не зная, что еще сказать. И вдруг Нил начинает смеяться. Кевин хмурится, приподнимаясь, чтобы посмотреть на него. — Что тут такого смешного? — Извини. Но посмотри… — он указывает на что-то. — У нас был момент Джека и Розы. Кевин смотрит туда, куда он показывает. Окно. Запотевшее и с очень заметным отпечатком руки в стиле Титаника на нем. Он стонет. — О Боже мой… Нил снова смеется, и на этот раз Кевин не может не присоединиться к нему, они оба трясутся от смеха, пока Нил не делает глубокий вдох и не протягивает руку к окну. Кевин наблюдает, сглатывая, как Нил медленно рисует пальцем форму сердца в конденсате.