triangle

— Стэн, чел, это так странно,– хихикая, выдохнул Кайл прямо в лицо Марша. Взгляд брюнета лишь смягчился и на лице проявилась улыбка: — Кайл, я тоже пока ещё не привык к всему этому. Рука Стэна нежно погладила Кайла по лицу, останавливаясь большим пальцем на ямочке возле щеки улыбающегося парня. — Уже вторая неделя, как мы вместе. Брюнет сжал своего парня в объятиях. Кажется, что наступила их лучшая жизнь. *** Так получилось, что встречаться они стали совсем недавно. Престижный титул супер лучших друзей плавно и незаметно перешёл в неловкий гейский тандем. Но для всех их знакомых, да и всей школы в целом, эта резкая смена роли их взаимоотношений была ясна и понятна ещё за несколько лет до выхода из шкафа. Правда, вначале парни очень активно все отрицали, но от своей голубой сущности не убежишь, верно? Начало их «других», уже вышедших на новый уровень, взаимоотношений произошло неделю назад. Это был вечер пятницы, их традиционный день просмотра кино и ночевки у одного из супер лучших друзей. Очередь выпала на Стэна. И он, потакая своей второй эмо личности, для просмотра выбрал фильм «500 дней лета», на что Кайл лишь смерил его презрительно-снисходительным взглядом, в которой отчетливо читалась фраза: «Стэнли Марш, прости, но позволь мне один раз в жизни согласиться с жиртрестом, ты действительно хиппи и тупая эмо-педовка, у которой вагина чешется от дебильных мелодрам». Но Кайл смиренно промолчал, потому что это дом Стэна и тут он хозяин, плюс у него уже появилась резистентность к тонкой душевной организации своего бфф, а ещё, потому что, слава тебе господи, это не сотый просмотр ‘’виноваты звезды’’ и, наконец, Кайл попросту не хотел лишний раз расстраивать своего друга. Пока Марш спустился забирать горячую пиццу из микроволновки на кухню, Кайл, смотря на тёмную полоску уже скачавшейся из торрента вышеупомянутого фильма, задумался об их природе отношений. Сам Брофловски никогда не был излишне сентиментальным, ему не доставляло удовольствие просмотр мыльной оперы; он даже не плакал, когда смотрел ‘хатико’; и когда происходили конфликты с близкими, он не особо любил рефлексировать на этот счёт, а тем более, накручивать ситуацию и плакать в подушку, нежели его ранимый Стэн. Кайл грустно улыбнулся; он даже провёл параллель между собой и бездушным предметом. Оба не испытывают эмоций. Возможно, по чувствам и эмпатии он самый настоящий сухарь, каких ещё поискать. Но Брофловски понимал, что это далеко не полная правда, ведь он имеет пиздец какой адовый темперамент, и он что ни на есть самая настоящая зажигалка – может вспыхнуть от любого лишнего слова; одним словом, истинный холерик. В этом с ним может посоревноваться только Картман. Но, в отличие от него, Кайл очень быстро остывал и не таил обиду на человека. Да и в целом, в превалирующее количество времени, Брофловски был достаточно мягким и отзывчивым ко всем людям, кроме одного человека. И этот вышеупомянутый человек своей кропотливой работой подарил ему в отместку расшатанную нервную систему. А Стэн Марш был единственным, кто, наоборот, успокаивал его приступы агрессии и компенсировал это своей заботой и вниманием. В этот момент Кайл улыбнулся. Стэн весь такой спокойный, добрый и отзывчивый, и он единственный человек, к которому еврей никогда не проявлял агрессию. Все таки, подумал Кайл, они разные, но настолько дополняют друг друга, что не удивительна их роль самых классных супер лучших друзей навсегда. — Супер лучшие друзья...- как-то слишком грустно и тихо пробубнил Брофловски. Нет, он был очень рад, что дружит с таким прекрасным человеком. И знает, что у них что ни на есть самые настоящие платонические отношения. И ничего более. И что сейчас у него просто гормональная перестройка, повышенная сексуальная активность, и это нормально временами хотеть прикосновения от своего лучшего друга, а иногда чего-то более интимного, чем есть на самом деле. И, наконец, это нормально, что у Кайла очень плотно стоит на парней. Он ведь просто молод и страдает от своих эмоциональных скитаний, ему лишь надо попробовать все... возможно тогда он окончательно успокоится. Но сейчас он думает только о Стэне и его высокой спортивной фигуре. Кайл вздыхает, а в голове лишь