Something So Good, So Pure

Переехав в комнаты Рейниры, Деймон понял, что не найдёт в них покоя. В спальнях редко царила тишина, ведь всё остальное время стоял шум от детей. Ему очень нравилось находиться в детской, всё это он считал забавным и таким правильным, только вот было одно единственное исключение, портившее его настроение и вызывающее у него гнев. Боги, ему не нравился этот маленький засранец, который прицепился к Висенье как репей. Всегда рядом с его дочерью, всегда обнимает ее, всегда требует внимания. Он видел их вместе всего несколько дней и он не мог просто взять и послать его далеко и надолго к его матери. — Ты так яростно смотришь на него, - говорит Лейнор, присоединяясь к нему на кушетке с двумя кубками в руках. Он дает один Деймону, когда тот садится. — Он прикасается к ней, - бормочет Деймон, с радостью принимая вино, делая глоток горького вина. — Он всегда прикасается к ней. Он также всегда присматривает за ней и следит, чтобы с ней все было в порядке. Это мило, так в стиле Таргариенов, когда дяди присматривают за своими племянницами, - отвечает Лейнор. Все, что он получает в ответ, это свирепый взгляд, в то время как Висенья ковыляет к Деймону с большими, полными надежды глазами. — В чем дело, милая принцесса? – нежно спрашивает Деймон, его свирепый взгляд мгновенно превращается в нежную улыбку. — Караксес? – спросила Висенья. Вскоре после их первой встречи Висенья сразу же прониклась симпатией к Деймону. Когда она не была с Эйгоном, юную принцессу можно было найти с ее отцом. С обоими отцами. Лейнор взял на себя задачу помочь Деймону привыкнуть к жизни в Королевской гавани и помочь ему стать частью тех перемен, которым они положили начало. Итак, пока Рейнира была занята заседаниями Малого Совета, послеобеденными чаепитиями и всем остальным, что касалось наследницы, двое мужчин стали проводить много времени вместе. — Что насчёт Караксеса? – Спрашивает Деймон, подтягивая ее так, чтобы она сидела на его ноге. — Оседлай Караксеса, - требует она. Деймон с радостью соглашается на это, если не для того, чтобы отвезти ее к своему дракону, а чтобы увести ее от маленького чертёнка, который пытается заявить на нее свои права с каждым вторым вдохом, который он делает. И вот Лейнор остается один с тремя детьми Таргариенов, двое из которых расстроены потерей своего друга, а один злится на своего дядю за то, что он украл его Сенью. Если Эйгон усомнится в достоинствах его укуса дяди, когда он снова увидит его, что ж, никто не узнаёт об этом, пока это не произойдёт. И если Лейнор проклянет Деймона за то, что он оставил его наедине с тремя разочарованными детьми, тогда он узнает об этом ровно в тот момент когда они сядут ужинать. Деймон, с другой стороны, не может сдержать улыбки, когда он идет по коридорам Красного Замка с Висеньей, благополучно устроившейся в его объятиях, пока она лепечет о своем собственном драконе, который еще слишком мал, чтобы на нем ездить. Она все еще не знает, как они связаны, кроме того, что он дядя ее muña, но это не беспокоит Деймона так сильно, как это случилось, когда он впервые увидел, как она убежала к Лейнору. Теперь он знает, что это только до тех пор, пока он не женится на Рейнире и Лейноре на валирийской церемонии, которая соединит их вместе. Тогда для Висеньи было бы безопасно называть его Kepa, чтобы он смог законно называть ее своей дочерью. Караксес обращается с Висеньей так же, как Сиракс и Морской Дым, защищая юную принцессу и забирая всех любящих питомцев, которых она ему дает. Кровавый змей обвивает своей длинной головой пару отца и дочь, издавая радостную трель, когда юная принцесса целует его в морду. —Здравствуй, Караксес, - говорит Висенья, приветствуя дракона, как она приветствует каждого дракона, которого она встречает. Деймон дважды проверяет, что они оба были надежно закреплены в седле, он не хочет рисковать, пока Висенья с ним. Мало того, что Рейнира получит его