triangle

Пара, прошедшая за хозяином дома, расположилась на диване. Картман пока ошивался вокруг телевизора, подключая новую модель иксбокса к монитору. Из кухни вышел Кенни, держа пиво в одной руке, а в другой телефон. — О, пацаны, привет! Блондин обменялся рукопожатиями со своими старыми друзьями. — Давно я вас не видел, чуваки. Кайл тепло улыбнулся ему. Хоть Кенни смог поступить с ними в один университет, но большую часть времени он работал, забивая на пары, пытаясь закрыть кредит за учебу и одновременно с этим помогая обеспечить свою младшую сестру. — Кенни, ты как, чел? - Марш откинулся на спинку дивана, пока его собеседник плюхнулся на кресло напротив, — Когда придёшь в универ? — Да хер знает. Меня вроде как хотят на ставку повысить, так что мне придётся следующую неделю усердно попотеть. МакКормик с легкостью открыл бутылочное пиво одной рукой, делая сразу несколько больших глотков, — А вы пацаны, как? Как ваша сладкая голубая жизнь? Блондин подмигнул, когда заметил, что Стэн достаточно в дружеской манере до этого приобнял своего парня за плечо. Кайл сразу отвёл взгляд. Хоть все в компании достаточно легко отнеслись к его отношениям со Стэном, еврей все ещё краснел от таких прямых личных вопросов, в отличие от Марша, которого вообще походу ничего смущало, хотя только у него были в прошлом гетеросексуальные отношения. За Брофловски ответил брюнет: — Чел, все охуенно. — Ну так-то я всегда знал, что рано или поздно вы трахнетесь, - заржал блондин, — Ну-ка, Стэн, рассказывай, как тебе анальный секс по ощущениям, сто баксов даю, что Венди тебе туда не давала! Кенни похабно заржал в голос, смотря то на Стэна, то на Кайла. Последний лишь в шоке открыл рот, не зная, хотел ли он в этот момент наорать на друга из-за пошлого, неуместного вопроса, либо из-за того, что тот упомянул бывшую любовь Стэна - Венди. — Чел, Боже, иди нахуй. Марш понимал, что Кенни просто неудачно пошутил, но, господи, нищий уебок, зачем ты сказал именно эти слова? — Да, Кенни, иди нахуй! Кайл зло посмотрел на блондина, пока тот, все ещё посмеиваясь, вытянул руки перед собой, как бы извиняясь за свою фразу, только вот глаза говорили об обратном. — Да ладно, чуваки, че вы реагируете как бабы на шутки. Я же просто пошутил. Кайл в этот момент посмотрел в сторону Картмана, который, стоя к ним спиной, все ещё возился с проводами. Но тот стоял как статуя, лишь пальцы сжались в кулак с такой силой, что побелели костяшки. Еврей ничего не смог с собой поделать, как дальше продолжать смотреть на него. Вдруг, Эрик обернулся в пол-оборота, отчего их взгляды встретились. Кайл физически почувствовал электрический разряд между ними. Картман, уцепившись тяжёлым взглядом в темно-зелёные глаза, несколько раз проморгал, словно избавляясь от наваждения, а потом резко развернулся и быстро зашагал на кухню. Из парней, кроме Кайла, никто даже не обратил внимание на Картмана, все так же дальше продолжая спорить, но уже значительно подобрев друг к другу. Брофловски подключился в разговор парней: они уже забыли об этом мимолётном инциденте, обсуждая уже другие темы. Как вдруг еврей за стеной услышал громкий вздох и сильный удар, будто что-то твёрдое упало на стол. Стэн и Кенни только переглянулись между собой, сразу же забив на грохот. Только Кайл продолжал выжидательно смотреть на проем двери, ведущую в кухню. Через минуту из комнаты вышел Эрик с тремя банками пива, значительно изменившийся в лице, уже немного повеселев. Он стал походить на прежнего, старого Картмана. Эрик не особо изменился в комплекции, но часть жира все равно ушла в рост, так что он стал визуально больше, поэтому когда он плюхнулся рядом с Кайлом, диван жалостно заскрипел. — Ну, пацаны, заканчивайте сыпать песком из вагины, давайте сыграем в приставку. Он протянул каждому по пиву и они уселись за новенький иксбокс. Постепенно, атмосфера изменилась на ту