По осколкам наших душ

      — Это было чудесно! — в третий раз произнесла Лили, оторвавшись от книги, которую изучала, и Гарри на это в третий раз смущённо улыбнулся.       Они сидели в библиотеке рода Блэк, куда сразу после обеда парня утащила Эванс. Как девушка ему объяснила, утром она успела немного ознакомиться с хранилищем знаний, спросив дорогу у Молли Уизли и заверив ту, что собирается читать только те книги, что могли помочь с выполнением домашнего задания. Самого Поттера ей уговаривать долго не пришлось, потому что он и сам собирался заняться поисками информации как можно скорее.       — Ты просто обязан научить меня этому заклинанию, Гарри, — восторженно сказала девушка и привлекла к себе его внимание, когда он только кивнул в ответ: — Клювокрылу тоже понравился твой защитник. Только вспомни, как они оба носились по всей комнате! И ты смог сотворить его невербально!       — Это вышло неосознанно, я же говорил, — со вздохом отложив книгу в сторону, заговорил Гарри. Кто бы мог подумать, что в кой-то веки его будут отрывать от чтения; узнай об этом Гермиона — заставила бы Лили выслушать лекцию о том, что нельзя шуметь в библиотеке и отвлекать других от чтения. — К тому же я просто почувствовал, что смогу это сделать.       — Тем не менее, это означает, что ты уже способен приступить к сотворению заклинаний без произношения слов. Как вернёмся в замок, надо потренироваться в этом, — всё ещё пребывая в эйфории, возразила девушка. — Кстати, за обедом ты о чём-то говорил с Сириусом и выглядел при этом хмурым. Всё хорошо?       Поттер вздохнул и сфокусировал свой взгляд на дальнем стеллаже с книгами.       — Я спросил у него, может ли кто-нибудь проводить нас на Косую аллею. Всё же мне неловко, что я забыл о подарках. Он обещал поговорить об этом с Дамблдором и попросить у него выделить кого-нибудь из незанятых членов Ордена, но сказал, что это маловероятно, — Лили на это улыбнулась краешками губ. — Что?       — Гарри, ты не должен чувствовать себя неуютно из-за таких пустяков. Это было только моим решением — сделать подарки тебе и Гермионе с Роном. К слову, я могу отправить подарок Гермионе с Хедвиг?       — И всё же я это чувствую, — ответил Гарри, вновь раскрывая книгу и пытаясь сосредоточиться на чтении. — И да, ты могла даже не спрашивать разрешения. Хедвиг будет только рада размять крылья.       Лили шустро подскочила со своего места и, на ходу взъерошив его волосы, направилась в сторону выхода из библиотеки, чуть пританцовывая.       — Ты лучший! — последнее, что услышал Поттер перед тем, как массивная дубовая дверь закрылась. Он пригладил устроенный девушкой беспорядок на своей голове и вновь погрузился в чтение. При этом счастливая улыбка не сходила с его губ.       Гарри просидел за книгами вплоть до самого ужина. Лили так и не вернулась после своего ухода для отправки подарка, поэтому он был крайне удивлён, когда услышал за своей спиной голос крёстного.       — Похоже, ты унаследовал от своей мамы не только глаза, но и любовь к чтению, — усмехнулся Сириус, проходя мимо него и усаживаясь в кресло напротив, где недавно сидела Лили. Он с любопытством поднял оставленную девушкой книгу и вслух прочёл название: — «Видения во сне и их толкование»… Неужели решил подготовить домашнее задание по Прорицаниям?       — М-м, да, что-то вроде того, — неопределённо промычал Гарри, загнув уголок развёрнутой страницы и вновь отложив книгу. — Ты меня искал? — заметив на губах мужчины хитрую ухмылку, он поспешил спросить: — Что?       — Просто подумал, что у тебя с твоим отцом схожие вкусы, — парень на это только изогнул бровь в немом вопросе, и его крёстный продолжил: — Я имею в виду девушек, Гарри, — заметив, что он покраснел, Блэк рассмеялся лающим смехом. — Да брось! Это вполне нормально. И очевидно. Ты никогда не смотрел так на Гермиону или ту же Джинни, хотя последняя явно заинтересована в тебе.       «Потому что ни одна из них не является моей живой мамой» — подумал Поттер, вспоминая, где же он мог дать своему крёстному повод думать в этом направлении. Моментов, когда Сириус мог бы видеть его взаимодействие с Лили, было не то чтобы много, но он абсолютно не припоминал, чтобы в его действиях можно было разглядеть что-то этакое.       — С чего ты взял? — так и не найдя в своей памяти ни одного случая, поинтересовался Гарри.       — Знаешь, не каждый день я иду кормить Клювокрыла и обнаруживаю, что дверь в его комнату заперта заклинанием, а оттуда раздаётся весёлый смех. И если ты не знал, то, как хозяин дома, я могу чувствовать творимую в нём магию даже сквозь стены. К тому же такую сильную и эмоциональную, как Патронус, — его улыбка стала заботливой и искренней, а в серых глазах горели искорки веселья. — Конечно, ты можешь использовать магию в этом доме без ограничений, но всё же, как порядочный взрослый, я обязан напомнить тебе, что до семнадцати лет колдовать вне Хогвартса тебе запрещено, — и Блэк подмигнул, показывая, что, вопреки своим словам, совсем не против. Поттер на это только вздохнул.       — Это было под влиянием момента, ладно? — устало прикрыв глаза ладонью, признал он. — И мы не можем быть с Лили кем-то большим, чем просто друзья.       Сириус помолчал с минуту, задумчиво потерев подбородок, а затем пару раз моргнул и уставился на чуть подавленного крестника.       — А ты сам у неё спрашивал? Не стоит быть таким неуверенным в себе, Гарри. Твой отец добивался твою маму почти четыре года, и у него получилось! — по неизвестной мужчине причине его весёлое восклицание ещё больше вогнало парня в уныние. — Ладно, оставим эту тему. Я вообще пришёл позвать тебя на праздничный ужин! Так что бросай свои печали, и пошли к столу. Молли приготовила отличную индейку, а Лили помогла ей с десертом. Тебе точно понравится!       Он встал со своего места и хлопнул Гарри по плечу, дожидаясь, когда крестник отправится за ним, а потом привёл его на кухню, где собралась большая разношёрстная компания из Уизли, Люпина, Тонкс, пары незнакомых Гарри волшебников из Ордена и Лили.

