По осколкам наших душ

      Едва они вошли за портрет Полной Дамы, как Лили услышала голос девушки, что была с Гарри в библиотеке. Она ещё раз поправила амулет, меняющий её внешность, убедившись, что он не проглядывает из-под её мантии.       — Где ты был? — строгим тоном спросила девушка. — Мы волновались!       Гарри прошёл внутрь, и Эванс последовала за ним, осматривая почти не изменившуюся за двадцать лет гостиную факультета. Взгляд изумрудных глаз остановился на подруге её сына, внимательно изучая лицо и внешность.       Длинные пышные волосы шоколадного цвета спадали каскадом на её плечи, небольшие розовые губы были сжаты в тонкую полоску, отчего казались ещё меньше, аккуратный прямой нос, карие глаза, миловидное личико. Если бы Лили попросили оценить её красоту по десятибалльной шкале, то она с твёрдой уверенностью дала бы все девять. В разуме путешественницы во времени промелькнула шальная мысль, что девушка неплохо смотрелась бы с её сыном, и она поспешила выбросить эти глупости из головы. У неё обязательно появится шанс узнать об их взаимоотношениях позже, тем более что ей предстоит теперь жить с этой девочкой в одной комнате.       Девушка тоже заметила её за спиной Поттера и перевела на неё свой заинтересованный взгляд, в котором Лили на мгновение увидела умело скрытую подозрительность.       — Дамблдор позвал меня к себе, — Гарри подошёл к подруге и повернулся в её сторону, приглашающе махнув рукой. — А где Рон?       — В спальне, — не сводя с неё пристального взгляда, бросила девушка.       — Жаль. Хотел вас познакомить сразу, чтобы не пришлось делать это дважды, — Гарри указал рукой в сторону Эванс и продолжил: — Как ты уже знаешь, это переведённая студентка. Она…       — Эвелина Лилиана Эванс, — представилась Лили, перебив парня и протянув руку в сторону девушки. — Для друзей просто Эви или Лили. Как больше нравится.       Взгляд шатенки теперь не скрывал своей подозрительности, но она всё же пожала руку, отвечая взаимностью.       — Гермиона Грейнджер, староста факультета от пятого курса. Если что-то понадобится, обращайся ко мне. Постараюсь помочь всем, чем смогу.       Эванс кивнула в знак согласия и стала разглядывать остальных присутствующих в гостиной софакультетчиков. Она увидела в углу парня, ухаживающего за странным растением, который был похож на Фрэнка Лонгботтома, видимо, его сын; а затем рядом с ним заприметила двух девушек, одна из которых имела явно не английские корни.       — Не покажешь мне комнату? Я бы хотела пораньше лечь спать, — Лили вернула взгляд на старосту. — У меня сегодня был крайне тяжелый день.       Гермиона пару секунд смотрела в глаза Гарри, словно они мысленно вели какой-то диалог, и кивнула, разворачиваясь в сторону лестниц, которые вели в женское общежитие.       Гарри вздохнул, проводя рукой по своим волосам и наводя там ещё больший беспорядок, и рыжеволосая гриффиндорка не могла не отметить, что это имело свой определённый шарм. Лили мысленно усмехнулась, и последовала за Грейнджер.       — Приятно было познакомиться, Поттер. Увидимся утром, — он забавно кивнул головой и тоже направился в свою комнату.       Спустя пятнадцать минут успевшая принять душ Лили забралась в кровать и, закрывшись пологом, попыталась разобраться в своих смешанных чувствах. Пока с ней был Гарри, её мысли крутились вокруг рассказанных им историй. Но сейчас она вновь почувствовала тоску, одиночество и страх перед неизвестным будущим, которые заставили её глаза вновь повлажнеть. Она сморгнула подступившие слёзы и постаралась успокоиться.       Возле её тумбочки послышался негромкий шелест, и Лили поспешила раскрыть полог. Но, никого там не обнаружив, она перевела растерянный взгляд на предмет мебели и с удивлением увидела там флаконы с успокоительным и снотворным. Списав всё на заботливых домашних эльфов, гриффиндорка приняла предложенные зелья и улеглась обратно, закрывая глаза. Мысли продолжали метаться в её голове, но ей совершенно не хотелось цепляться ни за одну из них. Буквально через пару минут сонливость навалилась на неё, и она забылась беспокойным сном.       Утром её разбудила Гермиона, негромко постучав по тумбочке. Эванс распахнула полог, не вылезая из-под одеяла, и уставилась на девушку сонными глазами.       — Доброе утро? — борясь с зевотой, пробормотала она.       — Доброе. Профессор МакГонагалл просила передать тебе, чтобы ты зашла к ней за расписанием перед завтраком. Поэтому мне пришлось тебя разбудить, прости, — на одном дыхании протараторила староста. Лили коротко кивнула, потянувшись под одеялом.       — Спасибо.       Ей потребовалось около получаса, чтобы привести себя в порядок и спуститься в гостиную, где её ждал Гарри в компании уже знакомого ей рыжеволосого долговязого парня.       — Привет, — заметив её, Поттер махнул рукой в приветственном жесте и поспешил представить своего собеседника. — Это мой друг.       — Рон Уизли, — рыжий тоже встал и протянул ей руку, которую она слегка пожала.       — Очень приятно. Эвелина Эванс. Можно просто Эви или Лили, как больше нравится, — она с удивлением отметила, что в глазах парня промелькнуло то же подозрение, что и у Грейнджер вчера. Похоже, с просьбой Дамблдора не раскрывать себя перед Гарри и его друзьями, Эванс полностью провалилась.       — Идём на завтрак? Я голодный. Настолько, что, кажется, будто слона бы съел.       — Ты неисправим, — беспечно улыбнулся Гарри, качая головой. И Лили почувствовала, что тоже не может удержаться от смешка.       Они вчетвером покинули гостиную, перешучиваясь по пути, пока направлялись в Большой зал, но вскоре Эванс пришлось отстать от них, чтобы посетить декана. Заметивший это Поттер остановился, вопросительно выгнув бровь.       — Мне нужно за расписанием к профессору МакГонагалл, — пояснила она и подняла ладонь, не дав парню что-либо сказать. — Я знаю дорогу. Увидимся за завтраком.       Добравшись до нужного ей кабинета, девушка постучала, и через пару секунд дверь перед ней сама распахнулась, приглашая войти.       МакГонагалл сидела на своём рабочем месте, проверяя небольшую груду свитков с домашними заданиями. Заметив вошедшую, она оторвала взгляд от очередного эссе, написанного неровным почерком явно второпях, и улыбнулась уже привычной Лили улыбкой.       — Доброе утро, профессор.       — Здравствуй, Лили. Извини, что не посещала тебя по вечерам последние несколько дней. Были некоторые проблемы, с которыми мне пришлось разбираться, будучи заместителем директора, — женщина чуть поморщилась, отложила в сторону перо и свиток и приглашающе указала на трансфигурированный стул напротив себя. — Вчера Альбус сообщил мне, что ты остаёшься с нами, — сочувствующий взгляд с тревогой остановился на ней. Морщины более отчётливо проступили на лице старшей ведьмы. — Просто помни, что двери моего кабинета всегда открыты для тебя, и я никогда не откажу тебе в помощи, если она понадобится.       Эванс кивнула, заправляя выбившийся локон за ухо, и опустила плечи, устроившись на стуле поудобнее. В её голове голос Гарри вновь напомнил, что, даже оказавшись в этом времени, она была не одна; здесь были люди, которым не безразлична её дальнейшая судьба.       — Мне передали, что вы хотели меня видеть, — Минерва встрепенулась и стала искать на своём столе среди отдельной кипы бумаг необходимое.       — Да. Как только директор сказал мне, что с сегодняшнего дня ты будешь посещать занятия вместе со всеми, я тут же подняла архивы, нашла факультативы, которые ты выбрала в прошлом, и скорректировала твоё расписание с общим курсом этого семестра. Вот, — женщина протянула ей листок, и Лили бегло просмотрела его, удовлетворённо кивнув.       — Спасибо, профессор.       МакГонагалл снова одарила её заботливой улыбкой и, словно вспомнив что-то, вновь начала перебирать бумаги.       — К сожалению, в школе были упразднены курсы оказания первой медицинской помощи для желающих обучаться целительству, но я переговорила с мадам Помфри, и она согласилась давать тебе частные уроки каждые вторник и пятницу после окончания твоих основных занятий. Конечно, если ты не передумала становиться колдомедиком. Так же я не могу вернуть тебе должность старосты по вполне очевидным причинам, но, думаю, ты найдёшь, чем занять себя в свободное время.       — Спасибо, — вновь поблагодарила женщину Лили и встала, собираясь отправиться на завтрак.       — И, Лили, — окликнула её профессор, когда она уже положила руку на дверь. — В этом году у нас в школе на посту преподавателя Защиты от тёмных искусств присутствует мадам Амбридж. Эта… женщина была приставлена Министерством с целью инспектирования школы и выявления в ней незаконной деятельности. Постарайся не конфликтовать с ней и не давай повода для назначения тебе отработок. Она и без того очень заинтересована тобой из-за твоей истории с переводом. Я искренне надеюсь на твоё благоразумие.       Лили вновь кивнула, давая понять, что приняла во внимание предупреждение, и направилась в Большой зал. По непонятной ей самой причине она уже заочно была настроена против названной деканом женщины. Было ли это из-за мнения МакГонагалл или из-за её собственного предчувствия, Эванс не знала, но мысленно уже планировала свести контактирование с преподавателем ЗоТИ к необходимому минимуму.       За столом Гриффиндора она легко отыскала Гарри и его друзей и направилась в их сторону, по пути ловя на себе сотни заинтересованных взглядов от остальных учеников. Чуть поёжившись, Лили заняла место рядом с Гермионой, напротив парня, которого посчитала сыном Фрэнка Лонгботтома.       Вокруг стоял возбуждённый гомон студентов, тут и там то и дело можно было услышать громкий смех. Вся эта атмосфера, ничем не отличавшаяся от той, что была в её времени, заставила рыжеволосую девушку почувствовать себя действительно на своём месте.       — Ну? Что у тебя по расписанию? — Гарри, сидевший напротив Гермионы, подался чуть вперёд, едва не опрокинув кубок с тыквенным соком.       — Чары. Затем защита, а после обеда Травология, — сверившись с расписанием, ответила девушка и приступила к трапезе.       — Можно? — поинтересовался парень, протянув руку, и Лили передала ему листок с занятиями, отправляя в рот ложку каши.       — У тебя есть курсы целительства? — удивлённо воскликнула Грейнджер, привлекая внимание сидящих рядом студентов. — Я никогда не слышала, чтобы у нас в школе был такой факультатив!       