The Adults Are Talking

Стив любил своих друзей. Он любил их больше жизни. Отчасти дело было в том, что ни одна девушка ещё не смогла зацепить его настолько сильно, чтобы он захотел связать с ней всю свою жизнь. Ещё большую роль сыграли «Друзья», которых он смотрел с самой первой серии. Это ведь было настоящей мечтой — костяк близких людей, друг за друга горой, обретенная семья. И эта мечта была явью. У них было своё особенное место — кафе Тако Ринг, бюджетная пародия на Тако Белл, только в Куинсе. Здесь были столики с мягкими диванами, чтобы все могли уместиться. И, хоть ребята были заняты своими делами, будучи в возрасте двадцать один плюс, что обязывало либо работать, либо учиться, либо совмещать, они регулярно собирались в Тако Ринг. Это было традицией. Стив никогда не приходил первым, как бы ни старался, хоть и считал себя пунктуальным человеком. Он парковал машину, чаще всего приезжая вместе с Робин, а на их месте уже ждали Нэнси и Джонатан. Нэнси была человеком, который выйдет из дома на полчаса позже, но всё равно приедет вовремя. Джонатан был тем, кто выходит за час, а потом удивляется, почему никого ещё нет. В каком-то смысле, они были идеальной парой. Робин и Нэнси целовались в щеки, Джонатан и Стив обнимались, хлопая друг друга по спине. Официантка сразу приносила им огромный кувшин имбирного лимонада, зная все заказы наизусть. Стив разливал напитки по стаканам, оставляя для Билли один пустой, потому что этот засранец приезжал последним… — Какие новости? — спросила Нэнси, поправляя на своих плечах съехавшую куртку бойфренда. — Стив устроился на работу, — выпалила Робин. — Супер-крутую работу. — Куда ты ещё ни разу не заходила, — Стив откинулся на спинку дивана. — Потому что я занята экзаменами, — отмахнулась подруга. — Ещё успею. — Что за работа? — поинтересовался Джонатан, его голос звучал надломанно. — Я думал, ты ещё от прошлой не отошёл. — Я в норме, — помахал ему Стив. — Стив устроился в музыкальный магазин, — сказала Нэнси, — я же тебе рассказывала. Джонатан нахмурился, задумываясь. — А ты откуда знаешь? — спросил Стив. — Мы с Нэнс часто болтаем по телефону, — улыбнулась Робин, — и переписываемся в «аське». — Тогда есть ли смысл мне вообще что-то рассказывать? — Стив рассмеялся. — Все уже всё знают. — Расскажи, как тебе работа, — предложила Нэнси, листая попутно меню, — Господи, они добавили тако с острой жареной говядиной… — Я закажу сегодня с тофу, вместе с тобой, — улыбнулся ей Джонатан, за что Нэнси мягко погладила его по руке. — Работа как работа. Могло быть намного хуже, — Стив пожал пречами. — Что? — Робин тыкнула в него мокрой трубочкой из стакана, — Да ты дома о ней не затыкаешься. Нэнси, я говорила тебе, что владелец магазина — друг Билли? — О, да, — вспомнила Нэнси, — Джонатан знаком с Эдди вроде бы. — Мы пересекались пару раз, — подтвердил Байерс, — Он классный, только иногда бывает чересчур активным… — Только иногда? — Стив оживился. — Эдди похож на ядерный взрыв, как когда ты видишь гриб вдалеке, но уже понимаешь, что бежать бесполезно. — Мы вчера смотрели документалку про Хиросиму и Нагасаки, — пояснила Робин. Дверь закусочной открылась со звоном, впуская на мгновение звуки улиц. — Простите, можно пиво за вон тот столик? — крикнул Билли на ходу. — Привет всем, кого не видел. Он сел рядом с Робин, и теперь она оказалась зажата между ним и Стивом. — Пиво вечером вторника? — спросила Бакли, поправляя волосы друга, как она всегда любила делать, — Тебе разве завтра не надо на студию? — Да к чёрту всё, — Билли сложил руки на столе и уткнулся в них лицом. Стив редко видел его таким расстроенным. Казалось, Билли Харгроув и его ухмылочка всегда шли в комплекте, а мирские проблемы парня не касались. Но так могли считать только незнакомцы, те, кто не знал парня настоящего. — Ты в порядке? — спросила Нэнси, осторожно дотрагиваясь до его руки. Билли пробурчал что-то непонятное, всё ещё лёжа на столе, но оживился, как только ему принесли пиво. Ребята молча ждали, пока Харгроув сделает пару глотков. Вот теперь он был готов говорить. — Мне позвонила Макс, около часа назад, пока я стоял в пробке на восемьдесят шестой, — сказал Билли. — Хотелось просто выйти из машины и долбануть