triangle

Вечером Стэн снова позвонил своему парню. — Привет, милый. Я недавно освободился от дополнительных занятий. Может сегодня вечером чем-нибудь займёмся? Брофловски мысленно ударил себя по лицу, стараясь скрыть свой тяжёлый вздох от брюнета. —Привет, Стэн… прости, но сегодня не получится… у меня появились неожиданные и не особо приятные планы на сегодня. Еврей устало потёр переносицу, неосознанно копируя жест своего партнёра. — Может я смогу чем-нибудь помочь? - все еще не унимался Марш. — Прости ещё раз, но я не думаю, что ты с этим справишься… - Кайл лихорадочно старался вспомнить все существующие и более-менее достоверные отмазки, в итоге выбрав из всех самую идиотскую, — Я совсем забыл про один проект по праву, он все ещё висит незаконченным, а уже, как оказалось, наступил дедлайн… — А…ох, да, конечно. Незаконченный проект. По праву. - Марш повторил слова партнёра, — Тогда увидимся завтра… Люблю тебя, милый. Брофловски помедлил с ответом; все нутро противилось повторить эти раннее обыденные слова, и он в этот момент окончательно понял, что превратился в лицемера. — И я тебя, Стэн. - наконец, переступив себя, выдохнул еврей, сразу же вешая трубку. Тяжело. Кайл, естественно, понимал, что его парень никогда не был тупым, прекрасно зная, что Брофловски - истинный перфекционист и ботан до кончиков волос, который все делает вовремя и сразу. И ещё, еврей подумал, что добило эту ситуацию, так это его собственное, нехарактерное поведение: никогда ещё Кайл так заторможенно и тупо не отвечал на обыденные и привычные вещи. Но еврей, защищая себя, осознавал причину своих поступков: из-за постоянных внешних и внутренних факторов он полностью вышел из зоны комфорта; его голова совсем перестала рационально работать, чувствуя всю абсурдность сложившейся ситуации, а его рот продолжал в открытую говорить непрерывную ложь, заставляя совесть рыжеволосого делать кульбиты. Но у него же и вправду были планы. Как пример, встреча с Эриком. У него дома. Снова. Разумная сторона Кайла до сих пор не понимала, зачем он в итоге согласился на встречу, пока бледные руки печатали быстрый ответ, договорившись о времени. Вспоминая вчерашнюю ночь, Брофловски стало любопытно, что именно тогда не договорил Картман. И почему упомянул о Стэне, именно в таком ключе. Да и вообще, зачем он тогда повёл себя именно так? На часах половина восьмого. Через 15 минут пора выходить. Кайл посмотрел на себя в зеркало: он был в серой кофте с круглым воротником, которая обнажала его изувеченную и незащищенную шею. Кайл отвёл взгляд. Почему-то стало неловко. Еврей, недолго думая, решил переодеть ее на свитер с высоким воротником. Все же, он не хотел, чтобы Картман увидел это место. Не хотел, чтобы Эрик посчитал его слабым. Не хотел, чтобы Эрик что-то понял. Кайл уже стоял на злосчастном пороге дома, долго собираясь с мыслями. Он понимал, что делает все неправильно, только усугубляя своё положение. Но противоречивые чувства привели его сюда, к этой чертовой двери; и Брофловски, как бы он не хотел, в итоге не смог убежать от настоящего себя. Как только еврейские пальцы стали приближаться к звонку, дверь резко распахнулась. Лицо Картмана в этот момент было совершенно нечитаемым, но рыжий почувствовал сильный запах алкоголя, исходящего от него. — Заходи, Каел. Брофловски молча зашёл в тёплый дом. Они прошли в гостиную и, не долго думая, Кайл расположился на том же самом месте. По правую руку присел Картман. Первым разорвать тишину решил Брофловски. Собравшись, он гордо вскинув голову: — О чем хотел поговорить, жиртрест? Лучшая защита - это нападение, еврей прекрасно знал, и поэтому, пока есть ресурсы на атаку, надо