Эванс пожала плечами, слишком увлечённая завтраком, чтобы давать какие-то объяснения. К тому же просвещение других студентов больше не входило в её обязанности.       — Ты хочешь стать колдомедиком? — влез в разговор парень напротив неё, а затем стушевался под её взглядом и поспешно представился: — Ух. Я Невилл. Невилл Лонгботтом.       — Эвелина Эванс, приятно познакомиться. Надеюсь, поладим.       — Не знаю, в курсе ли ты, но на уроках защиты лучше не выделяться и не привлекать внимание Амбридж, — посоветовал Уизли, оторвавшись от своей порции. — Она явно имеет предубеждения против маглорожденных. Ты ведь одна из них?       — Спасибо, учту, — коротко ответила Лили, мысленно задаваясь вопросом, что же из себя представляет эта женщина, которую остерегаются не только студенты, но и профессора. — И, отвечая на твой вопрос, да, я маглорожденная.       Гарри крепко стиснул в своей руке кубок с соком, что не осталось без её внимания, и вернул ей листок с расписанием. Он нахмурился, потирая шрам на лбу, и встал из-за стола. Лили в немом вопросе выгнула бровь, мысленно отмечая, что эту привычку её будущий сын явно унаследовал от неё.       — Мне нужно отлучиться. Идите без меня, я вас догоню, — с этими словами он резко подхватил свою сумку и быстрыми шагами вышел из Большого зала.       — Что это с ним? — удивлённо спросил Рон.       — Не знаю. Может, опять шрам… — Грейнджер резко оборвалась на полуслове, бросив в её сторону настороженный взгляд. — В любом случае, предлагаю отправиться на урок, как только Эви доест. Ты не против?       Эванс в который раз за день кивнула. В её голове беспокойно металась мысль, что у Гарри и его друзей куда больше секретов, чем у любого из их ровесников, и Лили явно собиралась во всём этом разобраться, иначе она не заслуживала своего места на факультете глупых и безрассудных.       Урок чар стал для неё ещё одной отдушиной и напоминанием о привычной жизни. Хотя неподдельная радость на лице маленького профессора, с которой тот встретил её, когда она вошла в класс вместе с однокурсниками, несколько смутила девушку. Но она искренне наслаждалась занятием, даже не смотря на то, что серьёзно отстала от школьной программы из-за своего перемещения во времени. Флитвик крайне чётко дал ей понять, что не собирается давить на неё больше необходимого и всегда будет рад помочь нагнать упущенные ею знания. Это в очередной раз напомнило ей о словах Гарри; о том, что она явно не будет одинока в этом времени.       Сам же Поттер по непонятной ей причине сел подальше от неё и своих друзей, выбрав место рядом с Невиллом почти в противоположном конце класса. И Лили была уверена, что не только она удивилась его действиям; Рон и Гермиона обменялись озадаченными взглядами и парой перешептываний, которые сама девушка не расслышала.       На уроке защиты всё повторилось вновь: Поттер занял самую дальнюю от них парту, со скукой уставившись в окно. Единственным отличием на этот раз стал его сосед по парте, вернее, соседка.       Это была невысокая блондинка с правильными чертами лица, чьи длинные волосы были аккуратно собраны в небольшой хвост. У неё была идеальная осанка, а движения были настолько плавными и грациозными, что сразу становилось понятно, что она из числа аристократии. Серебристо-зелёный галстук с гербом Слизерина на её мантии указывал на её принадлежность к факультету змей.       Едва подойдя к месту, где сидел Гарри, она что-то тихо ему сказала, но тот лишь проигнорировал её и продолжил изучать пейзаж за окном. Девушке ничего не оставалось, кроме как в раздражении занять место рядом, когда колокол возвестил о начале занятия. На её лице на мгновение проступил гнев, но вскоре она вернула свою ледяную маску равнодушия, достав необходимые принадлежности и учебник.       Со своего места поднялась женщина во всём розовом, сидевшая за столом преподавателя, и Лили прекратила свои наблюдения за гриффиндорцем, сосредоточившись на начавшемся уроке.       Профессор обвела весь класс взглядом, задержав его на Эванс чуть дольше, и поприветствовала студентов.       — Доброе утро, класс! — всё это время с её пухлого жабьего лица не сходила слащавая улыбка, а голос был настолько приторным, что Лили невольно скривилась в отвращении.       — Доброе утро, профессор Амбридж, — нескладно раздалось в ответ. Эванс повторяла вслед за однокурсниками, следуя совету МакГонагалл не привлекать внимание.       — Ну же! Мы ведь уже столько раз это репетировали. Давайте попробуем ещё раз, — профессор явно была не довольна таким слабым приветствием, но продолжала улыбаться. — Доброе утро, класс!       — Доброе утро, профессор Амбридж, — повторно раздалось в ответ. В этот раз вышло чуть лучше, но Лили не могла мысленно не закатить глаза на этот детский сад.       Однако Амбридж это, похоже, удовлетворило, поэтому она повернулась лицом к доске и постучала по ней короткой толстоватой палочкой, заставляя появиться тему сегодняшнего урока. Затем она вновь посмотрела на учеников и взяла в руки пергамент, закреплённый на планшете для бумаг.       — Как я вижу, сегодня у нас пополнение, — противным высоким голосом протянула она, отмечая присутствующих. — Приятно наконец-то увидеть вас вживую, мисс Эванс. Я очень ждала, когда же вы посетите мой класс вместе со всеми. В конце концов, ваш внезапный перевод не делает вас более привилегированной перед студентами, что сидят здесь, верно?       