Новая Маска

Ночь. В тусклом свете звёзд, в тенях северного леса, в тумане снегопада, вдалеке от города кипела жизнь. Несколько детей ночью, в снегопад сидели в кругу. В кругу также был один взрослый человек. Он сидел, ссутулившись, сместившись куда-то в центр и не особо обращая внимания на обсуждение. Вдруг со стороны леса появился еще один мальчик. Он был толстым, пухловатым и нёс за спиной что-то настолько же большое. Он шёл спокойно и не напрягался, словно и не было ничего в его мясистых ладошках. Вразвалку он подошёл к кругу своих друзей и бросил чёрный мешок в центр. — Вот и еда-а, — протянул он. — О! Что на сегодня?! — возбуждённо, с предвкушением спросил тонкий девичий голосок. — Сего-одня у нас ко-ое что но-овое, но-о вку-устное, — ответил мальчик, растягивая гласные. — Уху! У-уверена будет вку-у-устно! — поддержал другой девчачий голос. — Аргх! Давай уже доставай! Я хочу жррррать! — вдруг раздражённо прорычал другой мальчишеский голос. — Ну хорошо-о. Смотри-ите. Мальчик сунул руку в чёрный мешок, и следом донеслось отвратительное хлюпанье. — О, супчик! — воскликнул тонкий голос с хитрецой — Я такое люблю! Толстяк ухватился за что-то в мешке и потащил наружу. В руке оказалось нечто крупное и длинное. Оно было покрыто какой-то жидкостью и пахло знакомым металлическим запахом, от которого любой нормальный человек рухнул бы в обморок. Однако дети, наоборот, всем телом потянулись к мешку и тому, что было в нём. — Та-ак! — мальчик укоризненно осмотрел сидящих — Хозя-яин пе-ервый опро-обует! Он снова упёрся во что-то в мешке и потянул уже за другую часть. Из мешка послышался хруст и треск, словно это был лёд, на котором одна за другой стали рваться сотни кристальных нитей. Вдруг нечто поддалось, и толстяк вытащил это из пакета. Лунный свет резко осветил поляну. Он рассёк тьму и пробился сквозь снежный занавес. Свет упал на детей: на их одеяния из меха и кожи, а также причудливые маски. Из тьмы вышел и взрослый человек, одетый в странный костюм в виде подобия пальто или шубы, покрытой чёрной длинной шерстью, и в маске барана. Из тьмы показался уже знакомый полный мальчик в куртке и маске медведя, а в руках он держал детскую ногу. Дети вокруг словно сошли с ума. Они потянулись к этой ноге, из их звериных масок потекли слюни, слишком натуральные, слишком реальные. Взрослый человек взял ногу. Он несколько секунд смотрел на неё. И вдруг пасть его маски резко раскрылась, показывая десятки хищных зубов и глотку, и он вцепился в ногу невинного ребёнка. Дети вокруг тут же набросились на мешок. Они в мгновение разорвали его и принялись отрывать куски детского тела. Их когтистые лапища разрывали невинную плоть. Их маски перестали быть масками. Теперь это были реальные звериные морды которые вгрызались в плоть. Кровь ручьями текла по их шерсти и капала на снег, окрашивая тот из невинно-белого в кроваво-красный. По поляне разносились звериное рычание и чавканье. — А я слышала... — начала девочка в шубе и в маске лисы, попутно отрывая пальцы руки. — Что в соседнем лесу заметили моего белоснежного брата. — Не болтай чепухи-и, — проблеял взрослый. — Там наве-ерное така-ая же лиси-ица, как ты-ы, вы-ыдумала этот бре-ед. — Ау! Как грубо! — Но, пррравда! — проглотив очередной кусок мяса, прорычал мальчик в волчьей маске.       