Картина, принадлежавшая воображению

***

О внешности Клеви нельзя было сказать чего-то определенного. Иногда в фантазиях Пикчера длинные шелковистые волосы струились по плечам девушки и переливались в лучах летнего солнца, иногда причёска напоминала ёжика: очень короткие, слегка колючие пряди. Лицо тоже менялось. То румяные детские щёчки, то выпирающие скулы и бледная кожа. Нежные глаза или острый, осуждающий взгляд. Неизменным оставалось лишь то, что девушка была рядом. Она никогда не покидала его… Даже когда он хотел быть один. «Ведь… Мы друзья. А друзья всегда вместе», — думал Пикчер, распластавшись на зелёном холме где-то в своём внутреннем мирке. В его воображении рисовалась картина прекрасного залитого солнцем места. Кругом травы и тишина. Безмятежное спокойствие, будто бы даже давящее на уши. Где-то на самом горизонте упорно появлялось размытое пятно, которое Пикчер никак не мог убрать. «Да что же это за штука такая?» — появлялась раздраженная мысль. — Тебя не было целых три часа, — скромно оповестила Клеви, присаживаясь рядом с другом. Складки ее голубого платья тихонько зашуршали. — Прости, были дела, — раздался ответ. Больше ответить и нечего. Невозможно же всё время плавать внутри своей головы и развивать какую-то мысль, не соприкаясь с реальностью… — Почему мы сейчас здесь? — Я… Я не знаю, почему я представил именно это место. Тебе здесь не нравится? — Пикчер поднял голову и посмотрел на девушку. Та с любопытством смотрела в ответ. Ее ласковая и робкая улыбка согревала душу. — А может, давай я придумаю что-нибудь? У меня может тоже есть способности… Большое облако в виде кота проплыло по небу. Размытое пятно начало приближаться и искажать пространство. Теперь некоторые холмы стали похожими на спираль. В воздухе пахло землёй. — Это невозможно, потому что я настоящий, а ты моя фантазия, — медленно произнёс парень, засмотревшись на пятно. — Как ты можешь такое говорить?! Я хочу, чтобы ты извинился…— голос Клеви начал дрожать. Странные запахи продолжали сменять друг друга. Асфальт, дождь, ключи… «При чём здесь ключи?!» — Пикчер чувствовал, как сердце встревоженно бьётся. — Ты слушаешь? Ну скажи что-нибудь, пожалуйста… Хватит меня игнорировать…— прохныкала девушка. — Ты разве не видишь то странное пятно? — Обычное пятно. Просто пятно. Что в нем странного? — Клеви легла на траву, дуясь. Она вела себя очень спокойно и ничего не боялась. — …Прости. Я больше не буду говорить, что ты моя фантазия…— наконец напряжённо ответил Пикчер, вытирая мокрые ладони. Он чувствовал себя ребенком, испугавшимся подкроватного монстра. — Так-то лучше, — Клеви расслабленно прикрыла глаза. Возле ее головы распустился цветок. Его белые лепестки походили на мазки масляной краски. Жёлтая сердцевина шевелилась и булькала. Пикчер измазал пальцы в цветке и нарисовал на траве птицу. Она ожила и весело зачирикала. Пятно перестало волновать. И вправду, что за глупости? Это всего лишь воображение. Парень сам может контролировать то, что придумывает. Клеви это сразу поняла, а до него точно только сейчас дошло… Пикчер! Ты что натворил?! — А? — Пикчер обернулся и увидел темную небольшую комнатку. Он стоял на коленях перед холстом, рисуя пальцами какие -то узоры. Клеви не было. Не было и пятен, и зелёного холма… Фантазия растворилась. — Она вообще теперь отмоется? — переживающе спросил Замазыч, друг и сожитель Пикчера. Он начал суетиться, бегать, искать что-то, возвращаться и взмахивать руками. Стена была вся в жёлтых каплях. Кажется, кто-то слишком увлекся. — Я давно пришёл? — глухо спросил Пикчер. Он не помнил, как очутился в общежитии, как начал рисовать. — Откуда я знаю? Меня больше интересует, как убрать краску! Я не художник, объясни мне! — Замазыч нервно почесал нос. — Не переживай, я всё ототру, — сонно зевнул Пикчер и поднялся. Оказывается, у него сильно затекли ноги. Он почувствовал боль в теле. Такая бывает, когда долго сидишь в неподвижной позе. Сколько времени прошло? — Обычное пятно… — Что? — Замазыч не расслышал слов Пикчера. — Ничего, просто мысли вслух…