Лили лишь молча кивнула, в то время как ученики со змеиного факультета противно ухмылялись, глядя на неё. Однако в классе при этом раздалось два отчётливых фырканья, и она с удивлением отметила, что их источником были Поттер и его соседка.       С лица женщины в розовом мгновенно слетела вся напускная доброжелательность, и она нахмурилась, с неодобрением и презрением глядя в ту сторону.       — Вы хотите что-то сказать, мистер Поттер? — по неизвестным Эванс причинам Амбридж направила всё своё недовольство на Гарри, полностью проигнорировав тот факт, что его соседка точно так же нарушила стоявшую в кабинете тишину.       — Нет, профессор, — сухо отозвался Гарри.       — Минус один балл с Гриффиндора за перебивание профессора, мистер Поттер, — произнесла она, а затем вернула на своё лицо улыбку и продолжила:       — Для тех, кто ещё не в курсе, — на этих словах она просверлила взглядом Лили, затем переведя его на её сына, — и для тех, кто, скорее всего, подзабыл, я напомню, что если в этом классе кто-то хочет высказаться или задать вопрос, то он сначала должен поднять руку. Перебивать профессора — невежливо, верно?       Ответом ей была тишина. Профессор удовлетворённо кивнула и села на своё место.       — Хорошо. Продолжим изучение прошлого материала. Откройте ваши учебники на семьдесят девятой странице и внимательно прочтите пятнадцатую главу о правильном использовании контрзаклинаний в различных ситуациях. Затем законспектируйте самое важное на ваш взгляд.       Лили с недоверием наблюдала, как весь класс лениво зашелестел страницами и перьями, но прекратила оглядываться, получив лёгкий толчок в бок от Гермионы. Гриффиндорская староста пододвинула на середину парты свой учебник, заметив его отсутствие у соседки, и это не осталось без внимания Амбридж.       — Где ваш учебник, мисс Эванс? — противно растягивая слова, спросила женщина.       — Простите, из-за скорого переезда я не успела приобрести некоторые книги и учебники, — быстро солгала названная девушка, постаравшись принять наиболее виноватый вид.       — Что ж, — высокомерно задрав подбородок, ухмыльнулась жабоподный профессор. — Надеюсь, в следующий раз вы придёте на урок более собранной. Минус один балл с Гриффиндора за неподготовленность к уроку.       Гриффиндорка лишь кивнула, мысленно закатывая глаза на такие откровенные попытки поддеть её. А затем обернулась вместе со всем классом на звук чего-то упавшего.       — Простите, профессор, рука соскользнула, — по классу прокатилась короткая волна смешков, когда Гарри поднял руку и со скорбным видом обратился к женщине.       — Минус два балла с Гриффиндора за нарушение дисциплины и неаккуратность, мистер Поттер! Поднимите свой учебник и приступайте к заданию. Я с особой тщательностью проверю ваш конспект, — гневно воскликнула Амбридж, а затем поспешила разгладить невидимые складки на вязанной розовой скатерти своего стола.       «Весело у них тут», — мысленно усмехнулась Лили, приступая к чтению. Благо Грейнджер читала и конспектировала с той же скоростью, что и она сама, поэтому им не пришлось ждать друг друга, чтобы переворачивать уже пройденные страницы. К концу сдвоенного занятия девушка осмотрела свою писанину и с облегчённым вздохом положила её на край преподавательского стола, после чего покинула теперь уже ненавистный ей класс.       Гермиона с Роном и Невиллом вышли следом за ней, остановившись возле стены, чтобы подождать своего друга, но Гарри быстрым шагом покинул кабинет, даже на них не взглянув. Лили всё больше убеждалась, что он по какой-то лишь ему ведомой причине избегал их общества.       — Гарри! — окликнула его шатенка, но, не добившись никакой реакции, только переглянулась с Уизли.       — Предлагаю выловить его за обедом, — решила заговорить Эванс, получив в ответ только два растерянных взгляда. — Не станет же он до самого ужина бегать голодным, верно?       Ребята вчетвером направились в сторону Большого зала, по пути познакомив новенькую с другими её однокурсниками. Те две девочки, которых вчера видела в гостиной Лили, представились ей как Лаванда Браун и Парвати Патил. Так же с ней на одном курсе учились Дин Томас и Симус Финниган, которые не упустили возможности отпустить в её сторону пару комплиментов, которые, как считали сами парни, должны были хоть как-то расположить её к ним. Но Эванс не была бы собой, если бы после опыта с куда более настойчивым и нагловатым Джеймсом Поттером повелась на такие уловки.       Как и предполагала девушка, за столом львиного факультета они и впрямь нашли Гарри, который обсуждал что-то с тремя девушками со старших курсов. По крайней мере, к таким выводам пришла Лили, когда поняла, что они явно не входили в список её соседок по комнате. Они о чём-то весьма эмоционально спорили, и, подойдя ближе, пятикурсники смогли понять причину их разногласий.       — Я сказала, нет, Поттер! Без тебя мы явно не возьмём кубок в этом году! — с гневом крикнула на парня высокая темноволосая девушка.       — Мне казалось, что играть в квиддич или нет, это сугубо моё желание, Анджелина, — процедил сквозь зубы Гарри. — Тем более что я не отказываюсь выйти на предстоящую игру, чтобы не оставить команду без ловца перед самым матчем. Если ты на ближайшей тренировке не найдёшь мне замену, я сам пойду к декану с просьбой убрать меня из команды и поставить другого ловца.       Он резко развернулся и, выцепив взглядом друзей, направился к их компании.       — Вернись, Поттер! Мы не договорили! — раздался крик ему вслед. Теперь всё внимание в Большом зале было сосредоточенно на ссорящихся гриффиндорцах.       — Гарри, ты уходишь из команды? — ошеломлённо выдал Рон, когда он уже собирался сесть.       Гарри скривился, словно его заставили съесть лимон вместе с кожурой, когда заметил на себе сотни взглядов, и, бросив, что у него нет аппетита, ушёл из Большого зала.       — Он всегда такой? — вырвалось у Лили, смотрящей в спину ушедшего сына.       Гермиона рядом вздохнула.       — Нет. Я и сама толком не понимаю, что с ним такое. Он ведёт себя странно, — обеспокоенно посмотрев в сторону главных дверей, ответила староста. — Он со вчерашнего дня такой. Рон, я думаю, нам надо с ним поговорить. Да брось ты эту чёртову сосиску!       Гермиона тоже сорвалась на полукрик, заметив, как рыжий парень вместо ответа принялся за обед в мрачном настроении.       Что-то происходило с Гарри, и Лили испытывала сильное беспокойство, предполагая в этом свою вину. Скорее всего, он пытался дистанцироваться подальше от неё, чтобы у Амбридж таким образом стало меньше поводов придираться к ней. Даже не особо разобравшись в ситуации, Эванс понимала, что будь она на месте парня, то поступила бы похожим образом. Тем более что на уроке защиты он дважды подставился перед жабоподобной женщиной, прерывая её попытки прицепиться к Лили.       Тяжёлый вздох вырвался из её груди, когда её сердце сжалось от сожаления. Она была благодарна ему за такую своеобразную заботу, но такое его поведение причиняло ей гораздо больше боли, чем оскорбления какой-то там розовой жабы.       Лили молча принялась за свой обед, не ощущая вкус съеденного и не обращая особого внимания на перепалку друзей её сына. Все её мысли были сосредоточены на том, как переубедить Гарри не идти на такие жертвы ради неё. В конце обеденного перерыва, она аккуратно завернула в салфетку пару сэндвичей и несколько круассанов. Гермиона, заметившая её действия, лишь покачала головой, но никак это не прокомментировала.       На сдвоенном уроке Травологии Эванс решительным шагом направилась в сторону места, что занял Гарри в теплице с Зубастой геранью. Она как можно незаметнее уронила рядом с его горшком клочок пергамента, на котором было написано время и место встречи с прилагаемым паролем. Тот лишь кивком головы показал своё согласие и сосредоточился на том, чтобы не дать своенравному растению откусить ему пальцы.       Профессор Стебль, как и Флитвик, была крайне рада видеть на своём занятии Лили, но в отличие от миниатюрного мужчины не стала долго заострять на этом внимание. К концу урока она задала им эссе на тему применения и важности изученного ими сегодня растения и подлечила раны зазевавшихся студентов, которым не повезло быть укушенными.       Поттер, как и прежде, в первых рядах убежал с места проведения занятия, и Гермионе не оставалось ничего другого, кроме как спросить новую ученицу, удалось ли ей поговорить с парнем. Эванс лишь пожала плечами и, сославшись на необходимость посетить библиотеку, удалилась в условленное место, спиной ощущая долгий взгляд старосты факультета.       Войдя в небольшую гостиную, девушка обнаружила Гарри, сидящего в одном из кресел и пристально изучающего кусок пергамента.       — Мне кажется глупым то, как ты пытаешься избегать меня и своих друзей, — озвучила она свои мысли, устраиваясь в соседнем кресле.       Горькая и кривая улыбка исказила его лицо, и он, коснувшись пергамента волшебной палочкой, спрятал его в кармане и откинулся на спинку, уставившись в потолок и принимая ту же позу, что и вчера.       — Расскажи мне о себе, — попросил Поттер спустя минуту молчания.       Лили подобралась в кресле, раздумывая над тем, что она могла бы ему поведать. За одинаковое количество прожитых лет, её жизнь, безусловно, не была столь насыщенной, как у него. С неким удивлением для себя самой, девушка осознала, что у неё и не было никаких событий, которые могли бы потрясти повидавшего разные ужасы парня.       — Я росла в любящей семье. Мои родители оба были далеки от волшебства и волшебного мира, но совсем не боялись моих выбросов магии в детстве. Они лишь всегда говорили мне, что я особенная. Даже когда я от злости и обиды перекрасила волосы Петуньи в ярко фиолетовый цвет, — от воспоминаний на её губах заиграла ностальгическая улыбка. — Мне было около семи, когда это произошло. Мы с самого детства воевали за внимание мамы и любовь папы, поэтому, когда Туни хвасталась перед ними своими оценками в школьном дневнике, я была крайне рассержена на неё, потому что сама тогда ещё не ходила в школу. В один из таких дней она ворвалась в мою комнату, сияя от того, что её наградили грамотой за отличную учёбу, и стала дразнить меня за то, что я трачу своё время на игры со своим другом, вместо чтения книг и обучения математике.       