Лисица только махнула когтистой рукой. — Я лишь рассказала, что слышала! — Но это невозмо-ожно, — дожевав кусок мяса, сказала девочка в маске совы. — Он давно у-ушёл на се-евер. Отту-уда не верну-уться. — Я знаю! — воскликнула лиса. — Что это вы все на меня набросились, как дети на конфеты?! Сумасшедший кровавый пир на поляне продолжился. Надвигающиеся снегопад и ветер закопают эту поляну в толще снега и погребут историю этого места, но произошедшее оставит свой след. Город. Крыши многоэтажек, усыпанные снегом, прогревались под лучами солнца. На одной из крыш, из сугроба показалась белая морда зверька. Он осмотрелся и нырнул обратно в толщу снега, а уже через мгновение сугроб взорвался, разбрасывая остатки этой кучи по крыше. На месте него находился уже мальчик в маске. Он нехотя протёр руками дырки для глаз на маске и с удручённым выдохом вытянул руки в стороны. — Ну здравствуй, новый день, — обречённо сказал он. Со стоном он сел, осмотрелся и взглянул на солнце. Полдень, или около того, — подумал он. — Значит у меня есть ещё время, — и рухнул обратно в снег. Вчерашний день забрал очень много сил: беготня по городу утром, беготня по лесу вечером, но Ярик не жалел об этом. То время, что он провёл с этой маленькой девочкой, окупило все затраченные усилия. Воспоминания нахлынули на Песца, и на маске проявилась улыбка. Однако в душе, в сердце его уколола грусть, разочарование, послание из прошлого. Улыбка исчезла с маски. Ярик сел и помотал головой. — Так, я обещал встретить её после школы. Ярик знал лишь две школы в этом городе: центральную и восточную. Вероятно, Оля ходит в восточную, так как она ближе к её дому. Он направился к краю крыши, откуда быстро спустился по балконам на улицу. А затем быстренько улизнул в тёмный переулок со двора. Оттуда он вышел уже в качестве зверя и дальше направился к школе, следуя за детским запахом. Натренированный годами, он легко избегал посторонних взглядов благодаря своей реакции, с которой быстро перебегал с места на место и прятался в тенях, сливаясь со снегом. Через некоторое время Ярик оказался перед школой и не особо удивился тут же упавшему настроению. Школа, ограждённая забором и окрашенная в серо-синие тона, больше напоминала тюрьму или завод, где детей превращали в безжизненные дрова для поддержания бессмысленного огня этого города. Ярик был бы рад спалить это место до тла и он бы так и сделал лет десять назад, когда у него были ресурсы, мотивация и даже команда, но сейчас от всего этого остались лишь нацарапанные символы его группы, разбросанные по всему городу, да пепел от факела надежды в его душе. Так, стоп!, — Ярик помотал головой, отгоняя мрачные воспоминания, навеянные прошлым. — Плохие мысли мне сейчас не помогут, — простая истина, которую он выучил в театралке. В то время он и не знал, как она поможет в обычной жизни. Отметая все гнетущие мысли и скверный настрой, Песец направился дальше к школе. Он спрятался в тени одного из деревьев в очень маленьком парке у школы. Интересный факт. Если я выйду к забору, и меня увидят все школьники, сидящие у окон, они никогда об этом не расскажут взрослым, — промелькнула фраза, когда-то сказанная им одному семилетнему мальчику как раз у этой школы. — Что с ним стало? Куда отправила его фортуна?, — следом возникли бесполезные вопросы в голове. Тень ствола отлично скрывала песца от чужих глаз. По логике белая маска должна была выделиться на фоне чёрного дерева, но создавалось ощущение, что маска сменила цвет на чёрный и слилась с тенью. То и дело проходящие мужчины и женщины не замечали Ярика. Так что последний расслабился, опёрся на дерево и закрыл глаза, погружаясь в прекрасный мир снов и фантазий. — Вот ты где, чёрт, — неожиданно раздался взрослый, прокуренный, отвратительный голос из-за дерева. Песец подпрыгнул на месте, явно не ожидав подобного. Он осмотрелся вокруг, но никого не обнаружил. — Нахрена ты это сделал? — Что? — непонимающе спросил песец. — Нахрена ты сломал их жизни?! Своя не удалась, так и другие не должны?! — повысил голос незнакомец. — Вы о чём?! Кто вы?! — в панике переспросил мальчик. — Они могли бы жить и радоваться этому миру, не идеальному, но всё же миру, а ты и это забрал! — Я… Я не… — Не ври