Maybe I Just Want To Be Yours

Рейнира

      Она была вынуждена ждать возле покоев Дэймона, пока мейстер проверял его. Второй удар сбил ее дядю с ног. Дверь со скрипом открывается, и выходит мейстер, Рейнира складывает руки вместе в нервном ожидании. — Как он? — Кажется, ни одна из его лицевых костей не сломана, какое-то время у него будет синяк под глазом. Мне пришлось зашить ссадину на брови, но он отделается лишь небольшим шрамом, — сообщает он ей, — Дверь должна быть открыта, чтобы выполнить желание Вашего отца, — добавляет он, и она улыбается ему и кивает.       Она входит в комнаты Дэймона и осторожно подходит к нему. Она садится на край его кровати и наблюдает за его внешностью. Его лицо было припухшим и немного окровавленным, но это не портило его красивых черт. Он смотрит на нее и улыбается ей, как будто она лучшее, что есть в его жизни. Рейнира нежно берет его за щеку, он прижимается к ней, жаждая ее прикосновения. — Ты в порядке? — спрашивает она. — Молоко мака, которое дал мне мейстер, творит чудеса с болью. Боги, ты сегодня восхитительно выглядишь, кто-нибудь говорил тебе об этом? — говорит он, его глаза мутнеют, когда он смотрит на нее. Она смеется и закатывает глаза: — О, мак точно подействовал! — Ммм, да. — Можешь сделать мне одолжение, Дэймон? Не мог бы ты перестать пытаться изгнать себя каждый раз, когда разговариваешь с моим отцом? Теперь настала его очередь смеяться: — Прости, любовь моя. Я постараюсь лучше, просто так весело его злить. — Что ты такого сказал, что он снова ударил тебя? — Я попросил его отдать тебя мне в жёны. Он сказал, что это не его выбор, а твой, поэтому я сказал ему, что увижу его на церемонии подтверждения брака, — признается он с застенчивой улыбкой. — Боги! Тебе повезло, что он не поступил хуже, — говорит она, но не может сдержать смех. Иногда он мог вести себя как мальчишка; она не могла не обожать его. — Нам больше нельзя оставаться наедине; мы должны быть осторожны. Прятаться вокруг звучит ужасно весело, не так ли? — спрашивает он, его голос понижается до шепота, — Когда ты сообщишь о своём решении отцу? — Я должна хотя бы развлечь других Лордов. Отец заставил их приехать сюда, в Королевскую Гавань, так как вчера пришлось закончить объезд всех замков. Придётся ждать как минимум месяц, — говорит она ему. — Я не могу ждать месяц, прежде чем ты снова будешь моей, — стонет он и незаметно кладет руку ей на бедро. У нее вырывается вздох, и она нервно оглядывается через плечо, смотря на мейстера. — Может быть, тогда мы сможем выбраться из крепости? — Коварная идея, мой маленький дракон. Я думаю, это звучит фантастически. Я позабочусь о том, чтобы обеспечить твою безопасность, — говорит он, и его глаза начинают закрываться. Маковое молоко подействовало окончательно. Она встает и наклоняется, чтобы целомудренно поцеловать его в лоб. — Отдыхай, дядя, — говорит она, — я люблю тебя, — добавляет она шепотом, чтобы только он мог слышать. Он удовлетворенно мычит, услышав эти слова, и она знает, что он действительно погрузился в сон по его равномерному дыханию. Она выходит из комнат и благодарит мейстера за то, что он позволил ей проверить его.       Следующая неделя посвящена раздражающе правильным прогулкам с Дэймоном. Куда бы они ни пошли, сир Кристон был всего в нескольких шагах от них. Однажды они были на пути к Драконьей Яме, ее отец, наконец, решил, что они могут полетать вместе. Дэймон протягивает свою руку девушке и переплетает свою руку с ее, нежно притягивая ее ближе к себе. Она хихикает над этим действием, это было так целомудренно и просто, особенно по сравнению с тем, что они сделали раньше, но от этого у нее всё равно кружилась голова. Дэймон широко улыбается, слыша ее смех, и она может сказать, что он чувствует то же самое. Она практически чувствовала обжигающие взгляды своих рыцарей на их руках, но не было ничего плохого в том, что ухаживающая пара так обнимала друг друга.        У Драконьей Ямы к ним спешит один из смотрителей драконов. — Принцесса, мы так рады, что вы пришли. Последние несколько дней Сиракс не позволяет никому приблизиться к ней. Мы пытались оседлать ее для вас, но она была слишком агрессивна, — говорит ей мужчина на валирийском языке. — Я сейчас к ней пойду. — Это небезопасно, принцесса! — Моя Сиракс никогда не причинит мне вреда, не беспокойтесь, — говорит она и идет в Яму, Дэймон идет за ней по пятам. К счастью для них, это было единственное место, куда ее рыцарь не пошел бы за ними, кто-то, кто не был Таргариеном или смотрителем драконов, должен быть безумцем, чтобы ступить внутрь. Она замечает своего дракона, свернувшегося в тугой клубок, и Караксеса Дэймона, отдыхающих прямо за Сиракс. Она осторожно подходит к Сиракс и улыбается, когда слышит радостное урчание в знак приветствия. — Зачем ты пытаешься съесть тех, кто тебя кормит, милая? — спрашивает Рейнира, и в ответ Сиракс поднимает крыло, открывая маленькую кладку из двух яиц. Девушка смотрит на них с трепетом и наклоняется, чтобы поднять одно, Дэймон сделал то же самое с другим. То, что она держала, было мерцающего пурпурного цвета, а то, что у Дэймона, имело серебристую и бронзовую чешуйки. — Кажется, наши драконы хотят нас переплюнуть, — говорит он. — Ну, у них нет социальных правил, которым нужно следовать, они могут делать все, что им заблагорассудится, — отвечает она. Дэймон кладет яйцо обратно и внезапно прижимается к ее спине. — Мы тоже можем делать все, что захотим. Трахать кого хотим и когда хотим, — шепчет он ей на ухо глубоким и хриплым голосом.       Ее глаза закрываются, когда его руки блуждают по всему ее телу, даже через одежду его прикосновения возбуждают ее. — Не здесь, слишком много ушей, которые не на нашей стороне, — отвечает она, и он вздыхает, его голова падает ей на шею, ясно понимая, что она права. Он нежно целует ее, а затем отходит от нее и забирается на Караксеса. Девушка вздрагивает от потери тепла его тела, боги, она собиралась заставить его заплатить за ее возбуждение, ведь он знал, что им нельзя ничего делать. Она оседлала Сиракс, проверив все крепления, а затем взобралась на своего дракона и поднялась в небо, а Дэймон последовал за ней. Они несколько раз кружили над городом, наслаждаясь ощущением ветра в волосах и просто находясь в компании друг друга.       Когда они приземляются, сир Коль ждет их снаружи Ямы, к их большому раздражению. — Принцесса, Королева просит вас вернуться в Крепость. Она хочет помочь вам подготовиться к сегодняшнему пиру, другие лорды наконец-то прибыли и жаждут вашего внимания после того, как вы их оставили, — говорит он. Она кивает и смотрит на Дэймона: — Тогда увидимся сегодня вечером? — Нет другого места, где я хотел бы быть, — отвечает он и подносит ее руку к своим губам для поцелуя. Единственный тип поцелуя, который им сейчас был разрешен. — Avy jorrāelan, — говорит он ей, слова звучат так мило на их тайном языке, который он использовал, чтобы сир Коль не понял. — Avy jorrāelan tolī, — отвечает она с улыбкой и неохотно садится на лошадь, чтобы последовать за рыцарем обратно в крепость.