Сказка ложь, да в ней намёк!

— Антон, поднимайся, хозяйка сказала тебя разбудить, — раскатисто мурчит Василий, пару раз проводя под носом юноши. — Васька, отстань и Яге также скажи, — не открывая глаз, Антон спихивает кота с лавки, разворачиваясь на бок, а потом вздрагивает от пронзительного голоса своей бабушки. — Антошка, плут ты этакий! Кто мне обещался Златоцвет собрать еще седмицу назад? — кричит с поляны перед избушкой женщина, пыхтя над очередной прохудившейся корзиной. — Поднимайся и бегом в лес, может Леший подсобит. — Да, встаю, я встаю, — мученически протягивает парень, распахивая удивительно яркие, буквально горящие колдовским светом, зеленые глаза. — Вот мухомор пропавший, что же ты кричишь? — потирает затылок и кое-как расчесывая непослушные кудри, выходит на недавно пристроенное крылечко. — А меньше пить с Серым будешь! Совсем озверел окаянный, ребенка мне спаивает, — возмущается Яга, упирая руки в бока, секунду наблюдает за все еще пытающимся справиться с волосами внуком и вздыхает. — Иди сюда, горе луковое, расчешу, поворожу, чтобы голова не болела. — Мне двадцать четыре, какой я тебе ребенок? — Возмущается Антон и сразу же болезненно морщится, хватаясь за виски. — Только не усыпи меня, а то я в прошлый раз провалялся три часа после твоего гребня. — Мелочь ты еще лесная, чай, не в первый раз ворожить буду, просто в тот раз передержала, — отмахивается ведьма, запуская золотой гребень, вытащенный из-за пазухи, в пшеничные пряди и начиная что-то шептать. К слову этот гребень Яга всегда носила с собой после случая, когда еще маленький Антошка, нашел красивую побрякушку и проспал под действием успокаивающей магии почти сутки. Отдаваясь в знакомые руки бабушки, Антон расслабляет плечи, прикрывая глаза, чувствует, как знакомая магия проходит по телу, оставаясь на кончиках пальцев легким покалыванием. Головная боль уходит с каждым движением по волосам, а на пухлых губах расцветает легкая улыбка, юноша понимает, что сейчас уснет, даже не от магии, а от незатейливой ласки, но голос женщины не дает этого сделать. — Антошка, не вздумай спать, еще за травами идти и Серого подлечить надобно, — Яга резко выпускает парня из магических сетей, заставляя взбодриться и поднять, в попытке стряхнуть с себя неприятные мурашки. — К мавкам сегодня пойдешь? — Уточняет она, чуть хмуря брови, вслушиваяась в тихий шелест деревьев. — Я еще не знаю, а что? — тоже прислушиваясь к звукам леса, Антон ведет носом, пытаясь понять кто потревожил границы их владений. — Не ходи, вода сегодня больно не спокойная, да и мне уйти надобно будет, за домом присмотреть останешься, — предупреждает ведьма, глядя на порог избушки, где принюхиваясь, появляется Василий. — Скоро ли гости пожалуют, хозяйка? — спрашивает кот, укладываясь на одной из ступенек, чтобы видеть всю поляну. — Не знаю, — отвечает за бабушку Антон, подходя к большой бочке с чистой водой и опуская в неё руки. Сила знакомо бежит по коже, играясь, выпрашивая ласки, словно маленький кутенок, но сегодня юноша не настроен на игры, и вода понимает, оставаясь в резерве спокойной, но живой речушкой. — Я пошел, найду Лешего и спасу Серого от последствий вчерашней настойки. — Ах, вы окаянные, еще и мою настойку приговорили! — услышав последнюю фразу внука, тут взвивается Яга, но тот поняв, что сказанул лишнего, быстро подтягивает легкие штаны и пускается наутек от разозлившейся ведьмы. Лес встречает знакомого мага с радостью, распахивает для него свои теплые объятья, позволяя вздохнуть полной грудью, прислушиваясь. Где-то сбоку пробегает заяц, торопясь по своим невероятно важным делам, а в паре верст, медведь трется о кривой ствол