Лили так погрузилась в свои воспоминания, гипнотизируя небольшой столик между ними, что совсем не замечала пристального взгляда изумрудных глаз. Гарри же внимательно изучал её улыбающееся лицо, стараясь вырезать его в своей памяти настолько хорошо, насколько вообще мог. Девушка слегка рассмеялась, и его сердце пропустило удар. Он почувствовал, как в горле образовался ком.       — Я до сих пор не знаю, почему, но тогда я обозвала её сливой и пожелала, чтобы её волосы стали фиолетовыми. И вуаля! Мама с папой только посмеялись, но её волосы не вернули свой цвет даже после того, как она помыла голову на три раза, и ей пришлось так ходить в школу, пока мама не купила краску для волос и не перекрасила её в свой цвет. Но когда я пошла в школу, то очень удивилась: оказывается, одноклассники и учителя моей сестры очень восхищались тем, что я сделала с её волосами, а сама Петунья с гордостью заявляла всем, что это моих рук дело. Наверное, она всё же любила меня, хоть мы и жили как кошка с собакой.       Девушка оторвала свой взгляд от предмета мебели и посмотрела на Гарри.       — Я не знаю, что такого произошло за эти двадцать лет, из-за чего моя сестра так возненавидела магию. Да, мы стали гораздо чаще ссориться, и наше общение стало гораздо прохладнее, после того, как я получила своё письмо из Хогвартса. Но Петуния всегда ограничивалась лишь завистью ко мне, как я когда-то в детстве. Я понимаю, что в этом нет моей вины, но мне жаль, Гарри. За твоё детство.       Парень встрепенулся и покачал головой.       — Не извиняйся. Я уже привык, — его желудок внезапно издал голодный звук, отчего он мигом покраснел и потёр затылок в смущении. Лили только усмехнулась и достала из своей сумки припасённые для него сэндвичи.       — Ай-яй-яй, мистер Поттер, как нехорошо пропускать приёмы пищи. Так и от голода помереть недолго, — она передала ему свёрток с едой, получив полный благодарности взгляд в ответ. — Тебе повезло, что я очень заботливая мать, которая никогда не оставит своего сына голодным.       Гарри, едва откусивший приличный кусок, поперхнулся от её шутки, и Эванс трансфигурировала из салфетки бокал, наполнив водой. Он прохрипел сдавленное «спасибо» и осушил жидкость в один глоток. Едва он поставил ёмкость на столик, как магия в ней иссякла, и на том месте вновь оказался кусок бумаги. Парень с удивлением смотрел на салфетку перед собой.       — Почему она превратилась обратно? — переведя дыхание, спросил Гарри.       — Я не сильна в трансфигурации. Мне легче даются чары.       Его лицо просияло, и он с набитым ртом промычал что-то похожее на «мне тоже». Лили лишь рассмеялась над его попыткой.       — Сначала прожуй, мистер я-буду-держаться-от-друзей-подальше. Я никуда не убегу, — гриффиндорец кинул на неё обиженный взгляд, но продолжил доедать свой поздний обед в тишине. Девушка молча наблюдала за ним. Улыбка не сходила с её губ, а в груди разливалось странное тепло, пока она смотрела, как её сын уплетал круассаны за обе щеки.       Гарри запил свой перекус ещё одним стаканом воды, который наколдовала ему Лили, и удовлетворённо откинулся в кресле. Между ними повисло приятное молчание.       — Расскажи мне об отце. Каким он был? Что тебе в нём нравилось? Как вы познакомились? — Эванс прикрыла глаза.       Она понимала, что когда-нибудь они затронут эту тему. Ещё в тот момент, когда передала ему клочок пергамента в теплице, девушка размышляла, как скоро этот вопрос может всплыть в их разговоре. Поттер, казалось, заметил резкую перемену в её настроении, поэтому поспешил извиниться.       — Прости. Для тебя это, наверное, больная тема. Если тебе трудно об этом говорить, то не стоит.       Лили покачала головой из стороны в сторону. Несмотря на то, что у парня перед ней была тяжёлая жизнь, он всё же был подростком, который искренне верил в то, что его родители — герои, которые любили друг друга и его самого больше жизни. Ей не хотелось причинять ему ещё большую боль, сказав, что она никогда не любила его будущего отца, но ещё больше ей не хотелось лгать.       — Давай… оставим этот разговор до следующего раза, хорошо? — Гарри кивнул и попытался пригладить волосы рукой. Истинно поттеровским жестом.       — Ты права, я действительно поступил глупо, когда пытался вас избегать. Просто… — он вздохнул и посмотрел в её глаза. — Просто мне кажется, что я поставлю тебя под угрозу, если продолжу при всех общаться с тобой.       Девушка скептично выгнула бровь.       — Амбридж не съест меня, Гарри. И сомневаюсь, что будет пытать, — Поттер дёрнулся, а Лили в шоке распахнула глаза, когда некие подозрения возникли в её голове. — Или будет? — с нажимом спросила она.       Он избегал её взгляда, смотря куда угодно, но только не в её сторону. И это нравилось гриффиндорке всё меньше и меньше. Когда же он неосознанно потёр тыльную сторону своей правой руки, у неё в голове словно что-то щёлкнуло, и пазл был сложен. Прищурив глаза, она как можно более спокойным тоном спросила:       — Гарри, твоя рана на руке. Это из-за Амбридж?       — Давай оставим эту тему до лучших времён, — поспешно перебил её парень, повторяя недавние слова самой девушки.       — Не думай, что я это забуду, — чеканя каждое слово, заявила она, а затем шумно выдохнула. — Ладно, но я хочу, чтобы ты прекратил свои попытки показать всем, что мы с тобой не общаемся. Слишком поздно для этого, не находишь?       Поттер с кислым выражением лица кивнул, а затем встал и принялся расхаживать из стороны в сторону. Лили уже не в первый раз видела, что он так делает, и пришла к выводу, что так ему легче думается. Он резко остановился и посмотрел в её сторону.       — Давай сменим тему, — поспешно выпалил гриффиндорец. — Что тебе нравится?       Она на мгновение задумалась, а потом усмехнулась.       — На самом деле я всегда хотела путешествовать, но из-за небольшого дохода в нашей семье это была непозволительная роскошь. Поэтому я перечитала множество книг и путеводителей по разным странам и самым удивительным уголкам мира. Ты когда-нибудь знал, что на территории Советского союза есть самое глубокое в мире пресноводное озеро? — увидев в его глазах заинтересованность, она продолжила. — Его глубина составляет более полутора километров! Когда я попала в магический мир, то поискала его упоминание в здешних справочниках, и узнала, что рядом с озером в лесах водятся такие странные существа, как Подгребины. Они маскируются под камни и следуют за людьми, которые заблудились в лесу или просто потеряли дорогу. Из-за своей способности вводить людей в заблуждения, их считают опасными, потому что когда эти существа доводят людей до отчаяния, то бросаются на них и пытаются проглотить целиком, представляешь? О, а ещё где-то в той области есть скрытый от всех заповедник, где пытаются разводить златошкурых быков, которых называют Ре-Эмы! В книге говорится, что они размером с магловский дом, а их кровь является крайне редким и полезным ингредиентом.       Гарри с улыбкой смотрел в эти пылающие восторгом глаза, как две капли похожие на его собственные, и от возбуждения в голосе девушки сам начал проникаться неподдельным интересом к созданиям, о которых вещала ему Лили. Они проболтали на эту тему ещё добрых полчаса, пока Эванс вдруг не вспомнила, что всё ещё не сделала домашнее задание и не утащила его в библиотеку, где они просидели за книгами и свитками вплоть до самого ужина.       Войдя с ней в Большой зал, Гарри за неспешным разговором извинился перед друзьями за своё поведение. Гермиона стрясла с него обещание о серьёзном разговоре без посторонних, на что ему пришлось лишь со вздохом согласиться, подозревая, что речь пойдёт о формировании группы учеников для самостоятельной подготовки к экзамену по ЗоТИ. На самом деле ему очень не нравилась вся эта затея, но подруга, порой, была убедительна и знала, на что стоит надавить при разговоре с ним. Почему-то он сам решил, что примет окончательное решение не раньше, чем посоветуется с Эванс. За неполные сутки он стал доверять девушке и её мнению чуть ли не больше, чем друзьям и Дамблдору, хотя разумом понимал, что она всего лишь его ровесница и, как и все, может ошибаться.       Как следует подкрепившись, он утащил своих друзей и Лили обратно в библиотеку. Грейнджер всё время их пути сверлила в нём дыру, кидая многозначительные взгляды в сторону новой студентки, но Гарри полностью игнорировал её намёки.       — Итак, о чём ты хотела поговорить? — спросил подругу Поттер, закончив с чарами уединения.       — Кхм, — сердито кашлянула шатенка, выразительно глядя ему в глаза. Гарри лишь отмахнулся.       — Я ей доверяю.       Рон, ощущая приближающийся конфликт, молча переводил обеспокоенный взгляд между двумя гриффиндорцами. Он умоляющим взглядом пытался привлечь на помощь Эванс, но та лишь незаинтересованно уткнулась в учебник по трансфигурации.       — Ты уж извини, но я — нет. Ничего личного, Эви, — без намёка на сожаление обратилась она ко второй девушке. Та лишь незаинтересованно выгнула бровь.       — Либо мы говорим сейчас, либо вообще не говорим, — упёрто ответил Гарри, сложив руки на груди.       Гермиона уже открыла рот, чтобы возразить, как Лили громко захлопнула учебник и резко встала.       — Вы уж извините, голубки, но я не могу сосредоточиться. Позовите, как закончите со своими спорами, — она отсела за свободный стол в паре метров от них, но вопреки своим словам продолжила наблюдать за ними поверх книги. Конечно, Эванс не была экспертом в области чтения по губам, но примерно понять, о чём спорили друзья, для неё не составило большого труда.       Через пару весьма эмоциональных высказываний она заметила, как все трое уставились на неё и, вздохнув, вернулась в их компанию.       — Лили, ты мне доверяешь? — к её удивлению это было первое, что спросил у неё зеленоглазый парень.       Шестерёнки в её голове завращались на полную, пытаясь понять его дальнейшие намерения. Рыжеволосая в который раз за день устало выдохнула, но, примерно догадавшись, к чему всё идёт, обречённо кивнула.       — Я был прав, когда сказал вам, что Лили — моя мама, — прямо в лоб начал Поттер, но наткнулся лишь на полный недоверия взгляд Рона и подозрение со стороны Гермионы.       — Вообще-то, директор убедительно просил меня всеми возможными способами скрывать это, — сухо добавила девушка. — Но Гарри догадался об этом в первый же вечер, а вы, я думаю, уже подозревали нечто подобное.       