Запретное влечение

Утро в Москве ожидаемо началось с пробок. Поэтому добраться до издательства получилось с небольшим опозданием. Марат выглядел немного невыспавшимся, но отличного настроения прошлого дня не растерял. А вот Женя был в напряжении. Он ничего не написал Ярославу вечером, но понимал, что ответ в любом случае нужно дать. Только такой ответ, чтобы Лебедев не подумал, что Евгений у него в кармане. Ведь своего прямого интереса мужчина уже не скрывал. В первой половине дня было большое совещание, на котором Женя также присутствовал, но уже как зритель. Решались вопросы с будущими крупными книжными релизами, и обговаривалось открытие ещё одного филиала издательства в Европе. Евгений с удовольствием наблюдал за слаженной работой коллектива, пока в кармане не начал вибрировать телефон. Да так настойчиво. На экране был незнакомый номер. Выходить из конференц-зала, чтобы принять непонятный звонок, Женя не стал и отложил смартфон в сторону. Телефон долго не мог успокоиться, кто-то был очень настойчив. Евгений планировал перезвонить сразу, как только освободится, но забыл. События так закружили его, что незнакомый номер отошёл на дальний план. После совещания Женя и Марат попрощались с Львом Борисовичем. Рейс в Екатеринбург был назначен на вечер. В планах оставался обед в кафе, а оставшееся время Женя предложил посвятить небольшой прогулке по Москве. Марат идею поддержал, с воодушевлением представляя, как покажет Жене своё любимое место. В кафе мужчины заняли столик. Женя быстро определился с заказом, а Марат долго изучал меню. — Ничего не привлекает? — спросил Женя. — Привлекает, — улыбнулся Марат. — Просто не всё подходит. Нужно что-то без свинины. — Может попросить помощи официанта? — Думаю, я определился. Закажу грузинский суп и рыбу. Когда заказ был принят, и официант удалился, Женя не удержался от вопроса. — Ты не ешь свинину из-за религии, да? — Да. — Наверно, это сложно. Я знаю, что у вас много запретов. — У вас тоже. Женя поймал прямой взгляд карих глаз и осёкся. Подумал, что зря он затронул эту тему. Обсуждение религии определённо не лучший вариант. Тем более, когда у собеседников она различна. Возможно, Марату было даже неприятно замечание о запретах. Будто Женя намекал, что мужчина живёт в строгих правилах и многое не может себе позволить. — Прости, если задел. Я этого не хотел. — Ты меня не задел, — Марат выглядел спокойно, только глаза приобрели грустный оттенок. — В детстве родители всегда говорили, как важно чтить Коран, быть прилежным мусульманином. А сейчас… Сейчас я не знаю, что для меня важно: быть хорошим мусульманином или быть собой. Одно с другим не сочетается. — Что ты имеешь в виду? Марат поднял серьёзные глаза, уже приготовился дать ответ, как у Евгения опять зазвонил телефон. Всё тот же незнакомец не давал покоя. — Ответь, — Марат взглядом показал на вибрирующий смартфон. — Кто-то очень хочет тебя услышать. А я скоро приду, — мужчина кивнул в сторону уборных. Евгений принял вызов. — Слушаю. — Женя? Добрый день. Это Ярослав Лебедев, не забыли меня? Вы ещё в командировке? Когда планируете вернуться? У меня большое желание встретиться с вами. Лебедев так быстро говорил, словно боялся, что Женя бросит трубку. Женя, конечно, трубку бы не бросил, хоть и был неприятно удивлён, что Ярослав каким-то образом получил его личный номер телефона. Но устраивать допрос было неприлично. — Здравствуйте, Ярослав. Завтра я буду на работе, можете подойти в удобное для вас время. — Конечно я подойду, Женечка, — услышав в трубке вполне дружелюбный тон, Ярослав пошёл в наступление. — Но может нам лучше встретиться на нейтральной территории? Евгений поморщился. Это «Женечка» было явно лишнее, ведь мужчины виделись всего несколько раз. Но Лебедев упорно сокращал дистанцию семимильными шагами, плюя на правила приличия. — Зачем? В офисе вполне удобно. — Просто мне показалось, что ваш руководитель против нашей совместной работы, — смешок в трубке прозвучал очень явно. На этом моменте Марат вернулся за