Между тремя мирами

.

«Зачем же гнаться по следам того, что уже давно окончено?» М. Булгаков. «Мастер и Маргарита»

Что ощущает человек, когда рядом с ним, буквально по бокам, стоят две внушающие некий страх девушки и ведут такой таинственный, явно многообещающий диалог? Обе победно улыбаются, с интересом разглядывая растерянную Лизу. Одна из них любит лазить по заброшкам, вторая на полном серьёзе говорит, что затащит в подворотню и убьёт. И Лиза уже не знает, кто из этих двоих внушает ей меньшее доверие. В этот момент она почувствовала себя загнанным в тупик зайцем. – О чëм это вы?.. – только и проговорила Андрющенко, стараясь придать своему голосу как можно больше уверенности. Но он всё равно предательски дрогнул. – Что значит «она»? – Я так понимаю, вы ещё не познакомились, – Кира улыбнулась во весь рот, вновь демонстрируя кончик раздвоенного языка. – Ну как тебе сказать, – Лиза нерешительно сделала шаг вперёд, чтобы выйти из переулка. – Ну тогда знакомься, – Кира подошла к девушке, закидывая руку на её плечо. Та красноречиво молчала, не сводя с Лизы пристального взгляда. – Это мой кореш, Мишель. – Было приятно познакомиться, кореш Мишель, мне надо идти, – отрывисто бросила Лиза, пытаясь проскользнуть мимо девушек. Но те лишь расступились шире, лишая её шанса на дезертирство. – Представляешь, вчера вечером она мне пишет, – продолжила Кира, – что помогла найти дорогу крайне странной девушке с татуировкой на шее. Я попросила описать её поподробнее и с удивлением обнаружила, что учусь с этой чудачкой в одной группе. – Браво, Шерлок, – воскликнула Лиза. – Чего вы мне голову морочите? Что вам от меня нужно? – Да ничего нам от тебя не нужно. Просто интересное совпадение, – наконец подала голос Мишель. Каждое её слово, неторопливо произнесённое в небрежной, но ужасно интригующей манере, отдавалось мурашками по коже. – Вот попросила Киру вытащить тебя на улицу. Чтобы ещё раз увидеться. – Зачем ещё раз увидеться? Девушка не ответила. Лишь тихо усмехнулась. А у Лизы вдруг появилось неприятное чувство, что Мишель видит её насквозь. – Ну... увиделись, – заключила она. – Я пойду. На этот раз Лизе всё же удалось протиснуться в узкую щель между Кирой и стеной. Девушка в ускоренном темпе пошла ко входу в университет, ощущая на своей спине взгляды двух пар карих глаз. Оставшиеся наедине Мишель и Кира переглянулись и одновременно рассмеялись. – Я же говорила, что она со странностями, – Кира хлопнула подругу по спине, вложив в эту манипуляцию ровно столько силы, сколько требовалось, чтобы Мишель едва не полетела лицом в землю, и снова достала пачку сигарет, предлагая собеседнице. Та охотно приняла одну штуку, поджигая её собственной зажигалкой. Немного помолчала, задумчиво выпуская клубы дыма и разглядывая трещины в стене. – Есть такое, – наконец согласилась Мишель. – Скажем так, необычная. Но ты всё же приглядись к ней. Не всё же тебе с твоими нью-йоркскими мажорами общаться, – характерная усмешка. – Она кажется нашим человеком... Ну, сама понимаешь. – Возможно, – пожала плечами Кира. – Тогда опять докопаюсь до неё на лекции. Обьясню, что да как. Может, извинюсь даже. – Ты? Извинишься? – Мишель мелодично рассмеялась, запрокидывая голову. – Что с тобой сделала жизнь? – Иди уже, – Кира с усмешкой пнула её ещё раз. Мишель со своей фирменной харизматичной улыбкой потушила сигарету о стену, не прощаясь, развернулась на пятках и неторопливо направилась в другую сторону. Лиза сидела за своей последней партой и откровенно наслаждалась вновь обретённым одиночеством. Но недолго. Одновременно с преподавателем в аудиторию ворвалась Кира. И села она не на первый ряд. А рухнула рядом с Лизой. Та едва подавила в себе желание встать и сбежать. Подняла на неё глаза и постаралась дружелюбно улыбнуться. – Как ощущения от встречи? – поинтересовалась Кира, переводя дыхание. Видно, что на третий этаж неслась бегом. – Неоднозначные, – Лиза скрестила руки на груди. – Я не понимаю ваших мотивов. – Знаешь, лично у меня сложилось впечатление, что ты немного... боишься нас, – девушка выразительно