дерева, чуть ли, не сваливая его на землю. Антон широко улыбается, пытаясь определить где прячется лесной хозяин. Прятки с лешим — любимая забава детства, поэтому сейчас юноша, хитро щурит глаза и переносится по зову магии земли, натыкаясь на пень. Обычный такой пенек, немного трухлявый, и главное единственный на всей поляне. — Значит так, да? — себе под нос бурчит Антон, рассматривая, то что когда-то было березой. На фразу из глубины леса раздается тихий смешок, заставляя мага усмехнуться и присесть на траву около пня, рисуя в воздухе водную сферу и раскручивая её на ладони. Юноша сидит недолго, улыбаясь самой невинной улыбкой, пока прямо из пенька не раздается ворчливый голос хозяина этого места. — Антошка, воду в пень верни, — Леший появляется на краю полянки, в виде злого дедка, с мухоморами на голове, а потом быстро оказывается рядом с парнем, протягивая руку за шариком на его ладони. — А чего ты, дедушка, от своих прятаться надумал? — ловко отстраняя руку, Антон подмигивает знакомцу и опускает шарик на землю, заставляя воду вернуться на свое место. — День сегодня неспокойный, — хмуро отзывается тот, беспокойно переступая с ноги на ногу. — Неспокойный говоришь? — маг поднимается с земли и в который раз за утро вслушивается в тихое шуршание веток, понимая, что лесной дух прав, и надо бы возвращаться к бабушке. — Я чего пришел-то, — юноша проводит рукой по затылку, пытаясь сделать невинный вид. — Мне бы златоцвета набрать, а, то Яга меня взашей погонит, если без него приду. — А чагой-то ты раньше не пришел, когда самый цвет шел? — хитро прищуривает глаза Леший и присаживается на тот самый пенек, глядя на парня, что стоит с легкой улыбкой на губах. — Так там полнолуние было, мы с Серым у мавок были, ты же понимаешь, — Антон прикрывает глаза, явно вспоминая что-то не очень приличное, а потом трясет головой, когда в нос с потоком свежего воздуха, опять попадают отголоски черноты в лесу. — Ой, шалопай ты, Антошка, — по-доброму улыбается дедок и взмахивает рукой, подзывая к себе маленького лисенка с красивым пушистым хвостиком. Антон в это время не двигается, боясь спугнуть своим присутствием маленького зверя, а Леший поднимает животное под хвост, что-то тихо шепчет в острое ушко, потом гладит того по холке и открывает ладошку с веточкой черники на ней. Лисенок смешно фыркает, но лакомство принимает, лихо скрываясь за веточками. А через пару минут возвращается, таща в пасти два пучка уже заготовленных трав, боязливо подходит к Антону видимо чувствуя фон его силы, укладывает все около его ног, напоследок аккуратно проводя кончиком хвоста по босым ступням мага. Юноша улыбается и тихо щелкает пальцами, чтобы перед зверьком появилась маленькая лужица кристально чистой воды. Еще пару минут они с духом наблюдают как лисенок с упоением лакает, а потом Леший поднимает серьезный взгляд на Антона заставляя того нахмуриться. — Ты, милок, по осторожнее, не лезь в пекло, если к Вам кто за помощью придет, пущай Яга сама разбирается, ты молодой еще, — дедок поднимается на ноги и не предупреждая хлопает в ладоши, начиная растворяться в воздухе, показывая этим, что больше сегодня он ничем не поможет, только в самом конце шатен слышит тихий, но уже более задорный шепот хозяина леса. — Антошка, ты бы Серому помог, а, то ведь мучается от похмелья дикого. Антон на это весело хмыкает и качает головой, подбирая пучки трав с земли и отправляясь выручать своего друга из лап страшного недуга. До оборотня он доходит быстро, заглядывает в приземистую землянку, находя глазами лежащего на лежанке из сосновых лап большого серого волка. — Обращайся, Кай, я лечить тебя пришел, — фырчит