мне! Перед правдой не устоять! — уже кричал голос — Судьба тебя покарала, но они тебя не простили! — Заткнись… — прошептал Ярик, сжав кулаки. — Они тебя никогда не простят! — Заткнись! — закричал он. На руках проступила шерсть, из пальцев вырвались тонкие лезвия. — Они тебя найдут! Они тебя покарают! Разорвут на части! — Заткнись! — заорал он, резко обходя дерево и вонзил когти в то место, откуда доносился голос. Две светящиеся полоски смотрели из глазных дырок в маске. Пасть открылась, готовая вцепиться в шею говорившего и разорвать её на клочки. Но как только Ярик увидел говорящего, его гнев утих, сменившись на страх и непонимание. Руки, покрытые кровью, тут же вышли из плоти противника. Тёплая и вязкая жидкость стекала по запястьям, согревая их от холодной зимы. — ... Что? — непонимающе произнёс мальчик, испуганно шагнув назад. — От правды не скроешься, — произнёс он же, но со вспоротым животом, из которого проглядывались органы. — Себя не заткнёшь! Ха-ха-ха! — засмеялся он лающим, раскатистым мехом. — ...Что за?! Ярик заметался, замотал головой в ужасе, когда увидел, что город исчез, что весь мир погрузился во тьму и что вокруг островка с деревом находился океан чёрной бурлящей жижи. Вдруг пять щупалец вырвались из океана и схватили его по рукам и ногам. Одно из них скрутилось вокруг его морды и откинуло назад голову. Потеряв равновесие, он рухнул в такой же тёмный, непроглядный океан, напоминающий бездну. Он пытался не дышать, но вскоре воздух закончился, и с очередным вдохом в рот попала жидкость. Сначала она ворвалась в лёгкие и начала рвать изнутри. Потом она ворвалась в рот, в горло и разорвала их. Дальше она проникла в желудок и разорвала его. Она вызывала адскую боль, но оставляла Песца в живых и в сознании. И лишь в конце жидкость окутала сердце, вызывая ощущение холода и… Др-р-р-ынь! Неожиданный звонок вырвал Ярика из пут сна. — А! — воскликнул Ярик, проснувшись, и подскочил с места, где сладко заснул. Др-р-р-ынь! Учащённо дыша, он перешёл на другую сторону дерева и достал дрожащими руками пачку сигарет и достал одну. Его пасть издала жуткий, костный хруст. Он вставил сигарету в ожившую пасть. В глазах Ярика не было эмоций. Это просто глазные дыры, изображающие безразличие. Где-то там, в глубине, в черноте должны быть человеческие глаза, но их не было видно. Левая рука тем временем достала зажигалку и зажгла сигарету. Кончик тут же окрасился в оранжевый и укоротился. Затянувшись, Ярик почти сразу выдохнул белый дым изо рта. Он вновь опёрся о ствол дерева. В голове металась одна и та же мысль: «Это просто сон! Это просто сон! Просто сон! Тупой, глупый, лживый сон!» Дети начали проходить мимо. Они болтали между собой, не замечая ничего вокруг себя. Кто-то спешил домой к родителям, кто-то бежал к друзьям, а кто-то грустный шёл домой с плохими новостями. Песец, предварительно пригнувшийся к кромке сугроба, окружающего дерево, активно следил за каждым ребёнком, что проходил мимо. Оля училась в 3 классе, а значит должна была выйти раньше старшеклассников. Как раз вместе со всеми этими детьми. Только если она не училась в другой школе… — Ярик! — воскликнул детский голосок прямо у его уха. — А! — вскрикнул он, отшатываясь от неожиданно появившийся Оли. — Господи! Что за день ужасов, — тут же подумал он. — Не надо так подкрадываться! Напугаешь до смерти… — начал жаловаться Ярик, попутно пряча сигарету. — Прости, — улыбаясь, ответила она. — Никто нас не видит? — Нет, вроде, — ответила девочка, оглядываясь. Ярик высунулся из-за сугроба. Одна группка детей стояла возле школы, ещё двое были у забора и трое разрозненно стояли у многоэтажки напротив школы. — Отлично! — сказал он, прячась обратно за кучу снега, что удачно позволяла скрыться от чужих глаз. — Тебя