Can We Burn Something, Babe?

Аарон Пять месяцев назад — Я порвал с Роландом. Голос Эндрю в телефоне Аарона звучит сухо и монотонно, как всегда. Аарон оглядывает кофейню, проверяя, могут ли Нил и тот новый парень, чьё имя он не может вспомнить, прикрыть его, чтобы он мог справиться с… чем бы это ни было. — О, — говорит он. Потому что он не знает, что ещё сказать. Повисает долгое молчание, и Эндрю, похоже, слишком упрям, чтобы заполнить его, поэтому Аарон прочищает горло. — Ты в порядке? Аарон практически слышит, как Эндрю закатывает глаза по телефону. Эндрю признался, что он гей, и представил Аарона и Ники Роланду одним махом около полугода назад: «Это мой парень, не делайте из этого странность». Они никогда не показывали особо себя, как пару, по крайней мере, для Аарона. Роланд был старше, и они никогда не казались нежными друг с другом (хотя Аарон не совсем уверен, что его брат способен быть нежным с кем-либо). — Не паникуй, — отвечает Эндрю. — Я позвонил тебе не для того, чтобы поплакаться тебе по этому поводу. Мне просто нужно место, где я мог бы переночевать какое-то время. — О, — Аарон выдыхает, надеясь, что в его голосе не звучит слишком большое облегчение. — Я имею в виду, да, но мое заведение вроде как переполнено. — У тебя ведь есть диван, верно? — Да… — Тогда есть место. Это просто временно. Поверь мне, я не умираю от желания постоянно торчать на диване моего брата, слушать, как Ники взрывает Карли Рей Джепсен , и разбираться с любым странным дерьмом, которое вытворяет ваш странный сосед. Аарон прислоняется к прилавку, наблюдая, как Нил случайно пытается сыграть с наполовину полным латте, чтобы произвести впечатление на симпатичную покупательницу, и проливает его на свой фартук. — Он не такой уж странный. Ты просто никогда с ним не встречался. — Я услышал достаточно. — Ты не можешь остаться с Кевином? — Нет, — отвечает Эндрю. Слишком быстро. — Почему? Я думал, вы, ребята, были… — Твой диван — самое то. — Ты платишь аренду. — Чтобы спать на диване? — Ты зарабатываешь в два раза больше, чем я. Ты платишь арендную плату. Эндрю фыркает. — Вот тебе и братское милосердие. — Это не вещь. Он поднимает взгляд, когда пустая картонная кофейная чашка ударяет его по голове. Нил машет ему, затем указывает на растущую очередь покупателей. — Я должен пойти и дать Джостену по шее. Когда ты переезжаешь? — В эти выходные. Пока он в отъезде, — говорит Эндрю, и Аарон может сказать, что он пытается говорить об этом как можно более непренуждённо, но его голос звучит напряженно. — Хорошо, — Аарон делает паузу, пытаясь решить, стоит ли вообще задавать этот вопрос. — Ты что, о?.. Эндрю вешает трубку. Аарон решает сообщить новость своим соседям по комнате в середине турнира Mario Kart, которым Ники почти не интересуется и к которому Аарон и Нил относятся так, словно это чертова Олимпиада. — Эндрю порвал с Роландом. Он переезжает сюда на некоторое время. — Круто! — восклицает Ники, когда его машина радостно мчится по трассе на предпоследнем месте. — Кто такой Эндрю? — Нил отвечает, в настоящее время участвующий в гонке как Донки Конг на втором месте и бросающий еще один красный снаряд в Луиджи Аарона, чтобы попытаться сбить его с первого места. — Мудак! — Аарон быстро приходит в себя, затем делает глубокий вдох. — Мой брат. — Ох. Да. Кто такой Роланд? — Я только что сказал, что он порвал с ним. Как ты думаешь, кто он такой? — Твой брат гей? — Да. Нил что-то