Призрачное телевидение (ПсиКоп#6)

Телевизор внутри ящика был на десяток лет старше «призраковизора», который я видел. Модель семидесятых годов с более тщательно продуманной деревянной консолью и блестящей коричневой тканью, обтягивающей панель, за которой скрывались динамики. Несмотря на то, что этот телевизор был не из номера мотеля в Миссури, мое сердце продолжало бухать в груди, будто знало что-то, в чем я пока боялся себе признаться. Словно помнило, что даже если оригинальный «призраковизор» находился в хранилище улик Сент-Луиса, Роджер Берк и его дружки собрали больше одного устройства. И было абсолютно уверено, что сейчас я смотрю на одно из этих «больше». - Помоги достать, - сказал я настолько хриплым от эмоций голосом, что Джейкоб вздрогнул. - Это?.. - Этот не из Сент-Луиса, - я осторожно вдохнул и продолжил: - Но думаю, он может быть одним из них. - Держи ящик, а я его вытащу. Мгновение я раздумывал над идеей пожаловаться на недостаток атлетичности, но всему есть предел, и желание погрязнуть в проблемах самооценки не шло в сравнение с мыслью, что, возможно, я нахожусь рядом с настоящим «призраковизором» - без пушки у виска и без дозы «амитала», текущей по моим венам. Кроме того, оказалось, что держать ящик реально тяжело, и нужны немалые усилия. Я был рад, что не мне пришлось вытаскивать аппарат из пенопластовой упаковки. Он выглядел довольно увесистым. - Сделай что-нибудь с этим ящиком, - сказал Джейкоб, с трудом передвигая телевизор размером с него самого, который к тому же некуда было поставить. Я затащил ящик на свою кровать, надеясь, что не потянул паховую мышцу. - Он лежал в ящике боком, - сообщил Джейкоб. – Так и должно быть? - Сомневаюсь. Им не положено болтаться в упаковке. - Тогда хватай за верх. Не хочется уронить, пока будем тащить. Я сделал, как было сказано, и немедленно пожалел, что не поставил ноги в более удобную позицию. Поднимать тяжести надо ногами, так ведь говорят? Все это, конечно, хорошо, но как тогда что-то опускать? Угол был градусов тридцать. Одно неверное движение, и он меня просто раздавит. - Взялся? – спросил Джейкоб. По голосу не было похоже, что он ему было тяжело. - Стою неудобно. Джейкоб фыркнул, удерживая вес одной рукой, чтобы передвинуть другую. Появились его пальцы и обхватили одну из ножек консоли в нескольких сантиметрах от моего лица. А я испытал прилив благодарности за эти большие, сильные руки. - Ну как? Я поставил ногу чуть удобнее. - Можешь потянуть низ на себя, чтобы было куда качнуться? Он осторожно отодвинулся назад. - Точно удержишь? Можем поменяться. А могли ли? Только в случае, если бы я мог пройти сквозь него. - Да, все в порядке. Поехали. И сразу стало понятно, что сил не хватит… Я и моя чертова гордость. Нам следовало поменяться, чтобы я направлял, а Джейкоб держал вес. Но нет же. Я решил быть тем, кто опустит чудище на пол, и хотя нечем было измерить его вес, поскольку ни размером, ни формой, ни плотностью оно не напоминало человеческое существо, уверен, что в нем была минимум сотня килограмм. Корпус аппарата был огромным, и мне некуда было отступить, Джейкоб держался за деревянную отделку, а мои руки чувствовали себя так, будто кто-то пытался оторвать их огромными клещами. - Расслабь колени, - посоветовал Джейкоб, - и дыши. Я громко втянул воздух. - Спокойнее, - сказал Джейкоб. – Просто говори себе: еще пару сантиметров. Вот и все. - Я… Не могу. - Все получится, потерпи немного. Руки горели, реально горели огнем, а спина, колени, руки и все остальное превратилось в слепящую, алую стену боли. Но я не смел бросить его – просто не мог, – несмотря ни на что. Я мечтал о нем, сталкиваясь с пульсирующей за глазом головной болью, приходящей каждый раз после принятия чересчур большого количества «аураселя». Тошнотворные лекарства просто прятали призраков от моих глаз, но «призраковизор» работал как-то иначе. Что если он перехватывал потусторонний сигнал? Что если он действительно влиял на духов, а не просто скрывал то, что мне не хотелось видеть? - Уже почти, - сказал Джейкоб спокойным, бархатисто-гладким тоном. Да. Я смогу. Донести телевизионного монстра, не уронив. Всего несколько сантиметров, на этот раз по-настоящему. Пол был совсем рядом. Я ощущал его. Но уже почти, как и сказал Джейкоб. Почти. Но тут консоль размазала мою руку