Beautiful Disgrace

Крики Джордисона были слышны по всему ранчо - настолько круто его срывало с утра на каждого, кто ему попадался. Но я был даже рад проснуться именно от этого, а не от пинка Клоуна, или кого-то не менее шизанутого - с этой бандой всегда надо быть наготове. - ... Да сколько можно ебланить, я не понимаю?! - Его короткие ножки бегали от кухни до комнат за кем-то, кто ему не отвечал. Судя по недовольному мычанию - это был Мик Томпсон, он у нас настолько немногословный обычно. - Напомнить вам о том, зачем мы сюда приехали, или как?.. Эй! Ты куда вообще??? - Вот с этим возгласом Джордисон вдарил по моему дивану с горяча, и обратился к кому-то третьему; - Короче, займись им, чел! Займись уже хоть чем-то, иначе я за себя не отвечаю! Я приподнимаюсь, чтобы рассмотреть злющую Мелочь, облизнувшись в предвкушении сего зрелища, однако получил лишь раздражённого Пола Грея, что и был, как всегда, тем самым третьим-лишним. - Чё, он не с той ноги встал, чел? - почёсываю лоб, зевая. - Он, блять, со вчерашнего дня "не с той ноги встал", - выдыхает Грей, стискивая зубы. - Какая прелесть, - потягиваюсь, прислушиваясь к тому, как мелкого только что послал Мик громогласным "Отъебись!", и продолжаю; - Что-то не вижу, как мистер Грей горит желанием помочь своей "женушке" в попытках собрать всех долбаебов вместе. - А я что-то не вижу тут ничего прелестного, - морщится, начав судорожно куда-то собираться; - И между прочим, я получил с нихуя вообще. Из-за тебя, Тейлор. Только знаешь, что? Сам разбирайся с ним, если на то пошло, а я валю отсюда, ибо терпеть его срывы из-за тебя не в моих планах. Я сделал всё, что мог, помогал ему во всем, но сейчас умываю руки, всё. Спасибо, блять, тебе за идею, и за такое "доброе утро"... Будучи сонным и немного бухим, я не особо догнал, с чего бы тут замешан, но за такие слова надо отвечать. Поэтому, когда Джоуи исчез с горизонта, я поплелся в студию, куда ранее зашел Томпсон, а следом за ним и Грей, с намерением, чтобы басист пояснил за свои предъявления ко мне. Они не беспочвенны, конечно, но уж слишком Грей акцентировал на моей вине, что откровенно разозлило. Мы с ним и без того в напряженных отношениях, и лишние уколы от него мне нахуй не упёрлись. - Хэй, чел!.. - машу рукой, чтобы привлечь к себе внимание, и замечаю, что тут идут какие-то сборы; - О! А вы куда все намылились? Мой приятель Джеймс пересчитывает бабки, пока рядом с ним вьётся настоебавший Сид, обвешанный проводами, Мик собирает в рюкзак казённое пиво из холодильника, а Пол ждёт их всех, завязывая шнурки на ботинках. - Здарова, Корян! - Джим полуулыбнулся, кивнув мне; - Пока ты отсыпался - мы решили пошляться по Эл Эй вчетвером, прикупить что-нибудь заодно. Тут с утра какая-то хуйня твориться, все в напряге ходят: Крэхан злится и нудит из-за своих денег, менеджеры бухают, а гном как с цепи сорвался. Ну его нахуй, пока все не передрались опять. - Вы вчетвером... - бубню я, оглядывая всех и почесывая подбородок, останавливаясь на "муже" Джордисона. Редко когда можно было увидеть Грея таким напряжённым, и, видимо, дела реально совсем плохи, раз он, во-первых, не среагировал на "гнома", во-вторых - показывает ключи, высказав: - Пойду заведу тачку, пока вы собираетесь. Но я то уже завёлся, посему преградил ему путь: - Ну не! Давай-ка сначала поболтаем с тобой... - Корян, тебе чего надо? Тоже свалить хочешь? - Нет, я узнать хотел... Но меня прерывает диджей, который проталкивает Грея вперёд, и кричит мне в лицо: - Нас ждёт Лос-Анджелес, ебана!!! - затем этот долбаеб показывает мне язык; - Нет времени, погнали отрываться!!! - Блять, Уилсон! - отшатываюсь, заметив, как басист, воспользовавшись шансом, быстренько сбежал от разговора со мной. - Хуле ты подлетел, придурка кусок? Но на это мне вновь прокричали: - Эл Э-э-э-э-й!!! - и благополучно съебнули, пока я охуевал. - Давай с нами, Корян?! - предлагает Рут; - Гном тебя заебет, если ты останешься тут. Он реально со вчерашнего дня орёт не хуже Крэхана, и до всех докапывается. Особенно хуево было, когда ты с Фэном смылся. - Это вы заебали уже с утра мне предъявлять за вчерашнее, хэй! Гном, как раз, мне ещё ничего не высказывал, - свожу брови. - Как есть, - отрезает Мик, хотя его никто не спрашивал. - Это не предъява, Корян - реально так оно и есть, - Рут пожимает плечами, пряча бумажник в карман ; - Я больше это слушать не хочу, и тебе не советую. - А я уже нагулялся, Джимбо, - завожу руки за голову вальяжно, сцепив пальцы в замок; - Беру Джордисона на себя, раз уж всё получилось. Из-за меня. Мик показательно хмыкает, но я показываю ему средний палец. - Корян... - Джим многозначительно вздыхает и поджимает губы; - Не будь задницей, и поехали с нами. Хуево закончится, если ты останешься здесь... И я волнуюсь за тебя, долбаеба... Даже Крэхан навострил лыжи отсюда, Грей первым побежал - ещё какие-то доказательства нужны, что Джордисон долбаный псих? Я тебе не раз об этом говорил, и ты ещё вспомнишь мои слова, если останешься. Решаю промолчать и проводить согруппников отсюда, оставив при себе тот факт, что, из нас двоих с Джоуи, я наибольший псих, чем он. Джим просто не знает о том, что творится у меня с башкой в последнее время. Наверное, всё-таки это к лучшему. Пускай спокойно катятся куда хотят - без них будет проще. Сегодня у меня нет сил никуда сбегать, но есть желание остаться со злым Джордисоном один на один, раз все так его испугались. В отличие от них, я обожаю, когда мелкий злиться. Тем более, круто, когда причиной его гнева являюсь я, что подтвердили согруппники. Конечно, мои опасения тоже никуда не делись - нож еще покоится в кармане, вместе с подарком для мелкого, и я пребываю в гребаном состоянии на грани срыва... Но мне херово вдали от Джоуи. Как не беги, но одержимость мелким всегда пересиливает, и в этот раз я бы извёлся, если б уехал. Вроде бы, никаких галюнов я пока не ловил, и не пил ничего, не считая пары глотков пива от