мычит себе под нос, по-прежнему просто глядя на экран и ничего не говоря. Аарон хмурится. — Разве это проблема? Ники ещё больший гей, чем Эндрю, и ты прекрасно с ним ладишь. Ники фыркает и закатывает глаза. — Нет никаких уровней гомосексуальности. Есть геи, а есть не геи. Я и наш любимый Эндрю оба стопроцентные и гордые гомосексуалы. — Определенно, есть уровни, — Аарон ставит игру на паузу и тянет руку, чтобы потянуть за свитер в радужную полоску, который носит Ники, чтобы доказать свою правоту. — И ты на вершине. Ники ухмыляется. Аарон стонет, отпускает и отталкивает Ники, который смеётся. Он смотрит на Нила, который пристально смотрит на него в ответ. — Что? — Ты единственный гетеросексуал во всей вашей семье или?.. — Кто сказал, что он гетеро? — говорит Ники, самое стойкое проклятие существования Аарона. Аарон оглядывается на него. — Я знаю. Я говорю, что я гетеро. — Может быть, ты просто не встретил подходящего парня. — Я не хочу встречаться с парнем. У меня есть девушка. Мне нравятся девушки. Потому что я гетеро. Ники моргает, глядя на него. — Ники, скажи мне, что ты понимаешь, что не все гребаные геи. — Фу, — он фыркает и откидывается на спинку кресла. — Портит удовольствие. В любом случае. Где будет спать наш маленький Дрю? — На диване, я полагаю. Ники морщится. — О, он будет ворчливым. Нил вздыхает. — Ты хочешь сказать, что Аарон — веселый брат? — Вы двое, блять, хуже всех, — говорит Аарон, выходя из игры, когда Нил и Ники жалобно стонут. — Он пробудет здесь, наверное, неделю. Если что. Он просто будет спать на диване и утром никому не скажет ни слова, а потом пойдет на работу. Потому что это то, что он делает. Ты его почти не заметишь. — Он такой же крошечный, как ты? — спрашивает Нил с ухмылкой. — Мне нужно быть осторожней, чтобы случайно не сесть на него, как та маленькая собачка в «Клан Сопрано»?» — Спойлеры! — Кричит Ники. — Его не было в эфире уже пятнадцать лет. — Тебя не было в эфире пятнадцать… — Я иду к Кейтлин, — перебивает Аарон, поднимаясь. — Мне нужно поговорить с нормальным человеком. — Я не знаю, чувак, — говорит Нил, бросая свой контроллер на пол. — Если ты ей нравишься, я немного сомневаюсь в её умственных способностях. — Сейчас же выбрось свою мерзость из головы, Джостен. Эндрю менее терпим, чем я. Ники усмехается. — Он такой милый. Он просто очень, очень хорошо это скрывает. Нил ухмыляется. — Я не могу дождаться встречи с ним. Эндрю переезжает в то воскресенье вечером, когда Нила, к счастью, нет дома. Он приносит только одну коробку, предположительно полную пятнадцати экземпляров одной и той же черной футболки, двух пар черных джинсов и того единственного комплекта рубашки и галстука, который он всегда надевает на работу. Эндрю угрюм и несчастен — в этом нет ничего удивительного —, но Аарон изо всех сил старается быть гостеприимным. Он садится на диван в противоположном конце от Эндрю, который с пустым лицом листает свой телефон. — Я могу заказать китайскую еду или что-нибудь ещё сегодня вечером? — Ешь, что хочешь. Аарон делает глубокий вдох. — Что ты хочешь съесть? — Мне все равно. «Боже, это будет весело», — думает Аарон про себя, затем вздрагивает, когда дверь в квартиру распахивается. Нил и Ники врываются, как обычно, подобно урагану, в разгар жарких дебатов. — Господи, Нил. Иногда мне кажется, что ты никогда не слушал ни одной песни, — раздраженно говорит Ники. — Ты должен, по крайней мере, знать