самую обычную дружелюбную. И парни уже смеялись с тупых шуток друг друга, мешая тем самым нормально проходить уровни, а открытых банок пива становилось все больше и больше. Через час первым с дивана встал Стэн. Он выпил немного, только две бутылки, потому что завтра с утра была тренировка. Совсем скоро начинались отборочные соревнования среди университетов. Кайл сначала хотел пойти с ним домой, но, если честно, он так устал морально из-за скопившихся внутри проблем, так что альтернатива остаться с пацанами и дальше веселиться казалась куда лучше. Попрощавшись со Стэном, парни продолжили рубиться в новую игру. Кайлу в этот момент было настолько хорошо, что он открыл новую банку, сославшись на то, что завтра выходной и он заслужил простого отдыха. Вдруг Кенни пришло уведомление, и он резко подорвался с пола, выкинув геймпад куда-то рядом. — Пацаны, вы извините, но тут мне кое-что прислала Алекса, мне просто непростительно тут дальше продолжать валяться с вами, пидоры, - блондин улыбнулся и небрежно напялил кеды без помощи рук, — Короче, пацаны, я побежал! И захлопнул дверь. Кайл, заметно охмелев, лишь тупо уставился на закрытую дверь, где только что обувался Кенни. Наконец, ему пришло осознание. Он остался один. В доме заклятого врага. Наедине с Картманом. Хотелось встать и уйти следом. Но необъятная гордость еврея и потайное странное чувство внутри его разума говорило остаться вопреки всему здесь. Они молча продолжили играть, Брофловски ничего не оставалось, как пить ещё больше, чтоб странные ненужные эмоции не подавляли его. Пройдя молча уровень, первым прервал тишину Картман: — Жид, ты че затих? Боишься меня? Кайл впервые за это время обернулся на голос, с вызовом смотря в карие глаза. В комнате был полумрак, только тусклый свет от экрана давал разглядеть собеседника. — Ещё чего, жиртрест. Картман тоже был нетрезв. Теперь, он, наоборот, неотрывно смотрел в лицо юноши, постоянно задерживая взгляд на губах Кайла. — Господи, жиденок, как ты меня бесишь, - прошептал он, — И твой грязный сопливый хиппи тоже. На последнем предложении голос значительно стал грубее. Картман большой ладонью сжал несчастный геймпад. — Жирная жопа, а ты меня как бесишь, тупой кусок дерьма! Кайл резко встал с дивана, корпусом поворачиваясь в сторону врага. — Непонятно как себя ведёшь с самого вечера, - Брофловски приблизил лицо, смотря сверху вниз на сидящего, пока агрессия, давно спящая в недрах, стремительно закипала в крови, — Думал, я не замечу, жиртрест? Все твои взгляды, все это… Рыжий не смог договорить и предложения, как резко жёсткие руки опрокинули его на диван, после чего одна ладонь снова сжала его тонкую шею мёртвой хваткой, пока другая лежала на солнечном сплетении, не давая еврею подняться обратно. — Что ты там заметил, пархатая сучка? Эрик рукой чувствовал как колотится сердце Кайла, что давало новую порцию адреналина. — Маленький жиденыш, как ты меня заебал! Почему ты все ещё есть в моей жизни, рыжеволосая шлюха! Кайл, словно в тумане, смотрел в полумраке на глаза Эрика в этот момент: цвет радужки уже не различить, даже тусклый свет от монитора не давал этой возможности; но почему-то Брофловски остро ощущал на себе блеск ярости во взгляде Картмана. Кайл будто ранее спал вечным сном, потому что только сейчас он почувствовал себя по-настоящему живым. Хватка на шее усилилась, вследствие чего крупные вены вздулись на красной, из-за жесткого обращения, коже. Кайл ничего не мог сказать в ответ, хотя наконец-то был готов. Лицо Эрика приблизилось, он продолжал держать с такой же силой шею еврея; поняв, что у того нет сил на активное сопротивление, шатен убрал руку с груди, перемещая ее на волосы Брофловски, одновременно с этим убирая кудри со лба и сжимая их в стальном захвате. Кайл лишь открыл рот для призрачной надежды заглотнуть воздух; он заметил, как неотрывно, с жадностью, взгляд Картмана