похмелья, значит риск минимален. Хочется верить в себя, и забыть про нож в кармане... Крэхан, как и говорилось ранее, тоже уезжал куда-то, завербовав с собой Пиноккио, который, походу, ночью успел тайком ещё прибухнуть, и сейчас выглядел ещё хуже, чем я. Плюсом, он делил одно пространство с вонючим Клоуном, который мог реально его достать. - Не ебу, с чего ты решил отоспаться именно здесь, жопа рыжая, - фыркает перкуссионист, передавая мне ключи; - Но чтобы к моему приезду тут всё было в первозданном виде. - Если весь этот гребаный срач, - развожу руки в стороны, указав на полуразобранную кровать у себя за спиной, и раскиданные вещи, - и есть твой "первозданный вид", то без проблем. Не прибей мне Пиноккио только. Шон снова фыркает себе под нос: - Этот утырок наказан, так что не знаю, не знаю. Раз Крэхан относительно добрый ко мне, и не рычит больше за то, что я спёр его деньги, задаю более насущный вопрос: - Кстати, а где Джордисон? Кто из вас его видел, колитесь? Перкуссионист тормозит в дверях, оглянувшись подозрительно: - Бегает где-то эта Золушка ебаная, мы её с собой не берём, - после следует предупреждение: - Но тебе не советую её трогать, иначе я отрублю тебе руки. Ты спать собрался - вот и спи себе, пока нас нет. Клоун за вами наблюдает, так и знай. Всё видит... - Да-да, всё понятно. Пиздуй уже! Все какие-то с утра дохуя "заботливые", аж тошнит от вас. Меня захватили ленивые мысли иного рода, и на всех своих согруппников я класть хотел, кроме мелкого. Потому, что у меня опять началась ломка по нему, хотя с чего бы?! Он же теперь всегда будет под боком. Но не всегда один - и это главный минус. Тем не менее, я предоставлю ему возможность самому меня найти и оторваться, раз так удачно всё складывается. Сам бегать за ним не буду. " - Ну надо же, прямо таки блядское волшебство, не иначе: все съебнули, тут тихо, как на кладбище, и даже не особо жарко," - думал я, поправляя кровать, оскаливаясь от предвкушения того, как сюда зайдёт мелкий со всем его "праведным" гневом. Предупреждали же все. Джим в особенности. - Ты нихуя не знаешь, Джимбо... - напеваю тихо; - Ты вообще нихуя не знаешь, и не нужно тебе это узнавать. К тому времени, когда я закончил приводить комнату Крэхана в порядок, почти весь мой запал практически иссяк, что превратило меня обратно в унылый кусок дерьма, которым заехал в этот чертов дом. Никакого напряга, который посетил меня с утра; никаких мыслей по поводу своих внезапных вспышек жестокости и агрессии... Приостанавливаюсь, потирая глаза, стараясь выкинуть ненужные образы, что некстати начали всплывать, у себя из головы, чтобы не начать загоняться снова. - Гребаная Мелочь... Заебы совершенно не то, что мне сейчас нужно. Джоуи, разумеется, всё ещё был дико зол, когда вошёл сюда наконец, но трезвого меня хватило на то, чтобы обвить его, и медленно подвести к чужой кровати. С одной стороны, я действительно заебался настолько, что вместо секса мне хочется поговорить с ним о какой-нибудь отвлеченной херне, отдохнуть, раз без него я на это не способен, подарить подарок, который спрятан в кармане... Может быть даже надеть на него эту сережку, если позволит. С другой - я начинаю жаждать большего, как только касаюсь его. Жажду настолько, что готов разорвать буквально... Джоуи сам не очень то бодрый, и совсем не против прилечь. Ломается, конечно, пытается напомнить о работе, и прочем, но я не обращаю внимания. Зависаю, правда, немного на том, что уже скребётся изнутри, желая прорваться наружу, когда он пытается меня приостановить, вытянув ногу вперёд и коснувшись ей живота. Более тёмная часть меня рисует картины того, как я властно откидываю его ногу, и впиваюсь в него, схватив за горло, подначивает, чтобы я сделал это быстрее. Джордисон сам уже настраивается на продолжение, я вижу, и тоже нехило завожусь от того, что он лежит такой весь покорный на кровати Крэхана, и ухмыляется мне. Осталось совсем немного, и я снова получу свою чёртову дозу. Но вторая сторона, надломленная всем, что было в Де-Мойне, перекошенная болью от прошлой жизни, тихо спрашивает вслух о том, где Джордисон был ночью. Намекнув, что он не пришёл спать рядом. Ебаная размазня, что за позор опять?... С хуя ты стал таким чувствительным, Тейлор? Прав был Джим, говоря, что всё просто и сложно одновременно. Особенно, когда балансируешь на очень тонкой грани, и не хочешь, и хочешь, причинить мелкому боль. Даже если он сильно попросит. Ты ебаный слабак, Кори. Тебя делают слабее, чтобы пользоваться. Забыл уже, как этот человек тебя обвел, как полного идиота? Веришь ему? Джордисон не понимает, почему я его не так давно спровадил, затем исчез на день, а сегодня - ласкаюсь к нему весь. Даже свой новый пирсинг показываю на соске, хоть и не хотел до того, как он заживёт. Я тоже много чего о себе думаю и выебываюсь, но когда доза уже совсем близко - ничего не могу с собой поделать. Во мне вновь начинается борьба того ублюдка, кем являюсь, и того, кем, возможно, хотел бы быть, но кого самостоятельно забил, затем, чтобы самому не чувствовать всепоглощающую боль и отвержение от других. Иногда мне кажется, что я весь состою из боли. Зажимаю Джоуи собой, наслаждаясь тем, как тает изначальная злость, а следом за ней стеснение, попытка сопротивляться, непонимание, и его привычный выпендрёж. Когда спадает последнее - он уже сам ластится ко мне, прося продолжения, и мой разум окончательно мутнеет от его близости; сам лезет мне в джинсы, пробуя поглаживать своими напряженными пальцами налитую плоть. Я схожу с ума, чувствуя каждую его мозоль, которые он набил за своими ударными, и то, каким он может быть порывистым, когда возбуждается. Нет ничего лучше, чем получать то, что было тебе недоступно какое-то время назад. Чёрт... Хочу ещё. Хочу то, что мне нельзя. В моих ушах звенит чей-то жалкий крик, будто бы, со стороны. Кажется, это мелкий уродец испугался того, что происходит, и ревет. Или ещё что-то, но это не важно. Умолкните все, Он же теперь всегда будет с нами, и никогда не уйдёт. Разве не этого ты хотел?.. Отвлекаюсь на него, а после получаю удар. Прямо в лицо, и довольно хороший - он заставил Зверя отступить, чтобы я осознал, что натворил... - Твою ж... А-арх-х...