Аборт - убийство

Я родился в типичной семье среднего класса и был самым старшим из четверых детей. Все прелести жизни мне пришлось расхлебывать еще в детстве. Будучи бетой, я был неспособен продолжить наш род, а, следовательно, лишался некоторых привилегий касательно наследства. Поэтому всегда старался быть нужным в семье, не чувствовать себя лишним. Делать все, лишь бы не быть пустым местом в их глазах. Отец был полностью поглощен своей карьерой и вечно пропадал на работе. Папа был хозяином в доме и воспитывал нас в строгости. Часто наказывал за малейшие проступки, был суров, чрезмерно требователен и придирчив. Свои методы воспитания он считал истинно правильными, даже муж-альфа ему был не указ. Это одна из причин, почему я еще в юности решил вступить в ряды полиции. Меня всегда называли "первый блин-комом", а на моего младшего брата-альфу возлагали большие надежды. Вот только судьба оказалась к нему сурова. Он умер от пневмонии, не дожив до своего пятого дня рождения. Папа был убит горем, и поэтому следующего ребенка родители завели лишь спустя несколько лет. Третьим на свет появился омега. Конечно, по словам взрослых, лучше бы у них родился альфа, но омега все же лучше, чем бесполезный бета (ну, я, а кто же еще?). Я любил своего младшего братишку. В детстве он был очень милым, застенчивым ребенком. Добрым, немного наивным и доверчивым, что придавало ему еще большего очарования. Именно такие дети легко поддаются чужому влиянию и беспрекословно подчиняются авторитету. Разрушителем его детской психики стал не кто иной, как наш собственный папа. Сей факт он не признал даже спустя несколько лет. Если со мной всегда обращались как с бесполезным нахлебником, то с братиком обращались с еще большей, на мой взгляд, несправедливостью и суровостью. За его жизнью днем и ночью велся тотальный контроль. Омежка должен был учиться на «отлично», в противном случае дома его ждала неслабая порция наказаний. После школы сразу домой, никаких задержек, никаких прогулов, никаких друзей. Никаких "помех" на пути к "счастливой" жизни порядочного омеги из приличной семьи. Естественно, о кавалерах речь вообще не шла. Девственность брата проверяли каждую последнюю пятницу месяца, после течки. Вот только течки как таковой у него никогда не было - родители пичкали его сильнодействующими блокаторами. Позже эти таблетки вызовут у него сильнейшую зависимость и постепенное разрушение детородных органов. В своем классе он стал изгоем (мальчик боялся общаться с другими, да и не умел из-за постоянной изолированности). Даже мне родители запрещали с ним часто контактировать, считая, что я мешаю и плохо влияю на развитие младшенького. В то время, когда все влюблялись и испытывали все прелести первой любви, мой брат в свое свободное время сидел дома и зубрил книжки по домоводству и ведению хозяйства. Именно зубрил. Так как вечером, перед ужином, папа лично проверял, что сынок узнал сегодня полезного из прочитанных книг, замечательных книг, которые помогут омеге обустроиться в будущем. Одиночество. Вечный страх сделать что-то не так, постоянная учеба, стресс, угнетение. Вот такая была у него жизнь до восемнадцати лет. Все это было для того, чтобы после окончания института подороже сосватать его к какому-нибудь влиятельному человеку. Родители решили завести четвертого ребеночка в семье. Так появилась новая "надежда" моего папы. В то время сыну-омеге стукнуло восемнадцать, он окончил школу с отличием и поступил в престижный институт в столице. Уехав из родного дома, поселившись в общежитие, спустя столько лет он почувствовал, что наконец-то свободен. И пустился во все тяжкие. Со мной он созванивался редко, с родителями еще реже, постоянно убеждая их, что у него все хорошо, прося, чтобы его не отвлекали от учебы. Папа был несказанно рад усердию сына и вскоре даже решил уже заранее подобрать ему мужа. Вот только реальность совсем отличалась от его ожиданий. На деле же, братишку вышвырнули из института на втором курсе, хотя он все также просил присылать ему деньги на оплату семестра и на карманные расходы. Все эти средства он тратил сначала на алкоголь, а потом и на наркотики и психотропные средства. Спустя еще два года он наконец-то приехал ненадолго навестить нас, впервые увидеть брата-альфу на его четвертый день рожденья. - Сынок, ты так изменился! Хреново выглядишь, в твои мешки под глазами поместится семь грядок картошки с дедушкиного огорода! Ты бы занялся собой. Мы вот подобрали тебе замечательного мужа, очень состоятельный альфа с отличными манерами, большой квартирой и огромной зарплатой. Роберт тебе очень подходит! У вас много общего, ты только подумай, он закончил тот же институт, в котором ты сейчас учишься! Он коллега твоего отца по работе и... Брат сидел, опустив голову, делал вид, что слушает папу, который с горящими глазами рекламировал ему мужчину, по годам, годящимся скорее в отцы, а не в супруги… Бледное лицо, болезненный вид. Длинные тонкие волосы, прикрывающие проколотые ушки от взора строгих родителей. Кофта с длинными рукавами, чтобы скрыть исколотые руки и шрамы на венах. Высокий воротник, чтобы утаить синяки от удушья. А свободно висящие джинсы выделяют твои исхудавшие, некогда красивые, ноги… Что же стало с тобой за эти жалкие четыре года, брат? Я все вижу. Всю твою печаль. Твои грезы. Свою свободу ты испил сполна, и, подавившись ею, начал захлебываться, не зная, как спастись. Ты хлебнул лишнего. - Сын, ты уже стал совсем взрослым. Поэтому, я считаю, что настало время с тобой серьезно поговорить. Свадьба и все в этом духе - это, конечно, замечательно! Но ты должен знать очень важные взрослые вещи. Пора тебе рассказать, как омега-омеге, откуда берутся дети и про такую вещь, как… - папа опасливо огляделся по сторонам (меня, конечно же, в комнате будто бы нет), наклонился над самым ухом сына и громко прошептал. - Секс! И ты, грустно улыбаясь, внимательно слушаешь папу, в то время как у тебя за спиной уже три аборта. И несколько попыток суицида... Что же ты делаешь со своей жизнью, брат? Как бы мне не было больно, брат меня никогда не слушал. Воспитанный в семье, где у беты не было права голоса, он никогда меня не воспринимал всерьез. Старшим братом я был не самым лучшим, раз не смог помочь тебе. Но мне попросту не дали им быть. Мне никогда не разрешали заботиться о тебе, поэтому у нас так и не установились близкие отношения. Ты всегда все держал в себе, как бы я не пытался до тебя достучаться. Родители ничего не знали, а я буквально волосы рвал, ломая голову, как тебе помочь... Но не все удается скрывать вечно. Родители ждали от сына красного диплома, вместо него они получили документы об отчислении трехгодичной давности. Сказать, что они были в шоке и в ужасе, значит, ничего не сказать. Отец был в ярости, осознавая, что деньги, ради которых он так усердно трудился и отдавал работе всего себя, пошли ни на что. А папа чуть не придушил собственного сына, вот только его остановила новая новость, которая ошарашила его еще больше, чем предыдущая. Брат был беременен. Неизвестно от кого. Но в четвертый раз плод был здоров и стабилен. Омежка делал аборты по наставлению врача, так как из-за поврежденных внутренних детородных органов из-за злоупотребления блокаторами (так же не обошлось без помощи алкоголя и наркотиков), грозил выкидыш или была прямая угроза жизни омеге. Но сейчас все было хорошо, беременность протекала нормально. И это было чудом, если учесть состояние здоровья омеги и его стиль жизни. Я считал это подарком, шансом брата иметь дитя, иметь семью! И я по-настоящему могу оценить этот дар свыше, это счастье быть отцом, так как мне этого было не дано от природы. Родители, как только отошли от шока, сразу же заявили, что этого ребенка не должно быть. Папа настоял, чтобы брат тайно сделал аборт, чтобы потом выйти за коллегу отца – некого Роберта. Вот только омегу перспектива выходить за старого альфу, мягко говоря, не радовала. - Вы... да как вы можете?! Я всю жизнь делал то, что ты мне велел! Всю жизнь потакал тебе, подчинялся! Я делал все, лишь бы ты был доволен! Но более не собираюсь выполнять ваши прихоти. Да вам хоть интересно мое мнение? Хочу ли я замуж? Хочу ли я этого? Да пошли вы все к черту, проклятые эгоисты! - омега харкнул в лицо отцу и как был, выбежал пулей из квартиры, раскинув в стороны руки и громко смеясь. Сел в первую попавшуюся машину, пообещав запредельный минет водителю, унесся в неизвестном направлении.

***

Сына он все же выносил и родил. Решив, что теперь властен распоряжаться чужой жизнью как хочет (а кто его так воспитал?), омега продал свое дитя. А на полученные деньги раздал долги и затарился наркотой. Как бы я не любил своего глупого братишку, этого поступка я понять и простить не мог. Прогнав по специальным службам, я дал наводку на покупателей ребенка и на торговца наркотиками. Вот только моему брату не повезло оказаться именно в гостях у последнего, покупая в тот момент товар с рук. Из-за большого количества наркоты, брата замели как распространителя и посадили за решетку. Наши родственники сделали все, что могли, чтобы уменьшить его срок. Вот только факт оставался фактом – его поймали с поличным, при куче свидетелей. Потом оказывается, что у моего братца был возлюбленный, с которым он познакомился еще на первом курсе. Который, к слову, и стал причиной многих бед омеги. И недавно птичка на крыльях принесла недобрую весть, что альфа умер из-за передозировки после того, как узнал об аресте парня. А через несколько месяцев брата обнаружили повешенным в собственной камере. Вся ненависть родственников и отцов сразу же обрушалась на меня. По их мнению, именно я стал причиной смерти собственного младшего брата. Моих оправданий никто не принимал. Я его посадил и именно я его сгубил. Мне не верили, когда я пытался донести до всех, что же творилось с братом за эти годы. Что стало причиной его многих поступков. За этим последовали дальнейшие обвинения, что я был отвратительным старшим братом и не уберег младшего от пагубного влияния жизни вне родного дома. Что же, с этим можно даже согласиться. Я не уберег. Я единственный обо всем знал, единственный, кто пытался как-то связаться и помочь. Вот только в одиночку это оказалось не так легко сделать. Отец был занят своей работой, а папа воспитывал сынишку-альфу. Все позабыли об омежке, считая, что тот хорошо устроился и можно расслабиться. Если бы только они действительно интересовались своим сыном, считались с его желаниями и интересами, всего этого можно было бы избежать. Меня прогнали из семьи, сказав, что я недостойный и бесполезный сын. От осиротевшего двухлетнего омежки тоже отказались, решив отдать его в детдом. Племяшка. До чего же сильно ты похож на брата! Какой же ты милый! Какой же ты маленький и очаровательный! В памяти пронеслось время, когда я точно так же восхищался твоим умершим папой. Тебе всего два годика, ты ничего не понимаешь, но в твоих глазках застыла невыносимая печаль. Ты ни в чем не виноват, ничего не сделал плохого, но тебя все оставили и бросили. Со слабым испорченным здоровьем твоего папы, тебе было нелегко появиться на свет, но ты был сильным и так старался! Но все равно оказался никому не нужным. Мне так жаль, маленький! Мне, правда, очень жаль! В нашей жизни слишком много несправедливости, жестокости и одиночества. Зная об этом, почему никто не пытается ничего изменить? Я принял решение усыновить этого малыша. Поэтому как можно скорее, попросив перевода, я переехал в столицу, снял квартиру. А еще пообещал себе, что жизнь этого маленького невинного ребенка обязательно будет намного счастливее, чем у всех нас. И я тоже надеюсь обрести это счастье вместе с ним. У всех есть второй шанс!