Сердце Эйнна

Наступило утро. Девушки, полные энтузиазнма, принялись за поиски, вербовку и расследование дела, которое само пришло к ним в руки, как курица, несущая золотые яйца. Они рассчитывали сорвать большой куш, договорившись с главным в императорском совете, однако, на порог замка из даже не пустили и едва не арестовали, пришлось придумывать другой план. Весь день они бродили по городу, осматривали окрестности, прогулялись по набережной и попробовали местную еду. Удиительный город дорог и немного жутковатых скульптур, украшавших площади, уличные артисты, сотни тысяч огней зажглись под вечер, подняли стальные разводные мосты протянувшиеся над петлявшей погороду реке с её притоками. На улицах столицы можно было запросто встретить дрессированных животных и их владельцев, берущих небольшую плату за представления. Всё это произвело сильное впечатление на Кирай, и она захотела навсегда здесь остаться. Вода в океане сейчас была слишком холодной для купания. Большие каменистые пляжи и многочисленные пляжные домики, рассыпавшиеся по побережью, говорили о том, что летом сюда съезжаются со всей империи. Летом здесь наверняка устраивались всевозможные концерты бродячих цирков и городские фестивали — не то что в родном захолустье Кирай, где остались её родители. От воспоминаний о родной земле и о её приёмных родителях у девушки сжалось сердце. Она не слышала, что болтает её попутчица Вивиан. Весь мир её словно погрузился на мгновение, а потом вынырнул на поверхность освобождённый, прозревший — то, что она увидела на набережной обескуражило обоих. Там собралось множество людей, плотная толпа обступила сложенный прямо на брусчатке костёр из палок и веток, выброшенных по-видимому на берег волнами. Солнце уже тонуло в голубом мареве, пылающем на горизонте и отражалось на лицах обезумевших людей. К столбу над костром была привязана девушка. Рот её завязан. Верёвки крепко сжимают запястья рук, талию, лодыжки. Платье порвано и испачкано морской тиной, мокрые волосы прядями повисли на плечах, как будто её перед тем, как привязать к столбу, ещё и не раз окунули в море. — Очищение!!! — Кричали собравшиеся. — Очищение кровью! — Прими наш дар, кровавая баронесса. — Надрывался какой-то сгорбленный окультист с раскрытой книгой в руках. — Мы — с тобой. Мы — твои навеки. Мы пройдём с тобой через огонь. Крепче сожмём наши зубы. Крепче будут наши кости. Вырвем душу этой грешницы и сожгём её в огне. Все те идеалы — лишь призрак, все, что мы знали — ложь. Истину показала нам Великая баронесса. — Господи, что они делают! — В ужасе воскликнула Вивиан. — Они все сошли с ума? Или это — те самы окультисты? — Скоро узнаем… — Но, нужно остановить их! — Не сейчас. Не вмешивайся. Когда настанет момент, я смогу потушить огонь и остановить это безумие. — Братья и сёстры, сегодня в наши руки попала девушка-воплощение врага нашего аспекта-дракона - Неф’Раакса. В этот благодатный день и час жизненная сила этой девицы перейдёт к богу-дракону! В этот момент в толпе прозвучали голоса разгорячённых окультистов, которые выкрикивали: - Сожги её! - Надрывался голос из толпы. - Сожги эту суку во имя Неф’Раакса! — Кричал другой. - Жги её! - Выкрикнуло ещё несколько окультистов. Над побережьем кружило множество чаек, ожидавшие доклевать останки сожжённой плоти, видимо, это место уже было прикормлено, и людей здесь сжигали регулярно. Теперь Кирай поняла, почему всё побережье утыкано столбами. Среди всего этого благополучия скрывался настоящий ужас. Весь этот город заслуживал уничтожения за свою слабость и равнодушие к происходящему. В душе Кирай разгоралась давно забытая ненависть к людям. Собравшиеся на побережье тянули руки к зависшей на верёвка, замученной и заплаканной девушке, лес рук показался Кирай самым ужасным зрелищем, что она видела в своей жизни. Они, словно огонь безумия, полыхающий, гаснущий на мгновение и снова и снова разгорающийся. Все собравшиеся окультисты, как один, подняли взгляды в небо, где из облаков сформировался святой лик улыбающейся женщины, видимо, той самой колдуньи — Кровавой баронессы, которой они все поклонялись. Из круга вышел мужчина с горящим факелом в руках и бросил его в подготовленный хворост, и тот начал медленно разгораться. Настал черёд Кирай выйти на арену. Она заговорила сначала тихо, потом голос её стал громче и уже больше походил на пронзительный вой древней богини, разносящийся эхом над миром, над горами и лесами, над каменными лощинами и просторами океана. - Вы, самонадеянные, глупые смерды, возомнили, что способны быть полезны Осквернителю? Я — ассурайка и аспектрал, как и мой отец. И вы не достойны называться людьми и ходить по уставшей и без того земле, истерзанной горем и страданиями. Удивленный тем, что сказала Аша, мужичок подошёл и насмешливо спросил у неё: - Ну, и чем же ты собралась нас жечь? Неужто ты факел в рукаве припрятала? - Затем он добавил, продолжая громко смеяться. - Схватить этих двоих чужестранок и привязать к соседним столбу! — Скомандовал