отстаивать своё положение. Картман молча перевёл хитрый взгляд с изумрудных глаз ниже, где под толстым слоем шерстяной ткани пряталась еврейская шея. — Да так… - помедлив, он перевёл дерзкий взгляд обратно на лицо собеседника, — Жиденок, тебе не жарко? Кайл резко покраснел, рефлекторно сжимая ладони в кулак. — Не уходи от вопроса, жирная жопа. Картман слабо улыбнулся уголками губ. — Каел, Каел, Каел, Каел. Ладно, так уж и быть… Шатен резко посерьезнел. — В общем…блять. Брось этого немытого отсосного хиппаря. Прозвучало, словно приказ. Брофловски встал в ступор. Стоп, что? — Картман, с чего бы мне по твоей прихоти бросать Стэна? - злость снова заполняла его кровеносную систему, — Блять, я не понимаю, нахуй ты из-за этой хуйни позвал меня сюда? Кайл уже собрался встать, как вдруг его резко одернули за руку, вынуждая обратно плюхнуться на мягкую обивку дивана. Он снова почувствовал запах алкоголя, исходящего от шатена. — М-м, ну-ка постой, жид. Было заметно, как Эрик с трудом преодолевал себя, пытаясь сохранить непринуждённый вид. Тяжело выдохнув, Картман продолжил искусственно спокойным и нежным голосом: — Ладно. Каел, просто заткнись, постарайся не сыпать песком из вагины, я ведь знаю, как ты это любишь. И оставь внутри себя истерическое говно, доставшейся от твоей жидовской суки-мамаши… Только посмей перебить меня, мой милый еврейчик. Кайл на этот выпад оскорблений лишь сконфуженно уставился на собеседника, с каким-то мазохистким интересом ожидая дальнейших слов. Заметив, что рыжеволосый сидит на месте, продолжая молча глазеть на него, Эрик наконец собрался с мыслями. Уже без наигранной слащавости, Картман довольно серьезным голосом начал свой монолог: — Тупой жидовский кусок дерьма, одно наличие твоего существования меня уже выводит из себя. Я ненавижу рыжих, евреев, педиков, светоходящих, долбоебов из Джерси; и ты смог объединить в себе все эти пункты, просто молодчина, Кайл. - Эрик изобразил подобие улыбки, — Я ненавижу сраных тупых грязных хиппи, и ты сразу стал с ними долбиться в жопу. Я ненавижу в тебе все. Ты стал мне отравлять жизнь с каждым днём все сильнее и сильнее, а самое дурацкое это то, что я из-за тебя, жидовская сука, стал ходить к долбанутому престарелому мозгоправу. Кайл онемел от последних слов. — Я не могу нормально жить из-за тебя, и ты прекрасно об этом знаешь, плюс, я заметил, тебе это приносит пиздец какое огромное удовольствие. - В глазах Картмана, на миг, стала видна тень безумства, — Тебе нравится заставлять меня страдать: ты всем своим телом призываешь к тому, чтобы я тебя душил, при этом якорем вбиваясь в мой разум. Что, думал, я не замечу? Еврей широко распахнул глаза. Неужели… Эрик, тем временем, хищно улыбаясь, продолжил. От его спокойного тона не осталось ни крупицы: — Ты знаешь, что после своих действий, после своих взглядов, ты заставляешь меня с каждым разом все глубже окунаться в это дерьмо, и ты продолжаешь, сука, как блядь, развратно на меня смотреть и провоцировать только одним своим присутствием. Кайл на этом моменте неосознанно дотронулся до шеи. — В последнее время, я думал, что уже справляюсь, и что этот престарелый долбоеб в белом халате не зря носил его; как вдруг приходишь ты со своим отсосом и снова начинаешь меня ломать. Блять, ещё немного, и я убью этого жалкого эмо, похуй как, но я сделаю это, чтобы отнять твою душу, как ты это сделал со мной ещё несколько лет назад. Эрик тяжело смерил собеседника взглядом: — Хотя, хах, о чем это я? У тебя же души отродясь никогда и не было. Последние слова Картман практически выплюнул из себя, тяжело вздымая грудь. Кайл застыл в шоке от услышанного. Он не мог поверить в сказанное, но