стол. Официант, увидев, что все гости на месте, принёс поднос с заказом. — С чего вы взяли? — Сделал вывод из нашего с ним разговора. Но ничего, я его даже понимаю. Я бы на месте вашего руководителя тоже не сводил с вас глаз. Разговор снова уходил не в ту сторону. — Ярослав, предлагаю вам прийти завтра в офис и там поговорить. — Конечно, как скажете, Женечка. До завтра. Буду ждать встречи. Евгений положил телефон на стол и взял в руки вилку, чтобы преступить к обеду. — Это был Лебедев, да? Почему он звонит тебе? — Марат выглядел напряжённым. — Хочет, чтобы мы работали вместе. — Я уже всё сказал ему. Пусть берёт любого другого специалиста, а если не нравится, может катиться к чертям. — Кого угодно, кроме меня? — Именно. — Почему? Повисла пауза. Марат думал, какой ответ лучше дать. Сказать как есть? Признаться, что догадался об ориентации Жени? Озвучить свои чувства? Его интерес к Жене не был надуманным. Мужчина признался себе, чувства зашли куда дальше обычной симпатии. Женя так глубоко проник в голову Марата, что не уходил из его мыслей почти никогда. Марат с нетерпением каждый день ждал встречи в офисе, искал Женю взглядом, придумывал причины, чтобы провести больше времени вместе. Внутренние метания с определением себя закончились, и Марат желал быть с Женей вместе. Рядом. Как пара. Он ещё чётко не понимал, как к этому подвести. Не хотел торопиться, планировал сделать всё постепенно, без спешки и надрыва. Но возникший наглый Лебедев не давал времени сделать всё правильно. Теперь правильного момента можно было не дождаться вовсе. Ладони вспотели. Сейчас или никогда. — Не хочу, чтобы он тёрся возле тебя. Думаешь, я не вижу, что ему нужно? — И что же? — в голосе Евгения появился вызов. — У него к тебе не рабочий интерес. Женя вытер губы салфеткой. Теперь сомнений не было: Марат понял, что Женя гей. Как так вышло, что о его секрете узнали уже двое? — Догадался значит. Что дальше? Уволишь? — Почему? Нет, — Марат удивился. — С чего ты это взял? — Потому что знаю, как вы относитесь к таким как я. — Кто «мы»? Мусульмане? — Да. Это же у вас один из главных грехов, верно? Голос немного повысился и Женя осёкся, боясь, что посетители кафе могут стать свидетелями разговора. Но между столиками было хорошее расстояние и к счастью никто не обратил на мужчин внимание. — Да, это грех, — Марат тяжело вздохнул и дотронулся рукой до того места, где под одеждой был символ ислама — кулон с полумесяцем. — Я всю жизнь прожил с этой мыслью. А потом случился ты. И теперь я не знаю, что делать. — Хочешь сказать, что я изменил твоё отношение? — Я сам изменился. Я больше не могу считать харамом то, что живёт внутри меня самого. Марат сделал это. Признался. «Недуг», с которым он боролся, был выставлен на суд другого человека. Успокаивало только то, что этим человеком был Женя. А Марат ему доверял. Никому другому бы не признался, а Жене сказал. Евгений молчал, поражённый высказанным откровением. Это определённо что-то значило. — Удивительно, но мне даже легче стало, — сказал Марат. Обсуждать такие деликатные вопросы в столь людном месте не хотелось и Евгений предложил: — Давай закончим с обедом, а потом поговорим. Надеюсь, наша прогулка в силе? — Конечно. Мужчины продолжили обед в молчании. Женя думал о словах Марата, а Марат о будущем. Золотая осень раскрасила столицу яркими красками. Погода стояла тёплая и солнечная. Лучи приятно согревали, обволакивая уютом, лаская кожу и напоминая об ушедшем лете. Воронцовский парк, куда Марат привёл Женю, осенью был особенно красив. Парадные въездные ворота, высокие деревья с позолоченной листвой, старинные аллеи для неспешных прогулок и знаменитый каскад из пяти прудов. Женя был здесь впервые. Он жадно впитывал образ осенней Москвы, ласковой осени и чувство единения природы и истории, которое особенно ощущалось в этом парке. Миновав въездные столбы, мужчины не спеша шли по главной аллее до прудов. — Парк очень красивый. Я рад, что ты привёл меня сюда. — Это одно из моих любимых мест в Москве. Здесь я провёл