он, вся толпа громко засмеялась, указывая на неё пальцами. Затем к костру подошла старуха, исполнявшая роль жрицы Осквернителя, и произнесла: - О Великий, прими же эту жертву в дар и помилуй нас, детей твоих! Кирай и Вивиан Толпа окультистов, вознеся руки вверх, начала кричать, читая молитвы Осквернителю, не ожидая опасности от связанной и готовящейся стать прахом девушки. Внутри Кирай пробудилась Аша. Юная богиня приняла свой истинный облик, погасив весь огонь в деревне и впитав его в себя, начала испускать волны тепловой энергии, которая сжигала всех на своём пути, кроме Вивиан, стоявшей рядом с эпицентром волны. С испепелением всё было покончено. Причём очень уж быстро. После увиденного огненного представления у Ви возник вопрос: - Что это, чёрт возьми, сейчас только что было?! Почему ты меня не предупредила о том, что ты нахрен можешь превращаться в ассурайского аспекта?! Да и ещё в настолько могущественного! — После чего она добавила, ещё не отойдя от шока. - Ты чуть меня не поджарила! - Успокойся, Ви! Во-первых, я храню эту тайну не просто так, иначе не чистые на руку смогли бы воспользоваться силой, живущей внутри меня, — затем, вернувшись в нормальную форму, Кирай добавила, — помоги мне лучше отвязать от столба бедную девушку. После того, что она пережила, ей явно нужна психологическая помощь, и ещё выпить что-то успокаивающее. — Что ты собираешься дальше делать? — Спросила Вивиан, разрезая верёвки, связывающие жертву. — Как мы теперь найдём эту Кровавую баронессу? Ты всех поджарила. Как они теперь нам расскажут о своём предводителе? А? Ты опять всё испортила. Ох, знаешь, тебе надо уметь держать свои эмоции под контролем… — Заметила Вивиан, помогая встать на ноги освобождённую и отпинывая в сторону обугленные, рассыпающиеся останки тела той самой старушенции — жрицы. — Черноглеф не даром тебя выгнал… — Черноглеф — такой же болван! — Вспылила Кирай. — Сколько своих воинов он потерял, преследуя свои цели? Ты не считала? В моём отряде такого не будет. Мы будем держаться вместе. И никто не погибнет. Я позабочусь об этом. — Это хорошо, конечно. — Задумчиво протянула Вивиан, поддерживая перепуганную девушку со столба. — Где ты живёшь? Где твой дом? Слышишь? — Похоже, что у неё — шок. Отведём её в нашу комнату. И подумаем, что дальше делать. — Так, значит, у тебя всё-таки нет плана, и ты не подумала, что сжигая свидетелей культа Осквернителя, ты уничтожаешь и всю информацию о нём? — Настаивала на своём Вивиан. — Ты вообще, когда-нибудь думаешь? — Хватит тебе. — Отмахнулась Кирай. — Я думаю, что они даже никогда не видели эту баронессу. Вряд ли она с ними лично имела дело. Они были все заколдованы. — Ах вот как! А расколдовать их не судьба? — Не тот случай. Если бы я ещё немного замешкалась. То нас бы там всех превратились в горстки пепла. Но перед этом мы бы ещё помучались… Мда… — Что же теперь делать? — Нужно найти Тадеуша. Призрак, временно покинувший тело не может уйти далеко, иначе он может потерять связь с землёй и воспарить в небеса навсгда, а Тадеуш такого не допустил бы. Вопрос в том — что он делал в том трактире? Не похоже, что он туда выпить зашёл… — А зачем тогда? Ведь покидать собственное тело, насколько я знаю — занятие очень опасное и просто так не проходит для того, кто решился на подобный ритуал. — Ты права. Я думаю, Тадеуш занимался разведкой и сбором информации. Он многое знает и не просто так пришёл в этот город. Подождём, когда наша жертва придёт в себя, а завтра у неё расспросим что да как. Может, она что-то знает. Гостевой дом, в котором поселились Кирай и Вивиан, располагалась недалеко от место проведения ритуала сожжения и высасывания души из тела на корм бога-дракона. Кирай заказала бутылку горячительного напитка и запечённую с яблоками утку в горчично-медовом маринаде. Спасённая девушка пришла в себя после плотного ужина и двух бокалов. — Как тебя зовут? — Спросила Вивиан. — Расскажешь нам? — Моё имя — Оливия. — Сказала тихим, высоким голоском девушка. — Я — герцогиня из герцогства «Драконьи небеса». Слышали о таком? — Эм… Честно говоря — нет. — Ответила Кирай. — Как ты оказалась в такой ситуации? — Я не знаю. Помню только, что читала книгу и заснула, а проснулась в какой-то повозке. Там сильно пахло рыбой. — А ты слышала что-нибудь о Кровавой баронессе? — Спросила Вивиан, впившись глазами в худенькую белокожую герцогиню со светлыми волосами. — Нет. Не слышала о такой. — Вот блин. Она ничего не знает, — разочарованно сказала Вивиан. — А ты слышала что-нибудь о Тадеуше Кровенине? — О, да. Он недавно устроился в нашу библиотеку работать. Наша библиотека — самая большая во всей империи. Я так благодарна вам, что вы меня спасли. Ох, не знаю, что бы со мной было… Приглашаю вас в наш дворец. — Непременно! — Сразу согласилась Вивиан. — Завтра же утром туда отправимся! Это далеко? — Это — самой горе. Может, видели её. — Нет. Не видели. — Ответила Кирай. — Но, похоже, ответы на все наши вопросы стоит искать в герцогстве «Драконьи небеса».