дëрнула бровью. – Особенно её. – Мы познакомились в весьма специфических обстоятельствах. – Я не сомневаюсь. – Она вылезла в окно заброшенного дома. – Любит острые ощущения. – И играть на нервах, – отрезала Лиза. – Не без этого, – Кира сдержанно рассмеялась, так как преподаватель уже что-то бормотал у доски и кидал на них многозначительные взгляды. – От русских невозможно спрятаться даже в Германии, – фыркнула Лиза. – Нас тут больше, чем ты думаешь, – хихикнула Кира. – Помимо меня и Мишель есть ещё трое. У нас вроде как компашка. Я и одна из них приехали сюда учиться. А Мишель и две оставшиеся – живут здесь с рождения или раннего детства. – Очень важная информация. – В пятницу мы собираемся впятером. Хочешь присоединиться? – вдруг выдала Кира. – С чего вдруг? – опешила Лиза. – Ну ты же всегда одна. – Мне нравится быть одной. – Короче. Мы тебя не заставляем... – начала было Кира, продолжая улыбаться. – Правда? – с иронией воскликнула Лиза. – Просто предлагаем, – закончила Кира. – В общем. У меня испытательный срок, и назначила мне его ты. У меня есть пять дней, чтобы втереться тебе в доверие. Если не получится, ты можешь меня послать. Получится – поедешь ближе знакомиться с Мишель и остальными. – Да ты... – Лиза чуть не задохнулась от возмущения. С настолько нахальным человеком ей ещё не приходилось общаться. Кира снова сдавленно прыснула в кулак. – Да, я, – ответила она, наконец открывая тетрадь и начиная конспектировать лекцию. Лиза, с негодованием фыркнув, уткнулась в свои записи. Что-то ей подсказывало, что неделька у неё будет интересная. Это предчувствие оказалось верным. Если раньше Лиза приходила в институт, и её никто не трогал, то теперь она приходила в институт, и к ней начинала приставать Кира. Она садилась рядом с Лизой на лекциях; караулила возле столовой; догоняла на улице и провожала до станции электрички. Первый день Лизу откровенно раздражала эта навязчивость. Потом она сменилась равнодушием. Девушка научилась воспринимать её постоянную болтовню, как жужжание надоедливой мошки. А на насекомых она умела не обращать внимания. На третий день Лиза с ужасом поняла, что ей, похоже, нравится компания этой нахалки. Она уже не так вяло отвечала на её бесконечные вопросы, охотно объясняла материал, который Кира за счёт переодического витания в облаках пропускала мимо ушей, смеялась с её дурацких шуток. В общем, они как будто подружились. Хотя Лиза никогда особо не верила в женскую дружбу. Андрющенко даже осмелилась поискать что-то привлекательное не только в её внешности, а копнуть глубже и заглянуть ещё и в характер, поведение, мировоззрение. И без особого для себя удивления обнаружила, что изучать внутренние детали в малознакомом человеке намного интереснее, чем просто пялиться на красивую обложку. Ещё в первый день стало очевидно, что у Киры шило в одном месте. Отсидеть двухчасовую пару было нешуточным испытанием для неё. Поэтому, чтобы хоть как-то расходовать свою нескончаемую энергию, она постоянно совершала манипуляции верхними конечностями. То вертела в руках ручку, совершенно удивительным образом прокручивая её между пальцами, то что-то рисовала в своей тетрадке, то просто сидела в телефоне и переписывалась с друзьями. Возможно, с той самой Мишель. Эта загадочная девушка тоже порой не хотела выходить из Лизиной головы. Как-то неосознанно она начала всё чаще пробираться в её мысли. Лиза отчётливо видела её хитрую, слегка надменную улыбку и таинственный блеск тёмных глаз, слышала низкий, мелодичный голос и тихие шаги. С каждой такой иллюзией становилось всё более некомфортно. Казалось, что Мишель действительно влезла в её сознание. С этой проблемой Лиза справлялась точно так же, как и всегда: перенаправляла все свои силы в работу. Ведь теперь ей нужно было учиться не только самой, но ещё и помогать обретённому приятелю. С учёбой дела у Киры обстояли довольно скудно. Ума у неё было предостаточно. А вот желание что-либо делать появлялось крайне редко. – Как ты вообще умудрилась поступить на бюджет? – недоумëнно спросила Лиза, как-то в перерыве