Драбблы по Реборну

В какой момент человек меняется? Или он вообще меняется не в момент, а постепенно? А когда начинает? Цуна сидела в кабинете Занзаса и как-то вяло пила чай, который чудом нашёлся где-то у Скуало, и чувствовала, как нестерпимо горят уши. Сам хозяин комнаты нескончаемо привычно пил виски, и от него уже давно невыносимо несло алкоголем. Когда наступил момент, что у Цуны осталось достаточно мало страха, а у Занзаса достаточно мало ненависти, чтобы они иногда могли вот так посидеть вместе? Это можно было бы назвать попойкой; Занзас же как-то предложил ей выпить с ним, "снять стресс босса", как с вещей усмешечкой он тогда сказал. Она была пусть и не очень хорошей девочкой, но боялась всех этих вещей и категорически отказалась. Пила только чай, а вот печенек в особняке Варии почему-то не оказалось. С какого времени ей так неудобно смотреть на него не из-за страха? Хорошо, что краснеют только уши. Они даже иногда разговаривали; точнее, заводила свой вечный монолог о мире и дружбе Савада, а Занзас лишь коротко и нецензурно выражался время от времени, но даже это было отлично от того, какими она представляла их отношения в самую первую встречу. Что же за страшная штука, это время, если Занзас сейчас смотрел на неё по-другому? Иногда даже слушал. Не пытался конечно понимать и принимать, но всё же. И больше смотрел, как-то странно, как-то пробирая Цуну до самой дрожи; словно бы он что-то пытался понять. Десятой тоже было всё невдомёк, да мысли крутились вокруг да около того, от чего краснели не только уши. Лучше бы она пила с ним сейчас виски. По крайней мере в этом случае она могла бы с чистой совестью вырубиться после второго стакана или же невинно спросить, что же он от неё хочет.