маг, улыбаясь Серому, а потом присаживается рядом с ним на землю и протягивает раскрытую ладонь, в которую тут же вкладывают массивную лапу. Второй лапой волк накрывает больную голову, пряча теплые карие глаза, а потом тихо подвывает, отказываясь менять форму. Юноша, глядя на это показное страдание, только еще шире улыбается и потихоньку начинает вымывать всю грязь из тела Кая. То, что кровь тоже по своей сути вода, Антон понял давно и с того момента иногда пользовался этим своим умением, за некоторую плату избавляя их с бабушкой редких посетителей от всякой гадости. — Все, страдалец, — через пару минут, выдыхает он и отстраняется, прислоняясь к земляной стене, прикрывая глаза. — Давай оборачивайся и одевайся. Через пару минут тихих ругательств вернувшегося в свое тело оборотня, парень открывает глаза и встречается с бодрым, острым взглядом Кая. — Чего? — бурчит маг, поднимаясь на ноги и собираясь выйти из землянки. Замкнутые пространства он не любит с детства, его покровительница — вода, а она дама текучая, свободолюбивая, и стихия наложила свой отпечаток на характер юноши. Он любил свободу, которой в их лесу к сожалению, было мало, и это удручало. Нет, Антон не ограничен в передвижении, но в большом мире таких, как он, опасаются, относят к нечисти, а старый царь так и вообще не выносит появления в столичном граде людей с какой-либо магической силой. — Чуешь? Темной силой пахнет, — рычит Серый, входя вслед за другом на улицу и поводя носом по ветру. — С утра несет, видимо к Яге гости пожаловали, — выныривая из своих мыслей, морщится Антон, а потом поворачивается к волку. — Я не только лечить тебя пришел, собственно, мне нужно узнать, кто в наши края забрел. — И я должен сбегать посмотреть? — поднимает бровь совершенно не удивленный просьбой Кай, опять начиная скидывать с себя одежду, — Вот раньше не мог сказать, я бы не стал одеваться, — ворчит оборотень, а потом воздух вокруг его тел идет маревом, и через мгновение перед магом стоит мощный волк, перебирая лапами. — Буду ждать на поляне около избушки, — потрепав друга по холке, юноша улыбается и еще пару минут смотрит вслед удаляющейся большой фигуре.

***

Дома оказывается на удивление тихо, хмурая бабушка сидит на крыльце и тихо о чем-то переговаривается с Василием, иногда бурно взмахивая руками, но все разговоры замолкают, стоит только Антону появиться на полянке. — Я принес Златоцвет, — улыбается парень, отправляя его на одну из стен избушки досушиваться на летнем солнышке, сам садится рядом с Ягой и хмуро смотрит в сторону одной тропы ведущей из леса к ним на поляну. — Молодец, — не глядя на внука хвалит женщина, постукивая пальцами по крылечку, а потом резко переводит глаза на другую тропку, откуда показывается серая морда, прося разрешения войти на поляну. — Заходи, Кай, какие новости на хвосте принес? Волк не спеша входит, таща в зубах свою одежду, отряхивает шерсть перед тем как обернуться и, хмуря, брови подходит ближе натягивая легкие штаны с рубахой. — Я тебе не сорока, чтобы новости на хвосте приносить, — отзывается он, а потом усаживается прямо на траву серьезно глядя на Антона. — Непонятно кто идет, на вид просто путник просящий, а темной магией от него за версту несет. — Даже так, — выдыхает шатен, переводя взгляд на Ягу, та только качает головой, отправляя Василия в дом и кивает на тропку. — Выходи, путник, — громко приказывает она, заставляя Серого ощетиниться в ту сторону, но маг сидящий рядом с другом, аккуратно прикасается к нему водной стихией не давая сорваться в оборот. — На ведьминой поляне я всем заправляю, не спрячешься, выходи по-хорошему. — куда-то в кусты кричит женщина, поглядывая