Genshin goretober'22

Бай Чжу сидел у завешенного окна и смотрел сквозь щёлочку в занавесках за тем, что творилось на улице. Выглядывать полностью было опасно, ведь они могли заметить. Прямо перед домом слышалось копошение, что изначально и привлекло внимание мужчины, недалеко от его окон неспешно прохаживалось несколько зомби, шаркая ногами по земле и издавая низкие гортанные звуки. Если они не видели цели, то тупо слонялись по округе, высматривая и вынюхивая жертву. Как ни странно, зомби друг на друга не нападали, предпочитая кого-нибудь поживее, а даже если случайно сталкивались с кем-то из своих, ограничивались недовольным рыком и шли дальше. Зомбиапокалипсис случился несколько месяцев назад и стал полной неожиданностью. До этого освещённый лишь в фантастических рассказах, он вызывал улыбки на лицах людей, никогда всерьёз не воспринимавших подобный исход. Ну действительно, что за глупость – ожившие мертвецы, пожирающие плоть людей? Вот только теперь это стало реальностью. Зараза появилась неизвестно откуда, унеся разом множество жизней. Те, кому удалось избежать печальной участи, сбились в группы, разбрелись по убежищам и полностью сосредоточились на выживании. Самого Бай Чжу новость застала на работе в больнице. Во время неудачной операции умерший пациент внезапно ожил и набросился на хирурга, впиваясь зубами ему в шею и вырывая кусок плоти. Тут же воцарилась паника. Ассистент попытался оттащить больного, но сам был укушен. Бай Чжу хватило сообразительности, чтобы быстро покинуть операционную и запереться у себя в кабинете. Снаружи раздавались крики больных и персонала, к нему стучались, требовали открыть, однако мужчина не поддавался на уговоры, вместо этого подперев дверь шкафом, чтобы её не вынесли. Тот день обернулся полным кошмаром. Бай Чжу плохо помнил, как выбрался из больницы и добежал до дома, где и забаррикадировался. Всё, что его тогда волновало – это собственная безопасность и безопасность своей маленькой дочери, которая недавно вернулась из школы и непонимающе смотрела на происходящее за окном. Девочка была с задержкой в развитии и плохо выражала свои мысли, её было трудно убедить не подходить к окнам, но в конце концов Бай Чжу это удалось. Первые недели были очень тяжёлыми, приходилось приспосабливаться к изменившемуся миру. Любой выход на улицу теперь был сопряжён с рисками, поэтому мужчина предпочитал оставаться дома. Благо ему и не требовалось часто выходить наружу, раненые люди, узнав, что здесь живёт доктор, сами приходили к нему за помощью, взамен оставляя оружие, продукты и прочие необходимые припасы. Бай Чжу организовал в гостиной смотровую, где принимал пациентов и подлатывал их. Он постарался максимально отгородить эту зону от жилых помещений, чтобы его маленькая ЦиЦи не бродила туда-сюда и не мешала работе. Ей было девять, но по поведению она больше напоминала пятилетнего ребёнка, что причиняло некоторые неудобства. Наконец, решив, что зомби у его дома не причинят особых проблем, Бай Чжу отошёл от окна. Время подходило к обеду, и мужчина направился на кухню. Достав с полки банку мясных консервов, он вывалил содержимое на сковороду и включил газовую плиту. Разнообразия в продуктах особо не было, так что приходилось довольствоваться тем, что есть, но доктор не жаловался. Его положение по сравнению с остальными можно было назвать даже завидным. Некоторые фермы в округе ещё продолжали свою работу, так что иногда Бай Чжу приносили овощи или мясо животных, это был настоящий пир. Недостаток витаминов мужчина компенсировал таблетками и комплексами различных трав, хотя и их запас постепенно подходил к концу. Закончив с трапезой, Бай Чжу оставил тарелку на столе, а сам направился к холодильнику, доставая оттуда небольшой кусок свежего мяса. Пора было приступать к ежедневному ритуалу. Крепко держа в руках прозрачный пакет, он спустился в подвал. Раньше это помещение использовалось как склад ненужных вещей, теперь же всё лишнее было убрано, остался только самый минимум. Надев плотные кожаные перчатки почти по самый локоть, Бай Чжу отпер массивный железный засов на двери, заходя в небольшую комнатку. Здесь всё пропахло гнилью и разложением, но мужчина уже привык к этому запаху, поэтому даже не поморщился, когда ноздри защекотал