об угол комода… а боль? Боль, испытываемая ранее, была ничто по сравнению с агонией от раздавленной руки. Корпус соскользнул. Меня накрыла слепая паника. Я практически почувствовал, как тонкие проводки вырываются из разъемов, разбиваются трубки… «Призраковизор» умер еще до того, как я его включил. Мне потребовался один удар сердца, чтобы осознать, что давление на руку ослабло. Плечо Джейкоба коснулось моей руки. Он обхватил корпус. Поймал его. - Легонько, - велел он. – Опускаем. Когда ножки корпуса коснулись пола, я едва осознал это из-за пульсации в костяшках пальцев. Джейкоб взял мою руку – очень нежно для такого крупного парня – и поднес ободранные пальцы к губам. - Опухнут. Я попеременно пошевелил каждым пальцем. Они двигались. Переломов, вроде бы, не было, просто ушиб. Костяшки выглядели бледными и хрящеватыми. Кровь закапала из царапин, но с задержкой, словно до этого была занята, пробиваясь через центры паники, и не сразу заметила что-то такое заурядное, как ранка от трения. Джейкоб снова обратил внимание на телевизор, когда стало понятно, что моя рука работает. - Почему ты решил, что это... Думаешь, это он? - Внутри будут элементы управления, не предусмотренные изначально в этом устройстве. Джейкоб присел на корточки и посветил карманным фонариком в вентиляционные отверстия корпуса. - Когда я был ребенком, мы с дядей Леоном как-то разобрали старый телевизор, чтобы починить, так что, наверное, я смогу заметить что-нибудь необычное... Но, не разобрав корпус, трудно сказать, что к чему. Я осторожно перегнулся через устройство, чтобы не налегать на него своим весом. Задняя панель была прикручена. Я попробовал потянуть верхнюю часть корпуса, но ничего не добился. Ощупал кожух, надеясь, что он откидывается, как у оригинального «призраковизора». Тоже нет, пригнан добротно. Просунул руку под него, но и там ничего необычного не нашел. Джейкоб встал, убрал фонарик в карман и сказал: - Оригинал... был подключен к сети? - Ну, кажется. Джейкоб поднял шнур питания и посмотрел на меня, приподняв брови. Я кивнул. Воткнув кабель в розетку, он взглядом дал понять, чтобы я включил устройство. Когда я не сдвинулся с места, Джейкоб сам щелкнул выключателем. Снег. С минуту понаблюдав за моим любимым каналом, он сказал: - Тот то же самое показывал? - Нет, там шла игра, но в записи. В корпус был вмонтирован DVD-плеер. И еще какая-то штука с дисплеем и кнопками. Джейкоб пощелкал по каналам. На всех был только снег. - Даже, если тут есть прием, нам нужна антенна и цифровой преобразователь. Я не думал, что дело было в приеме сигнала. Во всяком случае, не телевизионного. Джейкоб переключил диапазоны частот и вопросительно взглянул на меня. - Есть что-нибудь? Я так не думал, но если в комнате и находился призрак, получилось бы его обнаружить? Единственным доказательством того, что оригинальный «призраковизор» вообще что-то делал, было появление и исчезновение местного призрачного населения. - Он может работать, а может и нет. Если это место было зачищено, пусть даже медиумами, которые не считают, что их дар необходимо оценивать цифрами, мы ничего не обнаружим, потому что тут просто нечего искать. - Можно спросить Дрейфуса…- начал Джейкоб. - Я не буду его спрашивать. По крайней мере, пока у меня не останется другого выбора. С помощью фонарика я поискал следы износа, лишние пятна, царапины на патине и прочие улики, которые могли указать на испорченные части корпуса, кроме тех мест, за которые хватались мы с Джейкобом, пока вытаскивали аппарат из ящика, но кроме наших, не нашлось никаких отпечатков. Джейкоб достал из кармана ключи и вынул из брелока маленькую крестовую отвертку. - Давай я попробую? Было бы глупо зайти так далеко и бросить все сейчас. Я кивнул. Джейкоб выключил телевизор, вытащил кабель из розетки и взялся за винты за задней панели. - Тащи сюда свой фонарь, - сказал он, снимая панель. Я пролез как можно ближе, и мы направили лучи фонарей внутрь. Первое, на что я обратил внимание – внутренняя часть устройства была такой же безупречно чистой, как и внешний корпус. Ни пыли, ни паутины, ни грязи. Кроме первозданного состояния старых проводов и электрических элементов, в этом телевизоре не оказалось ничего особенного. На меня нахлынуло напряжение прошедшего дня, и я тяжело опустился на ближайшую