на внука. И, видимо, поддавшись властному голосу старой ведающей, на поляне появляется темноволосый юноша с бледными, кристально чистыми голубыми глазами. Появляется в одиночестве, и Антон поднимает одну бровь, дивясь такой смелости. Парень выглядит потерянным, поэтому останавливается около тропы, видимо, чтобы иметь возможность уйти сразу же, если что-то пойдет не так. — Зачем пожаловал? — спрашивает женщина, а маг только косит взглядом в её сторону, отмечая, что бабушка накинула привычный морок, в виде старой, безобразной старухи с костяной ногой и большим горбом на спине. — Помоги, — шепчет темноволосый, протягивая вперед одну ладонь. — Я больше не могу, — последние слова он выдыхает уже оседая на землю без чувств. — Антон! — Только и успевает крикнуть Яга, когда замечает, как внук бросается на помощь мелко трясущемуся парню. Маг, не слыша бабушку, опускается рядом с юношей и немедля укладывает его голову на свои колени, убирая с закрытых глаз мешающуюся челку и приподнимает одно веко, чтобы посмотреть в зрачок, и едва сдерживает себя от грубой ругани. Радужка незнакомца полностью сверкает своей чернотой, бездонного бирюзового цвета сейчас нет. По бледным рукам ползут ужасные жгуты черных вен, с каждой секундой поднимаясь выше. Антон не понимает, почему не может сделать и движения, заглядывая в бездонные глаза, только чувствует, как его сила перетекает в этого таинственного парнишку. — Серый, оттащи его, — опять кричит женщина, принимая свой привычный облик и бросаясь на помощь застывшему внуку. — Дурачина, — бурчит ведьма себе под нос, когда видит, как Кай силой отрывает мага от проклятого и укладывает подальше. — А с этим что делать? — указывает волк темноволосого, скаля отросшие клыки. — Этот болезный сам очухается, не впервой ему, — присаживается рядом с внуком Яга и поводит руками над зависшим Антоном. — Васька, тащи сюда воду в плошке, восстановиться ему надо. — А может, его того, в бочку, — предлагает Серый, кивая на стоящую около избы утварь. — Я тебе дам в бочку! — уже хрипит сам Антон, резко открывая глаза. — С кем ты потом пить будешь, коли я утопну? — маг пытается подняться, но Яга недюжинной силой укладывает его обратно на землю, дожидаясь пока кот, стараясь не расплескать в зубах, принесет плошку с кристально чистой водой. — Так не можешь ты утопнуть, — хмыкает Кай, наблюдая, как друг буквально впитывает в себя капельки принесенной воды. — Ну и что? — Из чистой вредности фырчит парень, все-таки садясь и бросая настороженный взгляд на притихшего незнакомца. — Что с ним? — спрашивает он у бабушки. — А я почем знаю, — пожимает плечами та. — Может чего в своих царствах не поделили и его решили прихлопнуть аки муху надоедливую, но проклятье сильно, ничего не скажешь, не поскупились на ведьму. — Яга поднимается и подходит к юноше, рассматривая его с высоты своего роста, не спеша прикасаться. — Несет от него странно, — добавляет Кай, прикрывая ладонью чувствительный нос. — То ли мертвичиной, то ли магией, шерсть дыбом встает. — Эта да, — соглашается с ним ведьма, отходя и кивая коту, чтобы проверил. — Непонятно, что чую. — Поможешь? — хмуро спрашивает Антон, вставая с травы, опасаясь подходить ближе к парню. — Могу попробовать, но едва ли получится, — отзывается бабушка и кивает Каю. — Ну-ка, Серый, подсоби, у тебя резерва нет, проклятье не зацепит, надо этого на лавку утащить. Волк только кивает спокойно поднимая брюнета на руки и морщась от запаха тащит в избу, укладывая как велено на лавку. Яга проходит следом, сдергивая по пути пару пучков с травами и отдавая их сзади идущему внуку. — Васька, готовь котел, будем эту заразу вымывать, — командует