Из Шёпота Облаков

Сайно постоянно в разъездах, постоянно по уши в работе, постоянно где-то далеко. Но будь он в опаляющей жаром пустыне или в темной чаще джунглей, Сайно постоянно будет в сердце Тигнари. У генерала махаматры нет дома, но он хотел бы, чтобы его домом стала Гандхарва. Сайно уверен, что с ним никогда ничего не случится. Совсем не потому что считает себя каким-то особенным или благословленным. — Просто результат длительных тренировок, — бурчит он. По мнению Тигнари, эти тренировки слишком длительные и слишком изматывающие. — Да ты еле на ногах стоишь. Какая тебе пустыня? Ещё шаг и ты в обморок свалишься, — лесной страж привык поучать незадачливых путешественников, но настолько упрямых особ он встречал редко. — Я говорю, отойди от двери. Пожалуйста, — Сайно был серьёзен и непреклонен, но крайне мило хмурил брови. Увидев самого генерала махаматра в таком настроении, любой бы содрогнулся. Но не Тигнари, тот не привык сдаваться. — Хватит упрямиться. Тут же даже нет никого, перед кем ты бы мог боятся «опозориться», — не унимался он. Тигнари был выдающим учёным и способным ботаником, но в людей он понимал не всегда. Сайно хотел быть сильным. Или хотя бы казаться сильным перед всеми, а особенно перед ним. Сайно хотел, чтобы Тигнари доверял ему и чувствовал себя в безопасности, чувствовал, что почти всемогущий генерал махаматра словно щит закроет его от всех бед. Но все щиты со временем изнашиваются, сколько бы ты не доставал из них стрелы и копья. Герои не плачут. Сайно резко отвернулся, осознав происходящее, и начал судорожно вытирать глаза руками. Тигнари понял. Понял, что он вообще-то полный идиот и у него надо отобрать все грамоты из Академии, потому что учёные должны быть с мозгами. — Сайно… — Тигнари кинулся к нему, осторожно и немного неуклюже обнимая истощенную постоянными экспедициями фигуру. — Прости, я не должен, — Сайно злится на себя, сжимая до боли кулаки. — Да, ты никому ничего не должен. Не должен всегда быть сильным, не должен быть супер-героем, не должен служить защитой всему Сумеру. Ты больше, чем просто генерал махаматра. Сайно, ты — человек. Самый самоотверженный, добрый, честный и целеустремлённый человек, которого я когда либо видел, — Тигнари хотел было продолжить, ведь ему определённо было что сказать, но вдруг вспомнил, в каком состоянии находится его друг. Тигнари взял его за обе руки и осторожно потянул за собой к кровати. Сайно поддался, обессиленно падая на неё и тут же засыпая. Лесной страж впервые за долгое время улыбнулся, как всегда тепло и кротко, но позволил себе сиять чуть дольше, проводя рукой по светлым волосам своего героя.