с его глаз переместился на его пухлые бледные губы. — Ты…рыжая еврейская сучка, которой нравится скакать на мерзком хуе немытого хиппи…Кайл, т-ты… Картман сократил между ними расстояние так, что они уже касались носами. Он также продолжал неотрывно смотреть на лицо еврея, с маниакальным восхищением подмечать как подрагивают его веки, а взгляд не может сфокусироваться, как истерично скачет давление под рукой, как звуки, идущие из горла еврея обрываются, не успевая воплотиться в слова и то, как сам Кайл смотрит на него самого. Он опять смог различить во взгляде еврея что-то другое, и это снова откликнулось бешеным желанием в разуме шатена. Рыжеволосый чувствовал на себе непозволительно близко дыхание Картмана, в момент проскочила мысль, что, возможно, он и не против, если Эрик сейчас переступит этот порог. Асфиксия начала достигать своего предела, и Брофловски, закатывая глаза, понимал, что вот-вот потеряет сознание, как вдруг, вся тяжесть резко испарилась, оставляя за собой боль от пустоты и большой поток уже ненужного воздуха. Кайл моментально закашлялся, сразу же поднимая корпус и упираясь руками о свои колени. Придя в себя, еврей одной рукой слегка дотронулся за горло, где вскоре останется видимый след, и он, кряхтя, повернулся в сторону шатена, который успел уже сесть как можно подальше, в кресло напротив: — К-картман… Эрик, снова запрещая себе смотреть на Кайла, перебил его: — Пожалуйста, ничего не говори. Иди домой. Быстро встав, он зашагал по лестнице, уходя вглубь темноты. Немного помедлив, Брофловски полностью оделся и, шатаясь, захлопнул снаружи дверь. В голову ударил морозный ветер. Кайл с трудом дошёл до дома. Алкоголь почти полностью выветрился, оставляя за собой шлейф разбитости и самоуничтожения. Он проигнорировал очередное уведомление на телефоне. Брофловски хватило только на чистку зубов и переодевание в пижаму. В голове было пусто и в то же время она раскалывалась от потока угнетающих мыслей. Подойдя к кровати, Кайл снова услышал звук уведомления на телефоне. Пробежавшись взглядом по дисплею, он увидел имя Стэн и 5 непрочитанных сообщений. Еврей со всей злостью кинул телефон об кровать. Настолько он выдохся, что практически моментально заснул тяжёлым сном. Утром он кое-как разлепил глаза. Кайл был рад, что сегодня выходной. Думать совершенно не хотелось, поэтому он медленно пошёл в свою ванную, по пути снимая одежду. Кайл посмотрел на себя в зеркало. Даже огненные волосы сейчас выглядели тускло и безжизненно; когда-то мягкие губы стали обветренными и сухими, а под глазами легли тенью его прошлые бессонные ночи и саморефлексия. Но взгляд цеплялся только на фрагмент его тонкой шеи. Когда-то она была девственно чиста: Стэну всегда нравилось целовать именно эту часть тела, и он всегда к ней бережно относился, храня ее первозданный вид. А сейчас вместо белоснежной кожи там красовался странгуляционный отпечаток захвата Картмана: красные, где-то перетекая в более насыщенные оттенки, отметины полностью повторяли линии пальцев руки хозяина. Кайл слегка дотронулся до этого места, ощущая невесомое пощипывание. Внизу живота потеплело. Сглотнув, Брофловски повторил своей ладонью красноватый отпечаток. Немного сжав свою руку на шее, боль просочилась сквозь сознание Кайла, даря чувство удовлетворения и желание продолжения действий. Резко перед глазами всплыли воспоминания той ночи, возбуждая тело с новой силой. Еврей резко отпустил себя и зашёл в душевую. Желание только нарастало. Под горячим напором воды, Кайл сначала прошёлся по своему телу, поглаживая бока и ягодицы, после одна рука перешла на обрезанный средних размеров член, проходя полностью по длине; а в это время вторая поглаживала грудь, останавливаясь в итоге на соске, сначала пальцем очерчивая кремового цвета ореолу, а после сразу стискивая, жестко щипая сосок, за чем незамедлительно последовал тихий