triangle

Марш, подъехав утром за Кайлом, вышел из машины. Следом, практически сразу, открылась дверь и оттуда показалась зелёная шапка и хмурое от недосыпа еврейское лицо. Подойдя к брюнету поближе, Кайл бесцветно поздоровался. На что Марш сгрёб того в объятия и мягко поцеловал в губы. Брофловски обвил руками шею партнёра, слабо отвечая на поцелуй. — Доброе утро, Кайл. Как же я по тебе соскучился, - потеревшись носом о щеку еврея, Стэн посмотрел в тускло-зелёные глаза, — Милый, что-то случилось?  На него уставшим взглядом смотрел рыжеволосый юноша: под глазами снова появилась синева, лицо немного опухло, а спина слегка сгорбилась, что было совершенно для него не характерно.  — А, забей, просто не выспался из-за проекта. Они сели в машину. — Точно? - захлопнув водительскую дверь и заводя мотор, Марш перевёл взгляд с дороги на лицо Брофловски, — Ты сам не свой после того вечера у Картмана. Кайл сразу отвернул взгляд. Врать абсолютно не хотелось, но и говорить что-то тоже. — Может, после того, как я ушёл, что-то у вас случилось? Если тебя это волнует, расскажи. Еврей вяло отмахнулся, все также не поднимая взгляд на парня. Хорошо, что он в этот момент был за рулем и не смотрел на него.  — Не, мы просто посидели, как обычно. Кстати, как твои тренировки?  Кайл быстро перевёл тему, все ещё пытаясь восстановить резко настигнувшую тахикардию. — Все отлично, совсем скоро начнутся отборочные, так что я, походу, буду ночевать в спортзале. Марш слегка улыбнулся. Он любил футбол, но понимал, что из-за этого у него было недостаточно времени на Кайла. Это его заметно волновало. До конца поездки парни просто разговаривали, обсуждая разные темы. — Доделал проект? По праву. Стэн оборвал только что наступившую тишину в салоне. — А…да, еле как. — Понятно, - Марш покосился на уставшего партнёра, во взгляде брюнета на миг появилось странное выражение лица. Было видно, что он хотел что-то добавить, но в итоге просто промолчал, подъезжая к парковке. Так как Кайл и Эрик учились на разных факультетах, они практически не пересекались; им удавалось это сделать только в столовой, если у них совпадало время перерыва.  Стэн, стоявший возле Кайла и державший его рюкзак, ждал, пока тот снимет свою верхнюю одежду. Как вдруг, Марш услышал приближающиеся шаги в коридоре: Картман, в характерной для него надменной походке, не спеша подошёл к молодым людям. — Привет, чел.  — Здорова, Картман. Парни обменялись рукопожатиями. Кайл, повесив свою куртку, стоял как вкопанный, неосознанно краснея. Впрочем, шатен даже не посмотрел в его сторону.  Немного пообщаясь на различные темы с брюнетом, Эрик все таки перевёл взгляд на Брофловски. Тот молча смотрел в стену, скрестив руки, ожидая, когда те наконец закончат диалог. — Ну что, хиппи, когда следующая игра? Картман все ещё неотрывно смотрел в сторону еврея, не удосужившись повернуть голову к собеседнику.  — На следующей неделе. Хочешь посмотреть? По телеку будут показывать.  Картман наконец обернулся к Стэну, снисходительно посмотрев на его лицо. — Уж лучше Гриффинов включу, чем глазеть на кучку потеющих пидрил с мячом. - Шатен улыбнулся, — Ладно, удачи, хиппи, я пошёл.  Эрик развернулся обратно к выходу. Сделав пару шагов, он, загадочно улыбаясь, оглянулся на парочку сзади и остановился. — Ка-а-ел, снова свитер с высоким горлом? В корпусе же достаточно тепло. Надеюсь, что тебе не станет жарко. Картман, напоследок хитро оскалившись лично еврею, окончательно ушёл, оставляя их наедине.  «Вот же жирный уебок», быстро промелькнуло у рыжеволосого в голове, пока кровь активно прилипала к лицу.  