детство. С мальчишками мы часто уходили на пруды до вечера. А в семь я мчался домой, чтобы быть на месте, когда родители придут с работы. — Они у тебя строгие? — Нет. Может только отец немного. Но, думаю, это в силу профессии. — Кем он работает? — Он врач, хирург-травматолог. — Наверно, в детстве ты тоже хотел стать врачом как папа? — Хотел, конечно. Он мой пример для подражания. Но при всём желании медицина совсем не моё. Работа в издательстве куда интереснее. — Ну с пациентами и их переломами тоже не соскучишься, — улыбнулся Женя. — Знаешь, а я могу представить тебя белом халате. Он бы хорошо на тебе смотрелся. Молодой симпатичный доктор в строгом белом халате. Никто бы не устоял. — Спасибо. Учту это при выборе одежды, — мягко рассмеялся Марат. Стало так легко на душе. Марат посмотрел на Женю, который шёл рядом, и ощутил острое желание дотронуться. Обнять за плечи, прижать к себе. Казалось, даже кончики пальцев начало покалывать от желания прикоснуться. Скажи ему кто-то раньше, что так будет. Что он будет испытывать подобные чувства к мужчине. Реакция не заставила бы себя ждать. А сейчас Марату нравилось просто идти вместе одной дорогой, дышать одним воздухом, чувствовать тепло тела рядом. Даже молчание, которое с другими стараешься заполнить хоть каким-нибудь нелепым вопросом, не тяготило. На душе было непривычно комфортно. За тридцать три года у него было столько женщин. Разных. И все они пытались создать свой уют, окружить им Марата, влюбить в себя, но всё было как будто искусственное. Марат был к ним равнодушен, даже корил себя за чёрствость. Но кто знал, что встретив Женю, парня из Екатеринбурга, внутри него зародится то самое чувство из романтичных фильмов? Что Марат поддастся ему, будет желать большего, познавать в этом нового себя. Он больше не хотел молчать. Марат чётко осознал, что вернувшись в Екатеринбург жизнь Жени опять закружится вокруг издательства. Появится Лебедев, а может и кто-то другой. Трясина отношений начальник-подчинённый затянет ещё глубже. А сейчас в Москве они как будто оторваны от реальности, как на необитаемом острове. Нужно действовать. — Я хочу поговорить с тобой. Это не простой, но важный для меня разговор. Давай присядем, — Марат указал рукой на скамейку возле пруда. — Честно говоря, я не очень хорошо понимаю с какого момента лучше начать, поэтому не буду тянуть и скажу сразу, как есть. У меня к тебе чувства. Серьёзные. Женя повернул голову в сторону Марата. Он выглядел удивлённым, даже обескураженным. Теория Лизы, в которую не сильно верилось, получила подтверждение. Марат же сидел вытянутый как струна и с волнением следил за реакцией Евгения. Образовалась пауза. Тишина, заполненная ожиданием ответа, которого не было. И Марат с ужасом подумал, что ошибся. Что Жене всё это не нужно. Что сейчас он просто рассмеётся в лицо, обозвав педиком и извращенцем. Или вообще молча уйдёт, не желая ни минуты находиться рядом. — Я идиот, да? — тихо начал Марат, внутри всё поникло. Он готов был сквозь землю провалиться от стыда и отчаяния. — Не так всё понял. Тебе это не интересно. Ты не… — Нет, ты понял всё верно, — Евгений, наконец, очнулся от удивления. Надо было что-то ответить. — Просто я не ожидал это услышать. Не знаю, это как-то странно что ли. — Странно то, что у меня к тебе чувства? Почему? — Странно то, что тебе нравятся мужчины. Ты не похож на гея. Встретив тебя, например, в клубе я был бы уверен, что где-то рядом стоит твоя девушка. — До некоторого времени так и было. — То есть как? — Я осознал себя недавно. Удивлённое выражение лица Жени повторилось. — Хочешь сказать, что у тебя никогда не было опыта с мужчинами? — Не было. — Ты имел отношения только с женщинами, но увидев меня у тебя появились серьёзные чувства? — Именно. Мягкая чуть грустная улыбка коснулась губ Жени. Он посмотрел на Марата, как на маленького ребёнка. — Это пройдёт. Тебе за тридцать, многое приелось и хочется экспериментов. Это нормально, я не осуждаю. Но пойми, я не подопытный кролик. Я так не могу. — Я не