Queen, верно? — Как… Елизавета из Англии? — отвечает Нил, пинком закрывая за собой дверь. — Как группа! — На самом деле я не слушаю радио. — Нил. Они из семидесятых годов. О них ходят легенды. — Семидесятые были давным-давно, Ники. Мне двадцать два года. — О боже мой. О боже мой. Мне нужно дать тебе образование в области поп-культуры. Фредди Меркьюри был иконой. — Кто? Ники визжит, затем они оба поворачиваются, когда Аарон громко прочищает горло. — О! — говорит Ники. — Эй! Нил переводит взгляд с Аарона на Эндрю, затем поднимает бровь. — Эндрю, верно? — Нет, — сухо говорит Эндрю. — Его другой идентичный близнец. Альфред. Нил ухмыляется ему, явно довольный тем, что теперь у него есть еще один Миньярд, которого можно раздражать. — Круто. Аарон наблюдает, как Эндрю слегка наклоняет голову, оценивая Нила, окидывая его взглядом с головы до ног. Черт. Нил горячий? Аарон никогда не думал об этом. Он в форме, догадывается он. Стройный, но мускулистый. У него голубые глаза. Людям нравятся голубые глаза. (У Кейтлин голубые глаза.) Когда Нил улыбается так широко, как он улыбается сейчас, у него появляются ямочки на щеках. Для Аарона это просто еще одна раздражающая вещь, которую нужно добавить ко всем раздражающим вещам о Джостене, но если бы тебе нравились парни, это можно было бы счесть милым? Черт. Эндрю считает его сексуальным. Слава богу, что Нил не гей. Это было бы грязно. Нил подходит к дивану и, прежде чем Аарон успевает его остановить, садится на подлокотник рядом с Эндрю. Эндрю не вздрагивает, приподнимая бровь и глядя на него снизу вверх. — Итак, Альфред. Эндрю прищуривается. — Прекращай это. — Прекрасно. Эндрю. Каково это — быть родственником Аарона Миньярда? Ты когда-нибудь жалел, что не задушил его в утробе матери? — Почти ежедневно. Аарон корчит гримасу. — О боже. Вы двое собираетесь сблизиться? — Да, — говорит Эндрю, приподнимая бровь. — Там будет рабство. Нил слегка хмурится, сбитый с толку. — Рабство? — Не пугай Нила! — говорит Ники, подходя к Эндрю с таким видом, будто ему отчаянно хочется обнять его, но он знает лучше. — Он такой чистый и невинный. Эндрю, все еще глядя на Нила, наклоняет голову. — Он так не выглядит. — Доверься мне. Я пытался влезть в эти штаны. — Уххх, эй! — Нил поднимает руку. — Я всё ещё здесь. И недовольный. — Я тоже, — говорит Аарон, поднимая диванную подушку и бросая её в своего кузена. — Перестань быть гребаным подонком. — Да, Ники, — вмешивается Нил. Аарон тоже бросает в него. — И ты. Иди за пивом. — Ты капризный, — Говорит Нил, но берет себя в руки. — Но хорошо. Он резко потягивается, обнажая пару дюймов кожи на животе. Аарон хмурится, когда понимает, что Эндрю смотрит на него. — Тебе нужно покончить со своей глупой ссорой и уже позвонить Кейтлин, — продолжает Нил, направляясь на кухню. — На этой неделе тебе больше не разрешается изображать Доброго старомодного Любовника в магазине. Это запрещено. Ники ахает. — Это песня Queen! Нил пожимает плечами, глядя на Ники широко раскрытыми глазами. — Кого? Аарон закатывает глаза, еще глубже погружаясь в спинку дивана. Эндрю внимательно наблюдает за Нилом, когда тот с ухмылкой ныряет на кухню, едва увернувшись от хоккейного журнала, который Ники запускает в его сторону. Аарон не в восторге от Райских Сумерек. Он любит рок и хип-хоп, а не какие-то странные альтернативные БДСМ-псевдо-гейские штучки, которые творятся в этом месте. Но Кейтлин здесь. И любое место, где есть Кейтлин, — это