Тысяча и одна осень

Глава 72. "В жизни много боли, А-Цяо, ты же знаешь это" — Глава Янь, не говори глупостей, — ответил Шэнь Цяо. Из уголка его рта вытекла кровавая слюна. Янь Уши взял носовой платок и осторожно убрал ее. — Ты, как и всегда, слаб, А-Цяо, и предпочтешь всю жизнь прожить в моем плену, нежели убить меня. Губы Янь Уши спустились по его шее к груди. Он облизывал, кусал, всасывал в себя его кожу, оставляя на ней бесчисленное количество синяков. Казалось, еще немного, и он с жадностью начнет рвать его плоть зубами, как дикий зверь. — Тебе больно, А-Цяо? Прости, пожалуйста, — с усмешкой смотря на него, сказал Янь Уши. Шэнь Цяо никогда не видел его в таком настроении и ему стало страшно. Это был Янь Уши, которому причинили сильную боль. Он бесцеремонно раздвинул ноги Шэнь Цяо пошире и ворвался в него. Шэнь Цяо вскрикнул от раздирающей его боли. Янь Уши безжалостно протолкнулся в него полностью, до упора. На глазах даоса выступили слезы. — Тебе нравится? — прошептал глава Янь ему на ухо. Замерев в таком положении, он склонился над ним и облизал мочку уха. Почти нежно, без агрессии. Шэнь Цяо почувствовал возбуждение. Он длительное время делил постель с Янь Уши и уже привык к долгим и жарким ночам с ним. К своему стыду, даос заметил, что даже две недели воздержания было вытерпеть не так-то просто. Поэтому, как только Янь Уши коснулся Шэнь Цяо, даос сразу же начал возбуждаться. Не выходя из него, Янь Уши скользнул рукой по его промежности. — Ммм, А-Цяо, ты такой твердый, это потому, что тебе не нравятся мужчины? Шэнь Цяо стал пунцовым от стыда. Постепенно, он привык к боли. Янь Уши принялся двигаться в беспорядочном темпе, то погружаясь в его плоть до упора, то выскальзывая из нее. Шэнь Цяо больше не мог контролировать свое возбуждение, издав тяжелый стон. Янь Уши с ехидной улыбкой посмотрел на него: — Тебе не нравятся мужчины, А-Цяо, это правда? Дальше краснеть было уже некуда. Янь Уши внимательно разглядывал его, наслаждаясь смущением даоса и этим моментом. На душе его стало немного легче. Внезапно, он снова резко погрузился в плоть Шэнь Цяо до самого упора. — Глава Янь, пожалуйста... очень больно... — жалобным голосом проговорил Шэнь Цяо, не выдержав. — В жизни много боли, А-Цяо, ты же знаешь это, — Янь Уши склонился над даосом и поцеловал в губы. Почти нежно, будто жалея его. Затем еще раз яростно ворвался в его плоть. Шэнь Цяо казалось, что его объяло пламя изнутри и что он может сгореть в этом пламени до тла. Он находился будто в трансе от сильнейшего возбуждения и, не выдержав больше, громко закричал. Когда Шэнь Цяо пришел в себя, Янь Уши лежал рядом, смотря на него с насмешливой улыбкой и каким-то умилением. Он водил указательным пальцем по распухшим, искусанным губам дсоса. — Ничто так не ласакает слух этого достопочтенного, как твои стоны и крики. Поцеловав его в лоб, Янь Уши поднялся с постели. — Что ж, пожалуй, этот достопочтенный пойдет к себе, оставив тебя медитировать в одиночестве. Сладких снов, А-Цяо. Он поправил свои штаны, развернулся и молча вышел, хлопнув дверью. Шэнь Цяо остался лежать на смятой постели, обнаженный и неподвижный. Искусанный, весь в синяках, с распухшими губами и болью в теле от такого резкого глубокого проникновения. Давно он не чувствовал себя настолько паршиво. Он был уверен, что Янь Уши останется сегодня ночью с ним и замучает его до самого утра. Но нет. Янь Уши и раньше был со странностями, а теперь стал совершенно непредсксзуемым. Страшно было представить, что творилось в его голове. Шэнь Цяо тяжело вздохнул, мечтая о спасительном сне. Утром в комнату вошел Янь Уши. Шэнь Цяо по-прежнему лежал без одежды. Видя, как глава Янь бесцеремонно разглядвает его, щеки даоса залил румянец стыда. — Доброе утро, А-Цяо! — широко улыбнулся Янь Уши. — Как тебе спалось? Хочешь, чтобы этот достопочтенный отнес тебя в туалет? — Нет, благодарю. — Хочешь, я покормлю тебя с ложки бульоном или супом из корней лотоса? — Я не голоден. — Ну уж от мази, которую принес этот достопочтенный, ты точно не откажешься, — сказал Янь Уши, доставая заветную баночку. На его пальце блеснула капелька мази. Поняв, что он сейчас собирается сделать, Шэнь Цяо готов был сгореть со стыда. — Ну же, А-Цяо, расставь ноги пошире, чтобы этот достопочтенный смог нанести мазь в нужное место. Ах, да, ведь ты даже этого не можешь сделать самостоятельно, ты ведь не можешь дв игаться. Янь Уши сам раздвинул ему ноги и холодная капля мази коснулась пострадавшего отверстия, которое невероятно болело. Мог ли Шэнь Цяо испытывать больший стыд, чем в этот момент. Мало того, когда палец Янь Уши коснулся его сокровенного места, Шэнь Цяо начал возбуждаться и никак не мог скрыть своего стыда. Заметив это, Янь Уши тихонько рассмеялся. — Глава Янь, прекрати все это, прекрати эти издевательства... — Какие издевательства, А-Цяо? Вчера я хорошо удовлетворил тебя, разве нет? По твоим крикам это было понятно. А сейчас я наношу на нужное место мазь, чтобы оно поскорее зажило. Что не так? В чем издевательства, не пойму? Янь Уши склонился над ним и поцеловал. Рот Шэнь Цяо был приоткрыт и Янь Уши без труда проник в него языком. Поцелуй казался нежным и по телу Шэнь Цяо непроизвольно поползли мурашки. Возможно, Янь Уши дразнил его специально. — А-Цяо, я приготовил тебе сюрприз. Сейчас я принесу для тебя одежду и мы выйдем прогуляться в сад. Шэнь Цяо в душе содрогнулся после слова "сюрприз". Сюрпризы от Янь Уши не предвещали ничего хорошего. Вскоре, глава Янь принес дорогую одежду нежно-розового цвета и, поиподняв Шэнь Цяо, принялся одевать его. Даос почувствовал себя прикованным к постели калекой и ничего не мог с этим поделать. Одев его, Янь Уши подхватил даоса на руки и понес его в сад. Шэнь Цяо заметил, что слуги уже успели навести порядок в резиденции после погрома. Светило солнце, в воздухе витал аромат цветущих деревьев. — Какая славная погода, не правда ли, А-Цяо? Сейчас ты увидишь подарок, который приготовил для тебя этот достопочтенный. Надеюсь, он понравится тебе. Шэнь Цяо увидел мужчину, копающего в саду глубокую яму. — Вылезай, достаточно, — сказал Янь Уши и слуга покорно вылез, бросив лопату. — Ч... что это? — заикаясь, проговорил Шэнь Цяо. — Мой подарок, А-Цяо. Ты был одержим мыслью, что я хотел закопать тебя живьем... что ж, придется действительно закопать тебя, — с улыбкой ответил Янь Уши. Даос побелел, как полотно. Будто один из мучивших его кошмарных снов стал реальностью.