внутри у него наконец-таки сложился пазл, который не собирался на протяжении многих лет. Брофловски не знал, что ответить сейчас, он не знал даже, о чем в этой ситуации ему думать. Кайл тупо уставился в свои руки на ногах, сложённые в замок. Не хотелось поднимать взгляд. Картман, успокоившись, молча наблюдал за потухшими глазами напротив. — Теперь все. Можешь идти, жид. Кайл, тщательно все обдумав, все же поднял голову, пытаясь спокойно смотреть в карие глаза. — У тебя есть алкоголь? Уходить почему-то не хотелось. Брофловски хоть и смог частично понять чувства Эрика, но принимать их пока не был готов. В итоге, они разместились на полу, рядом с кофейным столиком, облокотившись спинами об угол старого дивана. Опрокинув пару стаканов с виски, Кайл снова взглянул на нечитаемое лицо Картмана. — Как давно ты ходишь к психиатру? — М, где-то год. - бесцветно ответил собеседник. — Это он сказал тебе так сделать? — Ну, типа, да. — Стало легче? Эрик промолчал, вместо этого отпивая тёмную жидкость. Еврей понимал, что на данный момент Картману не нужны слова поддержки или что-нибудь в таком духе, такими темпами он только сильнее разозлит его. Да и ему самому не хотелось говорить что-то подобное, это слишком тупо. — А что тебя… — Не обольщайся, жид, ты не был причиной. - резко прервал Эрик, ухмыльнувшись, — Я же не дебил, сам со стороны вижу себя. Эрик подлил новую порцию виски в стакан. Еврей почувствовал, как жгучее тепло заполняло его тело. В голове было много вопросов, но постепенно все оборвалось – пустота и алкоголь успели вытеснить многочисленные мысли. Кайл неловко подпер ладонью щеку, уже не стесняясь смотреть прямо в лицо шатена. Эрик, в свою очередь, не разрывал контакт. — Кайл, ты правда без ума от этого вонючего качка-эмо? Брофловски за короткое время успел значительно опьянеть, в отличие от своего собеседника. Кайл заранее отключил уведомления на телефоне, так что на данный момент совсем забыл о существовании Стэна. — М-м, ну да, наверное. — Наверное… - еле различимо повторил Картман. Уже громче, он бодро добавил, улыбаясь: — Чел, после моего полёта безумия, ты можешь тоже поделиться своими тараканами. Кайл почему-то чувствовал себя спокойно. Будто все так и должно было случиться. Видимо слабая резистентность к алкоголю даёт о себе знать. Чуть помедлив, он все таки решил немного поделиться своими переживаниями, которые накопились у него за последние недели, хотя еврей где-то на периферии сознания понимал, что позже он об этом пиздец как пожалеет. — Ну, вообще-то, есть кое-что. Брофловски немного покраснел, но из-за выпитого, это никак не отразилось на лице. — Мы… мы просто немного не сходимся в сексуальных предпочтениях. Картман, хитро сощурившись, улыбнулся губами. — М, понятно, ну это как бы очевидно, только посмотри на этого жалкого сопливого уебка. Эрик пожал плечами. — Картман, не обзывай его, это все ещё мой парень! Кайл зло дернул головой, отчего огненные пряди пошли волнами в сторону направления движения, на что быстро переключил свой взгляд собеседник. — Да-да, жиденок, успокойся. Отпив виски, шатен снова посмотрел на скрытую под одеждой шею. Облизнув нижнюю губу, он встретился взглядом с темно-зелёными глазами. — Ка-а-е-ел, ну сними ты свою дурацкую водолазку. — Иди нахуй, жиртрест, ничего я тебе не покажу. Алкоголь давал фору смотреть в лицо Эрика с былой гордостью и агрессией. — Да ладно, жидовский потрох, я же просто забочусь о твоём состоянии. В комнате достаточно жарко, ты, тем более, выпил дохуя, ещё в этой вязаной хуйне сидишь, без нормальной терморегуляции. Ещё немного, и ты упадёшь в обморок, дебил. Все таки доля правды в словах Картмана имела