Новая жизнь - принца, Водоворота.

Покинув собрание в Стране Железа, Тоби и Зецу, два темных тени, неразрывно связанных с преступной организацией Акацуки, направились обратно в логово, где их ожидали союзники. По пути их взор приковали два фигуры, стоявшие на дороге, как стражи у врат. Один из них — сам Орачимару, один из легендарных Санинов, а рядом с ним его преданный ученик, Кабуто. — Приветствую тебя, Обито, — холодно произнёс Орачимару, его змеиные глаза блестели, как у хищника, готового к броску. — Откуда ты меня знаешь? — голос Тоби был полон подозрительности, но в то же время скрывал за собой нечто большее, чем просто вопрос. — Твоя чакра, — спокойно ответил Орачимару. — Я узнал тебя по чакре. — Вот значит как, — с легкой насмешкой отозвался Тоби. — Ну так, что тебе нужно? — Я знаю, что приближается война, — продолжил Орачимару, его голос был медленным, словно он наслаждался каждым произнесённым словом. — Поэтому я и мой ученик Кабуто решили присоединиться к тебе. — Звучит заманчиво, но что ты можешь предложить? — Тоби с осторожностью взглянул на Орачимару, его глаза были скрыты за маской, но в голосе чувствовалась нотка интереса. С этими словами Орачимару и Кабуто сложили печати, и земля под их ногами начала дрожать. Из-под земли стали медленно подниматься гробы, один за другим, как будто древние могилы решили раскрыть свои тайны. Щелчки замков, открывавшихся с каждым движением, раздавались в воздухе, и вскоре крышки гробов упали на землю с грохотом, который, казалось, разорвал тишину леса. Когда пыль осела, Тоби увидел перед собой содержимое гробов. Это были нукенины, недавно павшие в битвах, а также некоторые представители других деревень, чьи жизни давно угасли. Но среди них был один, кто привёл Тоби в изумление. — Это же… — Тоби замер, его глаза расширились от удивления. — Ублюдок! Где вы его нашли? — спросил он, внимательно разглядывая одного из основателей Конохи. — Мало ли где, — с ехидной улыбкой ответил Орачимару. — Но он может стать нашим козырем. — Хорошо, — медленно кивнул Тоби, обдумывая увиденное. — Вы приняты. Я надеюсь, что мы сработаемся. Тем временем, по окончании собрания, все Каге и их сопровождающие отправились обратно в свои деревни, чтобы провести новые собрания и донести до своих людей всё, что было обсуждено и решено в Стране Железа. Им предстояло также подготовиться к мобилизации и подготовке к грядущей войне. Среди них был и Генма, который, увидев в каком состоянии находится Какаши, принял решение отправиться в Узушио. Когда они подошли к Острову Узушио, Генма, не теряя времени, начал стучать по барьеру, окружающему деревню. Долбить долго не пришлось — вскоре перед ними появились девушки в доспехах, выглядевшие как воительницы из древних преданий. — Кто вы и что привело вас к нам? — спросила одна из девушек, её голос был полон решимости и готовности к бою. — Я Ширануи Генма, шестой Хокаге, — ответил он, его голос был твёрдым, но вежливым. — А это мои сопровождающие. Мы прибыли к Узукаге. — Хорошо, проходите, — ответила девушка, сделав шаг в сторону. — Я проведу вас в Резиденцию, а моя подруга отведет вашего подчинённого в лазарет. — Я очень благодарен, — с лёгким поклоном ответил Генма. Какаши немедленно доставили в лазарет, где местные врачи, обладавшие искусством целительства, сразу принялись за операцию, не теряя ни минуты. Другая девушка тем временем проводила Генму в резиденцию, где их уже ждали. В кабинете главы селения находились Наруто, Саске и Итачи с Нагато, как будто они заранее знали о прибытии гостей. Карин и Кисаме были в другой комнате, их присутствие также ощущалось в атмосфере. — Приветствую вас, Хокаге-сама, — произнёс Наруто, слегка поклонившись вместе с Саске. Генма ответил тем же, признавая уважение. Рядом с рабочим столом стояли два дивана и кресло, а среди них — небольшой столик. Все сели, и Наруто, заняв кресло, начал