место, где Аарон может проникнуться атмосферой. Они стоят возле бара, и на ней облегающее небесно-голубое платье, которое подчеркивает эти маленькие — как она их называет? Провалы в бедрах? — которыми он одержим. Он кладет на них руки, притягивает ее немного ближе и целует в уголок ее рта. — Ты выглядишь потрясающе. — Ах, эта старая вещь? — говорит она с ухмылкой, чертовски хорошо зная, что знает, что надеть, чтобы свести Аарона с ума. — И ты хорошо пахнешь. — Вот почему я держу тебя рядом, — она обнимает его за плечи. — Комплименты. — И секс, верно? — Это просто бонус. Он целует её, мягко и медленно, и она мурлычет ему в рот, прежде чем отстраниться. — Итак, каково это — снова жить со своим братом? Снова быть соседями, но уже не в матке… — Никогда больше так не говори. Она усмехается. — Но если серьезно. Как он там? — Он… в порядке. Я не знаю, каким я ожидал увидеть Эндрю после расставания, но оказалось, что он почти такой же. — Хм. Думаю, он хорошо отвлекся. Аарон хмурится. — То есть? — Нил Джостен? Аарон моргает, глядя на неё, ожидая, когда слова обретут смысл. Когда они этого не делают, он пожимает плечами и качает головой. Кейтлин вздыхает. — О, ты, милое светлое дитя. Эти двое трахались глазами всю ночь. Предположительно, дольше. Аарон смеется. — Нет. Ты сумасшедшая. Нил… так не делает. И уж точно не с парнями. Он гетеро. Или… — он хмурится. — Асексуал? Может быть? Ники сказал это однажды. Я даже никогда не видел, чтобы у него был номер девушки. — Ну, может быть, Эндрю… пробудил его похотливую сторону. Аарон усмехается. — Пожалуйста. Он проводит полдня, называя меня надоедливым коротышкой-альбиносом. Он никак не может найти моего брата-близнеца сексуальным. — Хорошо, но у вас двоих разные… — она смотрит на него, наклоняя голову. — …флюиды. У тебя другие флюиды. Он поднимает брови, крепче сжимая её талию. — Просвети меня. — Эндрю такой… у него есть эта атмосфера плохого мальчика. Кожаные куртки, сигареты на крыше и тот сердитый взгляд, который у него всегда есть. — И это… горячо? — Для некоторых людей. Аарон хмурится. — И для тебя? — Нет! — она улыбается, наклоняется и нежно чмокает его в губы. — Мне не нужны флюиды плохого парня. У меня есть ты. — И каковы мои… флюиды? Она на мгновение замолкает. — Флюиды любви всей моей жизни. Он закатывает глаза. — Ладно, детка. Ты все ещё сумасшедшая. Эндрю, может быть, и увлечен Нилом, но это чувство определенно не взаимно. Кейтлин хмыкает и пожимает плечами. — Если ты так говоришь. Кстати, а где твой брат? Давненько его не видели. Аарон оглядывает клуб, его брови слегка хмурятся, когда он понимает, что не видел Эндрю добрых двадцать минут. Вероятно, ему следовало бы присматривать за ним — безрассудный парень на взводе никогда не бывает хорошим парнем, которого можно оставить на произвол судьбы. Он качает головой. — Я не знаю. Наверное, вышел покурить. Пожалуйста, мы можем сейчас перестать говорить об Эндрю? Она притворно глубоко вздыхает. — Что ещё можно сделать? Он ухмыляется и снова наклоняется, чтобы поцеловать её. Она улыбается ему в губы, и они некоторое время целуются, медленно покачиваясь в такт быстрому темпу играющей музыки. Через пару минут Аарон неохотно отстраняется. — Придержи эту мысль, — говорит он, быстро целуя ее в нос. — Нужно отлить. Она смеется. — Сексуально. Я принесу нам ещё выпить. Он отпускает её талию, и она поворачивается к бару, но Аарон трогает её за