голову в таком случае, Деймон с радостью пожертвует себя любому дракону, которому она скормит его голову. Но только не Солнечному огню, он не позволит дракону маленького чертёнка забрать его тело. — Sōvēs , - говорит Висенья, одну из немногих команд для дракона, которые она выучила за время обучения, и одна из немногих, которые она использовала с Лунным огнем. Деймон повторяет это тихо, чтобы она не услышала и поверила, что это ее команда заставляет Караксеса подняться в воздух. Наслаждение, когда Караксес взлетает, стоит того. В течение часа, пока они пролетают над Королевской гаванью, все, что слышит Деймон, - это смех его дочери. — Почему дети смотрят в окно? - Рейнира расспрашивает Лейнора, когда возвращается в детскую. Деймона и Висеньи нигде не видно. — Висенья захотела покататься на Караксесе, – отвечает Лейнор, отрываясь от своей книги - на этот раз о валирийских браках, присланным архимейстером Вейгоном. — Эймонд и Хелейна потеряли своего товарища по играм, а Эйгон, по словам Хелейны, не такой весёлый, как Висенья. Я почти уверен, что Эйгон думает о способах навредить Деймону, основываясь на том, как он продолжает бубнить себе под нос каждые несколько минут о том, что он собирается укусить его, – добавляет он. — Вероятно, нам следует научить Эйгона не кусать людей, когда он не добивается своего, - говорит Рейнира. — О, мы не будем его отучивать и будем развлекаться каждый раз, когда он будет это делать, - парирует Лейнор. — Только не говори мне, что ты не хочешь увидеть, как Эйгон будет кусать Деймона. — Это было бы довольно забавно, - соглашается Рейнира. — Как книга? – спрашивает она, заглядывая через его плечо, чтобы увидеть текст. — Это чертов дракон… - она замолкает. — Да, теперь, когда я прочитал это, гобелены приобретают гораздо больше смысла, - отвечает Лейнор. — Хотя теперь я задаюсь вопросом, почему Веларионы отдают предпочтение морю и кораблям. Таргариены получили свою драконью кровь, соединившись с драконами, как и все другие драконьи лорды Старой Валирии, - говорит он. — Начнём с того, что твои предки не трахались с драконами, - отвечает Рейнира. Лейнор кивает головой в знак согласия. — Но они могли бы трахнуть море, - говорит Лейнор, переворачивая страницу, чтобы посмотреть на другой рисунок драконов, близких с людьми. — Это выглядело бы интересно, - говорит он, показывая это Рейнире. — Это выглядит неудобно, - говорит ему Рейнира. — Интересно, но неудобно.

***

Визерис надеялся, что после ужина Деймон забудет о том, чтобы отвезти его на Караксесе на Драконий камень. — Мы не можем взять корабль? - Визерис спрашивает, когда Деймон схватил его за плечо и потащил в Драконье Логово. — Нет, ты впервые за много лет оседлаешь дракона, и им будет Караксес, - говорит Деймон, не отступая от своего плана. — Я мог бы снова изгнать тебя, - говорит Визерис, когда видит Караксеса с двухместным седлом. Королю даже показалось на мгновенье, что Кровавый Змей ухмыляется ему, точно так же, как Деймон. — Ты этого не сделаешь, - говорит Деймон, наконец-то уверенный впервые с тех пор, как Визерис стал королем, что его не будут изгонять за каждую мелочь, которую он сделает. Он знал, что Караксес всегда становился раздражительным каждый раз, когда они приземлялись в Королевской гавани, только для того, чтобы уйти посреди ночи, потому что его снова изгнал его Царственный брат. — Я мог бы, - утверждает Визерис. — Рейнира и Рейнис будут доставать тебя, пока ты снова не поменяешь своё мнение. И милая Висенья будет разгневана, и побежит прямо в объятия Корлиса и заявит, что он будет её любимым дедушкой, - парирует Деймон, когда Визерис ворчит. Деймон не может удержаться от смеха, когда говорит своему любимому дракону, что Визерис поедет вместе с ним. — Просто подумай об этом, чем раньше ты заявишь права на дракона, тем скорее сможешь поднять её в воздух. Тогда прогулки на лодке с Корлисом не будут привлекать ее к нему, - говорит ему Деймон. — Отлично, - говорит Визерис, садясь на Караксеса после Деймона. -Sōvēs, - говорит Деймон, когда Караксес взлетает. Визерис цепляется за Деймона, когда Кровавый змей оправдывает свою репутацию самого быстро и грозного дракона. Дракон летит намного быстрее, чем во время любого полета с Висеньей, и много раз опускается очень близко к воде, просто для того чтобы услышать Визериса, визжавшего от страха. Смех Деймона наполняет небеса так же громко, как и крики Визериса. Несмотря на то, что Визерис был королем, он отмечает, что никогда не посещал Драконий камень так часто, как другие наследники престола в прошлом. Он был принцем Драконьего камня всего год или около того, прежде чем взошел на трон, поэтому у него было недостаточно времени пожить на острове своих предков. Деймон, однако, пожил на острове гораздо больше, чем он. Всегда улетал на Драконий Камень, когда хотел совершить долгую поездку. — Теперь, время найти тебе дракона, - заявляет Деймон, когда они спешиваются с Караксеса. Визерис думает, что Караксес смеется над ним, основываясь на издаваемой им трели. — Я действительно не думаю, что это сработает, брат, - говорит Визерис. — Конечно, сработает. Вермитор и Среброкрылая живут в пещерах. Мы бы не хотели, чтобы ты приблизился к Овцекраду или Каннибалу, говорят, что тех, кто подходит близко к ним, они убивают на месте. И другие дикие драконы не подходят для короля, и мы не знаем точно, где они отдыхают, - заявляет Деймон. — Здесь я оставляю тебя, брат, - говорит Деймон, когда они, наконец, добираются до пещер, где гнездятся Среброкрылая и Вермитор. Визерис бросает взгляд в сторону своего брата, прежде чем войти в пещеру. Впервые за много лет он чувствует, как кровь дракона бежит по его венам, обжигая нутро. Он все больше и больше чувствует себя драконом по мере приближения к месту, где находятся драконы. Прогулка оказывается длиннее, чем он думал, но он продолжает идти, пока не достигает развилки. Два пути, два разных дракона. Можно было бы подумать, что это трудное решение - выбрать, по какому пути идти, но у Визериса нет сомнений в том, по какому пути он пойдет. Вопрос даже не стоял, низкий рев дракона зовет его. Это было то, что он испытал только с Балерионом много лет назад, когда был совсем маленьким мальчиком. Он не знает, какого дракона он найдет в конце пути, но он знает, что он зовет его. Поэтому он охотно идет с открытым сердцем к новому дракону. — Вермитор, – на выдохе произносит Визерис, голова очищается от мыслей. Это кажется таким привычным, когда он шагает вперед с вытянутой рукой - той, у которой все пять пальцев. Он не останавливается, пока не чувствует бронзовую чешую Вермитора под своими руками, тепло Вермитора приветствует его. — Lykirī , — он не использовал эту команду уже более двух десятилетий. Вермитор ничего не делает, просто смотрит на него. — Lykirī, Vermitor - произносит он еще раз, твердо, как будто за его спиной стояли Деймон и Рейнис со своими драконами. Король драконов, самый большой после Вхагар, необходима твердость. Вермитор покорно опускает голову и складывает крылья. — Мы научим других драконов, как это делает король, – говорит Визерис, прижимаясь лбом к голове Вермитора. Впервые за многие годы Визерис чувствует, как кровь дракона течет по его венам. — У нас все будет хорошо, у нас все будет хорошо, – продолжает он. Седла нет, но Визерис в глубине души знает, что Вермитор его не сбросит. Деймон прислонился к Караксесу, пока они ждали Визериса. — Это не так весело, как я думал. Так долго ждать, - говорит он Караксесу. — Я знаю, что отдыхать приятно, но все же, - отвечает Деймон, когда Караксес издает похожую на свист трель. — Как ты относишься к поеданию людей? – Деймон задает вопрос после нескольких минут молчания. — Совсем немногих, только одного, который считает, что может претендовать на нашего самого маленького дракона. Может быть, только старшего сына Визериса, а может быть и младшего. Я не могу пока сказать точно, насколько я должен волноваться, беспокоиться насчёт младшего, но я знаю, что старший - маленький засранец, - говорит он. Он получает ответ в виде отползающего от него Караксеса и вокруг Деймона взлетает песок. — Ты мог бы просто сказать "нет". А теперь давай посмотрим, найду ли я тебе больше одной козы, - говорит Деймон, продолжая лежать на песке. Кажется, что прошло несколько часов, когда он слышит хлопанье крыльев дракона. Визерис сделал это, забрал дракона, второго дракона. Деймон радостно кричит, когда впервые за много лет видит своего брата верхом на драконе. — Давай, брат, – говорит Деймон, садясь на Караксеса, чтобы он мог присоединиться к Визерису в воздухе. Вермитор ревет от восторга, когда видит другого дракона в воздухе рядом с ним. Хотя он рад видеть другого дракона, кроме своей любимой Среброкрылой, и он не ждет, чтобы заявить о себе как о лидере среди них двоих. Король Драконов, верный конь Мудрого короля Джейхейриса, Бронзовый Гнев, не из тех, кто подчинится неуправляемому дракону-подростку, такому как Караксес. Два брата не контролируют своих драконов, поскольку драконы летают вокруг друг друга. Караксес не отступает перед вызовом, а Вермитор не останавливается, пока не выйдет на первое место. В конце концов, неистовый рев Вермитора не идет ни в какое сравнение со свистящим ревом Караксеса. Бронзовый Гнев снова царит в небесах, когда два брата бок о бок летят обратно в Королевскую гавань. Караксес и Деймон с радостью позволили старшему дракону взять инициативу в свои руки. Деймон делает это исключительно для того, чтобы увидеть, как его старший брат радостно взлетает в небо, как и подобает истинному дракону.

***

Небо чистое, и солнце светит на жителей Королевской гавани, но они безошибочно узнают раскаты грома. Небеса содрогаются от рева, и нет никаких причин почему. Итак, люди Королевской гавани делают то, что многие другие даже не подумали бы сделать. Они смотрят на небо, на облака и яркое солнце. Потому что они жили в Королевской гавани, где правят драконы. Они видели, как Балерион Черный Ужас накрыл своей тенью весь их город, за считанные секунды, превратив яркий летний день в темное ночное небо. Они видели, как два красных дракона, Караксес и Мелеис, устроили огненное шоу в небе и осветили ночное небо. Они видели, как Добрая королева и Мудрый король катались на своих драконах всякий раз, когда у них выпадала свободная минута. Они видели, как их принцесса оседлала свою Золотую Леди, а звуки смеха и радостные крики юных принцев и принцесс наполняли воздух. Поэтому они глядят вверх, гадая, каких драконов они увидят сегодня. Возможно, дракон принцессы или дракон их любимого принца. Может быть, Вхагар поднимется в небеса, поскольку леди Лейна проводила в небесах больше времени, чем на земле или в море. Или, может быть, даже сама Красная Королева, летящая рядом с Морским Дымом. — Это…? - Мирна, самая пожилая женщина в Блошином дне, ни к кому конкретно не обращаясь. Дракон, которого она никогда не ожидала вновь увидеть в своей жизни, пролетает над ними. — Бронзовый Гнев, — отвечает Талбо, кузнец. — С Кровавым Змеем. Раскаты грома становятся все громче и громче. Вхагар взлетает в небо первым. Затем Мелеис, за ним следует Морской Дым и, наконец, Сиракс. — Драконы правят небесами, - говорит кто-то, когда рев драконов превращается в нежные трели, так похожие на песню. — Это король? – задает вопросы толпа, когда Вермитор пролетает непозволительно низко над городом. — Король на драконе! — Да здравствует король-дракон! — Да здравствует дом Таргариенов! Радостные возгласы слышны даже в небесах самим всадникам драконов. Деймон оглядывается и видит, что Рейнира улыбается ему в ответ. Легким кивком головы она показывает ему, чтобы он посмотрел на Визериса. — Скажи это, брат! - Деймон кричит, чтобы Визерис мог его услышать. — Покажи людям, что ты дракон! — Dracarys!