приторно-тошнотворный аромат. — ЦиЦи, милая, папочка пришёл тебя покормить. В дальнем углу кто-то зашевелился, утробно зарычав. Звякнула цепь, и на тусклый свет выползла маленькая девочка в изорванном платье. Её рот искривился в страшном оскале, а покрывшиеся сеткой лопнувших капилляров глаза враждебно смотрели на посетителя. Бай Чжу медленно подошёл ближе и присел рядом с дочерью на корточки. — Я принёс тебе обед, пожалуйста, покушай. Мужчина вытащил из пакета кусок мяса и положил его на пол рядом с ЦиЦи. Та проигнорировала угощение, порываясь добраться до отца, вот только цепь туго натянулась, не позволяя ей сделать лишнего шага. Она протянула свои маленькие ручки вперёд, недовольно сопя. Бай Чжу вымученно улыбнулся. ЦиЦи стала зомби не так давно. Как-то раз, когда от доктора уходил очередной пациент, она выбежала вместе с ним на улицу. Привыкшая много гулять, девочка страдала от вынужденного заключения в четырёх стенах, ей очень хотелось снова посмотреть на зелёную травку, на ясное голубое небо, почувствовать на коже тёплые лучики солнца. Вот только вместо привычного спокойствия ЦиЦи встретилась с одним из оживших мертвецов. Бай Чжу слишком поздно обнаружил пропажу дочери, и когда нашёл её, какой-то зомби уже успел впиться зубами ей в плечо. Сложно передать то отчаяние, что захлестнуло мужчину, когда он увидел свою ненаглядную дочурку лежащей на земле и истекающей кровью. Вскипевший в крови адреналин позволил ему за считанные секунды сократить расстояние, отпнуть зомби и подхватить плачущую ЦиЦи на руки. Он поскорее отнёс её домой и занялся обработкой раны. Укус выглядел жутко, кожа вокруг него почернела и воспалилась. Бай Чжу сделал всё, что мог, однако в глубине души он понимал, что все его усилия бесполезны. От других выживших он знал, что укушенный в ближайшие сутки обратится в зомби, надежды не было. Доктор провёл эти сутки рядом с постелью дочери, наблюдая за тем, как ей с каждым часом становилось всё хуже. Лихорадка била маленькое тельце, заражение от плеча пошло дальше к шее, и когда девочка постепенно начала затихать, Бай Чжу понял, что тянуть больше нельзя. С зомби разговор был коротким. Чтобы убить их, нужно было повредить мозг, вот только у мужчины рука не поднималась убить собственное чадо. Вместо этого он решил на время отнести ЦиЦи в подвал, где нацепил ей на шею тяжёлый ошейник и приковал цепью к трубе. С того дня он всё свободное время посвящал поиску противоядия. Мужчина перепробовал всё, что было у него в наличии, но никакие лекарства и травы не помогали. День за днём Бай Чжу приходил к дочке, разговаривал с ней, рассказывал, как прошёл его день, вот только в ответ всегда получал злобное рычание и попытки вгрызться зубами в протянутую руку. Но доктор не терял надежды. Он подкармливал ЦиЦи мясом, которое ему приносили, и с жалостью наблюдал, как девочка впивается в него своими почерневшими зубами. Но время шло, и болезнь становилась только хуже. Последние дни ЦиЦи полностью отказывалась от еды, мясо животных потеряло для неё интерес, гораздо привлекательнее стал собственный отец, пышущий жизнью. — Тебе нужно поесть, – продолжал уговаривать дочку Бай Чжу, – иначе ты совсем ослабнешь. А ведь я пока не нашёл лекарства. Ты не должна умереть от голода до того, как я сделаю это. Бесполезно. ЦиЦи не понимала его слов, ею двигали первобытные инстинкты. Мужчина с тоской посмотрел на лежащее на полу мясо. Его дочь уже три дня не притрагивалась к еде, с этим нужно было что-то делать. — Если ты отказываешься есть сама, то я заставлю тебя силой. Очень не хотелось этого делать, но выбора не оставалось. Бай Чжу крепко схватил сопротивляющуюся ЦиЦи за голову, она тут же вцепилась в его руку своими маленькими пальчиками, безуспешно царапая обломанными ногтями плотную кожу перчаток. Мужчина подхватил кусок мяса и грубо запихнул его девочке в горло, проталкивая дальше по пищеводу, чтобы она его не выплюнула. ЦиЦи захрипела, пытаясь откашляться, однако её держали крепко, не позволяя вырваться, и зомби ничего не оставалось, кроме как проглотить противную пищу. — Умница, – похвалил её Бай Чжу, погладив по волосам. Девочка улучила момент и вцепилась зубами отцу в руку, пытаясь прокусить перчатки. Доктор с небольшим усилием стряхнул её с