Тысяча и одна осень

Глава 177. "Я и есть Янь Уши" Это имя уже было на слуху, но Сун Лин не мог вспомнить, где слышал его. Он продолжал играть, перебирая струны гуциня длинными тонкими пальцами. Шэнь Цяо, как зачарованный, смотрел в одну точку, находясь в трансе. — Ты был адептом Сюаньду? — спросил Сун Лин, снова ударив по струнам. Звуки волшебной, невероятно красивой музыки заполнили комнату. — Я был ее главой... "Это уже интереснее", — подумал Сун Лин. — Почему же был? С тобой несправедливо обошлись, разжаловали? Шэнь Цяо замялся. Даже, находясь в трансе, он смущался, когда дело касалось чего-то личного. — Ну же, почему был? — Сун Лин снова начал проворно теребить струны, заставляя их изливаться на полную катушку. Под такую музыку невозможно было молчать. — Меня разжаловали, когда узнали... — Узнали о чем? — нетерпеливо посматривая на него, спросил Сун Лин. — Что этот бедный даос и Янь Уши... Это имя не предвещало ничего хорошего и Сун Лин криво улыбнулся. Он слышал, что с Янь Уши в паре был какой-то даос, но не думал, что это будет именно этот человек, сидящий перед ним сейчас. Для такого человека, как Янь Уши, этот даос совершенно не подходил ни как друг, ни как деловой партнёр. Могли бы у Янь Уши вообще быть друзья? Мысль об этом сама по себе вызывала смех. Этот человек не нажил себе ни одного друга, зато имел целую кучу врагов, которые клубком змей затаились за его спиной. Но, возможно, этот даос был тоже слишком хитёр и не хотел показывать свою истинную сущность. Это Сун Лин и собирался узнать. Гуцинь не позволит этому человеку соврать. Он играл старательно, не упуская ни одной, даже самой мелкой, детали своей магической мелодии. — Расскажи о себе с самого начала, — мягко попросил Сун Лин и Шэнь Цяо, как на духу, начал рассказывать о своей жизни в Сюаньду. Сун Лин узнал, что учителем этого даоса был сам Ци Фэнге, узнал, как Шэнь Цяо предал близкий соратник, отравив его перед боем, и как его подобрал и выходил ученик Янь Уши. Шэнь Цяо начал смущаться и терялся, не зная, как продолжить свой рассказ. — Почему ты так реагируешь на этого человека? — поинтересовался Сун Лин, продолжая дергать струны. Создавалось впечатление, что он играет не на гуцине, а перебирает струны чьей-то души. — Потому что... — Шэнь Цяо снова смутился. Сун Лин начал ещё отчаяннее перебирать струны и музыка полилась, будто вокруг плясали тысячи лепестков магнолий. Музыка не давала молчать, она бы развязала язык даже мертвецу. — Потому что... люблю его... — ?! Не выдержав, Сун Лин рассмеялся и сказал вслух: — Янь Уши и любовь — вещи абсолютно несовместимые, ты, очевидно, шутишь. — Нет же! Я люблю этого человека больше, чем свою жизнь! Заявление этого даоса было чем-то из ряда вон выходящим и брови Сун Лина подпрыгнули. Устав смеяться, он, наконец, спросил: — Наверняка за этим всем стоит просто невероятная история! Я хочу знать ее, расскажи. Смущаясь, Шэнь Цяо от начала и до конца рассказал о своем знакомстве с Янь Уши. Гуцинь не давал ему молчать ни минуты. Шэнь Цяо рассказал, как Янь Уши забавлялся с ним и даже отдал Сан Цзинсину, но, спустя какое-то время, их отношения приняли совсем другой оборот и в сердце даоса проросли ростки любви к этому человеку, вопреки всему и всем. Сун Лин не стал требовать интимных подробностей, чтобы не смущать этого человека ещё больше, да и не хотел копаться в чужом нижнем белье. — Неужели ты думаешь, что этот человек тебя любит? — искренне изумился Сун Лин. — Такие люди умеют любить только себя. — Так было раньше, — возразил Шэнь Цяо, — но этот человек, он изменился. И я знаю, что он тоже любит меня... Не просто знаю, я это чувствую... Сун Лин в очередной раз подивился чудесам. Он-то думал, что у этого даоса с Янь Уши взаимовыгодные деловые отношения, как это обычно происходит, а тут такие глубинные чувства, будто выписанные из какой-то поэтической книги! Сун Лин в очередной раз подумал, что Шэнь Цяо был неподходящей парой для Янь Уши. Этот даос до сих пор слишком искренний и слегка наивный. Скорее всего, Янь Уши просто использует его любовь в своих целях, мороча ему голову. После этих лирических отступлений, Сун Лин совсем забыл о самом главном: узнать, почему Шэнь Цяо оказался здесь. Гуцинь не давал человеку соврать. Самый изящный способ узнать правду без крови, мук и истерических криков, режущих слух. Шэнь Цяо рассказал, как познакомился с Вэй Чжи и как тот обязался излечить Янь Уши от яда в обмен на обещание, а потом они отправились на поиски свитка все вместе. Когда свиток был уже в руках у Янь Уши, даос заставил его отдать свиток монаху. Сун Лин слышал множество интерпретаций истории о том, как свиток оказался в руках Вэй Чжи, но даже не мог предположить, что дело обстояло именно так. "Когда думаешь, что человек только изображает из себя идиота, он на самом деле оказывается идиотом", — в сердцах подумал Сун Лин. Шэнь Цяо снова начал винить во всем себя, говорить, что по его вине погибли адепты его клана, упоминал о какой-то названной сестре. Все остальное время даос рассказывал только о Янь Уши. О том, как скучает по этому человеку и как сильно его любит. При этих словах по лицу Шэнь Цяо катились крупные слезы. Устав слушать о человеке, которого, мягко говоря, он недолюбливал, Сун Лин решил немного поиграть и поэкспериментировать с гипнозом своего гуциня. — Я и есть Янь Уши, — сказал Сун Лин, продолжая играть. — Подойди поближе, Янь Уши — это я. На лице Шэнь Цяо, по которому продолжали катиться слезы, появилась улыбка облегчения. — Глава Янь, неужели это ты! Я так ждал тебя! — Подойди поближе и поцелуй, — сказал Сун Лин, — в душе смеясь своей коварной игре. Шэнь Цяо подошёл поближе и, склонясь к Сун Лину, который продолжал играть на гуцине, начал осторожно касаться его губами.