руку, останавливая, достает из кармана бумажник и протягивает ей. Она подмигивает ему и практически ускользает. Аарон проталкивается сквозь толпу к туалетам, собираясь добраться до них, когда Ники встает перед ним — явно уже пьяный. — Эй! — говорит он, едва не проливая свой напиток на рубашку Аарона, когда кто-то врезается в него. — Ты видел Нила? Я потерял его. Аарон скривил губы. — Почему меня продолжают спрашивать, где люди? Я понятия не имею. Может быть, он решил посрать. Ники ахает. — В клубе? Мой малыш Нил никогда бы этого не сделал. — Я поищу его, хорошо? — он подталкивает Ники к бару. — Иди принеси воды, я не буду убирать твою блевотину с кухонного пола сегодня вечером. Ники кивает, смутно ориентируясь в правильном направлении. — Вода. Вода, да… Аарон делает глубокий вдох, жалея, что не остался сегодня вечером с Кейтлин и бутылкой вина, и, наконец, добирается до уборной. Почувствовав облегчение, он идет к первому свободному писсуару и отливает, прислонившись головой к стене и стараясь не думать о— — Эти двое трахались глазами всю ночь. Кейтлин просто пыталась вывести его из себя. Верно? Он бы заметил, если бы Нил и его брат флиртовали всю последнюю неделю. Верно? Бля. Если это что-то такое, ему нужно пресечь это в зародыше, прежде чем— Он слышит грохот позади себя и оглядывается через плечо, застегивая ширинку. Похоже, он донесся из одной из занятых кабинок. Аарон бросает взгляд на щель под кабинкой и хмурится, когда видит на полу сломанный диспенсер для туалетной бумаги. Это объясняет шум. Это не объясняет две пары ног, которые он также может видеть. Они сцепились вместе, шаркая по полу. Одна пара бутылочно-зеленых ботинок Doc Martens и очень потертые белые конверсы с розовыми шнурками, которые выглядят очень знакомо. Нет, нет. — Да? Аарон слышит вопрос приглушенным тоном, между вздохами, но это безошибочно голос Эндрю. — Да. ДА! Черт возьми, да, — приходит ответ Нила. Затем раздается громкий стук, когда они ударяются о стенку кабинки, и хриплый стон, и Аарону нужно убраться оттуда как можно быстрее. Он не утруждает себя мытьем рук, выскакивает наружу и сразу же натыкается прямо на Кейтлин, которая ждала его снаружи с их напитками — напитками, которые теперь в основном находятся на передней части рубашки Аарона. — Черт! — говорит Кейтлин, пятясь назад. — К чему такая спешка, детка? — Господи… — Аарон безуспешно пытается вытереть рубашку руками, затем кивает в сторону двери уборной. — Там, внутри. Эти двое. Ты была права. Кейтлин хмурится, сбитая с толку. — А? — Нил и Эндрю. — Ох, — она ахает. — О! В уборной? — Да. — О Боже мой, — она делает паузу, затем улыбается. — Это довольно мило. Аарон закатывает глаза, берет её за локоть и уводит прочь. — Мы едем домой. Кейтлин позволяет себя тащить, но слегка раздражается. — Эндрю привез нас сюда… — Я не сяду в машину с этими двумя сегодня вечером. Три недели назад Эндрю больше не спит на диване. На самом деле он, кажется, вообще редко спит. Слишком занят, давая Нилу чрезвычайно подробное (и чрезвычайно громкое) сексуальное образование в его спальне каждую ночь в течение последних нескольких месяцев. У Аарона так много сожалений. Он старается оставаться с Кейтлин как можно чаще, но прошлой ночью у него не было другого выбора, кроме как остаться дома и получить обычную дозу приглушенных стонов и ударов о стену, к которым он слишком привык, но он всё ещё не может заснуть. — Порадуйся за меня, — всегда говорит