промелькает типичное «Стэн такой горячий». Особенно, когда брюнет играет футбол: его одежда липнет к накаченному торсу, а капельки пота стекают по лицу, очерчивая линию челюсти, и опускаются по шее вниз, прячась за воротом его футболки; как он тяжело дышит во время игры или как натягиваются мышцы Стэна во время его отточенных годами движений. Кайлу очень нравятся матчи с участием Марша. Ведь после игры Кайл, как близкий друг спортсмена, может зайти к нему в раздевалку, а это подразумевает лицезрение своего приятеля в одном полотенце и видеть, как эти пресловутые капли воды движутся вниз по направлению, теряясь в области паха за таким мешающем полотенцем. И ещё самое крышесносное, это когда еврей лежит у Марша на коленях, а тот перебирает его кудри, ненароком касаясь шеи рыжего, что вызывает шквал мурашек у Кайла; или как Стэн обнимает своего друга за талию, завалившись всем весом на последнего, просто потому, что ему так «удобно». Где-то на затворках сознания, Кайл хорошо помнил, что Стэн начал так делать где-то полгода назад, но замечать такую двусмысленность его действий рыжий стал относительно недавно. Все эти события Брофловски списывал на свою простую сексуальную неудовлетворенность и думал, что Марш ничего такого в свои действия не вкладывал, но где-то глубоко внутри Кайл надеялся, что брюнет на самом деле чувствует нечто большее, чем просто дружба. Звук открывающейся двери вернул Кайла к реальности. Марш уже жевал пиццу, так и не сохранив ее в целостности до пункта назначения. — Соррь, чел, что так долго. Меня отец заставил принести пару инструментов в гараж, ему опять что-то в голову ударило, ты ж его знаешь. - пожал плечами брюнет, — Но теперь я полностью свободен и готов к просмотру офигенного кинца. - Как бы подтверждая свои слова, Стэн улыбнулся и помахал пачкой чипсов, держа ее в свободной от тарелки руке. Положив пиццу на компьютерный стол, брюнет плюхнулся в кровать к другу, приобнимая его одной рукой, а свободной открывая упаковку чипсов. Брофловски моментально покраснел от ощущения горячей руки парня, думая, как же быстро он, словно кисейная барышня, стал реагировать на такие безобидные прикосновения. Продолжать делать отстраненное лицо и ровно, размеренно дышать была непосильной задачей для Кайла. И чтобы как-то отвлечься, Брофловски решил ответить к вышеупомянутым словам Стэна: — А...ну насчёт офигенного фильма я бы поспорил, – сконфуженно ответил рыжий, стараясь быстрее отогнать наваждение и утихомирить свой предательский член. Это уже третья их пятница, когда у него встаёт на объятия друга. И только из-за сильного смущения, Кайл не продолжил дальше говнить обсуждаемую мелодраму, остановившись только на этих словах. Стэн лишь только хмыкнул в ответ, при этом кладя свою голову на плечо друга. Кайл на это движение только сильнее покраснел: он понял, что ему будет очень сложно концентрировать внимание на фильм. Просмотр кино, впрочем, прошёл довольно тихо. Ближе к середине Брофловски окончательно пришло самообладание, и, честное слово, он пытался вникнуть в сюжет, но ему было настолько скучно и неинтересно, что Кайл временами начал дремать, а к концу уже прижался щекой к плечу Стэна, полностью засыпая. Ему в этот момент было хорошо как никогда: просто чувствовать рядом тело своего близкого человека, его размеренное дыхание, его аромат...от влюблённых мыслей и некрепкого сна Кайла привело в чувство мягкое поглаживание шеи, которое кончиками пальцев спускалось к плечу. — Чел, проснись, эй. Тихий час кончился, может ща нам подрочить во что-нибудь? - уже более энергично продолжит брюнет. От последних слов Кайл пробудился окончательно. Он распахнул глаза и почувствовал, как предательски кровь снова начала липнуть к лицу и не только. — Стен, погоди, что? - стараясь быть наиболее отрешённым, Кайл окончательно отлип от друга. Рука Стэна все также поглаживала плечо рыжего. — Я говорю, не хочешь сыграть в приставку там, а то как-то слишком тухло будет, если все, что мы сделали на нашей личной тусе, так это посмотрели драму для девочек и поспали несколько часов. - Стен мягко улыбнулся, когда Кайл на эти слова пробубнил, что был категорически против просмотра подросткового фильма, — Да ладно, Кей, кино же