ведьма, подходя к юноше ближе и брезгливо рассматривает осунувшееся лицо. — Если получится. Ведьма усаживается рядом с лавкой, стреляя колдовски блестящими глазами, начиная водить руками над лежащим телом, безмолвно раздает указания, одним взмахом ладони выгоняет из избы Кая, а Антона подзывает ближе, начиная тихо петь на непонятном языке. — Антошка, котел готов, — раздается в голове у мага, Василий не решается прерывать ритуал и переходит на ментальную речь. Парень только кивает, на секунду отходя и переставляя полный в края котел на рядом стоящий стол, аккуратно подходит к бабушке сзади, укладывает руки на немного поникшие плечи старой ведьмы, делясь своим едва наполненным резервом. Силы уходит много, в какой-то момент Яга одной рукой касается воды в котле, на что та болезненно пенится, заставляя женщину открыть глаза и чуть дернуться, призывая свою вторую стихию. Теперь Антону приходится отступить - не жалует он огонь, но если мягкая на подъем вода не помогла этому болезному, то уж резвый огонь должен выжечь всю заразу из чужого тела. Однако игривая стихия тоже шипит на старых руках, не желая соприкасаться с проклятьем, а юношу начинает колотить, в какой-то неизвестной судороге его глаза раскрываются, опять сверкая чернотой, а губы начинают шептать какие-то непонятные слова, заставляя Ягу резко прервать ритуал, отшатываясь от лежащего. — Чур меня, — выдыхает женщина, аккуратно собирая плети своей ворожбы из воздуха. — Что случилось? — Тихо уточняет Антон, давая бабушке пару минут прийти в себя. — Не поможем мы ему, страшная это вещь, — шепчет умудренная веками ведьма, усаживаясь за стол и кивая коту, чтобы поделился энергией. — И что просто бросим в беде? — хмурится маг, запуская в избушку Серого, что тут же морщится и чихает из-за усилившегося запаха магии. — Бросим, — подтверждает она, поглядывая на внука. — Не наше это дело, людские разборки. — Так нельзя, — упрямится парень, подходя к незнакомцу ближе и проводя ладонь над его лицом. Тот тихо стонет и резко распахивает уже голубые глаза, непонимающе осматривая зависшего над ним мага. — Вы кто? — хрипло выдыхает юноша, садясь на лавке и отодвигаясь от всех подальше. — Как я тут оказался? — Сам приперся, аль память отшибло, — фыркает Яга, почесывая кота за ухом и разглядывая путника. — Я помню поляну, — шепчет он себе под нос, а потом хватается за виски. — Больно. Антон только тяжело вздыхает, поворачивается к печке и срывает оттуда пару веточек какой-то травки, потом хватает с полки стакан, взглядом наполняя его водой, бросает туда траву и пару секунд перемешивает. — На вот выпей, от головной боли помогает, — протягивая стакан незнакомцу, командует он под одобрительный хмык Серого. — Как тебя звать-то хоть, а то пришел, упал, ни "здрасте", ни "до свидания", — по-доброму ворчит маг, наблюдая, как юноша с опаской пьет глоток за глотком. — Арсений, — все также шепотом отзывается тот и аккуратно отставляет стакан. — Царевич я. — Ах, царевич, — вмешивается в разговор бабушка, заставляя всех обернуться в её сторону. — Теперича понятно, чегось его прихлопнуть захотели - на престоле братикам помешал. Не у тебя ли батька не позднее полугода назад в мир духов отошел? — У меня, — соглашается Арсений и быстро отворачивается, скрывая потекшую из глаза черную слезу. — А чего раньше не пришел? — спрашивает Антон, с интересом поглядывая на царевича. — Так все нормально было, бояре побухтели и успокоились, братики все по заставам разъехались, — отзывается парень, задумчиво убирая челку. — Следы заметали, — хитро улыбается Кай, а потом прислушавшись к чему-то в лесу и принюхавшись, поворачивается к Антону и Яге. — Я