кому-нибудь ногой в фару. — Макс, твоя сестра? — вспомнил Джонатан, напрягаясь. — Как она? Так уж сложилось, что брат Джонатана — Уилл, которого парень окружал любовью и гиперопекой с малых лет, и его новоприобретенная сестра Джейн были одного возраста с сестрой Билли. Сводной сестрой. А также с братом Нэнси — Майком, который был просто ходячей катастрофой. Так или иначе, каждый из их компании был в некотором смысле нянькой, ощущая на себе дополнительный груз ответственности. — Делай глубокий вдох и считай до десяти, Билли, — сказала ему Робин. — Да, я помню, — Харгроув устало потёр лицо рукой. — Там что-то с отцом. Он опять не в себе, но, возможно, в этот раз всё намного хуже. Я сам не до конца разобрал, что она говорила. Макс — просто психичка. Пока мы разговаривали, она уже собирала вещи. — Что? — Стив оживился. — Она хочет сбежать из дома? — Типа того, — кивнул Билли. — Хочет переехать ко мне. Сказала, что купит билет на поезд на свои сбережения. За столом вдруг стало тихо. Ребята обдумывали слова друга. Все они знали, какая семейная драма стояла за спиной Билли, также они знали, чего ему стоило справляться с последствиями своего неспокойного детства — реабилитация, психотерапия, курсы по управлению гневом. Когда Стив впервые встретил Харгроува, примерно через год после переезда в Нью-Йорк, Билли набил ему морду. Они дрались, как бешеные собаки. Потом Билли исчез. От него ничего не было слышно на протяжении месяцев, Стив даже стал переживать, хоть они и не были друзьями. И спустя время Харгроув объявился на пороге квартиры, когда Стив ещё жил один, и у него с собой был пакет еды на вынос и ящик пива. Так началась великая дружба. Стив, наверное, больше других знал о том, на что способен отец Билли, и ему было страшно представить, что такого могло произойти с Макс, по рассказам, упёртой и не дающей себя в обиду, что девочка решилась поехать в другой город и жить с братом, с которым была в далеко не самых тёплых отношениях. — У тебя только одна спальня, — заметил Стив. — Я буду спать на диване, — Билли звучал так, словно всё уже для себя решил. — Жалко, теперь некуда будет водить милых дам. Билли слегка улыбнулся, разряжая обстановку. Они заказали себе тако, стандартные с мясом для всех, кроме Нэнси и, сегодня, Джонатана, и ещё пару порций картошки-фри и начос с сыром. Билли остановился на одной бутылке пива и больше не брал, ему ещё было садиться за руль. Стив пытался влиться в разговор, когда Нэнси снова объясняла им тонкости своей научной диссертации: что-то о грибах или грибницах, у него с биологией было плохо, что в школе, что в колледже. Зато Робин была крайне заинтересована, расспрашивая подругу обо всём подряд. Билли расслабился наконец и шутил, что грибам есть множество применений в разных сферах, Нэнси закатывала глаза. За их столом всегда было так шумно. Даже Джонатан вставлял свои мрачные реплики, к которым ребята привыкли, Стив мельком отметил, что его глаза были краснее обычного и парень слегка покашливал— наверное, простудился. В октябре в Нью-Йорке наступал сезон дождей. — Нам стоит позвать Эдди в следующий раз, — предложил вдруг Билли, — что думаете? Он мой друг, да и Стив с ним поладил, чуть ли не в рот друг другу заглядывают. Стив перегнулся через Робин, чтобы шлёпнуть Билли по руке, отчего Харгроув выронил свою картошку, но пакостно улыбаться не перестал. — Я всегда рада новым знакомствам, — сказала Робин. — Почему нет? — Можно, наверное, — Нэнси закусила губу, думая, — но он ведь… Панк? — Он — металлист, — кивнул Билли, — им друг от друга недалеко. Нэнси нахмурилась. — Второго своего братца я не перенесу, — сказала она. Робин украла начос с её тарелки, и Нэнси молча пододвинула ей свою порцию. — Эдди адекватный, — заверил Стив. — В смысле, он как Билли, только носит чёрное и фанатеет по этим… Драконам и шахтам. — Подземельям? — спросил Джонатан, — Уилл тоже играет в ДнД. У них там какой-то кружок с одноклассниками. — Взрослый парень играет в настолки, — вздохнула Нэнси. — Но у него хотя бы есть работа. — У нас в подсобке, — Стив заговорщически приблизился к друзьям, облокачиваясь на стол, — есть чертова комната для игр. — Ролевых? — пошутил Билли. — Да-да, — закатил глаза