Стыд, вперемешку со злостью, вновь проникло в тело еврея. Хотелось заорать во все горло и при этом просто исчезнуть, чтобы его в этот момент никто не видел. Стэн посмотрел на своего парня с недоумением. — Что за хуйню только что сказал жиртрест?  Кайл стыдливо отвернул взгляд в сторону,  неосознанно сжимая кулаки. — Да забей, опять в голову моча ударила, это же Картман! Брофловски злобно взглянул на своего парня, старательно пытаясь вернуть себе рассудок. «Что этот жирный кусок говна себе позволяет», в голове все ещё крутилась эта мысль как зажёванная пластинка. Марш внимательно посмотрел на парня. Что-то ему подсказывало, что слова жиртреста не было очередным типичным выпадом в сторону его партнёра.  — Кайл, почему он сказал «снова»? Когда мы были в прошлый раз, ты был в обычной кофте. Кайл в этот момент захотелось просто застрелиться. Почему, когда это совершенно не нужно, Стэн обладал такой проницательностью? — Блять, а я откуда знаю? Я повторю: это же жиртрест, - Зло выплюнул рыжий, — Забей. Что в эту тупую голову только не придёт, а? Брюнет на эти слова только хмыкнул. Все же, смягчившись в лице, Стэн подошёл к Кайлу, беря того за руку. — Ладно, пойдём на пару, мы тут уже долго торчим.  Кайл медленно поплёлся вслед за брюнетом, впервые чувствуя себя настолько грязно опозоренным. Его былой стыд и переживания по сравнению с минутой раннее пережитых спектром чувств – ничто, просто нелепая оплошность.  Хотелось заплакать. За свою двуличность, за то, что позволил себе такой непростительный обман самому любимому человеку и за то, что разрешил себе и Картману в ту ночь.  Дойдя до аудитории еврея, Стэн отпустил его бледную холодную руку.  — Хорошего дня, Кайл.  Брофловски перевёл пустой взгляд со своей уже свободной ладони на лицо Стэна: тот выглядел не особо грустно, а скорее, как-то неестественно загруженно.  — И тебе, любимый. Кайл первый потянулся за объятиями, отмечая про себя, что обняли его по-прежнему крепко. Еврей в этот момент понял, что полностью запутался в себе. Сидя совершенно отрешенно в аудитории, Брофловски пришла идея написать пару гневных сообщений Картману, но он практически сразу пресёк своё желание на корню.  Нет, он не поддастся на очередную мерзкую провокацию жиртреста. Не в этой ситуации.  Кайл собрался всеми силами, пытаясь вникнуть в обсуждаемую тему семинара. Ему срочно надо отвлечься на что-то привычное и стабильное. Кое-как справившись с собой, он приступил к конспектированию текущей темы.  На большом перерыве еврей отправился в столовую, попутно печатая сообщение своему парню. Хотелось быстрее абстрагироваться от этой нервотрепки и поскорее вернуть прошлую довольно спокойную личную жизнь назад.  Садясь за обеденный стол, Кайл оглянулся по сторонам, ища в толпе Стэна. Одновременно с этим, он надеялся, что случайно не встретится взглядом в одну ненавистную морду: сейчас особенно не хотелось видеть перед собой напыщенное лицо нациста. Через пару минут за стол присел Марш с подносом. Выглядел он не таким, как обычно. — Стэн, я тебя заждался. - Кайл улыбнулся уголками губ, — Как прошло занятие? Стэн положил поднос на стол: — Да как обычно. Брюнет, не спеша вскрывая упаковку одноразовых приборов, повернул голову к собеседнику. — А у тебя? Еврей собирался ответить на заданный вопрос, как вдруг напротив, словно из воздуха, образовалась тяжёлая туша с необычайно самодовольной ухмылкой.  Но Картман лишь продолжал молчать, загадочно улыбаясь, он в упор смотрел только на зелёные глаза напротив.  Первым вновь возникшую тишину решил прервать Стэн: — Картман, как посидели? После того, как я ушёл. Кайл нервно сглотнул слюну. Сейчас, от ответа Эрика, буквально зависела его жизнь. И самое ужасное, так это то, что он никогда не будет знать, что у жиртреста творится в голове.  