Помоги избавиться от этой боли

Праздничная атмосфера заполонила Гиперион Хайтс. Зубастые тыквы-фонарики, гирлянды, куча сладостей и голодных на них детишек, которые наведывались в гости ко всем подряд с целью заполучить их. И неоновая вывеска бара «У Рони», под которой виднелось объявление: «Всякому, кто придёт в хэллоуинском костюме — бесплатная выпивка». Девушка с тёмным каре в чёрной кожанке и короткой юбке уверенно прошла к двери бара и дёрнула за ручку. Едва ступив на порог, Айви недовольно прикусила губу: в баре собрался целый аншлаг. Признаться, давно она не видела столько народу у Рони. Белфри-младшая была одной из постоянных клиентов заведения и могла быть уверена в этом наверняка. Девушка с явным призрением окинула присутствующих взглядом. Вокруг одни Франкенштейны, Дракулы, ведьмы и женщины-кошки. Забавно, что никто из этих людишек не примерил на себя «свой» костюм — того персонажа сказки, которым был до проклятия. Вероятно, эти воспоминания настолько затерялись в пучинах их сознания, что даже в таком пустяке как костюмированная вечеринка не смогли явиться наружу. Интересно, стало бы легче, забудь и она о том, кем являлась на самом деле? Айви не очень любила Хэллоуин. Он, со всем присущим волшебством, напоминал о прошлом. Мрачном и грустном, где мать помыкала ею как хотела, ни во что не ставила, делая всё лишь ради одной дочери, которой и в живых то не было уже столько лет. Айви чувствовала себя блеклой тенью сестры, напоминанием об утраченном семейном счастье. Утерянной детской невинности. Айви, в отличие от Анастасии, выросла, а вместе с ней росли затаившиеся злость и обида на мать, которая вопреки всему не хотела видеть в ней желанную дочь. Ребёнка, достойного любви и внимания. В Сиэтле ничего, помимо имён, не поменялось. Она так же её правая рука, которая всячески пыталась угодить, лишь бы лишний раз не получить по первое число. Но так казалось только на первый взгляд. Стоило внимательнее присмотреться, как становилось ясно, у кого на самом деле припрятан козырь в рукаве. Айви терпеливо ждала своего часа. Времени, когда свершится её месть. — Вот халявщики, — с явным негодованием произнесла она, вальяжно усевшись на стул возле барной стойки. — Все в костюмах пришли. В ответ молчание. Айви скучающе постучала ногтями по дереву. Хозяйка заведения не встречала, как обычно, своим пронзительным взглядом и язвительными шутками — видимо, отошла по делам. Рука потянулась к карману куртки, достала телефон. В списке контактов нашёлся нужный, и палец застыл на кнопке «вызов». — Настолько соскучилась? — за спиной послышался бархатный голос Рони. — Как видишь, сегодня слишком много посетителей. Айви обернулась и вскинула бровью, увидев новый образ хозяйки бара, которая, в отличие от остальных, угадала с костюмом. Впрочем, чего ещё ожидать от Реджины, пережившей не одно проклятие? Синее платье с чёрными вставками на воротнике и рукавах, вырез на юбке ниже пояса, кожаные штаны и высокие сапоги придавали образу дерзости и величия. Белфри с сожалением для себя подметила, что в мире Желаний её наставница редко выглядела столь эффектно, предпочитая более «светлые» образы. — Злая Королева? — расплылась в улыбке Айви, не в силах отвести взгляд от собеседницы. — Выглядишь сногсшибательно. Рони благодарно подмигнула в ответ и поставила перед гостьей коктейль, а затем села на пустующий стул рядом. — Она самая. А ты почему без костюма? В заведении, полном разодетых и веселящихся посетителей, Айви выглядела белой вороной. Впрочем, ей не впервой. Разве здесь было кому-то хоть какое-то дело до дочери де-факто владелицы района Сиэтла. Даже если и было, никто из них не осмелится высказать ей в лицо свои претензии. Кроме Рони, разумеется. Женщины, чей характер из стали, а сердце сокрыто за неприступной стеной. Пожалуй, силы воли и жажды противиться врагу у Реджины Миллс не отнять даже самым сильным заклятием. Сколько память не стирай, а она всё та же: Королева не склонит голову перед кем бы то ни было. Будь то Виктория Белфри, её самоуверенная дочь Айви или напористые юристы с предложением отдать свою отдушину, маленький замок в этом мире — «Бар у Рони». — Я в состоянии оплатить себе выпивку, — хмыкнула она. — Маскарад мне не к чему. Рони мягко засмеялась. Её смех почти сливался с играющей музыкой и шумом громких посетителей. Ладонь Королевы плавно легла на плечо Айви и их взгляды встретились: — Не будь занудой, Белфри. Я не верю, что личность вроде тебя отказалась бы примерить новую маску. Девушка склонила голову на бок и ухмыльнулась: — Намёк на моё лицемерие? — Не ёрничай, — попытка убежать от ответа провалилась с треском. — Так какую роль ты бы примерила, м? «Я и так её играю каждый день», — пронеслось в её голове. Чтобы избавиться от гнетущих мыслей она ухватилась за стакан с напитком, — единственное, что отвлекало. Грустно, но в этом ущербном мире, созданном по её же прихоти алкоголь стал своего рода успокоительным. Мягким и одновременно горьким способом забыть, кем она являлась и для чего обрекла половину города на чужую жизнь. — Можешь подумать, я не тороплю с ответом, — успокоила Рони, обеспокоенная чересчур серьёзным видом посетительницы. — Весь вечер впереди. — Да что тут думать. И так всё ясно. — Так