***

      Двадцать седьмого декабря Гарри Поттер с весьма довольным лицом вышагивал по празднично украшенной Косой аллее и оглядывался на немногочисленных прохожих. Пару раз он встретил знакомых парней и девушек из школы и даже помахал им в знак приветствия. Сириус всё же выпросил у Дамблдора разрешение и сопровождающего для Гарри и Лили, которая увязалась вслед за сыном. Даже двух сопровождающих: Ремуса и Тонкс.       — Ещё раз: напомни, в какие магазины ты хочешь заглянуть? — поинтересовалась метаморфиня, внимательным взглядом осматривая прохожих и обстановку вокруг них. — У нас в запасе всего пара часов, поэтому я могу помочь и составить оптимальный маршрут.       — Я не совсем уверен, но мне точно нужно во «Всё для квиддича» за подарком Рону и заглянуть в зоомагазин, — ответил Гарри, посильнее кутаясь в свой шарф от падающего хлопьями снега.       — Зачем? — удивилась идущая рядом Лили.       — Купить корм для Хедвиг, раз уж подвернулся случай, — отведя взгляд в сторону Люпина, солгал Гарри, надеясь, что это достаточно убедительная причина.       — Так, с этим понятно. Куда ещё? — хлопнув в ладоши, уточнила Тонкс. — Или ты ещё не придумал, что хочешь подарить? — Гарри на это только кивнул, и старшая девушка закатила глаза, сменив цвет волос на красный. — Упаси Мерлин, мы опоздаем на собрание… — простонала она.       — Я могу помочь, если хочешь. Думаю, Гермиона не откажется от ещё одной книги в качестве подарка, — услужливо предложила Эванс, получив благодарный кивок с облегчённым вздохом.       Ремус со своего места заметил, как Гарри отвёл взгляд при первом вопросе рыжеволосой девушки, поэтому, сделав определённые выводы, решил вмешаться.       — Предлагаю разделиться. Магазин квиддича и зверинец находятся в одной стороне. Я схожу туда с Гарри, а вы во «Флориш и Блоттс». Если Гарри нужно будет ещё куда-то, то я провожу его. Встретимся в Дырявом котле, как закончим. Согласны? — когда не последовало возражений, четвёрка волшебников разошлась, и Ремус с улыбкой взглянул на чуть смущённого парня.       — Конечно, это не моё дело, но не хочешь поделиться настоящей причиной своего визита в зоомагазин? — Гарри смутился ещё сильнее и поправил шапку на своей уже подстриженной голове. — Решил подарить Эвелине сову? — попытался угадать мужчина.       — Не совсем, — неохотно признался Поттер. — Ты когда-нибудь слышал о фоссах? Это магловское животное, но я надеялся, может, они есть и в магических зверинцах.       Ремус на секунду задумался, вспоминая всех представителей магических и магловских животных, о которых он знал. Его глаза внезапно расширились, словно он вспомнил что-то шокирующее, и Люпин пронзительным взглядом уставился на гриффиндорца.       — Да, кое-кто мне рассказывал о них. Но я никогда не слышал, чтобы они были широко известны среди волшебного мира. Ты хотел подарить такое животное подруге? — Гарри чуть поёрзал, но кивнул. — Они ведь очень теплолюбивы, Гарри. Вряд ли они приживутся в суровом климате нашей страны. Хотя мне бы тоже было интересно взглянуть на них, — на это замечание подросток только упрямо поджал губы.       Они неспешно зашли в квиддичный магазин, где Гарри купил два комплекта защиты для локтей и колен в подарок Рону и Джинни, которая сменила его на месте ловца команды, и попросил продавца упаковать их в праздничные коробки. Люпин с лёгким удивлением посмотрел на него, но не стал ничего спрашивать, пока они не покинули магазин.       — Я думал, что ты решил прикупить и себе комплект, — высказался он, направляясь к их следующей точке назначения. — Я не игрок, но благодаря твоему отцу знаю, что даже ловцам такое снаряжение не помешает.       — Я ушёл из команды, — немного опечалено выдохнул Гарри, в очередной раз удивив взрослого волшебника. — Я решил, что тренировки по квиддичу будут мешать моей подготовке с Защитой, — Ремус помолчал с минуту, но потом грустно покачал головой.       — