triangle

Кайл с трудом открыл глаза, выключая будильник, в итоге проспав всего пару часов. Резко вспомнив последствия вчерашнего дня, Брофловски быстро схватил свой телефон в руки: Стэн так и не ответил ни на одно его сообщение, а написал он их ему штук 20 точно. Еврей тяжело выдохнул, закрывая от усталости лицо руками. Его ледяной волной накатило чувство раскаяния. Он должен был сам ему это рассказать, ставя эмоции Марша выше своего низменного страха; но в результате все вышло совершенно подло по отношению к брюнету.  Закрыв в приступе самобичевания лицо одеялом, Кайл снова окунулся в тот вечер. «Картман…» Эрик тогда остался с ним до полуночи, пытаясь его… успокоить? Если его поведение, конечно, можно было к этому свести. Он просто отвлекал его обычным смоллтоком, не давая еврею вновь погрузиться в уже родной аутосадомазохизм. Также Картман насильно отнял у него телефон, тем самым пресекая на корню попытки написать Стэну сообщения с очередной порцией извинений. Кайл сердито отбросил своё одеяло в сторону.  Конечно, после того как шатен ушёл, Брофловски упорно пытался дозвониться до своего бывшего парня, попутно отсылая миллиард смс. Естественно, все окончилось безуспешно.  Но Кайл был в глубине души действительно благодарен Эрику. За то, что тот был рядом все это время, несмотря на то, что при каждом удобном случае тот постоянно упоминал отношения с Маршем как нелепое стечение обстоятельств, которому пришёл логичный конец.  Еврей тогда попытался несколько раз выяснить у Картмана, что именно написал или, возможно, сказал ему Стэн перед отъездом. Шатен этот вопрос просто игнорировал. «Хочешь я тебе докажу, что ты никогда не любил Стэна?» Эта фраза, словно наждачная бумага, прошлась по самому чувствительному отголоску подсознания еврея. Юноша, скривив губы, осознал, что окончательно канул в небытие. Пролежав в своей постели около получаса тупо уткнувшись глазами в потолок, Кайл собрался с мыслями, окончательно приходя в себя. Как ему сложно на данный момент не было, рыжеволосый в силу своего характера понимал, что его обязанности никуда не делись и ему пора собираться в университет.  День, как ни странно, прошёл вполне обыденно. Правда с Картманом ему так и не удалось пересечься.  Кайл неосознанно думал о нем весь день, одновременно с этим изредка печатая сообщения Стэну, надеясь, что тот успел немного остыть.  Вечером, сделав на автомате все домашние дела, Брофловски плюхнулся на постель, сразу беря в руки телефон. Брюнет так и не ответил ни на одну смску.  Еврей с грустью вздохнул, роняя смартфон рядом на кровать. Он размышлял о Стэне: чем он мог заниматься на данный момент; о чем он, возможно, думал… Кайл устало прикрыл глаза, все же недосып давал о себе знать. По-прежнему прокручивая в голове воспоминания об уже прошлых отношениях, он заснул тяжёлым сном. Брофловски не понял сколько часов проспал: его резко разбудили многочисленные уведомления о сообщениях. Сонно протерев глаза, юноша посмотрел на экран телефона. «Жиртрест»: чем занимаешься, жид? «Жиртрест»: ты же не купил билеты в Колорадо-Спрингс из-за своего зуда в вагине? «Жиртрест»: бля, надеюсь, я не подкинул тебе идиотскую идею… «Жиртрест»: Каеел??? «Жиртрест»: жид, ты какого хуя на сообщения не отвечаешь? «Жиртрест»: бля, Каел, ты же не превратился в такого же сопливого депрессивного эмо-уебка? «Жиртрест»: эта хуйня что, через отсос передаётся?  «Жиртрест»: Кайл, ответь, блять! Еврей закатил глаза. Посмотрев автоматически на прикроватные часы, он подметил, что проспал всего лишь три часа. И он мог бы продолжить спать дальше, если бы не один, строчащий предложение в секунду, жирный кусок дерьма… Юноша открыл текстовый диалог, уже собираясь ответить на гневные сообщения Картмана, как вдруг пришли новые оповещения: «Жиртрест»: ты прочитал Брофловски на мгновение завис, обдумывая ответ. «Жиртрест»: жид, какого хуя ты прочитал и все ещё не отвечаешь? Парню в этот момент захотелось со всей силы удариться головой о стену. Только один человек мог простыми сообщениями вывести его до белого каления за пару секунд, и этот самый человек на данный момент продолжал активно что-то печатать. Кайл раздраженно выдохнул, гневно набирая текст: «Блять, жиртрест, заебал строчить. Я спал!» На что незамедлительно получил ответ: «Жиртрест»: А, ясно. Быстро поморгав, окончательно убирая остатки сонного состояния, Кайл неосознанно решил набрать телефон Эрика. Вместо приветствия он зло отрезал: — Из-за твоей дурацкой словесной атаки на мой телефон ты меня разбудил, жирная жопа!  Рыжеволосый нутром почувствовал на другом конце линии невесомую самодовольную ухмылку: — Ка-а-ел, я же не виноват, что ты как дед уснул в такой ранний час.  Все же, став серьёзнее, Картман продолжил: — Жиденок, ну ты как? Не пытался там запястья себе порезать или какой ещё долбанутой хуйней тебя мог успеть заразить этот тупой кусок хиппи? Кайл на этот выпад только раздраженно закатил глаза, при этом отмечая внутри себя, что Эрик действительно… волновался о нем?  — Картман, ты дебил. У меня даже мыслей таких не возникало.  Еврей не заметил, как былой запас агрессии постепенно сошел на нет, вместо него оставляя за собой еле заметную теплоту в голосе. — Да, Кайл, я не сомневался. - голос по ту сторону стал спокойнее, — Знаешь, это просто была проверка на вшивость.  Рыжеволосый юноша улыбнулся кончиками губ. Впервые за день он почувствовал давно забытое ощущение спокойствия, на миг потеряв из памяти последнюю неделю своей жизни.  Окончательно расслабившись, Кайл продолжил разговор на отвлечённые темы, постепенно избавляясь от приносящих боль эмоциональных оков.  Проговорив с Картманом около часа, еврей наконец повесил трубку. Эрик, естественно, все это время бесил его своими тупыми и нацисткими репликами, но Брофловски был снова рад почувствовать давно забытые, но такие привычные эмоции, как раздражение и злость.  Он обратно лёг спать, впервые за день забыв отправить очередное смс Маршу.  На следующее утро парень проснулся значительно посвежевшим. В первую очередь он напечатал новое, уже без извинений, сообщение Стэну, спрашивая того про прошедший товарищеский матч; одновременно с этим думая, как бы его действия не вошли в постоянную утреннюю рутину.  Не спеша собравшись в университет, Кайл снова проверил свой телефон: брюнет продолжал его игнорировать.  Учебный день прошёл намного лучше предыдущих; еврей смог даже подискутировать с преподавателем на семинаре, в итоге получив высокий балл за пару.  Но Кайл так и не встретился с Картманом. Снова.  Брофловски почувствовал непреодолимое желание ему написать. Вопреки своему эмоциональному порыву, он так и не сделал этого, медленно зашагав в сторону аудитории, где у него последующие несколько часов должны проходить дополнительные занятия. Кайлу даже показалось, что жизнь постепенно стала налаживаться. Наступили долгожданные выходные. Кайл осознал, что не видел Стэна уже третий день. Легкая грусть тронула его лицо: он все ещё чувствовал угрызение совести, правда не такое стойкое, как в день отъезда брюнета. Стэн продолжал его избегать, в очередной раз отбивая исходящий от бывшего вызов. У Брофловски от этих действий окончательно опустились руки, и он решил, что ему самому пора отвлечься от своей тяжелой рефлексии, иначе его ожидал первый в жизни эпизод депрессии. Сидя за компьютером, юноша бессмысленно скроллил ленту в фейсбуке, борясь со своим иррациональным желанием написать Картману.  Еврей помнил все его сказанные слова, крепко вцепившиеся в подкорку рыжеволосого. Он долго размышлял на эту тему, в итоге приходя только к одному выводу: он не был готов. Правда парень не знал, к чему именно. Кайл все ещё не разобрался, что на самом деле двигало Эриком: его безумие или его чувства, если они, конечно, были. Или сразу оба фактора. После той неоднозначной фразы в день разрыва их отношений с Маршем, шатен, вопреки ожиданиям еврея, больше никаких действий не предпринимал: не пытался с ним снова встретиться, не поднимал больше тему с тем роковым монологом, будто этого никогда и не происходило.  