считаю тебя… — начал Марат, но Женя его перебил. — Подожди, дослушай. Я знаю, что это. У меня были подобные отношения и хочу сказать, что интерес пройдёт также быстро, как появился. Те чувства, которые кажутся серьёзными, закончатся, и ты вернёшься к прежнему образу жизни. Для тебя это будет маленькая страница, эксперимент, закрытый гештальт — называй, как хочешь. Но я повторения истории не хочу. С одной стороны, Марат был рад, что Женя не отшатнулся от него, как от прокажённого. Но его твёрдая уверенность, что это игра и всё несерьёзно, просто убивала. Да, Марат был неопытен, многого не знал и ещё только открывал себя нового, но он точно не расценивал Женю как эксперимент. И теперь был полон желания доказать это. — Я понимаю, как всё выглядит со стороны, — начал Марат. — И тебя я понимаю тоже. Ты обжёгся, не доверяешь. Думаешь, что я такой же как тот, кто сделал тебе больно. Что я просто ищу новых ощущений. Знаешь, я вырос в религиозной мусульманской семье, где слово гей никогда не произносилось, потому что это харам. Я пропитался этим до основания. Отгонял неправильные мысли и всё больше ненавидел себя. Жизнь стала кошмаром, полным самобичевания. Я бежал сам от себя. Но правильно говорят, от себя не скрыться. И вот я здесь, рядом с тобой. Я честен и открыт. И просто хочу, чтобы ты знал, мои чувства к тебе не фикция. Женя повернул голову в сторону Марата. Их взгляды встретились. Несмотря на спокойный голос, в глазах Марата читалась упёртая решительность. — Мне кажется, что до того, как мы встретились, я жил какой-то неполноценной жизнью. Всё, что было у меня раньше — ненастоящее, какое-то пластиковое. А теперь я как будто очнулся. Понял, как бывает на самом деле. — Марат заметил, как губы Жени расплываются в улыбке. — Не смейся. — Я не смеюсь. Прости. Просто не думал, что ты такой романтик. — Да я вроде совсем не романтик. — Правда? Привёл меня в красивый парк, признался в чувствах. Выглядит, как запланированное свидание, — улыбка Жени стала ещё шире. На самом деле, он просто хотел немного разрядить обстановку, потому что не знал, что ответить на такое откровение. Лиза ведь предупредила о своём наблюдении, но Женя в него не поверил. А сейчас, когда важные слова прозвучали, нужно было что-то сказать в ответ. И Евгений терялся, не зная, как поступить. Марат нравился Жене. Он привлёк его ещё в первый день встречи, на совещании, когда Евгений внимательно разглядывал тогда ещё совсем незнакомого мужчину. Но верность Олегу, не позволяла допустить, чтобы семечко первой симпатии выросло во что-то большее. Женя старался относиться к Марату только как к руководителю. Тем более глупо было рассчитывать на что-то большее с мужчиной, который сам держал дистанцию. Потом отношения с Олегом закончились, случилась та глупая ссора с Маратом, после которой он изменился. Но даже тогда Евгений не мог допустить, что их отношения выйдут за рамки рабочих. А сейчас Марат признался ему в своих чувствах. И Женя растерялся. Хотел добавить немного юмора. Но заметив, что напряжение в глазах Марата никуда не делось, продолжил серьёзно. — Я слукавлю, если скажу, что ты мне безразличен. Ты привлекательный мужчина, к тебе тяжело остаться равнодушным. Но мне кажется, я просто невезучий в любви. Все мои отношения закончились разочарованием. А ты мне нравишься, правда. Ты хороший. И я боюсь разочароваться вновь. — Этого не будет. — Ты мой начальник. Это может повлиять на наши отношения. — Не повлияет. — Ты же представляешь, что значит встречаться с мужчиной в нашей стране? — чувствуя, что сдаётся, Евгений предпринял последнюю попытку. — Мы никогда не сможем идти вместе по улице и держаться за руки. Нам не снять в гостинице один номер на двоих. В конце концов, ты никогда не сможешь представить меня, как своего партнёра, родителям. Это совсем не похоже на отношения с женщиной. — Меня это не пугает. — Я исчерпал все доводы, — мягко покачал головой Женя. — Это значит, что ты даёшь мне шанс? — Я не знаю, что из этого получится, но да, давай попробуем. Возвращаясь