Не споешь мне, Ангел?

Хосок не может оторвать глаз от незнакомца в зеркале, вокруг которого вьется демон, довольно расправляющий крылья каждый раз, как только отходит чуть подальше, чтобы оценить внешний вид Чона. - Никто даже не поймет, что вы на самом деле прибыли с небес, - заговорщески хихикает парень, поправляя чужие вихри и вновь отходя, чтобы понять, все ли идеально. Хосок косится на подростка, который восхищенно чуть расправляет кожаные крылья и кивает на ангела, как бы прося повторить это движение. Чон повторяет, приподнимает крылья, окрашенные в чёрный, и завороженно прикасается к перьям, проводя по ним ладонью. Мягкие перья щекочут ладонь, прижимаются друг другу под давлением, и мелкий демон широко улыбается, не сводя с чужих пальцев взгляда. - Я же смогу смыть ее? - тихо спрашивает Чон, и его рука замирает, после чего и вовсе опускается. Улыбка не покидает лица демона, он кивает и обходит ангела, вставая между ним и зеркалом. Этот демон ниже Хосока на несколько сантиметров, но его размах крыльев явно больше. Чон никогда не видел таких больших крыльев. - Конечно, - демон накидывает черный галстук на шею Чона и завязывает его, прикрывая глаза, - Эта краска легко смывается. В Нижнем мире нет воды, однако, окончание Бала проходит на Земле, под луной, так что если не хотите, чтобы демоны раскрыли вас, то держитесь подальше от любой жидкости, что может как-то попасть на ваши крылья. Запомните, как только вы зайдете в зал, вы - Падший Ангел. Им не запрещено посещать наш Бал, так что сохраняйте маску до конца. Ангелы никогда не были на нашем Балу или же не были пойманы, поэтому я не могу сказать вам, что будет, если демоны поймают вас. В любом случае, держитесь рядом с Намджуном. Он вас защитит. Хосок усмехается, склоняя голову, и про себя соглашается, не произнося ни слова. Намджун защитит, Намджун поможет, Намджун оградит от любых проблем и опасностей, закрывая от них своими крыльями, собой.