кровать. - В телевизоре из Сант-Луиса… Насколько большими были дополнительные части? – спросил Джейкоб. - Очень большими, - и охренеть какими заметными. Движением, достойным акробата, Джейкоб приник ухом к полу, чтобы заглянуть под днище корпуса. Выпрямился, присел на корточки, вздохнул и перехватил мой взгляд, который, как мне казалось, должен быть у ребенка, только что осознавшего, что Санта – всего лишь пьяница в красном костюме. - Не делай поспешных выводов. Кто-то приложил немало усилий, чтобы доставить его сюда. - Разве? А может, его просто нашли на какой-нибудь местной распродаже и притащили, чтобы заморочить мне голову? - Уверен, Дрейфус в курсе, как эта… - Этот урод за соседней дверью пугает меня до усрачки. Ясно? - Детка, - Джейкоб никогда не называл меня «детка». Он попытался дотянуться до меня, но на его пути торчал здоровенный телевизионный приемник. – Думаю, ты перенервничал в самолете, устал и хочешь есть. А еще мечтаю о «валиуме». Этого он не сказал, но уверен, мы оба так подумали. - Эта штука должна работать, - он снова воткнул кабель в розетку, дотянулся и включил. Озадачивающие помехи. – Готов спорить, есть способ, которым можно воспользоваться прямо здесь и сейчас, - протиснувшись между телевизором и комодом, он выбрался на небольшое пространство перед дверью ванной. – Тебе даже не понадобится его ни о чем спрашивать. Я сам это сделаю. - Чтобы он начал засирать мозги и тебе? Ни за что. - И чего ты тогда хочешь? Рискнуть и испортить эту хрень, повернув не ту ручку? Думаешь, сможешь заснуть, зная, что он здесь, совсем рядом, а ты понятия не имеешь, как им пользоваться? – Он посмотрел на меня своим темным, самым неприступным взглядом-лазером. – А Лиза? Разве она не то, что имеет для тебя значение? - Вот сукин… - я встал с кровати с намерением последний раз осмотреть телевизор, и тут что-то в пояснице, раздраженное поднятием тяжестей, прострелило меня от ягодицы до колена. Не успев сориентироваться, я начал заваливаться вперед. В нашем лофте я бы просто упал на пол, но там-то полно места. А в этой крохотной комнате, заставленной кроватями, комодами и ящиками, я полетел прямо на старый телевизор. Насколько было возможно во время падения, я попытался скорректировать курс. Может быть, в итоге врезался бы головой в ящик на кровати напротив, но голову, по крайней мере теоретически, можно вылечить. Однако все произошло так стремительно, что я успел только немного отклониться в сторону. Вытянув руки, я понадеялся соскользнуть с телевизора, а не приземлиться на него всем весом, и мои ободранные костяшки проехались по чему-то удивительно шершавому. Отскочив от корпуса, я врезался в пустой ящик и ударился плечом об пол. Снежный канал вырубился, когда шнур питания выдернулся из розетки. Крышка ящика упала на меня сверху. - Не двигайся, - сказал Джейкоб. Он стащил с меня крышку, которая, поскольку была покрыта губчатой пеной, как коробки из-под яиц, не повредила ничего, кроме моей тупой гордости. – Ты в порядке? Что случилось? Решив выбрать наименее неловкий из этих двух вопросов, я сказал: - Все в порядке. Моя рука вляпалась во что-то мокрое. И красное. Костяшки пальцев теперь напоминали котлету из гамбургера. - У тебя кровь течет. - Только из руки, - оттолкнувшись от пола, я осмотрелся в поисках того, что меня так сильно ободрало. Обтянутая коричневой тканью панель наполовину закатилась под кровать. Блестящие волокна почти не были заметны с обратной стороны материи, хотя крошечные отблесков размером с булавочный укол было достаточно, чтобы опознать крышку динамика и похожую на наждачную бумагу синтетическую ткань, лицевой стороной лежащую на полу. Прекрасно. Теперь у меня в крови будут плавать микроскопические частички стекловолокна. Осталось только помереть из-за куска ткани. Зацепив уголок покрытия, я вытащил его из-под кровати, надеясь, что ничего не сломано и удастся все вставить на место без последствий. Каркас под тканью на ощупь казался целым. Я на коленях подполз к телевизору, молясь, чтобы выступы и канавки, удерживавшие крышку на месте были не повреждены, и тут внутри динамика кое-что привлекло мое внимание. В полости корпуса было темно, но потом я разглядел это, элемент, который не мог быть оригинальным для этого устройства, и выступал из тени – краешек липкой ленты с бахромой.