разве не должны провожать до дома? — спросил Ярик, когда Оля тоже опустилась в их небольшое укрытие. — Да, я должна была дождаться Антона, но я решила с тобой пойти. — Ты серьёзно? — удивлённо и несколько благодарно спросил Ярик. — Это же твой брат. Он будет волноваться, а родители испугаются и, вероятно, наругают и его, и тебя. Ты уверена, что хочешь пойти со мной? — Конечно! — кивнула девочка. — С тобой круто! — Хех… спасибо, — улыбка сама собой расплылась по маске. — Но всё же... Разве наша прогулка не доставит тебе слишком много проблем? — Да нет, — сказала девочка, улыбнувшись. — … — Ярик несколько секунд помолчал, пристально смотря Оле в глаза, и наконец ответил. — Хорошо, тогда смотри. Ярик и Оля выглянули. Пространство перед школой заполонили дети Олиного возраста. Все они ждали родителей или братьев с сёстрами из школы, чтобы пойти домой. — Так, слушай, — Ярик начал рассказывать маршрут. — Сейчас иди за школу, там ты сможешь найти переулок между домами. Он хорошо виден, возле него ещё мусорный бак стоит. В том переулке и встретимся. Хорошо? — Ага, — уверенно ответила Оля. — А ты? Тебя же не должны видеть… — Ничего, найду способ, — сказал Ярик и, похлопав Олю по плечу, скрылся в тени дерева. Оля встала, и стараясь не подавать виду, что что-то происходит, направилась за школу. Она быстренько проходила между толпами учеников, часто оборачиваясь в сторону их укрытия, проверяя, не случилось ли чего. Добравшись до угла здания, так и не заметив какой либо активности со стороны дерева, она быстренько завернула за угол. За школой оказалось безлюдно, тут не было ни души. Средним и младшим классам это место было не нужно, а старшие не хотели сюда соваться, ведь можно было наткнуться на гопников, которые частенько здесь прогуливали уроки. Оля начала оглядываться вокруг, стараясь найти тот самый пробел в стене из домов, что окружали школьную территорию. — Опана, а кто это тут такой шастает? — неожиданно раздался противный голос из-за спины со стороны одного из тёмных углов. Оля резко обернулась и обнаружила троих подростков лет четырнадцати. Все трое были одеты в чёрную одежду с тремя-двумя полосками на каждой её части. В одежде они были одинаковы, но вот лицо у каждого выделялось. Один, худенький, был покрыт прыщами полностью и, вероятно, даже не пытался что-то с этим делать. Второй выглядел самым суровым из всех. Он выкинул только что докуренную сигарету на землю. Третий был несколько толстым и без шапки, кудрявые волосы, видимо, заменяли её. — Что такая малышка забыла здесь? Заблудилась, на? — Спросил третий своим отвратительным насмешливым голосом. От него у Оли всё сжалось внутри. Все в этом городе знали кто такие гопники и рано или поздно каждый их встречал. — Н-не... — Оля пыталась что-то сказать, но не смогла из-за испуга. Трое медленно, но верно приближались к ней. — Бедная, — издевательски произнёс пухляш. — Мы, конечно, можем спасти маленькую девочку… — продолжил прыщавый, обходя застывшую в испуге Олю. — … Но за это нужно заплатить. — произнёс низким голосом второй. — Ч-чем? — дрожащим голосом произнесла Оля. — Всем! — продолжил второй. — Выворачивай карманы. — Н-но у меня ничего нет… — Выворачивай! Девочка, окружённая со всех сторон, начала медленно, дрожащими руками выворачивать карманы. — Опа, конфетка! — прыщавый вырвал конфету из рук Оли, что пыталась скрыть своё маленькое сокровище. — Не надо! Это от лисы! — воскликнула девочка, попытавшись вернуть отобранное. — Ха! А всё, это теперь мое! — произнёс прыщавый и начал разворачивать конфету. — Верните конфету, — раздался знакомый голос из того же угла, откуда совсем недавно появились эти трое. Все четверо устремили свой взгляд в сторону, где стоял странный мальчишка в маске песца, и что-то