пытаясь втолковать подруге пройденную тему. – Да просто экстерном сдала ДСД на уровень С1, меня без вступительных взяли, – хохотнула Кира. – С немецким-то у меня всё путём. – Оно и видно, – фыркнула Лиза, исправляя в её сочинении ошибки на уровне шестого класса. Кира на её занудство обычно смеялась и показывала язык. Ей, судя по всему, очень нравилось наблюдать за тем, как Лиза вздрагивает всякий раз, когда видит «змеиное жало» одногруппницы. К концу недели Лиза поняла, что бесполезно отрицать тот факт, что Кира ей симпатизирует. От этого человека исходила аура такой свободы и беспечности, что невозможно было не проникнуться к ней. Кире на всё и на всех было плевать. Казалось, она просто жила и не задумывалась ни о чëм серьёзном. Лиза искренне не понимала, как у неё выходит так легко относиться ко всему происходящему. Не понимала и втайне завидовала. – Я прошла испытательный срок? – спросила Кира в пятницу утром. Лиза со стоном уронила голову на парту. Она совершенно забыла, что должна была за пять дней решить, можно ли доверять этому человеку или нет. – Ты уверена, что это был твой испытательный срок, а не мой? – уточнила она, поднимая голову и сталкиваясь со взглядом вечно горящих безудержным весельем глаз. – Ты изменилась за эту неделю. – Да что ты говоришь? – хмыкнула Лиза, хотя и сама понимала, что так оно и есть. Конечно, в первую очередь её изменения были внешними. Внутри всё осталось почти таким же холодным и неприступным. Разве что небольшой тёплый лучик загорелся где-то в груди, растапливая ледяную корку вокруг сердца. – Ты раньше не улыбалась только потому, что не с кем было или вообще не улыбалась? – Я на сеансе у психолога? – Ты уходишь от ответа, – Кира с улыбкой отвернулась к своей тетради. На какое-то время повисло молчание. – Мне говорить девчонкам, что сегодня у нас пополнение? – опять подала голос она. – Мишель снова про тебя спрашивала. – Ты от меня не отстанешь, – даже не спросила, а утвердила Лиза. – Ладно, ладно, я согласна. Но только один раз. И только ради того, чтобы сказать Мишель, чтобы она перестала проявлять ко мне такой интерес. Это жутко. – Ну это не новость. Она проявляет подобный интерес к каждой особи женского пола, – пояснила Кира. Лиза вспыхнула. – Вот это мы с ней и обсудим, – ответила она с твёрдым пониманием того, что ничего такого они обсуждать, естественно, не будут. – У меня смена в баре до восьми. В половине девятого встречаемся на станции. – И куда мы поедем? – с опаской уточнила Лиза. – На ту заброшку, – Кира улыбнулась во все тридцать два. – Ещё одного человечка захватим, а остальные уже там будут. – Во что я ввязалась... – пробормотала Лиза себе под нос. Кира на это лишь тихо хихикнула и наконец отстала от неё. В голове Лизы всю неделю была серьёзная дилемма: остаться при своих принципах и продолжать жить, как волк в пещере, или всё же попытаться выйти из зоны комфорта и наладить коммуникации с внешним миром. Девушка склонялась то к первому варианту, то ко второму. Первый – проще. Первый уже вошёл в привычку. Но потом всплывали слова новой подруги, которые она как-то произнесла: «Нельзя всегда быть одной». И ведь правда нельзя. Лиза и сама это понимала. Впервые за долгое время её интуиция и здравый рассудок кричали об одном о том же: «Хватит уже жалеть себя и ссылаться на свой больной переходный возраст; сделай над собой одно усилие, чтобы потом было проще». Им в противовес выступал туманный голос из прошлого. Голос страха. Её доверие и умение быстро привязываться к людям всегда играли с ней злую шутку. Стоит ли повторять былые ошибки сейчас?.. К назначенному времени Лиза пришла на станцию. Киры и её подруги ещё не было. Девушка снова углубилась в свои размышления. А может, вообще не стоило приходить и ехать с этой сомнительной компанией к чёрту на рога? Кто знает, чем закончится это путешествие... – Лиз! – раздался знакомый низкий голос. Лиза мелко вздрогнула и обернулась. К ней приближалась Кира и ещё одна девушка. Худенькая, невысокая, с короткими, светлыми, явно крашеными волосами. На шее у неё была набита