разговор. — Наруто, возможно, ты ещё не знаешь, но после собрания пяти Каге, что проходило в Стране Железа, мы идём в Коноху. На собрании обсуждалась угроза Акацуки. Однако, во время нашего совета, из воронки появился человек в маске. Он представился как Учиха Мадара и потребовал отдать ему Восьмихвостого. Но Райкаге отказался, и этот человек объявил нам войну. — Он объяснил, зачем ему хвостатые? — спросил Наруто, его голос был полон тревоги. — Да, он рассказал о мудреце шести путей… — начал Генма, но Наруто перебил его. — Карин, войди в кабинет, — сказал он. — Что изволите, Узукаге-сама? — ответила Карин, появляясь в дверях. — Принеси ту самую книгу, — приказал Наруто. Карин быстро поняла, о чём идёт речь, и побежала в архив, чтобы принести древнюю книгу. Спустя десять минут она вернулась и положила на стол большую книгу с надписью «История Узушио» на обложке. — Обратите внимание, — сказал Наруто, открывая книгу. — В этой книге описывается создание трёх кланов: Учиха, Сенджу и Узумаки. Всё началось с Кагуи Ооцуцуки, которая прибыла на землю и влюбилась в простого человека, лидера своего племени. Она родила близнецов Хомуру и Хагоромо. Прошли годы, и Хагоромо стал известен как Мудрец Шести Путей. — Верно, — согласился Генма. — На собрании человек в маске упомянул его. Он сказал, что хочет собрать всех хвостатых, чтобы запустить проект «Глаз Луны». Но из-за отказа Райкаге, этот человек объявил Четвёртую мировую войну. — Нас это не касается, — холодно произнёс Саске. — Мы не будем проливать кровь ради тех, кто смотрел на нас свысока и подверг наши кланы уничтожению. — Я понимаю твоё недовольство, Саске, — мягко сказал Наруто, но его голос был полон решимости. — Но у нас нет выбора. Узушио придётся вступить в бой. — Почему мы должны сражаться за тех, кто принижал нас? — с возмущением спросил Саске. — Это наш долг как шиноби, — твёрдо ответил Наруто. — Есть такая фраза: «Если мы не пойдём на войну, то война придёт к нам». Саске помолчал, размышляя над словами Наруто, затем кивнул: — Хорошо, я согласен. Но есть одно условие. Если армия будет разделена на отряды, я не желаю быть ни в одном из них. Здесь, в Узушио, есть отличные ребята, и я сам поведу их в бой. — Не беспокойся об этом, — ответил Наруто. — Если ты соберёшь отряд из тридцати воинов, то сможешь выступить в качестве разведки. К вам будет закреплён связной, который будет докладывать в генеральный штаб. Саске кивнул, соглашаясь: — В таком случае, проблем нет. Пойдёмте в лазарет, посмотрим, как там Какаши-сан. Покинув кабинет, пять представителей мужского пола, окутанные мрачными размышлениями, направились в лазарет. Впереди всех шёл Нагато, и хотя его шаги были уверенными, в его взгляде читалась усталость и печаль, как будто вся тяжесть мира легла на его плечи. — Нагато-сан, как вы себя чувствуете? — спросил его племянник, не скрывая беспокойства, когда они приблизились к двери лазарета. — Давай без этого, — ответил Нагато, его голос был проникнут той горькой мудростью, что приходит лишь с годами и многочисленными потерями. — Может быть, ты этого не знаешь, но ты мой племянник. — Вот как, — ответил молодой Узукаге, его лицо отражало изумление, но в глазах вспыхнуло понимание. — Мама никогда мне об этом не говорила. — Ты видел Кушину? — спросил Нагато, и в его голосе проскользнула нотка давно забытой нежности. — Да, — тихо ответил Узукаге, вспоминая тот момент, когда он впервые встретил своих родителей, Кушину Узумаки и Минато Намиказе, в том странном промежутке между жизнью и смертью. — Когда из меня извлекли Девятихвостого, я встретил их, как в странном сне, полным теплоты и любви. — Ты был Джинчурики? — спросил Нагато, внимательно рассматривая племянника, словно в его облике искал остатки той страшной силы, что некогда обитала в его теле. — Да, — подтвердил Узукаге, но в его голосе не было ни горечи, ни сожаления, только