разглядывал у себя в руках. — Чё? Ты кто такой? — произнёс пухляш, недовольный подобной дерзостью. — Заметка на будущее, — продолжил Ярик, не обращая внимание на слова гопника. — Всегда держите оружие при себе, — произнес он и одним движением раскрыл складной нож. — Сука! — выругался серьёзный. — Не выражаться при детях! — Песец впервые повысил голос и указал ножом на самого серьёзного из трёх. — Оружие находится у меня, а значит и условия тут ставлю я, — серьёзно произнес он. — Ты! — он указал на прыщавого. — Быстро вернул конфету. Прыщавый тут же выполнил указание. — Псих! — прошипел пухляш. В его словах чувствовался страх. — Отошли от девочки, — все трое послушно отошли от Оли. Ярик уверенно и быстро подошёл к Оле и, взяв её за руку, направился дальше к переулку. На пол-пути он резко развернулся и швырнул нож в сторону гопников. Нож, едва не задев одного из них, ударился лезвием о стену и упал. Песец же продолжил свой путь и машинально закрыл уши Оли, когда сзади прозвучали маты. Ярик быстро увёл Олю в переулок и далее в безлюдный двор, где крики малолетних преступников скрывало завывание ветра. — Спасибо! — Оля обняла друга, который почему-то даже не улыбнулся. — Не знаю, что бы я делала без тебя! — Дождалась бы брата и ушла домой другим путём, — абсолютно спокойно и с некоторой отрешённостью ответил Песец. — Тогда было бы скучно, и кто знает, когда мы встретились бы в другой раз, — попыталась переубедить своего друга девочка. Ярик вздохнул и хотел уже ответить, но осёкся, и смог произнести только: — Ага. — Но ты, конечно, был крут! — в глазах Оли заблестели звёздочки. — Ты так их поставил на место! — Хм… — А потом ка-ак пульнул нож! Я даже подумала, что ты целился в того мальчика! — Ну, вообще я хотел попасть в него. — Песец посмотрел на свою руку. — Просто почему-то не смог… Ярик несколько секунд смотрел на руку. Затем взглянул на Олю и обнаружил на её лице смесь непонимания, страха и сомнения. — В плечо, разумеется, — добавил Песец. Дальше они шли молча. Хруст снега отражался от стен безмолвных домов, что окружали их повсюду. Тишина слабо давила на друзей, но Оля не знала, как начать разговор, а Ярик был погружён в собственные мысли. Так они и шли по безлюдным дворам, улочкам и переулкам. — Слушай, — вдруг произнёс Ярик — Там, возле гопников, ты упомянула лису. Не расскажешь, кто это? — он спросил с абсолютной твёрдостью в голосе. — Лиса, это… лиса в виде человека, прямо как ты. Она в такой красной шубке с такими белыми и пушистыми… Как это называется? Ну, вот эти вот пушистые штуки вот здесь, — Оля подёргала конец рукава — И… — Я понял. — И ещё на ней была маска лисы, прямо как у тебя. Она мне и дала конфету. Потом она повела меня познакомиться с её друзьями, а я потерялась и… и потом пришёл ты… — Да, я до сих пор помню тот день. — Это было позавчера! — И что? Я не помню, что происходило неделю назад, — несколько потерянно ответил Полярный Лис. — В скучных буднях нет ничего запоминающегося, из-за чего они сливаются в серое ничто. — … — Что? Как будто у тебя такого не было? — Да… — О, да ладно! Не смотри на меня так! Друзья завернули в очередной переулок, откуда вышли уже в пригородный район, полный маленьких деревянных домиков. Ребята, не останавливаясь, пошли дальше по маленькой улочке между заборами. Редкие собаки чуяли прохожих и обязательно лаяли. И каждый раз Оля вздрагивала от неожиданности. — Боже, когда они перестанут лаять? — спросила Оля после очередного испуга от резкого лая. — Этот район пригорода довольно опасен, часто происходят кражи и ограбления, — повествовал Ярик. — Поэтому люди заводят собак и натравливают их на всех, кроме соседей. На самом деле, я знаком с половиной собак, — произнёс Ярик, уставившись куда-то на горизонт. — Так как я