Нил или что-то в этом роде, когда Аарон жалуется на это. — Я провожу лучшее время в своей жизни. Что раздражает — очень раздражает — так это то, что Аарон вроде как любит Нила — несмотря на то, что он один из самых раздражающих людей, которых он когда-либо встречал, он стал надежным другом. И кто он такой, чтобы отказывать другу в каком-то счастье? Особенно у друга, у которого — судя по тому, что он собрал воедино из различных комментариев, и по шрамам, которые он случайно видел с тех пор, как они жили вместе — до сих пор была довольно дерьмовая жизнь. Он просто очень хочет, чтобы Нилу не пришлось находить счастье в том, чтобы его громко трахал его брат-близнец. Этим утром он встает и видит, что Нил и Эндрю ведут себя странно… нормально на кухне. Эндрю ест хлопья, а Нил пьет кофе — он прислоняется к Эндрю, проводит пальцами по его волосам, и Эндрю тянется к прикосновению, как какой-то изголодавшийся по прикосновениям кот. Аарон никогда не думал, что увидит, как этот брат зайдет так далеко. Это почти приятно. Пока Эндрю не набирается наглости упомянуть что-то об усталости. — По крайней мере, ты устал трахаться, а не просто устал слушать траханье, — говорит Аарон, заявляя о своем присутствии на кухне. Затем Эндрю отодвигается, как будто ему неловко, и Нил слегка увядает, прежде чем прийти в себя и повернуться, чтобы взглянуть на Аарона. — Не моя вина, что ты никогда не пользуешься теми шумоподавляющими наушниками, которые я подарил тебе на Рождество, — ворчит он. — Мне не следовало бы каждый вечер пользоваться шумоподавляющими наушниками в моем собственном доме. — Ты пробовал не быть таким говнюком? Может быть, тогда ты мог бы заняться своим собственным сексом. — Джостен. В семитысячный гребаный раз, — он судорожно переводит взгляд на крайне невеселое лицо Эндрю. — Мы выглядим совершенно одинаково, черт возьми. Нил пожимает плечами. — Я этого не вижу. Аарон не уверен, что счастье Нила стоит такого уровня раздражения. Ники присоединяется к ним немного позже, говорит им, что они милые, упоминает что-то о парне, и это, кажется, выводит Эндрю из себя. — Нил не мой парень. Ой. Это, а также выражение испуганного щенка, которое появляется на лице Нила, эффективно затыкает всем рот. — Я опаздываю на работу. Эндрю отталкивается от стола, и рука Нила падает с его волос, взгляд пнутого щенка становится ещё более напряженным. — Хорошо, — говорит Нил, хмурясь. — Ты уверен, что ты— — Я в порядке. Перестань спрашивать. Снова ой. — Хорошо, — Нил заставляет себя улыбнуться, и у Аарона внезапно возникает странное желание обнять его. Какого хрена. — Увидимся вечером. Эндрю кивает, встает и берёт свой рюкзак со стойки. Аарон уклоняется в сторону, когда Эндрю топает мимо и выходит из квартиры, оставляя за собой тишину. По крайней мере, до тех пор, пока Ники громко не скажет: — Что, чёрт возьми, это было за дерьмо? Нил отхлебывает кофе, высокопарно пожимая плечами. — Он просто устал. — Ты тоже не спал всю ночь, — отвечает Ники. — Ты не ведёшь себя как придурок. — Не обращай на него внимания, — говорит Аарон, садясь там, где только что освободился Эндрю. — Он мудак. — Он просто устал, — ворчливо повторяет Нил, ставя пустую кофейную кружку в раковину. — Не делай из этого ничего особенного. — Я просто говорю. Он, наверное, злится, что ты выставляешь его похожим на настоящего человека с чувствами. Разрушаешь его репутацию. Нил делает паузу, затем закатывает