- обхватываю голову, и вцепляюсь себе в волосы, словно она мне не принадлежит, с желанием ебануть этого ублюдка, об стену, раскроив череп к херам. Чтобы окончательно перестать существовать, и отправиться вслед за Джоуи. - Блять. Хуета. Что за хуета?!! Что это, мать вашу??? Замечаю краем глаза, что Джоуи вроде подает признаки жизни - держится за смятое горло, пробует вдохнуть... Но мой животный кошмар всё ещё здесь, просто затаился где-то. Мне надо его разрушить, чтобы он не вернул себе контроль, и снова не набросился. Я не вижу нихера из-за того, что мои глаза залиты, и бью не глядя куда, разбив в итоге лишь свои костяшки об что-то, и повалив какую-то тумбочку. - Джоуи... Блять, Джоуи, я... Джоуи, ответь мне!!! - Кидаюсь к нему и пытаюсь докричаться, срывая с себя остатки ужаса. Пробую проморгаться, и кое как стереть ладонью чужую кровь с лица, чтобы увидеть Мелочь, и убедиться наконец, что всё-таки миновало. Он жив. Жив, хоть находится в полном смятении и трансе, и всё, что может - это вяло заползти на кровать, ошалело оглядываясь. Его ноги наполовину покрыл безжизненный пластик, а лодыжки и запястья - прорезали шарниры. Но он не до конца обернулся манекеном... Ещё есть шанс. Я чуть не убил Джоуи своими блядскими руками, и на его месте попробовал бы свалить от такого монстра подальше сейчас же. Чтобы никогда больше не видеть. Паника, набрасывается со спины, словно изголодавшаяся собака, впрыснув в тело ещё больше адреналина. От нахлынувшего меня разбивает никчемная истерика, поднимая дрожь во всем теле, но в этот гребаный раз мелкий не поможет это унять - он сам никакой, и срочно нуждается в помощи. Я это с ним сделал... Я с ним сделал. Я чуть не убил физически того, кого люблю. Раньше Кори Тейлор был опасен лишь для себя самого, уничтожая всё человеческое в загулах и наркотрипах, а сегодня - перешёл на новую грань, снял последний ограничитель, и явил своё поганое нутро. Тому, кто настолько хрупкий, что дышать с ним рядом иной раз боишься, чтобы не разрушить. " - Почему не бежит? Блять, почему он не бежит и ничего не говорит???" - Бесполезно метаюсь по комнате, словно где-то тут есть лекарство, которое сможет помочь привести его в чувства. Пластиковые ноги не слушаются. Затем судорожно оглядываюсь на него, видя, как он вновь замер, уставившись в одну точку: " - Черт, я должен исправить. Должен, мать вашу, исправить, что натворил!!!" - Эта шальная мысль ведёт меня обратно к кровати, я сажусь и тянусь к нему; " - Вдруг получится... Вдруг получится вернуть прежнего Джоуи, взамен этой полумертвой кукле. " Ведь я же не хотел... - Джоуи... Ну ответь, - вышептываю жалко, заглядывая тому в глаза; - Это я. Ну... Гребаный Тейлор... Твой гребаный Тейлор. Это не приносит ровным счетом ничего, посему я лихорадочно хватаю его за плечи, слегка встряхнув: - Да, блять, скажи хоть слово! Пошли меня нахуй, Джоуи! Не молчи, блять, как тогда, в блядском этом клубе! Ты же не кукла! Ну? Снова никакой реакции. У меня не осталось вариантов, кроме как вдарить ему как следует, надеясь вывести из этого состояния. Моя рука дрогнула, но я это сделал. Джоуи пришёл в себя, часто заморгав и спрятав покрасневшую щеку ладонью. - Ох, блять...- выдыхает, а я замираю, боясь сделать лишнее движение; - Полный пиздец... Уже хоть что-то. - Джоуи, - сглатываю нервный комок, и вновь порывисто хватаю его. Так нужно, чтобы он выслушал меня, ведь я стараюсь исправить. Честно стараюсь: - Блять, прости меня, Джоуи... Прости... Бешеный адреналин ещё гуляет во мне, превращая голос в крик, а жесты делая грубыми и слишком быстрыми. Это, ожидаемо, отпугивает мелкого: - Не лезь ко мне, - шипит на меня испуганно, отгораживаясь. Опять... Из-за меня это вновь повторилось. - Джоуи, я не хотел этого... Клянусь, блять... - оправданий никаких нет, кроме вот этой хуйни, что я выпалил. Я ведь реально не хотел. Всем собой сопротивлялся этому, но... - Замолчи! - Джоуи выкрикивает и, набравшись сил, отталкивает меня от себя, ускользая от моих попыток его задержать. Вскакиваю следом за ним, ибо если он сейчас уйдет, то больше не заговорит со мной никогда. Я бы так и поступил - послал ебаного рыжего психа, говорящего с самим собой, и даже в сторону его не посмотрел больше. Возможно, вышиб из группы к чертям собачьим, кинув подыхать под мост. Но мне надо вернуть мелкого не из-за работы, я уже прощался с ней не так давно, и висел на волоске, проебав финал выступления. Похуй на неё. Мне нужно что-то срочно сделать! - Не трогай, говорю же - Джоуи выставляет руку вперёд, боясь даже мельком глянуть на меня; - Всё, не трогай меня... Ты... Чуть не убил... - Да, бля! Я не хотел, сказал же тебе! - Второй раз я точно не выдержу, но отпускаю Мелочь, и бью кулаком в стену, когда дверь за ним закрывается: - Я. Сказал же...- каждое слово сопровождается глухими ударами, - Что. Не хотел. Или же хотел, на самом деле? К чему отрицать теперь? Все мои внутренности превратились в одно больное месиво, в котором замурована бомба с часовым механизмом. Если сейчас сюда кто-то, кроме мелкого, зайдёт, то я рвану нахуй вместе с ним. Я напивался раньше, творил всякую дичь, нападал на всех, но разве было подобное по трезвости? Я совсем ослабел рядом с мелким, и еще сильнее себя ненавижу. - Чёртово дерьмо! - приходится заставить себя глубоко вдохнуть и выдохнуть. - Вся моя жизнь одно сплошное дерьмо. Херово помогает, но могло бы быть хлеще, если б я выпил. Без дурмана алкоголя голове гораздо проще соображать. Хотя, как вообще можно "соображать" в моем случае?! Правильно - никак. И выпить надо. - Так, всё, - вдох и выдох, - остановись, нахуй. Остановись и подумай, блядский ты выродок, что делать дальше. Мелочь