с друзьями часто пользовался этим маршрутом, здесь редко кто ходит. Но потом… — мальчик закрыл рукой глаза маски — Эх, потом очень многое произошло, и… И многое изменилось. В воздухе вновь воцарилось молчание. Оля чувствовала, что Ярик мысленно наткнулся на что-то, что не хотел вспоминать. И несмотря на то что, он помотал головой и притворился, будто всё в порядке, Оля видела его истинные эмоции сквозь маску безразличия и решила не касаться больше этой темы. — О, точно! — воскликнула Оля. — Я же сегодня получила целых три пятёрки! — Ого. За что? — поинтересовался Ярик. — По математике, русскому и трудам! — радостно ответила Оля. — За то, что мы вчера делали? — с надеждой спросил мальчик. —Нет… — Оля нахмурилась и надула губы. — За то, что мы сделали, меня чуть к директору не отправили, — обиженно произнесла она. — Что?! Почему?! — Потому что, видите ли, язык не соответствует твоему возрасту, — кривляясь, Оля изобразила учительницу. — Что?! Но я ведь просто поправлял, не более! А по математике и трудам?! — По математике, потому что почти все ответы неверные, а по трудам, потому что поделка не по теме. — Да ладно! Как поделка может быть не по теме?! — Вот так! — Нечестно… — прошептал Ярик, схватившись за морду. — Но как ты получила те пятёрки? — Я активно работала, поднимала руку и часто отвечала, вот и получила по пятёрке за каждый урок! — гордо и громогласно заявили Оля. — … Где ты этому научилась? — спросил удивлённый Ярик. — У тебя! — радостно ответила Оля — Помнишь, ты вчера рассказывал о том, как вы с друзьями устроили расследование о пропаже детей в этом лесу? Только в этот момент Ярик обнаружил, что они уже идут по лесной тропинке, а пригород остался где-то позади. — Ах да, эта история, — вспомнил Ярик, попутно принимая тот факт, что друзья так быстро прошли «деревню». — Да, хорошее было время. — Ага. Мне сейчас вообще из дома не позволяют выходить без брата. — пожаловалась Оля. — И правильно делают, — серьёзно ответил Ярик. — Поверь мне, зверю, что годы скитался по тундре. Лес — это очень опасное место. Забудешь путь домой и всё. Считай, что умерла. — Я не забуду! Тем более, всегда можно пойти по следам. — А вдруг начнётся буря? Что ты будешь делать? — Тут не бывает бурь! — обиженно бросила Оля. — А если и бывают, то о них заранее предупреждают! — Ха! — воскликнул Ярик и ещё больше посерьёзнел. — Сразу видно, что ты в этом городе новенькая. Снежные бури в здешних краях довольно частое явление, и о них редко предупреждают вовремя. — … — Знаешь, сколько людей исчезли в таких бурях? — спросил Ярик, схватив Олю за плечи. — Нет… — Сотни! И то, это то, что говорят местные жители и газеты, а в реальности гораздо больше! — … — Я много лет живу в этих холодных краях, — Ярик встал на одно колено и прошептал. — Я видел много маленьких детей твоего возраста, что не задумывались о будущем, и убежали в лес, — Ярик поднял голову Оли, чтобы посмотреть ей в глаза. — Я видел, что с ними стало. И я не хочу, чтобы ты повторила их судьбу. Сибирский лес зимой — уже очень опасное место, а этот лес ещё опаснее. Двое ребят без слов смотрели друг другу в глаза, пытаясь прочесть мысли и что-то ответить. Ветер слабо поддувал им в бок. Ветки деревьев, присыпанные снегом, незаметно покачивались. Кусты замерли в ожидании развязки. Конечно, буря не была проблемой. Ярик приврал о пропажах детей из-за бурь. Но приврал лишь о причине. — Я перегнул, да? — с грустью в голосе спросил Ярик. — Угу, — ответила Оля. — Прости, я… — Ярик стыдливо отвёл взгляд. — Я просто хотел спасти тебя от опасности и… Переборщил... — Ничего, я понимаю. — Наверное повторил слова твоих родителей, да? — Нет. Родители просто говорили не ходи туда и всё, а ты нет. — Да? Спасибо... — Но почему нельзя ходить в