поделись. Айви ухмыльнулась и наклонилась ближе к женщине. Тёплое дыхание коснулось изящной шеи: — Что я получу взамен? Отстранившись, Рони маняще медленно провела языком по губам. Она не отводила взгляда с Айви, словно испытывала её, игралась. Девушке думалось, она вот-вот приблизится к ней и едва слышно спросит: «А чего хочешь ты?» Но вечер только начинался, а значит, терять контроль ещё никто не собирался. — Например, — непродолжительная пауза, которая показалась длиннее всего времени на свете. — Эксклюзивный коктейль от Злой Королевы. Айви прикрыла глаза, язвительно улыбнувшись. Королева умела держать интригу и обламывать на самом интересном. В руках девушки оказалось праздничное коктейльное меню, она с любопытством прошлась по сказочным названиям напитков, над которыми хозяйка бара работала длительное время. «Зелье забвения», «Портал в другой мир», «Выпущенная стрела», «Поцелуй истинной любви», «Огненный шар» и… — «Отравленное яблоко»? Звучит интригующе, но, хоть ты и Злая Королева, я далеко не Белоснежка. — Конечно же, нет. Ты явно из плохишей, Айви, — женщина широко улыбнулась и подмигнула. — Это видно невооружённым глазом. Посетительница лишь хмыкнула, изобразив наигранную обиженность. Забавно, что Реджина, которую она знала, всегда думала иначе. Боролась с каждым проявлением её темноты, говорила, что тёмная дорожка опасна и далеко не лучший выход. Но Дризеллу манили извивистые пути, и в один момент она перестала сопротивляться. Образ любящей наставницы запечатался глубоко в сердце под семью замками, а внутренний голос, моливший остановиться, умолк. Дризелла, наконец, сделала шаг навстречу тьме и потеряла всех, кто верил в неё. — И всё же вы проницательны как никогда, Ваше Высочество, — она с вызовом взглянула в карие глаза, желая увидеть в них отражение прежней Реджины. — А есть что-то вроде «Долгожданная месть» или «Тёмное заклятие»? — А с фантазией у тебя неплохо. — Скорее, с памятью. Больше всего Айви хотелось, чтобы она вернулась к ней. Чтобы увидела, каких высот достигла её ученица. Осознанно или нет, девушка шаг за шагом повторяла путь мести Реджины. Наивно было полагать, что тепла одной души хватит, чтобы унять ту боль, которая терзала израненное сердце долгие годы. Ведь правда в том, что путь к осознанию ошибок начинается только после того, как сделаешь непоправимое. Сейчас Айви на шаг ближе к этому, и больше всего ей хотелось иметь в проклятом, созданном ею же, мире хоть кого-то родного, того, кто знал её прежнюю. И принимал, несмотря на всю ту переполняющую её оступившуюся сущность желчь. Но сможет ли Реджина принять её после того, что она сделала с Генри, после того, как заставила наложить заклятие? Айви разрывалась на куски. Больше всего она хотела вернуть Реджину, но страх увидеть, как та отрекается от неё, снова и снова останавливал от желаемого. … Вечер плавно подходил к завершению. Об этом говорило несколько вещей: резко уменьшающийся поток людей и большее обычного количество выпитого. Айви не могла упустить возможности попробовать все фирменные коктейли от Рони, которые манили не только названиями, но и приятным вкусом. — Дризелла, — наконец, выдавила из себя признание она. Рони закончила протирать стакан и поставила его на место, а затем повернулась на голос. Айви неловко сжала губы, коря себя за сказанное, и взглянула на явно растерянную Рони. — Что, прости? — Роль, которую я бы примерила сегодня. Дризелла. Рони молча уставилась на неё. Айви узнала этот взгляд. В карих глазах читались замешательство и возродившиеся крупицы желания отыскать правду в лживой реальности. Барменша отстранённо достала бутылку с алкоголем и плеснула себе в стакан. — Что-то не так? — Кажется, я вспомнила, — Рони обхватила пальцами стакан и поднесла к губам, сделала пару размеренных глотков и расплылась в мягкой улыбке, повторив услышанное имя: — Дризелла. Айви нервно сглотнула. В районе сердца что-то ёкнуло. Невозможно. Она не могла вот так просто вспомнить всё и узнать её. Не без волшебного зелья, которое она так и не решалась дать Рони. Но это же Реджина Миллс, женщина, прошедшая через несметное количество заклятий. Рано или поздно она должна была прийти к этому. Ладонь Айви накрыла свободную руку женщины. — Да? — откликнулась на своё имя она. Впервые за столько времени. Будто целая вечность разделяла их, и вот, наконец, всё вернулось на круги своя. — Кажется, так звали сводную сестру Золушки? — спросила она. — Недурно, Айви. Даже выходить из образа не пришлось бы. Искорки надежды на пробуждение исчезли, не успев зажечь огонь в сердце Реджины, которая так и осталась Рони, владелицей бара в Гиперион Хайтс. Дризелле казалось, нет ничего больнее, чем быть заточённой в проклятом мире без единой родной души, но внутри всё предательски сжалось, когда вместо проблеска памяти в карих глазах напротив отпечаталась беспросветная пустота. — Именно так, Рони, — грустно улыбнулась она. — Всё именно так. Злая Королева провожала последних посетителей из своего бара. На двери застыла табличка «Закрыто», ровно так же как и на сердце Реджины Миллс, которой не существовало в этом мире. Но очень скоро Айви исправит свою оплошность. Она готова смириться с тем, что Реджина её возненавидит. По крайней мере, она будет помнить.