отсюда никуда не денется. Не съебнет обратно в Де-Мойн, а будет тут. Зато твоя крыша конкретно так съезжает... - оглядываю сбитые костяшки, затем валяющуюся тумбочку и смятую постель, продолжая убеждать себя, чтобы окончательно подавить панику; - Да, Тейлор... Ты перебрал вчера, и хуй знает сколько не спал нормально - так у любого начнёт фляга свистеть... Правда же? Правда? Хотелось бы мне поверить, что дело именно в этом, а не в том, что во мне живёт первозданное зло, жаждущее крови, готовое напасть в любой момент на всех, кого видит. В особенности на Мелочь. Мой путь рука об руку с Джордисоном начался сразу с проблем, вселив в меня гребаную одержимость им, только вот назад уже нет дороги. Никакого отката к привычной жизни - будет только хуже, как сказал Крис. А я уже никакой. Тошнит, и хочется вскрыться. Вдох, выдох. Я мысленно считаю до восьми, вновь и вновь, по кругу, как это делал в детстве, чтобы прийти в себя, и отхожу к тумбочке, чтобы её поставить на место. Записи Крэхана разбросаны по полу, вместе с какими-то побрякушками и игрушечным клоуном, который мерзко ржёт, если нажать на пузо. Я тянусь к листам, беру карандаш в руки... Вдох, выдох. Если моим эмоциям суждено выплеснуться, то пусть это будет бумага, а не тело мелкого, или кто бы то ни был ещё. Я больше не хочу, чтобы они оставались внутри меня, и разьедали оболочку. Вдох, выдох. Отсчитываю восемь. Для дозаправки беру одну из бутылок в клоунских запасах, не глядя открываю и пью. Слова ложатся хаотично, наскакивают одно на другое, но пусть будет так. Потом попробую составить из них рифму, а пока просто напишу. Главное - история. О том, что во всех внутри живёт Зверь, готовый от одного щелчка вырваться наружу. Закрываю глаза, считаю до восьми вновь... Где та грань, перейдя которую человек становится убийцей? Забываюсь ненадолго, вспоминая фильм по схожей теме, о котором когда-то упоминала моя бывшая - "С меня хватит!", обдумывая его сюжет. Да все, что, блять, угодно вспоминаю, лишь бы выгнать от себя тот жуткий образ Джордисона, и не выть тут от вины и стыда. Прислушиваюсь к чьим-то голосам по ту сторону двери, которые дохуя мешают сосредоточиться, и это бесит. Увы, ни один из них не принадлежал Джоуи. Менеджмент, по ходу, вернулся, чтоб их всех. "Джим говорил, что это плохо закончится, но он понятия не имел, что именно вот так..." Вдох, выдох. Это еще не конец. Потому, что мелкий остался жив. - Ну что там за хуев цирк опять начался, а? - мотаю головой, и делаю глоток из бутылки. Алкоголь хреновый, слишком крепкий, но мешать с другим не буду, и прикончу то, что начал; - Одни смотались, так другие тут же нарисовались, ёпт... - измученно откидываюсь на матрас, и закрываю лицо руками, вновь пробуя спрятаться от произошедшего кошмара, который почти стал реальностью. Считаю до восьми в обратную сторону. Джоуи недавно лежал здесь, оставив своё тепло и едва уловимый аромат на покрывале, который начали меня обволакивать, создавая иллюзию его присутствия рядом. Часть меня хочет выбежать отсюда, и вымаливать себе прощение любыми способами, но я не двигаюсь с места - нет физических сил. И нет прощения за это. Как и нет гарантии, что оно не повторится. - Твою мать же... Пошло всё нахуй. Сегодня должно было быть охуительным днём, когда отсюда съебнула добрая половина группы, а товарищи менеджеры ушли тусоваться у берега, предоставив ранчо мне и Джоуи. Только вот я проебал шанс из-за своей ебаной несдержанности. Из-за себя всё проебал, блять. " - Подозревал же, что такая ебанина может случиться. Подозревал, и не сделал с этим нихуя," - надавливаю подушечками пальцев на веки; " - Блять, ну почему эта хуйня случилась, когда всё было хорошо?! " Вдох, выдох. Запертая мной же, после ухода мелкого, дверь содрогается от серии ритмичных ударов. Я закрылся, глупо понадеявшись, что Джоуи отойдет и сам постучится, подарив мне ещё один шанс. Но надежда сдохла от первого же удара кого-то другого. А когда я услышал знакомый визг по ту сторону, то пнул её труп под кровать. - Бля, вы че, угораете там все?! Откуда тут Крэхан, если он съебался до вечера? - произношу вслух, не желая открывать. - Тейлор, мудила ты рыжая!!! - Но Клоун продолжил прорываться сюда, и орать: - Открывай, бляха! Я знаю, что ты там у меня засел! Хуле ты закрылся то в моей же комнате, тупиздень? Порнуху я припрятал от тебя, если что. Однажды услышав, как этот человек орёт - ты больше никогда не захочешь повторения. Только сбежать от него подальше, и никогда больше не пересекаться. Но мне приходится терпеть и выкручиваться, так как я с этим утырком в одной группе. И буду с ним ещё очень долго, отрабатывая все бабки, что в нас вложили. Поэтому обреченно бреду навстречу, прихватив бутылку, на ходу придумав для него легенду о том, что я тут круто отдыхал. - И чё ты долбишься, клоунская морда? Нахуй мне нужна твоя порнуха, я её на сто лет насмотрелся ещё в хуевом "Эмпориуме". Мне вот, что надо было, - хмыкаю, изобразив из себя сонного зомби, и показав алкоголь в довесок. Вижу и Мелочь с ними, но стараюсь задержать внимание не на нем, а на Третьем: - Здарова, Пиноккио. Будешь на двоих со мной? Крису и без того хуево, посему он сразу же отказывается. Мне хуево видеть потерянного Джордисона, что побледнел сильнее, когда я вышел. И ещё хуже от того, что на нём только полотенце, скрывающее хрупкое тело, украшенное синяками. Поджимаю губы, чтоб не облизнуться, когда он ненароком отводит голову чуть в сторону, приоткрыв свою прекрасную шею, которую я едва не разорвал. Следы от моих пальцев всё ещё заметны, но кажется, что только мне. - О, как! Золушка отдельно, Златовласка отдельно, значит... Я уж думал вы, блять, там у меня уединились. Хотел вас обоих отхуячить уже... - Шон скользит глазами по нам обоим, надеясь заметить то, что мы пытаемся скрыть. - Тейлор - пидор, - ухмыляется Фэн, и я мысленно благодарю его за то, что отвлёк меня на себя. Пусть от моего пинка он и увернулся. Но