место быть. И что-то ещё, в пьяном мозгу еврея, подтолкнуло его согласиться на это. Вздохнув, Брофловски, стянул с себя темно-синий вязаный свитер, оставаясь только в белой обычной футболке. В комнате оставался такой же полумрак, как и в прошлый вечер, только на этот раз пространство вместо экрана освещал ночник за спиной шатена, предоставляя тусклый, но все же хороший свет, открывая полный доступ на тело Кайла. Вчерашний кровоподтёк от сильного захвата поменял свои цвета на более глубокие, контрастно выделяясь на тонкой бледной коже. Эрик медленно придвинулся поближе, пока Кайл продолжал сидеть словно статуя, только руки нервно сминали шерстяной свитер. — Ш-шикарно… - в шепоте шатена проскользнули нотки восхищения. Еврей лишь промолчал, продолжая упорно пародировать безжизненный предмет; но, в конце концов, он сдался под напором своих ужасных мыслей: Кайл немного запрокинул голову, открывая тем самым больше пространства на шее для глаз Картмана. Эрик мягко провёл пальцами по иссиня-багровым линиям, чувствуя как кожа под ним покрывается мурашками. Рыжеволосый уже не чувствовал никакой боли от прикосновений, впервые ощущая на себе мягкие движения руки Картмана. Кайл продолжил молчать, не решаясь что-то предпринять. Шатена такое смирение только побудило на дальнейшие действия. — Кайл, и снова ты меня провоцируешь…- Эрик низко, словно дразня, прошептал собеседнику в ухо, — Какой же все таки ты… Рука, медленно оглаживая шею, плавно перешла к ключицам, на этом месте уже сильнее надавливая на кожу, как бы ненароком оттягивая край горловины футболки, пробираясь ближе к груди. Картман уже приблизился вплотную к телу своего гостя. Одна рука все также собственнически оглаживала грудь еврея, другую он перекинул через бледные плечи, которые немного выступали от края дивана. Проходясь большой твёрдой ладонью по соску, он жестко ее сдавил, от чего Кайл впервые застонал в голос, до этого упорно стараясь молчать. — Жидовская шлюшка, скажи мне, как часто с тобой такое делал Стэн? Эрик снова с силой оттянул сосок еврея, сразу же большим пальцем заглаживая это место. Кайл так и не смог ответить что-то внятное, снова чувственно застонав. Услышав сладкий для ушей звук, Картман безумным взглядом посмотрел тому в лицо: еврей откинув голову полностью на диван, зажмурил глаза от переполняющих эмоций, одновременно с этим проходясь мокрым языком по нижней губе, следом прикусывая ее. Шатен облизнул еврейскую тонкую шею по собственноручно оставленным синякам, отмечая шепотом, какая у Кайла сладкая кожа. Кайл застонал громче. Ему казалось эта вся ситуация чем-то нереальным, сюрреалистическим: будто это либо его одновременно самый худший и желанный ночной кошмар, либо это какой-то бэдтрип; ошущалось так, словно Картман подсыпал в его виски ещё и мдма. Потому что от властного языка на шее, от собственнических прикосновений на груди, от горячего шепота, у Кайла вспыхивали искры на обратной стороне век. Хотелось полностью отдаться этому порочному наслаждению. Вдруг Картман, после недолгих оральных ласк, ощутимо прикусил сонную артерию: от такого укуса точно останется след. Но Кайл был настолько пьян, что даже не задумался о последствиях, отвечая на это своим очередным стоном. Эрик с каждой секундой становился только грубее в движениях. — Кайл, если ты думаешь сейчас о своём хиппи, то, блять, я его точно завтра убью, а голову принесу тебе в качестве подарка. Брофловски, от переполняющих эмоций и высокого градуса в теле, даже не услышал последнюю фразу Эрика. Похоть полностью затуманила разум, а стояк пульсировал от ноющей боли в шее и от наличия рядом его заклятого врага. Картман со всей злости сжал