лес? — Не совсем, не стоит уходить слишком далеко. О, давай установим два правила. — Ну… — Они не требуют особых усилий. — Ладно… — Первое правило: углубляться в чащу можно только до тех пор, пока видишь дом. Поняла? — Да. — Второе правило: если ты видишь или чувствуешь, что что-то бродит в лесу, то сразу беги домой! Это очень важно! — Хорошо, я так и делаю. — И… — Ярик хотел что-то добавить, но замялся и потерял мысль. Нет, дальше я сам. Друзья сделали ещё несколько шагов. — Как думаешь, родители будут ругаться? — Не знаю. Может немного поругают за то, что одна пошла, а может, наоборот, обрадуются, потому что поверили в то, что ты потерялась или погибла, — порассуждал Ярик. — В любом случае-е... — Пасть песца раскрылась в зевке. На свет показались длинный язык и острые зубы. — Ничего особенного не произойдет. — Класс! — Что? — Покажи! Покажи пасть! — В смысле? Ярик был ошеломлен и смущён, никак не ожидая подобного. Он заранее был готов к непониманию, удивлению и ужасу, как это обычно бывает, но никак не желанию разглядеть одно из его смертоносных оружий хищника поближе. — Э… Ладно? — Ярик сел на корточки перед Олей и медленно приоткрыл пасть. Оля увлечённо стала разглядывать удивительную маску, которая почему-то полностью повторяла строение полярного лиса, за исключением ушей, что находились на маске, а не там, где должны быть. Девочка аккуратно дотронулась до носа маски и вдруг почувствовала, что он тёплый. Любой другой подросток или взрослый подумал бы, что это сон, хороший трюк или вовсе галлюцинация, но детский мозг, не обременённый законами этого мира, легко принял тот факт, что маска мальчика Песца живая. — Класс! Круто! И ты как угодно шевелишь ей? — с восторгом вскликнула Оля. — Да, — несколько стесняясь, прошептал Ярик. — Супер! Я тоже хочу так! — сказала Оля. — Поверь, это не так круто, как кажется, — пробормотал Ярик. — Почему? — За всё в этом мире нужно платить. Обычно деньгами или временем, но иногда и кое-чем другим. «Небольшой урок не помешает». — А чем ты заплатил? — всё ещё радостно спросила Оля. — … — Ярик замешкался после этого вопроса. — ...Клятвой. — Как это? — Ну, я пообещал вечно выполнять определённую работу. — Какую? — А это уже секрет, — загадочно улыбнулся Ярик. Наконец друзья подошли к поляне, в центре которой стоял знакомый дом. — Ну вот мы и пришли, — подытожил Ярик и положил руку на Олино плечо. — Что ж, встретимся завтра? — Где? — За школой? — Нет, давай лучше у кафе рядом со школой. — Хорошо. Ну что тогда... До завтра? — До завтра. Оля направилась к домику, решительно ступая по снегу. Довольно быстро девочка оказалась на пороге. Там она достала ключи и, открыв дверь, шагнула в дом. Из дома тут же раздались родительские голоса. Они радостно и облегчённо что-то говорили и расспрашивали. О том, за что Оля так с ними поступила, о том, что больше не отпустят её никуда и ещё что-то о том, что больше не будут ссориться. Ярик был рад слышать такое. Он знал, что ни один родитель, потеряв ребёнка, не будет встречать его руганью и ненавистью, а, наоборот, одарит самой большой любовью, которой только сможет. Конечно, все слова, что они произносят, всего лишь эмоциональный порыв, и продлится он недолго, но, как минимум, один день Оля проведёт нормально. Ярик ещё несколько минут постоял и направился обратно в город. Улыбка постепенно сошла с маски, а в прорезях исчезли глаза. В городе остались четыре проблемы, с которыми нужно было что-то делать… И Песец видел лишь один вариант их решения. Перчатки окрасились в белый и обросли шерстью. Из пальцев вырвались звериные когти. Ушки оттопырились назад. На маске появился оскал. Из пасти закапали слюни. В глазных дырах сгустилась тьма. В этой тьме зажглись два звериных зрачка. — Пора выполнять клятву.