в этом гребаном коридоре слишком тесно для четверых. Меня одного распирает от нагнетающегося вновь напряжения, не от неожиданного возвращения согруппников. А от того, что даже после всего меня дико влечёт к Джоуи. Особенно к такому беззащитному и измученному, но живому... - А хуле мне не долбиться то к себе, я чего-то не понял?! - Крэхан пробует отобрать у меня свою бутылку, но у него тоже нихуя не выходит - я держу ее очень крепко; - Ты, пиздец, обнаглел у меня, как я вижу. Не учили чужое не брать, да? - Опохмел - дело суровое, - хмыкаю в ответ, и вновь перевожу внимание на Криса; - Пиноккио, вот, знает. - А не похер ли, что вы там знаете?! - К Мелочи ненадолго вернулась смелость в присутствии согруппников, но я вижу, как он впился пальцами себе в плечи от того, что я близко. - Что случилось, кто-нибудь может сказать? Макс говорил, что там, - кивает в сторону студии, - какой-то кипиш образовался... Мы, вроде как, договаривались, что он не причиняет себе вред, и напоминаю об этом, хлопнув его по спине, тихо цыкнув. Ему запрещаешь, а сам его чуть не убил. - Да, есть такое, - Крэхан подтверждает; - А знаешь, почему там кипиш, Джордисон? Потому, что вы все ебланили. И будет хуже разъеб, я отвечаю. Так что, доставай свои палочки, где они там у тебя застряли, и садись за установку - главный едет натягивать нас всех по самое "не хочу". Тейлора в особенности. - О-о-о, Дьявол! - Моя фамилия в таком контексте звучит особенно мерзко. Шон заебал цепляться ко мне, и то, что сейчас меня опять кольнули, не сулит ничего хорошего, хоть я и ничего не делал вообще. Разве что чуть не убил ведущего драммера... - Чё за ебаный "день сурка"? Чё опять за "Тейлора в особенности"? - закатываю глаза раздражённо. Мне вообще сейчас ни до разборок с главными, ни до работы, ни до чего вообще в этом ебаном мире нет дела. И бесит, что все опять доебываются именно ко мне, когда меня самого буквально нужно по кускам собирать. - Когда он приедет, Шон? Обещал же на днях... - лепечет мелкий, дав мне понять, что он немного отошёл, хоть и боязливо косится в мою сторону. Значит, еще не все проебано окончательно. - "На днях" растяжимое понятие. Через час приедет, так что собирайте яйца в кулак, - отзывается Клоун, оттолкнув меня от двери по-хозяйски; - Я, пожалуй, тоже выпью... - На двоих со мной? - вынужденно бодро интересуюсь, заглянув внутрь, куда еще недавно хотел попасть с совершенно другим человеком. - На десятерых, бляха! Иди нахуй, Тейлор. Фэну вон предложил уже, - раздраженно кидает мне Крэхан, обернувшись с ехидной мордой; - А чё-то мне не додумался раньше. - Ой, в обиженку играть надумал что-ли, Шон?! - решаю немного его поподъёбывать, заодно узнать, что там за визит такой нам предстоит пережить; - Накатим перед нашей смертью, да? - А Джордисона не позовёшь? - ухмыляется. Я выглядываю обратно, и вижу, как Джоуи хватает Криса, и уводит его за собой. Даже если б Мелочь остался и согласился выпить с нами - я бы закрыл перед его носом дверь. Поскольку мне реально нужно перевести дух, и стать снова привычным всем Тейлором. Жизненно надо. - Не, он свалил уже, - захожу, отрезав эту комнату от коридора, пока Клоун деловито начал копаться в своих вещах; - Мы с тобой вдвоем остались, Шон. Так что выкладывай всё, что знаешь насчет приезда главного. Знаешь ли, надо готовиться к тому, что меня натянут в который раз. - Хорошо, что ты начал интересоваться группой, а не чужими задницами, Тейлор, - усмехается, но отвлекается, заметив исписанные листки на кровати, указав на них: - А это че такое? Порывы в поэзию на чужих записях, да? - после садится бегло читать. - Это не какие-то там "порывы", - хмыкаю; - Это то, что будет рвать концертные площадки и гребаные радиостанции. Он многозначительно смотрит на меня, как на полного придурка , но внимательно читает всё, что я понаписал за несколько минут. Жду, что он разъебет меня за весь этот бред, и готовлюсь к серии подъебок, однако вместо этого получаю задумчивого Клоуна, который аккуратно откладывает мою писанину, закуривает и подозрительно молчит. - Че то не слышу восторженных отзывов, в духе "Тейлор, ты ебать какой гений", или чего-то такого, - хмыкаю, стянув пластиковый стакан, что остался после позавчерашней пьянки, и плеснув Крэхану немного алкоголя. - Ну... Если честно, то это просто набор фраз, и всё, - выхватывает его у меня из рук, и быстро опустошает; - Не покажем главному - он не поймёт. Потому, что больше похоже на наёбку, чем на работу. Но я тебя понял, кажется. И если посидеть ещё над лирикой, то можно из этого сделать блядскую конфетку. Догнал, Тейлор? Лучшей оценки для слов, написанных в горячке, я представить не мог, и понял, что через весь ужас нашёл тему, в которой правда смогу раскрыться, рассказать об этом без упоминаний конкретных лиц. Тем более, что нам, как оказалось, нам нужно будет с нуля сочинить новый бэнгер для радио, так как то, что уже есть, трек, отточенный Робинсоном и Джордисоном до гребаного совершенства, не проканал нигде. Вообще ни одна станция его не взяла, захуярив нам все планы. Собственно, сказать нам эту "шикарную" новость, и явился наш главный. Раздать хороших пиздюлей заодно, раз мы все собрались вместе, и встретили его чуть ли не с накрытым столом и танцами. Ибо ну очень долго ждали. Изначально говорилось о том, что Росс прибудет на "Индиго ранч" днём, и мы все, даже приехавшая обратно, крайне недовольная, струнная секция, напрягли задницы, чтобы создать видимость работы. Затем наш хренов продюсер созвонился с Крэханом, и через него передал, что задержится где-то до вечера. Но это, как говорится, растяжимое понятие. После часа дня атмосфера начала медленно накаляться; студия на ранчо, благодаря всей нашей нервной толпе, напоминала скорее душный, переполненный зал ожидания, куда вот-вот приедет поезд, нежели место, где создаются охуенные альбомы. Мы всё ещё делали нелепые попытки сыграться, хоть и, по факту, каждый занимался