Стив, — там такой круглый стол с картой, фигурками. Я как-то спросил у Эдди, так он мне пока объяснял, упомянул, что набор игральных кубиков стоит больше моей зарплаты. — Они золотые, что ли? — усмехнулась Робин. — Вольфрамовые, — ответил Стив, — чем бы это ни было. — А у моего брата, — Джонатан тоже наклонился ближе, — есть остроконечная шляпа и мантия. Для этих игр. Они рассмеялись, Билли подавился картошкой, представляя младшего Байерса в дурацком костюме. Нэнси прикрыла лицо рукой, пряча смех — она в Уилле души не чаяла. — Братья, сёстры, — сказал Харгроув, — нынешнее поколение совсем другое. Твой брат играет в Подземелья, ещё плюс сестричка со странностями, — он кивнул Джонатану. — Твой… Занимается хрен пойми чем, — сказал он Нэнси, — а моя мелкая катается на скейте. Дай боже, она станет лесбиянкой. — Серьёзно? — спросила Робин. — Я помню себя в её годы, я знаю мальчишек, — сказал Билли со злостью, — и, надеюсь, Макс выберет лучший пол. — Кто знает, — Робин обняла друга за плечи. — Хэй, ты носишь мою фенечку! Билли гордо поднял руку: на его запястье красовалось переплетение ярких нитей. Робин, помимо рисования, имела ещё тысячу и одно хобби, на которые ей невиданным образом хватало времени. Стив же едва управлялся с работой в магазине, покупкой продуктов и уборкой. — У меня вот ни сестер, ни братьев, — сказал Харрингтон. — А как же тот кудрявый парень? — спросила Нэнси, — Этажом ниже. — Дастин, — кивнул Стив. — Иногда я подвожу его в школу. Его мама сидит на антидепрессантах и не функционирует большую часть дня. — Хреново, — прокомментировал Джонатан. — Он неплохо справляется, — заверил Стив. — Самый жизнерадостный ребёнок, какого я встречал. Только друзей у него нет. Надо спросить, может, он играет в этих Драконов… Познакомим их с Уиллом. — Отличная идея, — улыбнулся Джонатан. На часах было уже одиннадцать вечера. Тако Ринг работал круглосуточно. — Мне завтра на работу, — Стив протёр глаза руками. — Надо выспаться. Пойдём, Роб? — Да, конечно, — Робин собралась вставать, и Билли помог ей с сумкой. — А мы с Джонатаном завтра идём на ужин к моим родителям, — вспомнила вдруг Нэнси, — А потом на пару дней поедем в Ньюарк. — У вас же годовщина! — воскликнула Робин, — Чёрт, ребята… Сколько вы уже вместе? — Шесть лет, — Джонатан улыбнулся, помогая Нэнси завязать шарф. Он смотрел на неё этими глазами… Наверное, Стив хотел так же смотреть на кого-нибудь. — Ждите от меня подарок с первой зарплаты, — сказал он. — Нэнс, вы будете проезжать наш тауншип? — Нет, — Нэнси приобняла Стива, когда они вышли из-за стола. — Мы едем другой дорогой. Стив поджал губы. Они вышли на улицу, но вместе с Нэнси слегка отошли от ребят. — Когда ты в последний раз звонил маме? — спросила она. — Я не упрекаю, если что. Просто, знаешь, моя всё ещё общается с твоей. — Я знаю, — он улыбнулся ей. — Всё в порядке… Мы давно не связывались, ты знаешь. А у отца день рождения через месяц. Нэнси сжала его локоть. — Подари ему какой-нибудь дерьмовый коньяк, — сказала она, негромко смеясь. — Всё равно он будет недоволен, что бы ты ни выбрал. — Да, точно, — Стив тоже рассмеялся, вспоминая вечно хмурое лицо папы. — И как там успехи с блокнотом? — спросила девушка. — Пришло вдохновение? Они стояли под светом фонарей и неоновой вывески кафе. Небо было затянуто тучами, но дождь никак не хотел обрушиться. Где-то рядом Билли понтовался звуком своего мотора. — Пока что нет, — ответил Стив, — Но я буду стараться. Нэнси поправила воротник его куртки и улыбнулась перед тем, как уйти к Джонатану. Ребята сели по своим машинам, обещая друг другу встретиться скоро вновь. Стив вёл молча, даже Робин казалась уставшей, что редко с ней бывало. Домой зашли так же тихо. По очереди сходили в душ, вместе почистили зубы, а перед сном, как обычно, смотрели телик, сидя на диване в пижамах. Робин уснула первой, и Стив помог ей дойти до спальни, укладывая на кровать, потому что не хотел, чтобы у подруги утром болела шея. Он лёг в свою постель, оставляя форточку открытой, но залезая под одеяло почти с головой. Блокнот, чёрный, в кожаном переплёте, смотрел на него со стола. Стив отвернулся к стене и заснул с лёгким беспокойством в груди, неспособный объяснить его.