Новый бог мёртвых

— Итак, суд выносит решение. Заклинатели с бледными лицами, чуть сгорбившись, смотрели на бога мертвых с нескрываемым ужасом. Пламя их души, что горело, требуя крови Вэней, потухло, взамен него пришли сожаленье и страх. Последнее поедало их подобно диким зверям, терзая, вонзая когти и клыки глубоко в плоть. Кровь застыла в жилах и всех пробил холодный пот, когда Бог мертвых протянув руку госпоже Лань, спустился. Ступая уверенной и непоколебимой походкой, с прямой спиной, вел деву в глубь собравшихся заклинателей. Те расступались, склоняя головы, показывая уважение: не нашлось никого, кто хотел бы навлечь гнев божеств. Особенно того кто должен им покровительствовать. Только никто не упоминал, что у покровительства есть своя цена, особенно за ошибки. — Вы совершили самосуд, захотев уничтожить остатки клана Вэнь. И теперь ответьте на вопрос, — и, будто специально оттянул время. — Кто, помимо заклинателей, живёт на вашей земле? В ответ донеслось противное молчание, что как трясина в болоте засасывала всех на дно. Однако Вэй Усянь заметил: — Заклинатели очень долго приходили в себя после сна, который, казалось, шёл целую вечность, отчего сегодняшний день казался так, будто прошло несколько лет. Поистине: бог мертвых не щадил никого, наказывая, заставляя если не испытывать, то смотреть на страдания простых людей. И сейчас они приходили в себя, когда прозвучала просьба главы ордена Цзян. Тут-то большинство заклинателей посочувствовало главе ордена. Это же насколько должен быть подробен сон, чтобы тот, кто больше всего ненавидел орден Вэнь, отступил. Да мало отступил, он ещё и принять под своё крыло хочет?! Часть присутствующих обернулось к богу мертвых, что казалось, шестым чувством, тоже был удивлен. Раз стоял, никак не комментируя, в конце концов, тот развернулся и бросил. — Перерыв, скоро продолжим и знайте: никому не получиться покинуть эту гору до окончания суда. Вам ясно? Он решил проявить некоторое милосердие. Нестройный хор был ответом, когда бог, вместе с богиней, ушёл ближе к пещере, возле которой все еще топтались остатки клана Вэнь. — И что теперь? — шептались за спинами глав великих орденов их адепты. — Не знаю, это странно. Цзян Чэн обернулся назад, смотря со всей серьёзностью на адептов, что тут же замолчали и побледнели. — Здесь не место подобным разговорам, вам лучше дождаться прихода в родной орден. Глава ордена Не слышал краем уха разговор, поэтому тоже ответил: — Сейчас обстановка такова, что одно слово, и всё полыхнет здесь дьявольским пламенем. Бог мертвых ясно дал понять из-за чего зол. Члены ордена Цзинь посмотрели на Цзинь Гуанъшаня: — Глава ордена, разве вы ничего не сделаете? Вы же верховный заклинатель, многие идут за вами и все прислушиваются к вам. Так почему Бог мертвых так плебейски относится к вам? В их представлениях всерьёз есть картина, при которой Бог мертвых тепло относиться к верховному заклинателю. А лицо Цзинь Гуанъшаня было чересчур бледно, его глаза смотрели в никуда, пока мысли крутились в голове, стараясь найти решение проблемы. Когда появился Бог мёртвых, он думал, что это очередная выскочка, по типу Вэй Усяня, однако правда оказалась куда хуже, чем он представлял. Вопрос остался без ответа. Адепты решили не искушать судьбу и прекратить расспросы. А между тем, другие стали сбиваться в группы и гадать, что же за наказание им назначат. С каждым выговоренным предложением главы орденов перепугано переглядываясь, побледнев на пару тонов, а остальные, будто не замечая этого, специально или случайно, с каждым словом распалялись сильнее. Дошло даже до того, что кто-то высказал мысль о том, что скоро всех их казнят, а заклинательский род прекратит существование. Тут уже не выдержал Не Минцзюэ, что одним только рыком быстро утихомирил, нафантазировавших невесть что адептов. Напряжение между тем росло с геометрической прогрессией. В это время двое богов обсуждали ситуацию. Женщина подала голос первая: — Господин Вэй, вы что-нибудь придумали? Госпожа Лань сняла свою шляпу с вуалью и обеспокоено смотрела на молчаливого бога, который тоже поспешил открыть лицо. Мальчик на его руках счастливо обхватил его за шею, что то крича про Сянь-гэгэ. Вэй Ин тепло ему улыбнулся, а после перевел серьезный взгляд на госпожу Лань, ребенка он передал в руки прибывшей Вэнь Цин. — Да, есть парочка соображений. Во-первых стоит разыскать оставшихся членов клана Вэнь, которым, возможно, посчастливилось спрятаться в другом месте. Второе: нужно ограничить пришедших сегодня заклинателей, на их золотое ядро будет нанесена определённая печать. Учитывая, что сегодняшних людей не меньше трех тысяч, думается им будет весело. Госпожа Лань удивилась, она с широко раскрытыми глазами спросила: — Навсегда?! — Нет, это было бы по меньшей мере глупо, как и просто казнить глав кланов — все мы совершаем ошибки, а им, заклинателям, нужно ещё молодняк учить. Ведь без них, впрочем, вы