своим делом: Джордисон не отлипал от ударных и от Грея, с которым они успели помириться; перкуссия тайком продолжила бухать и спорить, а Уилсон наконец-то выбрал себе того, к кому основательно можно "подсесть на уши", оккупировав с Джонсом компьютеры. Я тусил с гитаристами, пробуя то подобрать мелодию на акустике, то подредактировать тексты, и всё бы неплохо, даже несмотря на общие нервы... Если б тенью за мной не следовала вина, что оттягивала меня к мелкому, красочно напоминая о том, что я его едва не прибил. И что с ним надо бы поговорить по-хорошему, раз я более менее успокоился. Вернее, отвлёкся. Периодически я доставал из кармана серёжку, которую хотел подарить мелкому, но как только решался подойти, или цеплял его - возможность ускользала, и между нами возникал кто-то третий. Например ребята из команды Росса, которые психовали не хуже нашего, пока главный где-то там весь день "занимался делами". - Бля, пацаны, есть хоть какие-то новости? Уже невозможно вот так сидеть, если честно, - с этим к нам подкатил один менеджеров Росса, славящийся среди всего стаффа своим поганым языком и странными шутками; - Не приезжает никак ваш папочка, да? Ха-ха! "Папочка", блять?! Меня зацепило это мерзкое словечко, от чего я даже поморщился, словно здесь завоняло тухлятиной. И это не осталось незамеченным, к сожалению. Между собой мы никогда не шутили на тему семей, и такие пошлые словечки не употребляли. Потому, что большая часть нас имела проблемы в прошлом, у кого что. И только я собрал всё самое хуевое разом. - Как видишь, чел, - отзывается Джим, перебирая медиатор меж пальцев, и косясь на настенные часы; - Вам он быстрее сообщит, чем нам. И вообще, мне уже начинает казаться, что на нас реально забили. - Да уж, он может. Это же Росс Робинсон, бляха муха. Лучше уж никакого папочки, чем такой необязательный, да, пацаны? - Очередная тупорылодебильная шутка, от которой в ахуе сидит даже Мик Томпсон, слегка оскалив зубы. Но прицепиться тот чувак решил именно ко мне: - А ты чего так напрягся то, парень? Чё, тоже с батей не дружил своим? Или он тебя обидел, и ты вспомнил..? Это был край. Я тут же поднялся с места, чтобы въебать этому уебку по самодовольной морде, ибо он только что, не думая, обнаружил мой оголенный нерв, наступив на него своим грязным ботинком. Вовремя вмешался Джим, обхватив меня за плечи, усадив обратно. Мне сегодня уже сорвало крышу, и новый приступ был вопросом времени. Тем более от такой темы, как отношения с отцом, которых у меня не было, хотя хотелось бы. Всё своё проклятое детство хотелось бы. У меня и дома то не было никогда, не то что нормальной семьи... Я искал безопасность везде и в каждом, но находил лишь бесконечную борьбу за выживание. - Тише, Корян, сядь, - шепчет мне Джим, и обращается к ничего не вдупляющему придурку: - Шёл бы ты отсюда, приятель. Мы тут заняты вообще-то, а не бесполезно шатаемся, как вы. Бывай. - Всё в порядке, - огрызаюсь уже я. - Нет, - возражает Томпсон, но мне было не до него. - Блять, всё, сказал же - в порядке. - Отмахнувшись от всех, и намеренно задев ебаного "шутника" плечом; - Ты не увидишь Калифорнию без глаз Марлона Брандо, педик. Со злости я свалил к перкуссии, чтобы выпить, и загасить все гребаные чувства, которые заново поднимались во мне. Проверенный способ же. Робинсона я встретил на "веселе" и получил за это отборные пиздюли, так как попался ему на глаза первым, вместе с таким же поддатым Шоном Крэханом. Продюсер изволил прикатить сюда лишь к полуночи, заставив нас, как полных идиотов, прождать себя в студии, а затем, с опущенными головами, выслушать всё заготовленное для нас дерьмо о том, какие мы все мудаки, и его не заслуживаем. Хотя за наши долги должны пятки ему лизать. Отлично начинается наша работа в другом штате, ничего не скажешь. Однако, больше нас всех вместе взятых досталось Джиму и Мику, на которых главный оторвался по полной, ещё и штраф влепил за то, что они, якобы, вообще не работают. Я знаю Рута много лет, и он никогда не был из тех, кто может подвести в деле. Он буквально один из самых ответственных парней в группе, и не заслужил того, что ему в итоге наговорили, раскритиковав все наработки. Слышал, что они сошлись на том, что процентов девяносто всего, что Джим хотел бы сыграть, тупо вырежут, и сократят струнные до минимума. Это сильно подкосило моего друга; я видел, как он выбежал из кабинета главного, едва не вырвав дверь вместе с петлями, и скрылся в комнате. Мне он не открыл, даже не отозвался никак, но я нашёл того, на ком он сможет оторваться, когда вышел в сад на перекур. Окно в комнате гитариста было приоткрыто, но этого вполне хватило Крысёнышу, чтобы влезть туда. Хоть какой-то сомнительный плюс от того, что они опять заобщались. Думаю, это лучшее, что я мог сделать для Рута, ибо я вряд ли на что-то вменяемое способен сейчас, собрав за день бинго из всего самого хуевого. Мне бы самому, по хорошему, сейчас вырубиться на пару дней, но я болтаюсь по улице, чтобы как-то остудить больную, полупьяную голову вместе с таким же раздавленным Крисом с одной лишь разницей - ему не требуется моё участие, или поддержка. Он просто молчит, и так же расхаживает из стороны в сторону. Мне нужно, а ему - нет... Фэн прикатил из гаража жестяную бочку и бил по ней до тех пор, пока не призвал к нам Клоуна, который тоже не особо горел желанием общаться. Всё, что он изрёк для нас, это: - Росс уехал. Передал ещё раз, что мы долбаебы, и уехал... - и отправился дубасить кусты своей любимой битой, как будто они в чём-то виноваты. Но виноваты тут все мы - девять дохуя самонадеянных ублюдков из Айовы, которые думали, что у них получится с первого раза. Наше напряжение пожирало воздух, как огонь ветки, что мы с Крисом подожгли в бочке. Туда же отправились некоторые мои записи, превратившиеся в бред умалишенного после критики. Нужно было думать дальше, собирать по кускам одну картину, и заново её "проживать", дабы нормально