Брофловски из-под челки затравленно посмотрел шатену в глаза: тот сразу поймал испуганный взгляд, все шире улыбаясь. — Да обычно… Ах, жиденок снова меня бесил своим поведением… Впрочем, ничего нового. — А-а… эм, ну ясно. Лицо Марша в данный момент было абсолютно нечитаемым. Еврей мысленно был благодарен жиртресту за этот, хоть и странный, но все же нормальный ответ. Кайл надеялся, что его парень просто ничего не заметил, и у них все останется, как прежде. Брофловски ещё утром, пока пытался избавиться от похмелья, понял: ему надо дорожить своими нынешними отношениями и держаться как можно подальше от источника всех своим проблем. Со Стэном он спокойный, веселый, нормальный… И только с Картманом он становился неконтролируемым, выпуская всех своих демонов. Шатен будто являлся катализатором пробуждения его другой, тёмной субличности, что представляла собой полную противоположность Кайла, когда тот с Маршем. От одного надменного взгляда в еврее пробуждалась неконтролируемая агрессия, страсть и что-то нездоровое, психопатичное.  Кайл, протрезвевшись, предельно ясно осознал суть своей проблемы, и это его ещё больше испугало. Он не хотел быть таким. Учебный день дался Брофловски значительно сложнее, чем когда-либо прежде.  Домой он отправился на своих двоих, так как Стэн остался на свою очередную тренировку.  Еврей заранее договорился, что вечером он придёт домой к Маршу, совершенно забыв о состоянии его шеи. Кайл чувствовал вину перед брюнетом, поэтому ему хотелось быстрее ее загладить, в первую очередь, если честно, перед собой. Плюс, он все же реально соскучился по нему за эти два дня.  И только выйдя за пределы университета, он вспомнил про злосчастный истерзанный кусок кожи на своём теле. Если синяк от захвата обрёл грязный серо-зелёный оттенок, то след от укуса все ещё оставался свежим. Хорошо, что в ту ночь Эрик не прокусил его шею до крови… Думать снова о нем уже не хватало моральных сил. Еврей со всей злостью пнул камень, лежавший на обочине тротуара.  Придя домой, рыжеволосый, не пообедав, сразу же прошёл в свою комнату. Ему срочно надо было себя занять до назначенного времени.  Быстро сделав все домашние задания, он зашёл в свою ванную, перед этим сняв свой ненавистный свитер. Кайл посмотрел в зеркало. Вид лучше не стал, а в память вновь вгрызлись воспоминания той ночи и утренние слова Эрика. Еврей еле сдержался, чтоб не разбить белый кафель в своей ванной. Приняв быстро душ, он, переодевшись, вернулся в свою комнату. Встретиться со Стэном было жизненно необходимо, но показывать результат своей измены он тоже не собирался. Надо что-то срочно предпринять. Брофловски, незаметно взяв у матери тоналку, попытался замазать пострадавший участок. Результат оказался ужасен, что, собственно, было очевидно.  Стерев косметику с кожи, ему снова пришла очередная идиотская идея: он тупо закрыл дефекты большим медицинским пластырем. Выглядело так, будто он пытался перекрыть зияющую рану от неудавшейся попытки суицида. Но он, в итоге, оставил все, как есть, не забыв перед этим намотать свою шею широким длинным шарфом. Осталось только придумать оправдание и на этот счёт. Зайдя в дом Маршей, Кайл поплёлся в комнату парня: там его встретил уставший от частых тренировок Стэн. После долгого, медленного поцелуя, брюнет, продолжая обнимать того за талию, посмотрел чуть ниже еврейского подбородка: — Кайл, с тобой все хорошо? Почему ты остался в шарфе?  