спокойное принятие неизбежного. — Однако его извлекли из меня, когда меня изгнали из Конохи. Но тебе не стоит волноваться, ведь тот, кто это сделал, уже давно кормит червей. — Кстати, дядя, — продолжил Узукаге, его взгляд стал более строгим, как у заботливого главы семьи, который переживает за всех своих членов. — Глядя на вас, я вижу, что и вам не помешает лечь в больницу, чтобы подлечиться. Это я вам говорю как Узукаге. Нагато улыбнулся, впервые за долгое время его лицо озарилось тёплым, почти братским чувством. — Уж ты, — сказал он, усмехнувшись, — став главой деревни, ты стал вести себя жёстко, словно и впрямь стал истинным вождём. — Ещё бы, — серьёзно ответил Узукаге, его голос был полон решимости. — Я не позволю, чтобы жители моей деревни были немощными и больными, ведь вся деревня для меня как семья. Когда они пришли в больницу, Нагато немедленно уложили в палату и принялись за его лечение. Врачей здесь было немного, но все они работали с такой же отдачей, как и во времена мира, когда их руки касались лишь лёгких недугов. Какаши, который также нуждался в медицинской помощи, в это время подвергся операции, в ходе которой ему посадили новый глаз. Это был обычный глаз, не Шаринган, но он не будет истощать его чакру, как глаз Учихи, что был у Какаши ранее. — Как он себя чувствует? — с тревогой в голосе спросил Генма у врача, не скрывая своего беспокойства за жизнь верного товарища. — С ним всё в порядке, — ответил врач, его голос был спокоен, словно он говорил о чём-то обыденном. — Операция прошла успешно. Мы посадили ему новый глаз и исправили чакроканалы, что были повреждены в его левой глазнице. Сейчас он спит, и забрать его можно будет завтра. — Генма-сан, — обратился Узукаге, подойдя ближе. — Вы можете потерпеть до завтра? А пока мы могли бы обсудить стратегию. Генма кивнул, признавая правоту слов Узукаге: — Ты прав. Давай вернёмся в твой кабинет и всё обсудим. На следующий день, когда солнце ещё только начинало освещать вершины гор, Какаши пришёл в себя. Его глаза, теперь уже без того тягостного бремени, что несли они столько лет, смотрели на мир иначе — проще, спокойнее. Вместе с Генмой и Тензо он отправился в Коноху, и, как только они покинули остров, Наруто собрал срочное собрание для всей деревни. Жители Водоворота, привыкшие к быстрому реагированию на приказы своего лидера, уже через пятнадцать минут собрались у сцены, где должен был выступить Наруто. Все ждали в тишине, но в этой тишине ощущалось напряжение, словно каждый знал, что грядут великие перемены. Наконец, сам глава деревни появился на сцене, сопровождаемый двумя Учихами. — Приветствую вас, жители Водоворота, — начал Наруто, его голос был глубоким и проникновенным. — Может быть, вам уже известно, но я вам сообщу: вчера нас посетил Хокаге Скрытого Листа. Он сообщил, что на собрании пяти Каге появился неизвестный в маске и выдвинул свои требования, но, получив отказ, он объявил всем странам войну. Мы не можем проигнорировать это событие, и поэтому Узушио примет участие в войне. — Известно ли, кто наш враг? — раздался голос из толпы, полон тревоги и опасений. — Да, — твёрдо ответил Наруто. — Наш противник — преступная организация Акацуки. На собрании пяти Каге, не получив желаемое, эта организация объявила войну всему миру. Поэтому деревня Водоворота проведёт мобилизацию, которая позволит всем отточить свои навыки и выбрать тридцать лучших воинов, которые отправятся на войну. У нас есть месяц, чтобы хорошо подготовиться и отправиться в бой. Все в толпе восприняли его слова с решимостью и без лишних вопросов. Люди поспешили на тренировочные полигоны, чтобы оттачивать свои навыки и быть готовыми к битвам, которые скоро разразятся. Вернувшись в деревню, Генма собрал собрание и рассказал то же, что и Наруто. Поняв серьёзность ситуации, все немедленно отправились готовиться к войне. В то же время, во всех