прикольным оказалось по факту, хотя ты все проспал, бесчувственная жопа, а там были такие моменты! Чел, ещё бы немного и я заплакал. Кайл немного повеселел от короткого монолога своего приятеля. — Нет, Стэн, я правда смотрел этот фильм,- внезапно захотелось сказать что-то приятное в ответ, хотя еврей не понимал, зачем это ему, — Выборочно правда. Но могу сказать, что Саммер та ещё сука и фильм на самом деле сосет. Оба парня согласно покивали и засмеялись. В это время Кайл заглянул в синие глаза своего супер лучшего друга — они хитро сощурились от улыбки, а взгляд в них был тёплый и такой родной, но одновременно сексуальный; в них читался какой-то азарт, что ли, отчего по позвонку побежали огненные мурашки. Так они пялились друг на друга, по-идиотски улыбаясь, несколько минут. Первым решил прервать молчание Стэн: — Кайл, ты не обижайся, но ты мне напоминаешь Саммер,- брюнет многозначительно выждал паузу: в его словах читалась провокация, а взгляд почти стал развратно-нахальным. Немного помедлив, он продолжил, но куда уже тише: — Ведь от тебя тоже все с ума сходят, ты обладаешь какой-то магической и очень сексуальной энергией, что неосознанно привлекает и не даёт расслабиться. Ты весь такой идеальный и такой недоступный… В этот момент Кайла словно дубинкой по голове со всей силы ударили или резко с головой окунули в ледяную воду в минус 50 градусов - по ощущениям было что-то похожее, и максимум, что он смог сделать, так это открыть рот от удивления. Неужели, ему это не снится? Стэн Марш, его лучший друг, который сейчас сидит в нескольких сантиметров от него, беззастенчиво подкатывает к нему, к Кайлу Брофловски, при этом улыбаясь настолько вызывающе, на сколько он умеет. Но еврей решил выжать от этой ситуации всё, что может. Быстро придя в себя, Кайл обольстительно улыбнулся и медленно облизнул нижнюю губу, что не скрылось от внимательных глаз собеседника: — О, неужели кого-то привлекает моя соблазнительная энергия? - Брофловски сощурился, все также улыбаясь только губами. Ему казалось, что он флиртует как тупая школьница и это выходило достаточно плохо, но Кайл решительно продолжал заигрывать, хотя во взгляде где-то на периферии читалась серьёзность его намерений, — Приведи пример, Стэнли. Стэн, не отрывая взгляд от глаз близкого друга, положил свою руку на ладонь еврея. Оба знали, что этот зрительный контакт - настоящее поле боя, а дать слабину и отвести взгляд - равносильно проигранной войне. Никто в этой комнате не хотел проигрывать, наоборот, победа ознаменовала бы их долгожданную участь: то, к чему они оба стремились столько времени. Марш инстинктивно сжал бледную ладонь в своей руке. — Да, привлекает. И один из этих людей – я. - тут же его взгляд резко стал серьезным, даже немного тревожным, вся напускная дерзость сразу же испарилась, а Марш продолжил: — Вообще, я много раз прокручивал эту ситуацию у себя в голове, и думал, что скажу тебе эти слова только по пьяни, но, чел, я больше не могу это терпеть. Отчасти, меня на это подтолкнул просмотренный фильм, отчасти, потому что ты очень красивый и очень близко... Весь энтузиазм уменьшался с каждым словом. Но Стэн, сглотнув и не разрывая зрительный контакт с уже не просто приятелем, продолжил: — Бля, чувак, ты очень горячий. И классный. И вообще, идеал. Я к тебе чувствую намного больше, чем к просто другу. Брюнет резко замолчал и стал выжидательно смотреть на еврея. Кайл, кажется, перенёс мини-инфаркт: все это казалось ему чём-то запредельно ненастоящим, будто он просто сейчас в своей влажной фантазии, но твердый и одновременно тревожный взгляд синих глаз напротив, быстро привёл его в чувство. На смену ступора пришло необъятное чувство счастья. Кайл широко улыбнулся и напрыгнул на своего уже парня. — Наконец-то ты пришёл в себя, - Стэн спокойно выдохнул в губы еврея, прижимая его к себе, одной рукой поглаживая спину парня, а другой проводя по медным мягким волосам. — Стэ-э-эн, ты не представляешь сколько я этого ждал! Кайл стал покрывать поцелуями все, что он видел перед собой. На что Марш открыл больше поле доступа. Наконец-то они открылись друг другу. Этот знаменательный день Кайл запомнит на всю жизнь. И все таки, «500 дней лета» - шедевр кинематографа.