исполнить. Раз за разом, слово за словом. Так мы работали. Пол и Джоуи подтянулись сюда последними, подкинув ещё "искр в пламя". Не только своим возмущением, но и присутствием. Я наблюдаю за Мелочью, сидя на лестнице, и ловлю себя на том, что, мягко говоря, охуеваю от его поведения: как будто бы всё, что волнует Джордисона - это работа, треки, аранжировки, Росс, а не то, что утром его жизнь едва не прервалась благодаря мне, или дурное самочувствие. И что он с этого ранчо правда никуда не сбежит, как бы ни пытался закрыться, а значит - будет контактировать со мной. Прямо сейчас мне хочется, чтобы он заткнул свой рот, подошёл ко мне, и сел рядом, не только потому, что слушать их с Греем заебло в первую же секунду, но и из-за своего полуживого вида. Он настолько бледный и измотанный, что еле двигается, потирая то ладони, то колени; по одним опущенным уголкам глаз понятно, что ему больно от каждого шага. Тем не менее, он продолжает строить из себя дохуя делового, чем сильно раздражает. В один момент, когда он сгибается, я не выдерживаю и окликаю его: - Джордисон! Ты чё там? Наконец-то и Грей тоже замечает, что с мелким что-то совсем не то, и помогает мне усадить его, когда ему становится совсем херово. Джордисон ощетинивается сразу же, жмётся от меня к перилам, шипит... Но всё же даёт к себе прикоснуться. И я стараюсь как могу держать себя, и быть максимально осторожным. При этом нужно было спрятать от посторонних глаз то, что произошло несколько часов назад, хоть всё внутри рвётся. Мелкий не уходит даже когда его драгоценный дружок отправляется самоотверженно ловить Клоуна. " - Бля, наверное, по уровню безумия, мне ближе всех в группе как раз гребаный Клоун," - усмехаюсь про себя, когда эта странная мысль возникает у меня в голове; " - Но вряд ли я ему доверю всю хуйню, что творится в моей башке - вывернет всё так, что меня польют помоями все. И это ещё не самое плохое. Не, нахуй, уж лучше, как всегда, бумага..." Измотанные, после битвы с боссом, согруппники один за одним расползаются по углам зализывать раны. На горизонте маячит новая возможность поговорить с мелким с глазу на глаз, осталось лишь где-то раздобыть немного терпения, да спровадить отсюда Пола Грея. К нам ненадолго выходит Джим, видимо, забеспокоившись обо мне, ведь он прекрасно видел, в каком я раздрае находился. Может быть он наконец-то избавился от настоебавшего Сида, оторвавшись на нём, и захотев этим поделиться со мной. Было бы славно, если б они реально выплеснули боль друг на друга, и я даю себе обещание потом поддержать своего приятеля, но явно не сейчас. В данную минуту и ему лучше вернуться на ранчо. Ходит странный слух о том, что Сид у Росса числится в любимчиках, как тот самый бесячий ученик, что каждый день приносит яблоко учителю, чтобы примазаться, раз ему простили даже сломанные вертушки. Не пойман не вор, как говорится, и меня это вообще никак не должно волновать. Хотя, было бы хорошо, если б этот слушок оказался правдой, и благодаря Обезьянке с Джима могли бы снять штрафы как-нибудь... Будет ещё один плюс от их "общения". Мы обмениваемся с Рутом ещё парой фраз, после которых его забирает с собой Грей, предварительно смерив меня и Джоуи многозначительным взглядом. Это я тоже могу понять, ибо он оставляет со мной Мелочь, который всё ещё напряжен от всего вокруг. И из-за меня, конечно же. Мало того, что теперь я дохуя чувствительный, так ещё и мегапонимающий всех. Заебись, какая жизнь настала! Тем не менее, не смотря на то, что было, Джоуи отказывается идти с ними, хоть ему особо ничего и не мешает, кроме, разве что, больных ног. Значит есть таки что-то, ради чего он сам хочет остаться, и это даёт мне надежду. Вряд ли Мелочь что-то рассказал своему дорогому дружку - Грей бы ни за что не свалил в таком случае. Третьим был сел к нам, или же наехал на меня, но не свалил бы так запросто. Знаю, что мелкий многое доверяет Грею, возможно, больше, чем я Руту. Всем нам иногда необходимо выговориться кому-то, или попросить совет, как быть. Болтливый басист хоть и выдаёт по пьяни всякую хрень из своего прошлого, или же тех, кого он считает просто приятелями, но молчит, когда дело касается чего-то совсем уж личного. И Джоуи бы он не предал, поскольку именно таким "личным" его и считает. В том, что Грей на меня так смотрит, и цепляется, виноваты скорее наши с ним прошлые контры, которые ещё никто не отменил, чем кое-что "новое". У нас даже какого-то относительного перемирия нет, и общаемся мы очень натянуто, из-за моих прошлых срывов на него. Но если бы он узнал о том, что его "жена" чуть не рассталась с жизнью - я б не отделался одним лишь косым взглядом в мою сторону, точно. Пол слишком любит Джоуи, это даже парням из стаффа заметно. " - Нет, мелкий смолчал - сто процентов," - договариваюсь с самим собой, и выдыхаю. " - Возможно, всё ещё охуевает со всего. Как и я, собственно. Но молчит." Последним сваливает Крэхан, решивший меня пнуть напоследок, но я вовремя увернулся, фыркнув на него за это. " - Вот такому долбаебу вряд ли можно что-то доверить. Остаются только Джим, и то без уточнений, и мелкий..." Я чувствую, как Джоуи дрожит, и дёргается, когда я вновь касаюсь его. Но не делать этого я не могу, потому, что меня до дури тянет. Потому, что люблю этого придурка. Не смотря ни на что. Дверь закрылась за нашими спинами, отделив нас от остальных. Мы, словно двое бездомных, сиротливо остались сидеть на лестнице и докуривать считанные секунды до провала. Не самое лучшее время для глупых подарков, и очень херовое состояние у обоих, но потом точно не будет для этого возможности. Будут записи, очередные разъебы от начальства, желание выкинуть эту дурь, и больше не вспоминать, да что угодно... - Кори, - тихий голос мелкого выбивает меня из вязкого потока мыслей; - Ты то чего сам не пошёл с ними? - Потому, что ты тут, мелочь, - говорю, как есть; - Потому, что поболтать надо бы... - Кори, я не хочу это мусолить... Я