татуировка в виде пальмы, тёмно-карие глаза смотрели весело, с ушей свисали длинные серёжки. Девушка была одета в жутко моднявые джинсы и свободную куртку, на плечах болтался небольшой рюкзак. Походка её была лёгкой, свободной. Она улыбалась с такой добротой и искренностью, что сразу стало как-то спокойно. – Привет, – в своей привычной, немного застенчивой манере поздоровалась Лиза. – Рон, знакомься, это та зануда, о которой я тебе рассказывала, – представила её Кира. – Здравствуй, зануда, я Рони, – со смехом отозвалась незнакомка, хватая Лизу за руку и встряхивая её. – Интересное имя, – только и пробормотала Лиза, кидая на Киру полный негодования взгляд. – Вероника, – как ни в чëм не бывало пояснила Кира. – Но, чтобы не париться, Рони. – А я, как тебе уже представили, зануда. Чтобы не париться – Лиза, – она пнула подругу в плечо. Та рассмеялась. – У нас электричка через три минуты, – вспомнила Рони, отпуская её руку. – Побежали. В итоге девушкам пришлось проталкиваться сквозь толпу и запрыгивать в закрывающиеся двери. А Лиза с удивлением подметила, что эти пару минут, наполненные скоростью и адреналином, были более захватывающими и запоминающимися, чем весь последний год её жизни. Всё же есть своя прелесть в том, чтобы сходить с ума. Несколько взбудораженные такими ощущениями, подруги сели на сидения, пытаясь отдышаться. Лиза одиноко расположилась около окна, а Кира и Рони – напротив неё. Электричка тронулась и мерно застучала по рельсам. Снова эта приятная, размеренная дорога. Правда теперь она сопровождается не любимыми треками в наушниках, а болтовнёй и смехом двух весёлых девчонок. А Лиза вдруг поняла, что этот аккомпанемент, живой и лёгкий, нравится ей намного больше. Когда троица вышла на нужной станции, было уже довольно темно. А у Лизы появилось ощущение дежавю. Снова из величественной и очаровательной столицы Германии они попали в а-ля Подмосковье. На этой остановке никто, кроме них, не выходил. Кира и Рони трепались без умолку. Притихшая Лиза шла за ними и раздумывала о том, что она, похоже, опять ввязалась в какую-то авантюру. – Не тормози, Индиго, – подбадривала её Рони. – Отступать поздно. Теперь мы тебя не отпустим. Они с Кирой расхохотались так зловеще, что Лиза напряглась. Сумерки становились всё гуще и непрогляднее. Круглая луна светила ярко, прохладный ветерок обволакивал тело россыпью мурашек. Жутковато. Ещё на подходе к сгоревшей усадьбе Лиза увидела, как теплится среди туманной темноты какой-то рыжий огонёк. В воздухе витал едва уловимый запах дыма. Иронично. Кира и Рони ускорили шаг, даже переставая болтать. Видно, им не терпелось увидеть подруг. Лиза, немного отстав, вдруг почувствовала себя неуютно. Она догнала знакомых и пошла рядом с Кирой. – Готова встретиться со своим личным сталкером? – Медведева тихонько посмеялась. – Почему такие ассоциации? – опасливо уточнила Лиза. – Увидишь, – хмыкнула Рони. – Зная Мишель, она вполне могла прочесать биографию трёх поколений твоей семьи. – Меня уже не удивить, – фыркнула Лиза. – У них там что, костёр? Это легально вообще? – Ага. Устроили собрание скаутов, – хихикнула Кир. – Здесь никто штрафовать не будет. А вот если развести огонь в лесу, то пиши пропало, – разъяснив озадаченной подруге положение дел, девушка снова ускорилась и к месту, где некогда были ворота, почти подбежала. Рони присоединилась к ней. Лиза подошла на несколько мгновений позже. И застыла с открытым ртом, изумлённая и напуганная увиденным. На территории усадьбы действительно полыхал небольшой костёр, сооружённый из веток и бумаги. В метре от огня лежало толстое, обгорелое бревно. Видимо, запчасть старого дома. На бревне сидели двое: Мишель и ещё одна девушка. Одетая в спортивные, слегка мятые и неопрятные вещи. С её пацанским прикидом удивительным образом сочетались длинные русые волосы, собранные в низкий хвост и перекинутые через плечо. Голову украшала надетая козырьком назад кепка. И она, и Мишель в этот момент выглядели как-то аскетично. Побледневшие, с приоткрытыми ртами, неясно покачивающиеся из стороны в