Песнь о северном ветре и обжигающем пламени

***

      В комнату заглядывает Лиза и удивлённо косится на экран, на котором ярко-синим цветом выведено «страстный снаружи, но холодный внутри, Кэйя Альберих», а под надписью красуется самодовольное, игривое лицо персонажа из симулятора свиданий.       — Очередная неудача?       — Это уже не неудача, а полный провал, — раздражённо вздыхает Люмин, промахиваясь мимо крестика, закрывает всплывающее окно лишь с третьей попытки и с печальным выражением лица косится на количество примогемов. — На нужную ветку снова не хватает, потому что необходимое действие с Кэйей сжирает половину накопленного. Придётся смотреть рекламу до самой ночи, чтобы восстановить потраченные примогемы.       — Не переживай, милая, ты обязательно накопишь, — сочувствующе улыбается Лиза. — Мы все будем скрещивать пальцы на удачу, чтобы тебе попался Дилюк.       — А вы сами уже не надеетесь его выбить? — недоумённо спрашивает Люмин, фоном включая видеоролик про какую-то неизвестную ей игру. Шум на секунду оглушает, но она довольно быстро выключает звук, состоящий из грохота, криков и рычания монстров, чтобы выплеснуть разочарование в беседу с Лизой. Люмин такие игры обычно интересны, но сегодня она уделяет внимание лишь злости на постоянно выскакивающую любовную линию с Кэйей и надежде на появление долгожданного рута с Дилюком. Рыцари, интриги аристократов и магия — это то, что так искушает Люмин на ночи, проведённые без сна, и манит к ярким впечатлениям. — Мне казалось, что вы стремитесь его выбить так же сильно, как и я.       — Наверное, мы ему не нравимся, все, кто пытался перейти на его романтическую линию, получили отказ, — пожимает плечами Лиза. — Некоторые девочки отчаялись накопить примогемы и просто следуют романтической линии Кэйи, не пытаясь свернуть на диалог, выходящий на Дилюка.       — А как же ты?       — А что я? — хитро отзывается Лиза. — Я хочу рыбку покрупнее Кэйи и Дилюка и перевожу примогемы в молитвы. Джинн говорит, что такими темпами я открою желанный рут в глубокой старости. Подозреваю, что она права, но ты ей об этом ни слова не говори.       — Беги отсюда, старушка, тебя ждут твои молитвы, а меня — замечательный мужчина, — хихикает Люмин и видит, как картинно Лиза одной рукой хватается за сердце, всем видом выражая сильное возмущение, а другой — за дверную ручку, чтобы оставить Люмин наедине с горящим яркими красками монитором.       Рекламный ролик прерывается, а за ним следует второй, третий, четвёртый… Люмин сбивается со счёта довольно быстро, уходя в раздумья о том, как попадёт на Дилюка и как поведёт любовную линию на счастливую концовку. Полуночный герой — лакомый кусочек всех игроков, тяготеющих к внешне отстранённым, но душевно богатым персонажам с грустной предысторией и значимым участием в основном сюжете. Люмин бездумно нажимает одни и те же клавиши, видит прибавление примогемов и потирает веки, пытаясь избавиться от усталости из-за долгого сидения перед компьютером.       За окном темнеет довольно скоро, и Люмин измученно разминает плечи и шею, готовясь тратить приобретённые примогемы. Ей не нравится проигрывать, поэтому она решительно настроена пробиться сквозь завлекающие речи Кэйи к Дилюку и новому витку сюжета. Когда прогружается сохранение, а Кэйя по-лисьи улыбается с экрана, Люмин нажимает на требуемые варианты ответов, постепенно подбираясь к цели этого вечера — переходу на романтическую линию полуночного героя, Дилюка Рагнвиндра.       Количество примогемов сокращается, когда Кэйя отчего-то упрямится, отказываясь сопровождать Люмин к спрятанному от людских глаз выходу в зачарованный древним заклинанием сад.       — Там нет ничего интересного, моя дорогая, — пожимает плечами Кэйя и сияет улыбкой, заставляющей Люмин недовольно шипеть. Она как раз знает, что там сидит Дилюк, заточённый ведьмой на вечные скитания в полном одиночестве. — Лишь сметённые штормом скамейки и вырванные с корнем цветы, из-за буйства стихии потерявшие свойственные им изящество и очарование.       — Даже увядшие цветы несут в себе красоту, — нежным голосом щебечет персонаж самой Люмин. Она морщится от лёгкой слащавости, но терпит, ожидая очередных увёрток Кэйи. — Пойдём же взглянем на сад!       — Боюсь, мне придётся тебя расстроить, но я могу провести тебя к потайному выходу, — заливается соловьём Кэйя.       Люмин не теряется от сладкой лжи и вновь тратит примогемы на требовательный ответ, сбивающий с Кэйи всякое благодушие. Ждёт совсем немного, прежде чем видит, как Кэйя расстроенно хмурится и поджимает губы, зло щуря не скрытый повязкой глаз.       Затем Кэйя требовательно стучит по стене, и та отъезжает в сторону, раскрывая столь прекрасное зрелище, что с губ Люмин срывается восхищённый вздох.       Освещаемый лунным светом сад мягко сияет. Бутоны раскрываются, и мягкие лепестки блестят как драгоценные камни из королевской сокровищницы, стоит Люмин обратить на них внимание. Журчит вода в фонтане, и журчанию вторит тихий шелест листвы.       Но восторг нарисованной природой немного меркнет, когда Люмин замечает одиноко застывшего в центре зачарованного сада Дилюка, с ласковым прищуром наблюдающего за входящей в новую локацию Люмин. Он едва улыбается, лишь чуть-чуть приподнимает уголки губ, но ей с лихвой хватает и этого, чтобы забыть, как ровно дышать.       «Полуночный герой, терзаемый годами одиночества, Дилюк Рагнвиндр».       — Я рад встрече с тобой, путешественница, — вкрадчиво произносит Дилюк, и его алые глаза, взирающие на Люмин с экрана, горят предвкушением. — В этом месте будь моей самой желанной гостьей.