Такое поведение окончательно вынесло из равновесия Брофловски. И самое ужасное, рыжеволосый так и не смог правильно опознать свои эмоции. Почему-то только рядом с жиртрестом Кайл мог вести себя по-настоящему, не задумываясь о последствиях. Это его одновременно пугало и притягивало. Все же, поддавшись своим чувствам, Брофловски позвонил ему. На звонок сразу ответили: — Привет, жид. — Привет, жиртрест. - борясь с самим собой, еврей продолжил: — Ты… ты занят сегодня вечером?  Кайл услышал на другом конце характерный смешок. — Ну-у, не знаю. Смотря, что ты хочешь… Еврей недовольно прикрыл глаза: снова Эрик за секунду смог справиться со своей задачей — вывести из равновесия Брофловски. — Блять, я уже ничего не хочу, жирная жопа.  Кайл собрался повесить трубку, забывая причину своего звонка. Его резко перебил собеседник: — Каел, ты снова ведёшь себя как истеричка. Я же пошутил, еврейчик. - в голосе шатена прозвучали примирительные нотки, — Да, я сегодня свободен.  Брофловски промолчал, лихорадочно думая как продолжить диалог. Предлагать что-то первым ему не особо хотелось, хотя именно он был инициатором их разговора.  Первым тишину прервал Эрик: — Каел, господи, ты что, опять заснул? Если у тебя нет идей в силу твоей ограниченности, то могу предложить сходить в кино. Юноша сердито нахмурил брови от сказанных слов. Но предложение пойти в кино посчитал не таким и плохим. — Блять, Картман, иди на хуй. - Кайл перевёл взгляд на экран компьютера, вбивая в интернете афишу. — Фильм я выберу сам.  — Хорошо, жид. - Картман улыбнулся, — Только не сопливую мелодраму, иначе я просто сдохну уже на заставке фильма.  Еврей попытался сдержать свою улыбку в ответ. Не получилось. — Тогда я тебе позже скину смс. Скоро увидимся. В итоге Брофловски выбрал какой-то проходной боевик с переизбытком популярных актеров. Картман, заметив название этого кино на билете, картинно закатил глаза, проговорив: «Кайл, ты же чистокровный жид. У тебя генетически должен быть хороший вкус на кинематограф… Ты что, все это время врал о своей национальности?» Брофловски на эти слова лишь слегка толкнул Эрика в плечо, скрывая под раздражённым выражением лица давно забытое чувство зарождающегося счастья.  Фильм на самом деле был ужасным, но Кайла на данный момент совсем не интересовали дырявый сюжет и плохо прописанные персонажи. Он резко осознал, что они сидят одни в совершенно пустом зале. Почему-то стало неловко. Эрик, как обычно, спокойно развалился всем телом на кресле, занимая своей рукой подлокотник еврея. Юноша ощущал, как их плечи соприкасались, согревая тем самым часть его тела. Кайл так и не смог сосредоточиться на просмотре.  После того, как закончился фильм, парни вышли на улицу.  — Это было пиздец как отсосно. - Эрик достал из кармана ключи от своей машины, — Давно я такое хуевое кино не смотрел. Отличный выбор, Каел. Кайл рассеянно моргнул, соглашаясь со всеми словами собеседника. Он даже не смог вспомнить о чем был фильм: все, что он делал во время сеанса - это думал только о Картмане рядом и его тех пьяных словах.  Неловко сев в машину, Брофловски так и не смог себя заставить посмотреть в сторону шатена. Впрочем, тот неотрывно следил за дорогой, не пытаясь развить новые темы для диалога. Молча доехав до дома еврея, Картман заглушил двигатель, наконец оборачиваясь в сторону юноши. Эрик посмотрел в темно-зелёные глаза еврея: одиноко стоящий у обочины фонарь еле помогал различить их цвет. Шатен слегка улыбнулся уголками рта: — Вижу, тебе стало лучше. Кайл сконфуженно поднял взгляд в тёмные глаза напротив. — Я думаю, д-да… Резко пересохло во рту. В один момент Брофловски показалось, что это был сон; весь их вечер прошёл совсем иначе, чем обычно: никогда между ними не было такой интимной атмосферы. А то, что при этом они оба были полностью трезвы и в своём сознании, сбивало с ног ещё больше.  Эрик, хитро прищурившись, наклонился поближе: взяв рыжеволосого за подбородок, он неспешно коснулся его сухих, из-за постоянного мороза, розовых губ.  От такого простого действия у Кайла на внутренней стороне век замерцали искры, и он, забыв о всех своих страхах, подался вперёд, горячо отвечая на поцелуй.  Это был первый день, когда Кайл окончательно перестал писать Стэну.