странах началась мобилизация, и каждый народ готовился к надвигающейся буре. Месяц — это всё, что у них было, чтобы полностью подготовиться к сражению против Акацуки. Зецу и Обито, вернувшись на базу, поспешили к Нагато, чтобы доложить о встрече пяти Каге, но, войдя в кабинет, они обнаружили, что Нагато и Конан исчезли. — Предатели, — пробормотал Обито, его голос был полон ярости. — Взяли и сбежали. Но ничего, я и без них справлюсь. Кстати, Зецу, как обстоят дела с твоими копиями? — Всё готово, — ответил Зецу с холодной уверенностью. — К назначенному сроку у нас будет сто тысяч моих копий. А учитывая, что к нам присоединились Орачимару со своим учеником, победа будет за нами. Обсудив ещё несколько планов, Орачимару и Кабуто направились в скрытые места, где могли из тени использовать свои мрачные искусства, манипулируя воскрешёнными зомби. Найдя удобные укрытия, они устроились и стали ждать сигнала о начале войны, как охотники, готовые броситься на добычу. Война, этот трагический и неизбежный спутник человеческой истории, выступает как неумолимое выражение конфликтов между политическими образованиями — государствами, племенами, политическими группировками, стремящимися утвердить свою волю над другими. Она возникает там, где разногласия перерастают в непримиримость, где диалог уступает место оружию, а люди, поглощенные жаждой власти и контроля, предпочитают решать свои споры посредством насилия. Война становится тем инструментом, посредством которого один народ стремится заставить другой подчиниться его воле. Этот акт насилия, глубоко порицаемый человеческой моралью, имеет своей целью подавление свободы, навязывание своих идей и идеологии, лишение прав на собственность, присвоение ресурсов, будь то земля, вода или что-либо иное. Человек, подчинённый войной, теряет не только свои материальные блага, но и ту внутреннюю свободу, которая составляет его сущность. Как писал Клаузевиц, «война есть продолжение политики иными, насильственными средствами». Именно политическое руководство решает, когда и где начать войну, с какой интенсивностью её вести, и, наконец, на каких условиях принять мир, если таковой станет возможен. От мудрости и решимости правителей зависит многое: и выбор союзников, и создание коалиций, и управление внутренними делами государства, которые неизбежно отражаются на успехе военных действий. Власть, слабая внутри, часто нуждается в быстрых победах, чтобы утвердить своё положение, и наоборот — успешная внешняя политика требует внутренней сплоченности и согласия. Война проявляет себя через организованное вооружённое противоборство, в котором принимают участие армии, флоты, авиация — все те силы, что были собраны воедино, чтобы сломить волю противника. Но помимо этого, война включает в себя и другие средства борьбы: экономические, дипломатические, идеологические, информационные. В этом смысле война — это сложное и многогранное явление, в котором все виды насилия направлены на достижение политических целей. И когда война достигает своих крайних пределов, она становится тотальной, поглощая всё на своём пути, обрекая на страдания и разрушения целые народы. Военные действия неизбежно приводят к материальным потерям и, что ещё трагичнее, к человеческим жертвам, не только среди солдат, но и среди мирного населения, которое зачастую становится заложником этого жестокого противоборства. Поэтому война как средство решения политических разногласий вызывает множество споров и часто осуждается мировым сообществом. Однако, несмотря на все осуждения, войны продолжают вспыхивать вновь и вновь, как неизбежное следствие человеческих амбиций и неспособности найти мирные пути решения конфликтов. Военные теоретики определяют войну как вооружённый конфликт, в котором силы сторон достаточно уравновешены, чтобы исход сражений оставался неопределённым. Когда же сильные государства сталкиваются