На что рыжий неловко улыбнулся. — Да так, я походу горло застудил… - Заметив на себе сочувственный взгляд, Кайл отмахнулся, — Ничего серьёзного! Я просто пару дней так похожу и все. Стэн снова накрыл его губы своими, не торопясь утягивая в постель. — Я так соскучился, - Прошептал Марш, усаживая своего партнёра на колени, крепко обнимая того руками, — Я беспокоился о тебе… Брофловски обвил шею партнёра, проходясь ладонью о жесткие чёрные волосы, массируя голову; другой рукой, поглаживая, перешёл с шеи на широкое плечо брюнета. — Я… я просто устал… Честно выдохнул рыжий, пока Стэн нежно покрывал поцелуями область вокруг виска и уха. — У вас правда с Картманом ничего не случилось? - оторвавшись от своего дела, брюнет посмотрел в изумрудные глаза собеседника, — Просто… ты реально изменился за последние несколько дней… И на звонки толком не отвечал… Кайл попытался скрыть свой стыд в глазах; вместо этого он, рефлекторно защищая себя, жестким взглядом прошёлся по лицу парня. — Бля, чел. Ты достал меня с Картманом… У нас ничего не было.  Стэн продолжал внимательно следить за взглядом Брофловски. — Я просто устал от учебы… Нормально не могу выспаться… Еврей сухо прошептал, наконец отводя голову. Снова ему напомнили об его существовании. Кайл вымученно вздохнул. Стэн, все также крепко держа партнёра, в качестве извинений потерся носом о щеку Кайла. — Извини, милый. Я просто тоже сильно устал от этих вечных тренировок… Из-за этого мне приходится редко видеть тебя… Это очень сильно нервирует. Брюнет рукой плавно прошёлся по всей спине рыжеволосого, ладонью ощущая под тканью выступающие позвонки. Еврей почувствовал как на месте прикосновения пробежали мурашки.  — Уже послезавтра я со своей командой уедем в Колорадо-Спрингс. Не знаю, как я справлюсь без тебя. Брюнет уткнулся лицом в шарф парня, все также крепко обнимая его. Брофловски распахнул глаза от удивления. — Что? У тебя же матчи начинаются на следующей неделе… Я думал, ты уедешь в выходные. Стэн глубоко вдохнул легкий древесный аромат духов, источавшийся от кашемирового шарфа еврея. — Да… но мой тренер согласился ещё на товарищеский матч с местной командой. Так что я уеду раньше. Наконец парень поднял серо-голубые глаза на своего партнёра, оторвавшись от его замотанной шеи окончательно. — Я люблю тебя, Кайл. Стэн мягко обхватил бледное лицо ладонями, притягивая к себе.  Поцелуй получился неспешным и нежным. Кайл в этот момент решил вложить через простое прикосновение всю свою любовь и раскаяние. Через пару мгновений он ощутил одинокую мокрую полосу, идущей камнем вниз по щеке. — Эй, ну ты чего, малыш? Стэн не ожидал, что он когда-либо в жизни застанет слёзы своего молодого человека, особенно из-за таких обстоятельств. — Я же ненадолго уеду, милый.  Кайл быстро стёр доказательство своей минутной слабости. Если бы Стэн только знал, что эта слеза не была причиной его будущего отъезда… — Забей… это просто на нервной почве… Кайл вновь посмотрел в глаза парня. Слабо улыбнувшись, он продолжил: — Фу, чел, никогда не называй меня «малышом». Это отсосно. Стэн только улыбнулся и потянул парня на себя, полностью откинувшись на постель.  Зацепив еврея за подбородок, брюнет утащил того в очередной, но более страстный, поцелуй.  — Милый, может снимешь шарф? Марш отстранился от мягких губ партнёра: — Тебе же очень жарко. Брюнет пальцами убрал влажные локоны со лба еврея. Брофловски лихорадочно думал, как можно отвлечь своего парня от этого. Ссориться перед поездкой совершенно не хотелось. Как вдруг, ему пришла соблазнительная идея. — Стэнли, закрой глаза. Марш только в недоумении приподнял бровь. Но под развратным взглядом темно-зелёных глаз, он все же выполнил просьбу. Как вдруг парень почувствовал, как ткань начала наматываться на его голову, блокируя зрение полностью. Ощутив, как завязался узел, Стэн тихо выдохнул: — Кайл…Кайл, что ты заду-… Его резко оборвали жадным, мокрым поцелуем. Кайл, сидя на его бёдрах, нагнулся к лицу партнёра, облизывая его тонкие губы, следом переходя на подбородок и шею. Руками он, тем временем, пытался расстегнуть рубашку Марша, что удавалось не так просто.  