себя, поднимаясь на ноги. – А теперь отдыхай. Он вышел из подвала, сняв перчатки, после чего поднялся к себе в кабинет. Состояние ЦиЦи становилось всё хуже. Её плоть сгнивала на глазах, в гноящихся ранах завелись опарыши, а разнообразные насекомые ползали по телу, гнездясь в одежде и волосах. Бай Чжу обратил внимание, что в потускневших глазах завелись черви, их почти не было видно, но цепкий взгляд мог заметить тонкие извивающиеся полупрозрачные ленты на белках. Открыв книгу по фармакологии, Бай Чжу погрузился в чтение, раз за разом пробегаясь глазами по уже успевшим набить оскомину строчкам. Мысли витали где-то далеко, не позволяя сосредоточиться, и примерно через полчаса мужчина сдался, откладывая книгу. Он очень беспокоился за дочь, как она там в подвале, помогло ли мясо хоть немного, или ей таки удалось выплюнуть его. Не способный отвлечься от тяготящих размышлений, доктор решил ещё раз спуститься вниз, чтобы убедиться в беспочвенности своих опасений. Но стоило ему перешагнуть порог, как Бай Чжу понял – опасения были не напрасны. ЦиЦи сидела в своём углу и блевала на пол, выкашливая непереваренные куски сырого мяса. В них теперь тоже гнездились опарыши. Когда-то свежее мясо выглядело сейчас сгнившим, будто болезнь перекинулась и на него. Мужчина обессиленно опустился на пол, подтягивая колени к груди и утыкаясь в них лбом. Всё было бесполезно. Организм отторгал животное мясо, а достать человеческое доктору бы не позволили моральные принципы. Он не мог просто убить другого человека или ампутировать руку пациенту, пришедшему за помощью. На такую сделку с совестью Бай Чжу бы никогда не пошёл, даже ради дочери. Да и был ли в этом смысл? С его ограниченными ресурсами найти лекарство не представлялось возможным. Всё это пустая трата времени, его дорогую ЦиЦи уже не вернуть. Жестокий мир отнял у него самое дорогое. Ненадолго подняв взгляд, Бай Чжу столкнулся с холодными безжизненными глазами, со злобой сверлившими его. Пора было прекратить её мучения. Поднявшись, мужчина ненадолго вышел из комнаты, а вернулся уже со старой ржавой трубой в руках. Он подошёл к девочке ближе, с жалостью взирая на то, во что она превратилась. — Прости, моя милая. Нужно было сделать это ещё тогда. Ты ведь так мучилась, а я просто смотрел и не находил в себе сил, чтобы помочь. Но теперь я смогу. Я наконец-то освобожу тебя. Замахнувшись, он обрушил трубу на маленькую головку, раскраивая череп. А затем ещё и ещё раз, пока от черепа не остались одни обломки, а мозги не разметались по полу. Труба выпала из ослабевших рук. Бай Чжу не мог на это смотреть, поэтому поспешил покинуть подвал, возвращаясь на кухню и опускаясь за стол. Мужчина облокотился на него, закрывая лицо руками. Всё, чем он так дорожил, всё, что любил, исчезло без следа. Сперва мир забрал его жену, затем и дочь. Так зачем ему было дальше жить? В отчаянии Бай Чжу закричал, смахивая со стола тарелку. Та упала на пол, разбиваясь на множество осколков. Жизнь потеряла последние краски, вытекая слезами из покрасневших глаз. Был ли апокалипсис наказанием? Велением свыше? Он отбирал у людей надежду, заставляя из последних сил цепляться за ничтожное существование ради жалкой веры в то, что рано или поздно это всё закончится. Бай Чжу не знал и, если честно, не хотел знать. В его кабинете в ящике стола лежал заряженный пистолет. Так, может, стоило закончить всё здесь и сейчас? Распрощаться с опостылевшей жизнью и отправиться на небеса к своим родным? Мужчина поднялся из-за стола, намереваясь воплотить задуманное, и тут в дверь постучали. — Доктор, Вы дома? Нам нужна помощь. Бай Чжу остановился на середине пути, переводя взгляд на деревянную дверь со стеклянными вставками. На улице маячили люди, одного из них, кажется, несли не плечах. Старая врачебная привычка, за годы укоренившаяся глубоко, не позволяла бросить нуждающихся. Сам не понимая зачем, Бай Чжу двинулся к выходу. Пусть он и не мог помочь себе самому, но в этом мире всё ещё оставались люди, рассчитывающие на него. И пока он был хоть кому-то нужен, совесть не позволяла вот так просто оставить больных на произвол судьбы. Пусть он не смог спасти жизнь дочери, однако взамен он мог помочь остальным. Зацепившись за эту причину жить, Бай Чжу вытер слёзы и открыл дверь.