стон. Брофловски обрадовался тому, что в последний раз ел вчера днём, поэтому для подготовки достаточно хорошо промыть это место. Тщательно обмывшись, он полностью обнаженный снова зашёл в свою комнату, сразу нагибаясь под кровать. Достав оттуда коробку, Кайл вытащил смазку и голубой фаллоимитатор размерами, как член Стэна, только на сантиметр толще в диаметре. Брофловски, забравшись на кровать полностью, встал на колени. Открыв тюбик, он, не жалея, выдавил достаточное количество смазки. Немного разогрев ее, Кайл пошире расставил свои ноги, одной рукой упираясь о спинку кровати, другой массажируя место входа. Последний раз Стэн в него вставлял четыре дня назад, что означало то, что придётся снова хорошо разработать вход. Вначале, он просунул дистальную фалангу указательного пальца, пытаясь при этом максимально расслабиться. Почему-то он в этот момент вспомнил как на него смотрел Картман. Член резко дёрнулся, заставляя каплю смазки упасть на белую простынь Брофловски. «Что за черт», подумал про себя еврей, пытаясь заглушить стон. Один палец уже свободно входил на достаточную глубину. Когда поместилось два пальца, Кайлу захотелось, чтобы сзади, вместо его руки, пристроился Эрик и резко в него вошёл. Еврей от злости и похоти распахнул свои глаза. Почему-то вновь захотелось дотронуться до отметины на шее. В итоге, когда ощущение трёх пальцев перестало быть болезненным, Кайл отпустил спинку кровати, плюхнулся спиной на мягкий матрас, снова широко разводя согнутые в коленном суставе ноги. Взяв резиновый член в руку, рыжеволосый размазал новую порцию смазки по всей длине. Не долго думая, он направил в себя член, другой рукой сжимая свою шею и получая новую порцию острой и такой пьянящей боли. Удерживая стоны, чтобы не разбудить семью, он методично насаживался на фаллоимитатор, чувствуя как с каждым толчком боль отдаётся в его тонкой шее, что распаляло его с каждым разом сильнее. Кайл снова поменял позу, практически повторяя первую, на четвереньках, только на данный момент всей грудью и лицом он уткнулся в постель; пока Кайл сильно прогибал спину в пояснице, сам себе помогая, насаживался на член, только теперь со включённой вибрацией. Брофловски захотел, чтобы на него кто-то посмотрел в этот момент, пока он как последняя блядь трахает сам себя синим членом, с каждым толчком захватывая точку простаты. И он знал, что это был бы не Стэн. Кайл уже стонал во весь голос. Одной рукой убирая мокрые волосы со лба, а другой все также насаживая себя полностью, еврей уже стал покидать своё физическое тело. Он снова так и не дотронулся до своего члена. Подходя к кульминации, в предоргазменном состоянии, Кайл снова представил улыбку и самодовольный взгляд Картмана, если бы он это все увидел вживую. Громко кончив, он безжизненно упал на кровать. Такой горячей дрочки у него давно не было. Тяжело отдышавшись, он лёг плашмя на кровать, сонно закрывая глаза, и думая о… Резко зазвонил телефон. Кайл на негнущихся ногах подошёл к мобильнику, который с прошлой ночи валялся на полу рядом с ножкой кровати. На экране отобразилось имя «Стэн». Потупив минуту, Брофловски ответил на звонок: — Кайл, милый, почему на сообщения не отвечал? Я волновался. Еврей только сейчас почувствовал, насколько его тошнило от самого себя. — Доброе утро, Стэн…- Брофловски замешкался, пытаясь мысленно оправдаться за все свои ужасные мысли и действия, — Да я уснул к этому моменту, прости. — Да брось, любимый. Хорошо, что выспался. Я так соскучился! — И я…- тихо ответил еврей. — Ладно, я на тренировку, люблю тебя, Кайл! Кайлу в этот момент стало безумно стыдно, и он, не зная, как ответить, молча бросил трубку. Сокрушенно сев на кровать, совершенно обнаженный, Брофловски бесцветно выдохнул в потолок. Как ему быть? От тяжелых мыслей отвлекло новое оповещение на телефон: От: Жиртрест. «Жиденок, не хочешь сегодня вечером увидеться? Наедине.»