Одно простое желание

Осознание того, что я могу быть привлекательным, придаёт мне уверенности. После последнего зачёта, кстати, английского, который я чудом сдал, и всё благодаря моему новому другу, мы с группой решаем отметить. Сначала пиццерия, а потом заваливаемся в бар. Сам не замечаю, но я довольно быстро набираюсь, наверное, от пережитого стресса, перехожу ту грань, за которой всё становится легко и просто. Рядом сидит Кристина, моя одногруппница. Она громко смеётся над моими шутками, несколько раз задевает меня рукой, а потом предлагает выйти на воздух. Но не успеваем мы дойти до двери, как она хохочет и тянет меня в какой-то закуток, где помещаемся только мы вдвоём. Она так близко, дышит мне в шею, её волосы смешно щекочут ноздри, и я наклоняюсь и зачем-то целую её. Не сказать, что она мне реально нравится, но сейчас это кажется правильным. На удивление, она не отстраняется, а наоборот льнёт ко мне и отвечает на поцелуй. Опыта в этих делах у меня маловато, но вроде получается неплохо. Надеюсь, я не слишком её обслюнявил. Мы ещё некоторое время обжимаемся, пока мимо не проходит кто-то из персонала и деликатно покашливает. Тогда мы возвращаемся к остальным, но теперь уже держимся за руки. Я ужасно горжусь собой! Я впервые поцеловал девчонку, и она не залепила мне пощёчину, не сказала какую-нибудь гадость, а совсем даже наоборот! В кармане вибрирует телефон, но я не отвечаю. Ведь для того, чтобы достать его, мне надо отпустить теплую руку Кристины. А я совсем не хочу этого делать. Потом я рвусь проводить Кристину, хотя уже не очень уверенно держусь на ногах. Чёрт, зачем же я так нажрался?! Но девчонки решают взять такси до общаги, так что теперь моя задача — добраться до дома без потерь. Проверяю сумку и телефон. Вроде ничего не посеял. В метро я кимарю, а на выходе соображаю, что в таком виде домой являться не стоит. Скандала не избежать. Поэтому что я делаю? Правильно — я звоню Алексу. Прямо в дверь! — Слава богу, живой! Где ты был? Почему не отвечал на звонки? — Успокойся, папчка! Я цел и невдирим. То есть, невредим, — язык так смешно заплетается. — Где ж ты так нализался? — Алекс помогает мне снять куртку и ботинки. Ведёт меня в ванную, плещет в лицо холодной водой. — Ой, мокро! — отбиваюсь я. — Тебя не тошнит? Подожди, я принесу уголь. — Мы, что, будем топить печь? Алекс устраивает меня на крышке унитаза, но я почему-то сползаю куда-то вбок. Тогда он тащит меня в комнату и начинает раздевать. Окончания этого процесса я уже не улавливаю, так как проваливаюсь в сон. Пробуждение ужасно. Голова раскалывается, во рту как кошки нассали. Пить хочется, как будто я прополз всю Сахару с юга на север. Пытаюсь пошевелиться и понимаю, что в постели я не один. — Проснулся, алкаш? Ой, только не дыши на меня. Я сейчас. Алекс суёт мне под нос стакан с какой-то шипучкой. — Это что? — Эликсир жизни. Пей, давай. — А почему ты спал со мной? — Не с тобой, а рядом, — поправляет он. — Не хватало еще, чтобы ты задохнулся собственной рвотой. — Да уж, знатно меня развезло. — Да вы, поди, лакали невесть что. Ты уж поаккуратнее с этим делом. Уж если пить, то что-то качественное и не смешивать. Алекс заставляет меня выпить чай и съесть тост. Когда мне становится полегче, я вспоминаю главное событие вчерашнего вечера: — Прикинь, а я вчера целовался. — И с кем же? — С девчонкой из группы. — Она что, тебе нравится? — кажется, в его голосе проскальзывают нотки недовольства. — Да не так чтобы. Но она симпатичная. И хорошая. Вроде бы. — Ну что ж, надо когда-то начинать. Понравилось? — Я, честно говоря, не понял. И не уверен, что делал это правильно. А как вообще учатся целоваться? — Ты хочешь инструкцию или практическое занятие? — Алекс ёрничает. — Ну вот ты как учился? — Исключительно на практике, мой юный друг. Между прочим, я вчера начал смотреть один фильм, когда ты заявился. Не хочешь присоединиться? Тут я вспоминаю, что не предупредил родителей, что не приду ночевать, и меня пробирает дрожь. — Ой, я ж своим не позвонил! — Расслабься, я позвонил. Сказал, что мы отмечаем у меня, и что ты останешься. — А как ты позвонил? — На твоём телефоне посмотрел номер. — Он же запаролен. — Ты удивишься, но я знаю пароль. Ты столько раз его при мне набирал. Так что ради спокойствия твоих родителей, я посягнул на приватность твоей личной жизни. — Да не страшно. Главное, они не волновались. Спасибо тебе. Алекс устраивается рядом со мной на диване и запускает кино с начала. Мы смотрим «Игру в имитацию». Я периодически отключаюсь, но улавливаю общий смысл. Жуткая история, вообще-то. — Жесть какая, ну не суки они, а? — заключаю я, когда фильм заканчивается. — Ты так думаешь? То есть, ты считаешь, что однополые отношения имеют право на существование? — я чувствую в тоне Алекса какой-то подвох. — Ну я, в принципе, ничего не имею против. Если кому-то нравятся парни, это их личное дело. — А тебе мог бы понравиться парень? — В каком смысле? — уточняю я. — В том самом. — Не, вряд ли. — А если б ты понравился парню? Что бы ты делал? — Я не знаю. Никогда об этом не думал. — Так подумай. Чисто теоретически. Думать у меня сегодня получается с трудом. Зависаю, как перегруженный комп. — Ну а если бы твой друг оказался геем или би? Ты бы как к нему относился? — настаивает Алекс. — Слушай, ну я не знаю. Я плохо себе представляю эти отношения. Если меня не касается, то я не возражаю. Но вообще это странно. Ну а ты бы? Ты бы смог, например, поцеловаться с парнем? Алекс как-то слишком пристально смотрит на меня. Потом склоняет голову набок и медленно, словно бы нехотя, отвечает: — Смог. — Ну одно дело сказать, — начинаю я, но он перебивает. — Я пробовал. На самом деле, мой первый поцелуй и был с парнем. Тут уже я не нахожу, что сказать. К горлу подкатывает тошнота. То ли вчерашняя выпивка напомнила о себе, то ли воображение разыгралось. Я глубоко дышу, чтобы не блевануть. Ведь подумает, что это из-за его слов. Но, слава богу, меня отпускает. Мы больше не возвращаемся к этой теме. Когда я более-менее прихожу в себя, начинаю собираться домой. Через три дня экзамен, нехило бы начать готовиться, хотя сегодня я явно не боец. — Тебя проводить? — Не, спасибо, я сам дойду. Мне полезно проветриться. Он не настаивает, и я плетусь домой. Притормаживаю на лавочке у подъезда. Дышу холодным январским воздухом, и он немного прочищает мозги. То есть, Алекс вот сейчас мне признался, что он — гей? И в том, что я ему нравлюсь? Или он просто учился целоваться с приятелем? Или стебался надо мной? Ответов на эти вопросы я не нахожу.