с более слабыми, такие конфликты часто именуются принуждением к миру, военными экспедициями или освоением новых территорий. Если же противостояние происходит внутри страны, то это становится гражданской войной, где народ, некогда единый, разрывается на части в борьбе за власть и идеологию. Но в истории нашего мира война между пятью великими нациями была не просто противостоянием армий, но столкновением двух совершенно разных представлений о мире. Одна сторона стремилась уничтожить преступную организацию, веря, что это приведёт к установлению мира. Другая же сторона мечтала достичь мира обманом, погрузив всех в иллюзию вечного Цукиёми, где не будет войн и страданий. Месяц, выделенный на подготовку к войне, пролетел быстро, и союзные страны направились в Скрытое Облако, где должно было состояться собрание Каге и их союзников. Союзные Силы Шиноби, состоящие из восьмидесяти тысяч воинов, были разделены на пять отрядов, каждый из которых имел свою задачу. Первый отряд, под командованием Даруи из Скрытого Облака, специализировался на боях на средних дистанциях. Второй отряд, возглавляемый Кицучи из Скрытого Камня, был предназначен для ближнего боя. Третий отряд, под руководством Тензо, должен был сражаться на средних и ближних дистанциях. Четвёртый отряд, возглавляемый Гаарой, Казекаге Песчаной деревни, объединял бойцов для боя на всех дистанциях и был главным ударным кулаком Союза. Пятый отряд, предназначенный для выполнения специальных заданий, находился под командованием Мифуне из Страны Железа и включал в себя шиноби с секретными техниками. Однако не все шиноби были уверены в том, что Гаара, будучи ещё молодым, способен справиться с ролью главнокомандующего. Старые обиды и недовольства начали всплывать, особенно воспоминания о трагедии на Перевале Йосуга. Но Гаара, понимая, что раздоры могут разрушить Союз изнутри, произнёс проникновенную речь, в которой напомнил, что сейчас нет деревень, нет старых врагов — есть только шиноби, которые должны объединиться ради общей цели. Его слова тронули сердца воинов, и те, кто ещё недавно спорил, начали просить друг у друга прощения. Между тем, Зецу, опытный шпион, отправился на базу, чтобы доложить о том, что армия Союза готова к битве. — Зецу, — произнёс Тоби, когда тот вернулся с докладом, — с какими новостями ты пришёл? Что на другой стороне? — Союзные Силы Шиноби подготовились к бою, — ответил Зецу, его голос был спокоен, но в нём ощущалась тревога. — Их армия насчитывает восемьдесят тысяч человек, разделённых на пять отрядов. — Ясно, — кивнул Тоби. — А как обстоят дела у нас? — Мы готовы давно, — ответил Зецу с холодной уверенностью. — Наша армия готова выйти в любой момент. — Это хорошо, — задумчиво произнёс Тоби, его взгляд устремился в даль, туда, где уже начинала греметь буря войны, которая скоро обрушится на весь мир. И действительно, войска были в полной боевой готовности, а Зецу только и ждал сигнала, чтобы выпустить свои копии. Взоры всех шиноби были устремлены на расположение своих сил и на силы врага. Решение, принятое Союзными Силами Шиноби, основывалось на расчете того, что Акацуки, скорее всего, отправят небольшую часть своей армии морем, через Горное Кладбище в Кумогакуре, тогда как основная масса войск будет передвигаться по суше. Это требовало особой тактики: армия должна была охватить территорию, которая включала в себя как Страну Мороза, так и Страну Горячих Источников. Немедленно были отправлены приказы об эвакуации в эти страны, и вскоре жители покинули свои дома, двигаясь на юг, в Страну Огня. Распределение войск Союза было выполнено с предельной осторожностью. Первая Дивизия, под командованием Даруи, расположилась на севере Страны Молнии, чтобы перекрыть путь врагу, который мог бы использовать узкий проход с Горного Кладбища. Вторая Дивизия, ведомая Кицучи, заняла позиции на границе Страны Молнии и Страны