пойду, сестрица кличет, видимо в лес с подружками пришла, присмотреть надобно. — Шуруй, — смеется маг, и хлопает друга по плечу, немного напитывая силой. — Я может к Вам присоединюсь, девчонок попутаем, попугаем. — Ага, еще ты мне потенциальных ведающих не пужал, — замахивается на внука Яга и кивает волку. — Ты присмотрись там, как у Даяны дела с силой, может пора её к мавкам отправлять, засиделась у людей. — Гляну, — соглашается Кай, расплываясь в шкодливой улыбке. — А может вообще её к себе заберу невестушкой сделаю. — Вот ты сволочь хвостатая, только попробуй мне девку спугнуть, вон пусть тебе сестрица женушек подбирает, — ругается Яга, а Антон переводит смешливый взгляд на ничего непонимающего царевича, что следит за их перепалкой чуть нахмурив брови. — Да и куда Кай, в свою нору женку молодую поведешь? — со смешком добавляет маг, улыбаясь. — Ой, идите Вы к Лешему, — надувается волк и выходит за дверь, прислушиваясь к лесу и оборачивается в зверя, тут же срываясь на бег. — А теперича ты царевич, — смурнеет Яга, поворачиваясь к их гостю. — Не смогу я тебе помочь, проклятье тут древнее, темное, такое без ума не снимешь. — А он? — Арсений поворачивает голову в сторону Антона, заставляя его усмехнуться. — Я-то может и смогу, но это надо к источнику идти, а просто так дела не делаются, — отзывается маг, ловя на себе злобный взгляд бабушки. — Он всего пару ночей в год активен. — Чего ты хочешь? — выдыхает Арсений. — Я много чего хочу, но нужно мне только одно, — хищно скалится парень, меняя облик на темный и глядя как округляются глаза у царевича. — Свободы. — Свободы? — переспрашивает юноша, поглядывая на спокойную Ягу, что с неодобрением что-то шепчет, не сводя глаз с разошедшегося внука. — Именно, — поводит плечами Антон, чувствуя, как струи успокаивающей магии, бегут по позвоночнику. — Я согласен, только не дай мне умереть, — шепчет Арсений, наблюдая за творящейся ворожбой. — Уж поверь, не дам, — снимая с шеи один из нескольких шнурков с камнями, маг протягивает его царевичу, слыша злое шипение бабушки, а потом отбивает летящий в них легкий сглаз, что злая ведьма несдержанно бросает. — Давай свою цепочку, надеюсь не серебро? — Золото, — непонимающе отзывается юноша, аккуратно протягивая украшение магу и наблюдая, как тот застегивает его на своей шее. — А теперь на улице меня обожди, Васька с тобой посидит, чтобы никто не сунулся, — командует парень, показывая головой на выход. — Ты что наделал, ирод окаянный? — как только за их гостем закрывается дверь взвинчивается Яга, подскакивая из-за стола и сверкая на внука глазами. — Ты зачем жизнь свою связал с этим нежильцом? — Он выживет, — пожимает плечами маг, и не обращая внимания на бабушку начинает собирать дорожный мешочек. — Единственное чем ты можешь помочь этому страдальцу — это подарить кинжал по острее, — срывается на шипение Яга, заглядывая в решительно настроенные глаза внука. — Одумайся, Антон, такое проклятие просто так не накладывают, кровь у него неспокойная. — Я всё решил, — твёрдо отзывается маг и взмахивает рукой, останавливая женщину, потом выходит на поляну, оглядывая её по всему периметру. — Сам понимаешь, что не выкарабкается, — в спину бросает Яга, хлопая ладонью по столу. — И вода тебя не спасет, ни живая, ни мертвая. — Значит, участь моя такая, но за свободу я готов бороться, — шепчет Антон, находя глазами юношу, что тихонько разговаривает с котом сидя около края поляны. — Хорошо, — почти рычит женщина. — Иди, но я тебя предупреждала. — Я тебя понял, бабушка, — улыбается маг и подзывает Арсения ближе. — Ну что, царевич, готов? — Готов, — отзывается тот, заглядывая в искрящиеся зеленые глаза.