глаза. — Вставай. Сегодня мы открываемся пораньше. Аарон хмурится. — Что? Почему? — Потому что я так сказал. Нил подходит к дивану, надевая ботинки, и Ники бросает на Аарона удивленный взгляд. — Что? — Ты его сучка. Аарон фыркает, вставая. — Эндрю обращается с ним, как с дерьмом, и я тот, кто будет наказан за это. Ники драматично вздыхает. — Жизнь так несправедлива. Сейчас Эндрю изменил Нилу. Это совершенно очевидно. Аарон не знает подробностей, но он знает своего брата — он знает, что тот взбесился, когда люди начали называть Нила его парнем, он слышал, как он вошел в три часа ночи, он видел, как Нил выглядел так, будто его ударили в живот на следующий день. Он обманул, и это все изменило. Эндрю, похоже, заменил Нила в квартире на постоянной основе последние пару недель, хотя он всё ещё упрямо спит на диване. Когда дело доходит до квартиры, Нил — это катастрофа. Он не сказал Аарону, где он спит, так что Аарон может только подумать, что это безрассудно и глупо. Когда он на работе, он либо отвлекается на свой телефон, либо избегает Аарона, как чумы. Это последний в длинном списке недостатков того, чтобы быть идентичным близнецом Эндрю: если он творит огромное гейское дерьмо в сердцах вашего друга… ему, как правило, гораздо труднее смотреть на вас. Нил в кафе, телом, если не разумом, прислонился к прилавку — как обычно — листает свой телефон — снова, как обычно. Аарон наблюдает за ним краем глаза, пока он пополняет запасы сахара в пакетиках, и хмурится, когда видит, как он ухмыляется чему-то на экране своего телефона. Аарону знакома эта ухмылка. Это его ухмылка типа «только что получил сексуальное сообщение». Румянец, заливающий его щёки, ещё раз подтверждает это. Они сейчас занимаются сексом? Неужели это дерьмо наконец закончилось? О… боже. Неужели ему снова придется слушать, как его трахают? — Что там такого смешного? — спрашивает Аарон. Если ему нужно выйти из квартиры сегодня вечером, он предпочел бы узнать об этом сейчас. Нил смотрит на него, его покрасневшее ухмыляющееся лицо тут же превращается в хмурое. — Ничего, — он кладет телефон в карман. — Забавный твит. — Верно. Итак… ты собираешься сегодня работать или…? — Здесь мертво, — говорит Нил, снова отводя взгляд, как будто ему физически больно смотреть на Аарона слишком долго. — Перестань беспокоиться обо мне. — Я не беспокоюсь о— — Эй, — перебивает Нил, уставившись на свои ногти, когда он с тревогой ковыряет кожу на одном из своих пальцев. — Напомни, как называется то стейковое заведение, которое вы с Кейтлин любите? Аарон хмурится. — Эээ… Стейк-хаус «Подсласти меня сахаром»? Зачем тебе это? — Я просто… мы хотим сделать заказ сегодня вечером. Что там хорошего? — Это… стейк. Нил кивает. — Верно. — Эндрю — вегетарианец. Нил снова кивает. — Да, — он снова достает свой телефон. — Тебе сейчас не трудно, правда? Мне нужно кое-кому позвонить. — Хм. Да, я думаю, но… Нил игнорирует его, набирает номер кого-то на своем телефоне и ныряет в подсобку, позволяя двери закрыться за ним. Аарон в замешательстве смотрит ему вслед, затем подпрыгивает, когда в кармане у него жужжит его собственный телефон. Эндрю: Нил на работе? Аарон: да? Эндрю: он игнорирует меня Аарон хмурится, смотрит на дверь задней комнаты и слышит, как Нил смеется — на самом деле хихикает — по телефону с кем-то, кто совсем не его брат. Аарон: сегодня здесь безумно много народу. не принимай это близко к сердцу Это закончится чертовски плохо.