Получив доступ к телу, Кайл медленно прошёлся по торсу брюнета, пальцами проходя ниже, по кубикам пресса, останавливаясь на периферии джинс и голого тела. Недолго думая, еврей приспустился ближе к ногам парня, лицом утыкаясь в твёрдый живот. Не спеша облизнув грудину, он языком прошёлся вниз по направлению к паху, чем вызвал тихий стон Марша.  Расстегнув ремень, Брофловски вместе с нижним бельём, приспустил джинсы на уровень лодыжек.  — Где находится смазка? — В тумбочке, на второй полке… Кайл встал с кровати и открыл деревянную дверцу. Выудив то, что ему требовалось, он сам снял с себя вместе с носками белье и брюки, неаккуратно скинув их на пол. Коленями упершись о матрас, еврей встал аккурат над пахом своего парня, пока тот, ожидая рыжеволосого, медленно надрачивал себе.  Выдавив нужную порцию смазки, он облокотившись ладонью о грудь брюнета, резко просунул пару смазанных пальцев, чувствуя накатывающий дискомфорт. Кайл, перестав опираться о тело партнёра, одной рукой растягивал себя, второй схватил свободную от дрочки ладонь Стэна, поднося ее себе к губам.  Вобрав сразу три жёстких пальца в рот, еврей стал их методично посасывать, чем вызвал очередной стон своего парня. Хорошо смочив пальцы брюнета, рыжеволосый прилёг на крепкое тело Стэна, перед страстным поцелуем прошептав: — Растяни меня, пожалуйста… Помогая своему парню направить в нужное место руку, Кайл потерся пахом о член Марша, одновременно с ним стоня. Когда твёрдые пальцы дотронулись до простаты, Брофловски резко схватил ствол парня, убирая его руку и насаживаясь вместо них на член брюнета.  Пока Кайл в позе наездника жестко себя трахал стэновским членом, стоня как последняя блядь, руки Марша, до этого крепко державшие еврейскую талию через ткань его кофты, надавили ближе к себе, отчего рыжеволосый нагнулся к нему под углом 45 градусов, сокращая между ними расстояние.  Жестковатая ладонь брюнета медленно перешла с талии на ягодицу еврея, мягко ее сминая, отчего у Кайла вырвался новый стон. Вторая рука пошла по направлению выше, оттягивая ткань одежды наверх, к нежной груди Брофловски, где крепкие пальцы стали сминать сосок.  Немного погодя, все же отпустив бледную грудь, ладонь пошла выше, уже подбираясь к ключицам, как вдруг Брофловски, до этого опираясь на плечо брюнета, резко перехватил его руку, утягивая ее к своему члену. Насаживаясь на член Марша, у еврея перед глазами на повторе проносилась та самая ночь наедине с ним.  Вновь порочная похоть перекрыла разум еврея: осознание того, что он, трахаясь со своим парнем, думает о другом, приносила ему извращенное удовлетворение, распаляя его ещё больше.  Только от одной мысли об этом, Брофловски почувствовал, как кончает. Спазм быстро нагнал его тело, тем самым вжимая член брюнета в себя разы сильнее. В конечном итоге, пара кончила одновременно. Только брюнет с именем еврея на губах, а рыжеволосый, перекрывая свои мысли стоном, думал о другом. Пока Марш пытался отдышаться, Брофловски быстро подправив свою кофту, стянул шарф с глаз парня, практически сразу наматывая его на себя.  Но Стэну было в этот момент настолько  индифферентно на все происходящее, что он даже не заметил такое странное поведение еврея.  Кайл взял салфетки и обтер их двоих. Думать об окончании секса ему совсем не хотелось. Точнее, о том, что у него происходило в голове на пике удовлетворения. Что же случится, когда уедет Стэн и он останется наедине с Картманом…