кудри на затылке, тем самым отрывая голову Кайла от дивана, поворачивая анфасом к себе, от чего их взгляды пересеклись. — Кайл…жидовское отродье… На что лишь еврей расфокусированно посмотрел в лицо собеседника, абсолютно не понимая, что от него хотят. Несчастная шея продолжала ныть от острых зубов. — Ка-е-ел, ты знал, что, скорее всего, являешься потомком Лилит? Она тоже была мерзкой жидовкой как и ты. Своей распутностью она разрушила жизнь Адаму. Теперь ты, ее реинкарнация, поступаешь так же со мной. Эрик нездорово хохотнул. Все ещё пристально следя за взглядом рыжеволосого, он с накатывающим безумием продолжил шептать, одновременно собственнически поглаживая еврейское тело: — В средние века, тебя бы точно сожгли как ведьму из-за твоей способности пробуждать похоть только от одного взгляда изумрудных глаз, не зря же ты родился рыжим. Только одним существованием ты порождаешь в людях все смертные грехи… И знаешь, что? Кайл пару раз моргнул. — Что ты несёшь, Картман. Осознание всей ситуации постепенно приходило в голову. Он был все ещё очень пьян, и, скорее всего, он не вспомнит эти бредовые слова Картмана завтра, но он был вполне в своём уме, чтобы в моменте переварить сказанную речь. Ему, как ни странно, это очень польстило. Никто такое ему никогда не говорил. Нормальный человек на его месте давно бы сбежал, но Кайл никогда не был таким: он все также облокачивался на угол дивана, размышляя, что ещё скрывается в темных уголках души Эрика…наверное, еврей никогда не будет психически к этому готов. Место укуса продолжало ужасно болеть, но за это время Картман полностью отпустил рыжеволосого из своего захвата, но с места так и не сдвинулся. Глаза Эрика вновь обрели человечность, подметил про себя Кайл. Картман снова замолчал, отворачивая голову в сторону. Еврей настолько устал за день от моральных потрясений, как и от выпитого алкоголя, поэтому единственное о чем он подумал – это был душ, чистая постель и сон. — Эрик, я хочу домой. Брофловски устало положил голову на плечо собеседника. Шатен даже не шевельнулся. — Отвези меня, пожалуйста. Картман молча помог парню подняться на ноги и натянуть свитер обратно на тело. Захлопнув входную дверь, они вышли на улицу. Мороз помог немного протрезветь. Только сейчас до Кайла дошло, что Картман тоже выпил и ему нельзя за руль. — Ох, блять, чел, я забыл, что ты тоже пил. Тогда я как-нибудь дойду. Так что, уви-… Брофловски уже собирался попрощаться и сделать шаг вперёд, как вдруг его одернули за плечо. — Забей и садись. Слабо улыбаясь, в приказном тоне ответил Картман, одновременно открывая дверь со стороны пассажира. Брофловски на эти слова решил вправду забить, садясь в старенький бмв, и почему-то при этом ощущая легкую радость. Ехать до дома было совсем недолго. Картман был ощутимо трезвее, чем Кайл. Все таки конституция тела давала карт-бланш на объём выпиваемого. Смотря на дорогу, Эрик краем глаза заметил, как Кайл выудил из куртки телефон и стал активно что-то печатать. Немного повернув голову в сторону Брофловски, он увидел аватарку Стэна в мессенджере. Кайл, до этого, резко вспомнил про существование телефона, отмечая на панели блокировки 3 пропущенных и 7 смс. Еврей, даже не удосужившись прочитать сообщения, отправил парню быстрый текст о том, что он все это время занимался и забыл включить уведомления. Доехав до пункта назначения, Кайл выходя из машины, обернулся напоследок к водителю: — Спасибо, что подвёз…. Еврей не знал, что ещё уместного добавить, — Ну, тогда пока, увидимся в универе. Картман только лишь хмыкнул. — Ага, жид, давай. Дверь захлопнулась. Кайл неподвижно стоял и следил, как огни от машины растворяются вдалеке.