и сам не очень то этого жажду, но если оно останется, то изведёт нас обоих. Начинаю издалека, мнусь и запинаюсь, как полный кретин, и вижу, как в процессе Джоуи закутывается от меня в собственные размышления, прикусывает губы, и болезненно сводит брови. - Ты когда-нибудь ощущал... Будто у тебя в башке есть некий гребаный переключатель, который может сработать в любой момент? - стараюсь говорить как можно мягче, будто бы боясь спугнуть его, поглаживая по спине и плечам, пока он не возражает и не скидывает мои руки. Звучу жалко, устало и сокрушенно, но не могу иначе. Потому как хожу по очень тонкому льду; - Ну, это когда ты вроде бы в порядке, но в один момент - раз! И что-то переключается будто, превращая тебя в ебаное чудовище. После недолгой паузы, Джордисон собирается с силами, и говорит: - Ну, думаю, что во всех нас есть подобное. Во мне тоже. Больше скажу - даже Грей иногда выдаёт свою тёмную сторону, становясь кем-то очень злым и незнакомым. Она, как будто бы... - ненадолго поджимает губы; - Как будто всегда рядом ходит. Сидит внутри, под самой кожей, и скребётся периодически... Меня только что словно электрошоком ударили - настолько это неожиданно прозвучало. Сколько я знаю эту гребаную парочку - Джордисона и Грея - они никогда не срывались так, как я, или тот же Джим Рут. Грей, конечно, по разному чудит, когда пьяный в говно, но я ни разу не видел, чтобы он впадал в горячку, и всё крушил вокруг. Мелочь - тем более. Но хотелось бы мне поверить в то, что я ещё не совсем конченый псих... И что это на самом деле от загулов и гребаной усталости. А еще больше - что он меня услышит и примет. Примет, хоть я едва его не убил... Блять, я реально его чуть не убил. - Хуево, что ты это знаешь, мелочь, - качаю головой, посматривая на него, и продолжая; - Это... Появляется не по твоему желанию... - Я знаю, к чему ты клонишь, Тейлор, - Джоуи отворачивается, поставив точку в этом обсуждении; - Но не хотел бы сейчас говорить об этом. - Окей... Понимаю, что настал тот самый момент, и достаю наконец свой глупый подарок. Бывших я, бывало, засыпал какими-то презентами, а вот что дарить парню совершенно не знаю. И сейчас выгляжу крайне тупо со всем этим, но начну с этого, если он не пошлет меня нахуй. - Блять, думал, что посеял его где-то у Крэхана, - протягиваю ему пакетик; - Вот, это для тебя. Не злись на меня, Джоуи... Это сложнее, чем кажется. Мелочь неохотно переводит взгляд, но меняется в лице сразу же, как только до него доходит, что я не траву ему подсовываю, а нечто другое. Краснеет и зажимается, будто я его врасплох застал, и нервно впивает пальцы в свои колени. Так оно и есть, в общем-то, сюрприз ведь. - Ты чего это вдруг? - растерянно спрашивает, хлопая глазками. - Мы вчера в город ездили, так вот... Увидел, подумал, что на тебе будет охуенно смотреться, и взял, - отвечаю чистой правдой, достав украшение, и предложив ему: - Примерь хотя бы. Или хочешь, я помогу? Он стесняется сильнее, всё ещё боится, это заметно, но сережка не причинит ему вреда, в отличие от меня. Я до сих пор помню, как он послал меня в клубе, и мысленно готовился к тому, что сейчас нечто подобное повториться. Менее резко, чем тогда, но будет более больным. Мы оба слишком вымучены и сегодняшним днём, и тем, что было задолго до него. Тем не менее, к моему удивлению, раздумывает мелкий довольно шустро. Ловко раскрывает украшение на себе, и прикрывает глаза, боязливо, но доверяя мне. Никогда прежде я не надевал ни на кого пирсинг, а тут предоставляется шанс. Осталось только устаканить волнение, и сделать всё максимально аккуратно. И не залипнуть на его умиротворенном лике, которое мягко обрамляют блики теплого света из дома. Всё прошло очень гладко. Оглаживаю его скулу после, и подкрепляю всё поцелуем, вложив в него неуверенную нежность, чтобы вновь дать понять, что я не причиню вред сейчас. Это мне совсем не свойственно, ибо я привык брать или отнимать силой. Мелочь же заставляет меня быть не только больным - этот человек продолжает выворачивать меня наизнанку, сам того не подозревая, дотягиваясь до того, что я когда-то забил. Я шепчу ему в губы: - Не злись. Реально, это... Не повторится больше. Клянусь. - Я сейчас не в том состоянии, знаешь... - мелкий вновь останавливает меня, легко поцеловав в благодарность; - Знаешь, конечно, поэтому и подловил. Но мне безумно приятно, спасибо за подарок, - а после и вовсе переползает на колени, уткнувшись в висок носом. Слова тут больше не нужны. Он доверился мне полностью снова, хоть я не заслуживаю этого. Доверился, и принял, кажется... Я хотел бы, чтоб это было так, хоть оно, даже после его слов, кажется чем-то невероятным. Тем не менее, прямо сейчас я держу в руках человека, которого до помрачения хочу, буквально забывая, как дышать, сидя с ним на заднем дворе "Индиго ранч", и перебираю пальцами браслеты на его запястье. Подмечаю про себя, что появилось несколько новых с именами. Мои пальцы скользят по белым бусинам, из которых складывается "Нэйтан", затем мягко сплетаются с чужими в замок. Слишком трогательно, мать его. Так же, как и в тот раз, когда я впервые услышал это имя от мелкого. На двух других браслетах - бусинами составили имена "Кейт" и "Энни", это две сестры Мелочи. Видимо, они их и сделали, как напоминание о том, что у него в Айове осталась семья. У меня уже там никого нет. Всё, что у меня осталось - грёбаные призраки прошлого, что настигают в дни трезвости, и восемь придурков в масках, за одного из которых я весь мир готов перевернуть. Не знаю, станут ли они когда-нибудь моей семьёй, но прямо сейчас мне настолько хорошо, будто я реально попал домой, настолько умиротворенно и спокойно мне. Всё потому, что рядом гребаный Джордисон. Ёжится немного от того, что становится прохладнее, укладывая голову мне на плечо. Не хочу нарушать тишину, поэтому подхватываю его на руки и отношу внутрь, напомнив ненавязчиво о том, что весь диван сегодня принадлежит ему.