Maybe I Just Want To Be Yours

Рейнира

— Принцесса, о дорогая принцесса, пора вставать! — Она слышит дразнящий голос, зовущий ее, и ее кровать прогибается, когда кто-то садится край. — Нееет, пожалуйста, не сейчас, — стонет она и, прищурившись, открывает глаза, чтобы увидеть Алисенту, смотрящую на нее с веселым выражением лица. — Рейнира, ты обещала позавтракать со мной этим утром, а уже почти полдень! — со смехом говорит ее подруга. Принцесса садится и вздрагивает от боли между ног, Дэймон был с ней нежен, но это все равно не изменило того факта, что это был ее первый раз, а Дэймон был довольно большим. Алисента хмурит брови, — Ты в порядке? — Конечно! Просто вчера вечером слишком много выпила на балу, — заявляет она. — Да неужели? Потому что я слышала, что ты рано уехала на Караксесе со своим дядей, — намекающе говорит Алисента. Рейнира смотрит ей в глаза, черт… она настолько очевидна? — Да, я выпила, я слишком много выпила с дядей Дэймоном после нашего совместного полета. — Ты ненавидишь предаваться вину или любому напитку, если на то пошло, — начинает королева, и Рейнира не уверена, как солгать своей подруге. — Рейнира, ты должна быть со мной честной. Я не смогу защитить тебя, если ты не скажешь мне, что происходит, — умоляет она, и тут входят ее служанки, принося еду для них и чайник чая… всего одну чашку. Это было странно, почему только одна? — Мне нечего скрывать, — прямо говорит она. — Мы обе знаем, что это неправда. Как далеко у вас зашло с Дэймоном? —То, на что ты намекаешь, — гнусное обвинение! — воскликает Рейнира, — Мы только что наладили наши отношения, не пытайся вбить еще один клин между нами! Алисента закатывает глаза: —Боги, перестань быть такой драматичной. Я хочу помочь тебе. Он тебя трахнул. Да или нет?       Ей нужно время, чтобы оценить свою старую подругу, может ли она действительно доверить ей этот секрет? Они были честны друг с другом с тех пор, как наладили отношения, и, возможно, она действительно поможет ей. Она кивает: — Да. Ее подруга улыбается: — Тебе придется рассказать мне все об ЭТОМ, но главное — вот что: он кончил внутрь или успел выйти? — Зачем тебе это знать?! — Внутрь или нет, ответь, и я все объясню. Ты всё так усложняешь, иногда на вопросы не нужно отвечать вопросами. Рейнира смеется над этим: — Это стыдно, вот и все! —Если тебе не стыдно это делать, об этом не должно быть стыдно и говорить. —Боже, ты говоришь, как моя мать... — Ну… чисто технически, — начинает Алисента. — Не смей заканчивать это предложение, — с улыбкой перебивает ее Рейнира. Они обе рассмеялись. — Хватит отвлекаться, ответь на вопрос. —Хорошо! Он кончил внутри меня. — Ну, это было не так уж и сложно, не так ли? Тебе придется выпить этот чай, он не даст тебе забеременеть. — Было бы плохо, если бы я всё же понесла? — Люди думают, что Дэймон только что объявил о своих намерениях ухаживать за тобой, так что да, это был бы настоящий скандал, если бы ты каким-то образом родила его ребенка всего через несколько лун после свадьбы с ним. Это если твой отец согласится на свадьбу. — Согласится. Он сказал, что я могу выбрать себе мужа сама. Алисента смеется: — Сомневаюсь, что он имел в виду своего брата, когда говорил это! Я слышала много слухов о твоем Порочном Принце... Он был осторожен? — Всё в порядке! Дэймон не такой, каким все его видят. Я хочу, чтобы все знали его, как знаю я, он добрый и нежный. Он нервничал прошлой ночью. — Да?! Он нервничал, этого я точно не ожидала. — По всей его комнате были зажжены свечи, и он сказал мне, что любит меня, — с любовью вспоминала она. — А ты уверена, что он не просто пытался соблазнить тебя, чтобы добраться до трона? — Я ценю твою заботу, Алисента, правда ценю, но он был искренним. — Тогда я тебе верю! Ты любишь его? — спрашивает она и предлагает Рейнире чашку чая. Она кивает и берет чашку, немного кривясь от запаха. — Я думаю, что всегда любила Дэймона. Я знаю, что он далек от совершенства, и, может быть, он даже не хороший человек, но для меня он хороший человек. Ее подруга мягко улыбается ей: — Я рада. А теперь выпей этот чай. Рейнира делает то, что ей говорят, и в ту минуту, когда она делает первый глоток, она начинает кашлять и задыхаться, она ругается на валирийском, а затем говорит: — Боже мой, это ужасно! Алисента усмехается: — Да, это ужасно! Но что мы не сделаем ради любви, верно? — Говорит она ей, а затем принцесса закатывает глаза, и они снова смеются. — Как бы потрясающе ты ни выглядела, тебе, вероятно, следует переодеться из рубашки твоего дяди, которая не очень подходит для дневной прогулки. Что случилось с твоим платьем? — Оно все еще в комнате Дэймона, — говорит она, краснея. — Как ты вернулась сюда без него и никем не замеченной? Рейнира ухмыляется: — Похоже, у этого замка все еще есть свои секреты от тебя, — говорит она и не утруждает себя уточнениями. Раздается стук в дверь, и сир Кристон входит прежде, чем она успевает произнести свое разрешение на вход. Она и Алисента торопятся встать, ее подруга пытается оградить ее от взглядов его рыцарей, но безуспешно. Она может точно определить момент, когда рыцарь заметил состояние одежды, точнее, одежду, которую она носила. Его взгляд скользит по чаю, и она надеется, что он слишком невнимателен, чтобы собрать все воедино. Ее надежды бесполезны, и его челюсть сжимается, а взгляд устремляются на нее. — Извините, принцесса, моя королева. Его светлость желает поговорить с вами о вашем раннем отъезде из Штормового Предела, — говорит он, поворачиваясь, чтобы дать ей возможность одеться. Алисента выходит из комнаты после того, как Рейнира переодевается, и видит, как Кристон резко хватает ее за руку, заставляя вздрогнуть. — Как вы думаете, что вы делаете, угощая принцессу лунным чаем? — Он практически рычит, и Рейнира подходит к ним обоим. — Я предлагаю вам убрать вашу руку с королевы, прежде чем вы лишитесь руки, сир Кристон. Вы снова забываете свое место, сир, — вдруг повышает голос Рейнира, позволяя всему своему гневу сиять в ее глазах. Он быстро убирает руку с Алисенты, — И не ваше дело, что мы с королевой обсуждаем или что делаем в обществе друг друга. — Мой долг — защищать вас, принцесса, и если кто-то причинил вам вред и именно поэтому вам нужен чай, тогда… — Хватит, сир Коль, никто не причинил мне вреда, так что это не ваше дело, — заявляет она, и на этом все. Она берет Алисенту за руку, и они вдвоем идут в покои ее Отца, шепчась о том, что могло взбрести в голову обычно преданного и доброго защитника Рейниры.