***

В зале так жарко, что Хосок невольно расслабляет свой галстук, пытаясь хоть как-то сделать так, чтобы было не так удушающе мучительно. Длинный коридор отдается глухими шагами, отражающимися от потресканных стен, окна занавешены иссиня-черными шторами, и в помещении нет ничего кроме громадной двери высотой около трех метров, под самый потолок, с которого время от времени сыпется штукатурка. Дверь кажется деревянной, покрытой лаком, блестящим в темноте от единственного источника света - свечей, стоящих по обе стороны от двери. - Что я делаю? - шипит Хосок, останавливаясь у самой двери и поправляя пиджак. Его шепот тут же отражают стены, и ангел оглядывается по сторонам, надеясь, что его никто не слышит. - Ну в самом деле. Он прикасается ладонью к двери и толкает её, чтобы понять, насколько же та тяжела, но бордовый свет, исходящий из-под его пальцев, пугает, отчего ангел отскакивает и замирает, не сводя глаз с отпечатка своей ладони, оставшегося на поверхности двери. Бордовый свет становится все ярче, пока не освещает полностью весь коридор и Хосоку не приходится зажмурить глаза, невольно попытаться закрыться руками от ослепительного света. Вдруг бордовый свет переходит в ядовито зелёный оттенок, и дверь не открывается - испаряется, исчезает с оглушительным звуком, который тут же привлекает внимание демонов, оживленно общающихся в зале, внизу по лестнице. Все будто по команде оборачиваются на образовавшийся проем, где когда-то ещё была массивная дверь, и парня, распахнувшего глаза из-за резкого неприятного звука и замершего, не зная, что делать. С одной стороны, ему стоит побыстрее сойти по лестнице к Намджуну, который так же как и остальные оборачивается, забывая про разговор с другим демоном, и перестает, кажется, даже дышать, но с другой - ему настолько страшно, неловко, настолько непривычно и дико от того, что он вообще творит. Ангел на демоническом Балу косит под Падшего. Это так смешно, позорно, отвратительно. Узнал бы кто-то об этом из ангелов, давно бы выгнали, отправили в изгнание. Однако Намджун улыбается так нежно, на его щеках появляются ямочки, а сам он будто светится, заставляет все мысли в чужой голове остановиться и через секунду просто испариться. Ким выходит из толпы демонов, которые начинают переговариваться между собой, явно чего-то не понимая. Намджуна пропускают, уступают ему дорогу, под умеренную музыку оркестра расходятся перед ним так, будто он не просто демон, а сам Низший. Хотя перед Низшим все давно попадали бы на колени, уткнувшись лбами в пол. Ким подходит к лестнице и протягивает к Чону руку, улыбаясь, и у Хосока внутри что-то непонятное происходит, то падает, то вспархивает, выводя ангела терять какую-либо выдержку: дыхание сбивается, сердцебиение учащается, а глаза не мог зацепиться за что-то ещё, помимо демона, терпеливо ожидающего его внизу. И Чон действительно думает, что оступится, спускаясь по лестнице, споткнется, полетит вниз, а Ким его определенно поймает, заглянет в глаза, и между ними проскочет что-то эдакое, что-то, о чем снимают эти странные фильмы для людей. Но все проходит хорошо, Чон спускается по лестнице к Намджуну и вкладывает свою руку в чужую ладонь, пальцы которой тут же мягко сжимают в ответ. - Кто это? - Я никогда не видела его прежде. - Разве господин не должен был найти себе пассию? Насколько я помню, Низший велел ему... Хосок сжимает руку Кима, слыша разговоры демонов, стоящих по обе стороны, и опускает голову, проходя между ними с Намджуном, который мягко ведет его за собой. - Не обращай внимания, ангелок, - улыбается Ким, и Хосок невольно сглатывает, когда демоны с одной стороны от них, поймав на себе грозный взгляд Кима, словно сжимаются, замыкаются, затыкаются. - Они слишком любопытны. Лицо Намджуна мрачнеет, и ангел закусывает губу, не зная, что предпринять. Они выходят на середину, и под музыку Ким перехватывает руки Чона, укладывает одну себе на плечо, а пальцы второй переплетает со своими пальцами. Вторая рука демона аккуратно прикасается к талии Хосока, и тот вздрагивает, распахивает глаза, когда Ким вдруг начинает танцевать, тяня его за собой. Чон теряется, оглядываясь по сторонам, вновь слыша разговоры демонов, которые косились на него, будто осуждая. - Разве он не ангел? Что здесь забыл ангел? - Он Падший. - Падший ангел? Откуда господин знает его? - Оставьте его. Он Падший, так что же вы прицепились к нему? Намджун ведет Чона в танце, словно не видя демонов, которые раступаются, образовывая круг, в середине которого, как листья во время листопада, кружатся демон и ангел. Глаза Кима блестят, а с губ не сходит мягкая улыбка, и Хосок вздыхает, доверяясь демону, опускает глаза на уровень чужой груди и пытается не слушать все эти разговоры вокруг. Брови ангела вскидываются, когда демоны, переглянувшись, вдруг начинают присоединяться к ним, сцепляя руки, заходятся в громком смехе, выдавая нелепые движения, отдалённо похожие на вальс. - Что это? - вздыхает Чон, оглядываясь по сторонам, и распахивает глаза, когда медленная мелодия сменяется на кантри, а демоны вокруг все больше смеются, каблуками стуча о плитку пола. - Вы что, пираты? Почему это похоже на пиратское торжество? - Демоны очень спонтанны, так что не пытайся понять, - смеётся Намджун и отпускает растерянного ангела, начиная прихлопывать в такт и широко улыбаться. - Цель этого бала - веселье, так что давай просто хорошо проведем время. Хосок тоже улыбается, чувствуя, как внутри становится все теплее, греет, и это тепло заставляет таять ледяную корку снаружи, расплываться в такой же широкой улыбке в ответ и смеяться. Чон соглашается, неловко повторяя движения Кима, и сам смеется, когда оступается и чуть не падает, машет руками. Чужая рука перехватывает его за локоть, и Намджун хватается за нее, широко улыбается, еле сдерживаю смех, ведь демоны оглядываются на него. - Господин, - к Киму подходит один из демонов, невысокий мужчина с одним продырявленным крылом, и кланяется, косясь на остановившегося Чона, - Извольте поинтересоваться, кого вы нарекли своим партнером? Я доложу Низшему... - Таскэ, - Намджун отмахивается, тяня за собой удивленного Хосока, - Низшему пока не стоит знать. Я потом ему расскажу. Мужчина открывает рот, но тут же закрывает его, качая головой и смотря вслед Киму, который утягивает за собой ангела на балкон. - Господин... - усмехается Таскэ, после чего разворачивается и скрывается в толпе, чтобы быстрее найти Низшего, тайно посетившего Бал. Низшему точно будет интересно послушать о том, что его сын наконец-то привел кого-то на Бал Белой луны.