Рыжий парень тряхнул головой, а Грейнджер упрямо поджала губы.       — Это невозможно, — уверенно заявила она, и Лили всерьёз захотелось удариться головой о стол. — Я скорее подозреваю, что тебя подослали шпионить за нами.       Две абсолютно одинаково выгнутые брови были ей ответом. Гарри переглянулся со своей матерью и прикрыл лицо рукой, потирая его.       — И на кого, я, по-твоему, работаю?       — На В… В-в… на Тёмного Лорда, — неуверенно промямлила староста.       — Послушайте. Я могу понять, что вы через многое прошли, у вас есть право быть подозрительными по отношению к малознакомым людям. Но неужели мнение Гарри ничего для вас не значит? Вы не доверяете ему? — Лили уже начинала раздражать вся эта ситуация.       Она-то, глупая, была уверена, что уж эти двое должны были понять, кто она на самом деле. Девушка сомневалась, что, пока Поттер наблюдал за ней в попытках узнать её личность, он ни разу не обмолвился с лучшими друзьями своими подозрениями. А тут им говоришь правду напрямую, а они упираются, как бараны в запертые ворота.       Рон с Гермионой переглянулись.       — Мы верим Гарри, но нам нужны доказательства, — так же неуверенно заявил Уизли.       Гарри хмыкнул и посмотрел на неё.       — Снимешь?       — Не здесь же, дурачок! — яростно отругала она парня. — Я вообще не должна была никому ничего доказывать!       Поттер вздохнул и, сняв очки, спрятал лицо в ладонях.       — Мы в тупике, — на это Лили лишь хмыкнула.       — Как насчёт поискать место, где нас никто не увидит? Гарри, у тебя карта с собой?       Рыжий в ожидании посмотрел на друга, и тот нехотя полез в карман, вытаскивая знакомый Эванс кусок пергамента.       Лили с удивлением смотрела на заполняющийся именами и чертежами пожелтевший лист, на котором узнала подробный план школы. Но её больше привлекла приветственная надпись, когда Гарри произнёс фразу-ключ. Она уже абсолютно точно слышала эти прозвища в своём времени и поняла, чьими руками был создан этот странный артефакт. Чёртовы Мародёры!       Парни тем временем нашли ближайший пустой класс и, скрыв карту отменяющей фразой, в спешке собрали свои вещи. Эванс ничего не оставалось, кроме как последовать за ними, мысленно распекая себя за то, что позволила втянуть её в эти шпионские игры сына.       Заново наложив чары приватности, Гарри запер дверь заклинанием и подошёл к их компании. Лили едва слышимым бормотанием выругалась себе под нос, но всё же сняла с себя амулет, скрывающий её настоящий облик. Два удивлённых вздоха дали ей понять, что дороги назад уже не было.       — Достаточно убедительно? — ледяным тоном поинтересовалась она, возвращая амулет под мантию.       — Чёрт возьми, как? — выпалил Уизли.       — Долгая история, — отмахнулась девушка и перевела взгляд на пришибленную Грейнджер. — Теперь вы посвятите меня в свой тайный орден?       Увидев расширившиеся глаза Гермионы, Лили измученно застонала в голос.       — Не-е-ет. Только не это. Вы что, в таком возрасте успели записаться в общество масонов?       — Нет, не настолько всё плохо, — усмехнулся Гарри. — Просто Гермиона хочет создать кружок по защите от тёмных искусств, чтобы у нас были практические занятия до сдачи СОВ.       — И кто будет вести эти занятия? — скептически поинтересовалась Эванс.       — Я, — всё с той же усмешкой заявил Поттер.       — По вашей секретности могу сказать, что Амбридж вы в известность ставить не желаете. Даже мне понятно, что она только спит и видит, как наказать непокорных ей и Министерству людей. Вы действительно настолько глупы, чтобы действовать у неё под носом? Уж извините, без меня. И без тебя, — с угрозой добавила девушка, пальцем ткнув сына в грудь.       — Но нам необходимо подготовиться к экзаменам! А Гарри…       — А Гарри под прицелом у этой жабы! — резко оборвала Гермиону гриффиндорка, переводя на неё сердитый взгляд. — Ради благополучной сдачи экзамена вы готовы рискнуть его исключением из школы? И собственным тоже?       Ребята обомлели, не зная, что ответить на столь яростное заявление.       — Вы, конечно, извините, но я не позволю так рисковать своему сыну. Пусть это прозвучит эгоистично, но ваше стремление к хорошим оценкам ничуть не уступает в эгоизме. Если кто-то из учеников обеспокоен нехваткой практики, пусть сам тренируется! Идём, Гарри, ты задолжал мне историю о Блэке и Люпине, — схватив Поттера за рукав, Лили направилась в сторону двери.       — Но ты даже не его мать! Ты не сможешь дать ему жизнь, если останешься здесь! — возмущённый крик старосты заставил её резко остановиться и развернуться.       — Я была о тебе лучшего мнения, Гермиона. Учитывая вашу дружбу, я надеялась, что ты будешь больше заботиться о Гарри, чем о собственной оценке за какой-то экзамен. И даже несмотря на то, что родила его не я лично, у нас всё равно одна кровь. Если уж я не смогла защитить его в ту роковую ночь, то сейчас приложу все возможные усилия, чтобы сделать это!       Хлопнув напоследок дверью, Лили утащила несопротивляющегося Гарри в их тайное место. Ей надо было успокоиться и многое обдумать, чтобы составить план по защите этого наивного пятнадцатилетнего ребёнка. И в данный момент ей катастрофически не хватало информации, которой мог поделиться с ней Поттер.