сами это знаете, не будет заклинателей противостоящим темным тварям, а это плохо. — Одновременно с этим заклинатели это ваши верующие? — понятливо усмехнулась богиня. — И это тоже. Но печать будет висеть на золотых ядрах недолго — лет десять, — махнул он рукой, подмигнув. — Помимо всего прочего нужно узнать, остались ли в живых те старейшины, что посягали на вашу свободу и жизнь. Если они живы, то удары дисциплинарным кнутом будут для них пощадой, которую они будут желать. — Это… было бы прекрасно, — на поднятую бровь пояснила. — Я зла на клан Лань, очень зла, ведь они разрушили не только мою жизнь, но и посягали на судьбу моих детей, а этого я простить не могу. Но вот в чём вопрос… скажите, вы не боитесь бунта со стороны заклинателей? Те трепетно следят за своими духовными силами. — Пф, нет, не боюсь, будет повод совмещать ночные охоты, мало того, им еще нагрузку увеличу, пусть тренируются в мечах, в стрельбе из лука и печатях. Не все печати требуют большого количества духовных сил, поэтому с мизерным объемом ядра спокойно можно учиться контролю над духовной энергией. — Что ж, это ясно, в ваших словах есть истинна и я этому рада. Только собираетесь ли вы отдавать остатки клана Вэнь клану Цзян? — Нет, кто я такой, чтобы решать судьбы людей. Пусть те сами решают, где им жить, а заклинатели должны оказать им помощь, пусть хотя бы в этом от них будет толк, а то смотрю на количество убитых темных тварей и плакать хочется. — Все настолько плохо? — госпожа Лань выглядела обеспокоенной. — Да, очень, не знаю, когда и в какой момент все так скатилось, однако число темных тварей возросло во время войны, понятно почему, тогда их не истребляли, однако сейчас, когда у них есть ресурсы «убить меня», они резко забыли про темных сущностей. Ну как иначе это назвать? — Халтура… чем тогда, помимо покушения на вас, они занимались? — Чем–чем? Кто-то пил, кто-то развлекался, а кто-то честно старался привести все в порядок, а кто-то просто молча, или нет, облизывался на Стигийскую печать. — Хах, час от часу не легче. — Это точно. **** — Оглашение решение суда. Бледные лица заклинателей сливались в одну кучу пестрых одежд и рябили в глазах божеств и их помощников. — Для начала, глава Цзян, я рад что вы приняли инициативу, однако остатки клана Вэнь все-таки люди и им, и только им, решать где и как им жить. Ваша задача: обеспечить их всем необходимым и исполнить их просьбы, в пределах разумного, конечно. Во–вторых, ваши, тех кто сегодня пришел на гору Луанцзан, золотые ядра будут ограничены на десять лет, с правом досрочного распечатывания. Глава ордена Цзинь поднял руку, надеясь снять наказание по поводу золотых ядер. Вэй Усянь лишь кивнул, позволяя задать вопрос. — Можно уточнить, достопочтенный? Есть молодёжь, что только-только развивает золотые ядра, как с ними быть? — Разве я не упоминал, что только те, кто лично присутствовал сегодня будет подвержен запечатыванию духовных сил. Насколько вижу молодняка здесь нет, так что незачем беспокоится. Ещё вопросы? Руку поднял глава ордена Не. — Это конечное наказание? Или есть что-то еще? —Только самая мелочь, — усмехнулся Вэй Усянь, оглядывая толпу и решительно ответил, — построить мои храмы, вести себя хорошо и не бесчинствовать. И помните я слежу за вами, больше не будет самоуправств. Рано или поздно мы все равно встретимся возле врат загробного мира. От последних слов заклинатели разом побледнели, хотя куда уж больше, ведь казалось в этих словах была непрямая угроза. Кто-то поднял руку, намереваясь задать вопрос. Бог Мертвых оглядел заклинателя глазами, и кивнул головой, молчаливо ожидая вопроса. — А будете ли вы участвовать на советах орденов или же божествам не позволено так часто появляться? Вэй Усянь, под вуалью, усмехнулся: ему понравился данный вопрос. —Нет, присутствовать не буду, слишком много дел, но будьте уверены, что я буду прекрасно осведомлён о причине, и подробностях, вашего разговора. И легкий кивок головы указал на двух людей за спиной, что подобно статуям стояли все время, настолько долго, что заклинатели забыли про них. Те в ответ поклонились и исчезли. Сам бог мертвых, видимо посчитав встречу законченной, развернулся, взяв богиню под руку, и ушел тёмной дымкой. К сожалению напряжение, липкое как сироп, не ушло, наоборот, оставило свой уродливый отпечаток на душе. Им срочно надо было собраться и решить сегодняшний вопрос. В итоге, когда барьер спал, а на их золотом ядре появилась печать, заклинатели поспешили покинуть проклятую гору. О остатках клана Вэнь и исследованиях темного старейшины не было и речи. Несмотря на крупицы сил, которых почти не осталось, заклинатели двинулись обратно, покидая гору как можно скорее. Вина и огорчение тяжким грузом висели в сердцах каждого, пока они ощущали беспомощность перед своей будущей судьбой. Это был тяжелый день. Позже он войдет в историю как знак того, насколько сильно поменялся их привычный мир.