Мороза, уплотняя северный рубеж. Третья Дивизия, отличавшаяся манёвренностью, быстро продвигалась через Страну Мороза, но затем была направлена на север Страны Горячих Источников, чтобы усилить Подразделение Внезапного Нападения. Четвёртая Дивизия, расположенная на дальних рубежах, укрепила южный путь в Страну Молнии. Пятая Дивизия, командуемая Мифуне, распространила свои силы широким фронтом от северной части Страны Мороза, через границу между Страной Мороза и Страной Молнии, до южных рубежей, поддерживая остальные подразделения и заполняя образующиеся пробелы. По мере того как столкновение с врагом становилось неизбежным, Первая и Четвёртая Дивизии оказались перед лицом двух значительных вражеских сил. Шикаку Нара, опытный стратег, разработал план, который должен был оптимально использовать силы Союза. Противостояние двум разрозненным группам врага требовало не разделять силы Союза, а, напротив, объединить их для концентрации удара. Даруи, вместе с частями Пятой Дивизии, должен был сосредоточить усилия на противниках Первой Дивизии, в то время как большая часть Второй Дивизии Кицучи должна была двигаться вперёд, зажимая врага с флангов. Хотя этот манёвр мог бы ослабить Вторую Дивизию, Пятая Дивизия была готова восполнить потери, поддерживая единую, но гибкую линию обороны. Гаара, командующий Четвёртой Дивизией, начал медленное отступление, втягивая врага в ловушку. По мере того как враг продвигался вперёд, линии обороны Союза постепенно сливались, создавая новые укреплённые позиции. С наступлением темноты Союзные силы начали перераспределять свои силы, используя этот момент для размещения Дивизии Тыловой Поддержки и Медицины, чтобы оказать помощь раненым. Лагерь, где находились раненые, охраняли два воина клана Акимичи, преградившие единственный проход, и все, кто входил в комплекс, подвергались проверке чакры, чтобы предотвратить проникновение врага. Но несмотря на все меры предосторожности, хитрость и коварство Акацуки проявили себя во всей своей полноте: Белые Зецу, замаскированные под союзников, смогли проникнуть в лагерь, что привело к хаосу и тайным убийствам. Члены Альянса, не способные отличить врага от друга, оказались в ловушке этого зловещего замысла. Перед Шикаку Нарой стояла задача найти решение этой проблемы. Он пришёл к выводу, что единственным верным способом было бы задействовать шиноби, способного ощущать отрицательные эмоции врага. — Иноичи, свяжись с отрядом Наруто и запроси помощь, — распорядился Шикаку. — Наруто? Кто это? — спросил один из шиноби. — Наруто Узумаки, глава клана Узумаки и наш союзник. Когда началась война, я попросил его сформировать партизанский отряд, чтобы атаковать противников из тени. Пока шли сражения, Наруто и его отряд успешно справлялись с задачей, не позволяя врагам приблизиться к основным силам Союза. Лидер Акацуки привлёк на свою сторону бандитов, но Наруто и его люди сражались с ними, не давая им соединиться с основными силами противника. — Значит, Акацуки ведут бой на два фронта, — заметил Генма, кивая в знак понимания. В то время как Наруто прибыл в медицинский лагерь, оставив командование отрядом на Учиху Саске и его старшего брата Итачи, даже Кисаме, известный своей жестокостью, участвовал в битве, помогая уничтожать бандитов. Прибыв на место, Наруто в режиме Санина быстро отличал врагов от союзников, уничтожая лазутчиков. После того как угроза была устранена, Наруто решил остаться, чтобы помочь медицинскому отряду, полагая, что его командиры сами справятся и смогут к утру присоединиться к основным силам. На следующий день битва продолжилась, но ни один из союзников не мог ожидать, что они столкнутся с теми, кто давно покоится в могилах. Более того, никто не мог предположить, что среди врагов окажется сам Учиха Мадара, один из основателей Конохагакурэ. Это означало, что Орочимару и Кабуто вступили в игру, и ставки стали ещё выше.