к главным воротам, Марат подгадал момент, когда рядом никого не было, и осторожно коснулся руки Жени. И, не встретив сопротивления, обхватил ладонь полностью. — Видишь, мы вполне можем держаться за руки, — Марат ласково провёл большим пальцем по тыльной стороне ладони Жени. — Посмотрим, что ты скажешь, когда кто-нибудь, увидев нас, будет кричать на весь парк, — улыбнулся Женя. На самом деле ему было приятно ощущать тёплую ладонь Марата в своей, а это нежное невинное движение пальцем вызвало волну мурашек по коже. Чувство было приятное, но оно немного отрезвило. Парк не самое лучшее место для проявления чувств двух мужчин. Да и торопиться не хотелось. Поэтому Женя поспешил перевести тему. — Не хочешь кофе? Я видел у входа маленькую кофейню. — Хочу. Но у меня есть идея лучше. Евгений никак не мог предположить, что Марат захочет привести его домой к родителям. К людям, которые узнав об ориентации Жени, не пустили бы того на порог. Он даже испугался, что после признания Марат решил броситься в омут с головой, оборвав все концы прошлой гетеросексуальной жизни. Но мужчина убедил, что они просто познакомятся и выпьют по чашке кофе. — Не переживай, я представлю тебя, как своего друга и коллегу. Не скажу ничего лишнего. Пока. Но позже я обязательно расскажу им правду. — Ты же понимаешь, что их реакция может быть разрушительной? Они твои родители, родные люди. Ты не сможешь отказаться от них. — Я больше не хочу прятаться. Женя представлял родителей Марата серьёзными людьми, которые полностью сосредоточены на работе, религии и семейных ценностях. Почему-то ему казалось, что они не сильно общительны и скорее всего вообще не будут рады, что их сын, которого из-за переезда они давно не видели, приведёт с собой кого-то ещё. Но реальность оказалась иная. Марат предупредил звонком, что скоро придёт и будет не один, а с коллегой. Их встретили в коридоре тёплыми улыбками. Рустам Айратович, отец Марата, оказался добродушным мужчиной, совсем непохожим на строгого тирана, которого рисовала фантазия. Они были похожи с сыном. Рост, фигура и даже черты лица были схожи. Только глаза Марату достались мамины. Раскосые, с лёгким хитрым прищуром. Динара попросила называть её только по имени. Усадила всех за стол, принесла домашнюю выпечку. Постоянно расспрашивала о работе и Екатеринбурге. Рустам Айратович больше молчал. Пару раз Женя поймал на себе его прямой оценивающий взгляд, но старался не придавать этому большого значения. Вид мужчины был вполне дружелюбный, значит переживать не стоило. Побыть долго в гостях не получилось, вечером мужчин ждал обратный рейс в Екатеринбург. Поэтому, попрощавшись с родителями Марата, они вернулись в гостиницу, чтобы забрать вещи и поехали в аэропорт. Время полёта пролетело незаметно. В самолёте на соседнем третьем кресле сидела благообразная старушка, которая всю дорогу мирно спала не замечая, как мужчины рядом с ней о чём-то шептались, а их руки касались друг друга. — Мы ведём себя как мальчишки, — шепнул Женя. Его щёки порозовели. — И мне это нравится, — Марат мягко обхватил ладонь Жени, переплетая пальцы. В издательстве в Екатеринбурге кипела работа. Марат настоял, что утром заедет и заберёт Женю. Входящих вместе в здание мужчин увидела Лиза, которая подмигнула Жене после приветствия. — Ну что, поговорили? — девушка толкнула Евгения локтем. — Да. — Мы тоже? — Ты про кого? — Про Борю, конечно, — заметив удивление в глазах напротив, Лиза хихикнула и продолжила. — Мы ходили на свидание, представляешь? Кажется, мои походы по клубам заканчиваются. Если честно, они мне так надоели. — Я рад за вас. Но вы столько работали вместе и не могли сделать этот шаг раньше? — Дураки, — резюмировала девушка. — Не повторяйте нашу ошибку. Когда молодые люди уже направлялись в кабинет, Женя заметил боковым зрением движение. В его сторону широким шагом и в том же бледно-голубом длинном пальто шёл Ярослав Лебедев. — С приездом, Женечка, — крикнул он так громко, что все вокруг обернулись. — Наконец-то вы вернулись!