сторону. Но больше всего Лизу поразила третья. Ещё одна девушка лежала рядом с бревном. Прямо на холодной земле, раскинувшись звёздочкой. Лица её не было видно. – Я смотрю, Вилке уже хорошо, – рассмеялась Кира, уверенно закидывая руку на плечо обалдевшей Лизы и подводя её ближе. – Нам всем уже хорошо... – охрипшим голосом пропела длинноволосая. – Мы заметили, – фыркнула подошедшая Рони. – Вил, привет! Лежащая на земле девушка вдруг резко подняла голову, расфокусированно глядя на подруг. Остановив взгляд затуманенных глаз на Рони, она маниакально улыбнулась и, пошатываясь, поднялась на ноги. Всё лицо и шея этой бедолаги были покрыты замысловатой татуировкой. Ещё какие-то надписи на скуле и челюсти. Каштановые волосы были подстрижены под каре и торчали во все стороны. Впечатление эта особа производила отталкивающее. – Добрый вечер, – невнятно, смешно картавя, поздоровалась девушка. Перевела взгляд на Лизу и нахмурилась. – Это что за чмо?.. – сделала шаг вперёд, споткнулась о развязанные шнурки и полетела носом в землю. Рони едва успела подскочить и поймать её. Лиза ошарашенно молчала. Потом испуганно попятилась назад, но Кира схватила её за локоть и притянула обратно. – Они под чем?.. – зачем-то прошептала Лиза. – Да без понятия, – непринуждённо пожала плечами Кира. – Кир, Кир, я же скучная, занудная зожница; не пью, не курю, тем более не... Зачем ты меня сюда притащила?.. – затараторила Лиза. – Да никто не заставляет тебя, господи, – фыркнула Кира. – Мы с Рони тоже не торчим. Просто приехали повидаться с подругами. – Чего вы там шепчетесь? – прозвучал голос Мишель. Она, к слову, выглядела самой вменяемой из всех. Лиза с ужасом перевела взгляд на знакомую, снова ловя на себе пристальный взгляд сверкающих нездоровым блеском глаз. – Да так... – Лиза несмело отлипла от Киры и присела на бревно рядом с Мишель. Кира же вместе с Рони пыталась привести в менее удручающее состояние так называемую Вилку. – Знакомься, это Кристина, – Мишель приобняла русоволосую за плечо. – Я её девушка, – сообщила Кристина. – Она моя подруга, – Мишель потрясла головой. – Я её девушка, – повторила Кристина и рассмеялась с такой интонацией, что у Лизы кровь похолодела. – Ну или что-то между, – Мишель тоже рассмеялась и вдруг потянулась рукой к шее собеседницы, проводя большим пальцем по наколотой надписи. Лиза вздрогнула и отпрянула. – Не надо трогать меня за шею, – твёрдо попросила она. – Эрогенная зона? – Мишель прыснула. А Лиза подумала, что эта девушка действительно видит её насквозь. – Просто... не трогай. Вообще нигде, – сбивчиво потребовала она, отталкивая вновь тянущуюся к ней ладонь. Со стороны троицы послышались тошнотворные (в прямом смысле) звуки, издаваемые Вилкой, заботливые причитания Рони, которая потащила её к ближайшему кусту, и заливистый смех Киры. – Обычное дело, – ответила на немой вопрос Мишель. Кристина подскочила с бревна, едва не падая в костёр, и побежала на помощь. – Куда я попала?.. – проговорила Лиза в сторону. – В страну своей мечты, – хмыкнула Мишель. – Сейчас я, по ощущениям, как домой вернулась. – Русский человек остаётся русским, даже если с рождения живёт в Европе, – Мишель как-то устало улыбнулась, уже более ясно рассматривая девушку. Кажется, её понемногу отпускало. – Вы все живёте здесь с рождения? – удивлённо спросила Лиза. – Мы с Крис – да. Наши семьи переехали сюда уже давно. А вот Виолетта, Вилка, бедолага наша, – с одиннадцати лет. Кира и Рони уже в осознанном возрасте здесь оказались. Ну, как и ты. – Я думала, в Германии у человека нет шанса вырасти... – Лиза запнулась, подбирая слова помягче. – Короче... русским. – Это не от страны зависит, – Мишель перевела взгляд на костёр. – Значит, менталитет, – хмыкнула Лиза. – Или же для каждой семьи индивидуально? – Возможно, – только и ответила Мишель. Лиза решила ничего больше не спрашивать. В голове творился какой-то хаос. Обстановка максимально странная и напрягающая. Какая-то беспорядочная смесь культур, мировоззрений, социальных слоёв... Кажется, стереотипы в её голове начали медленно разрушаться. .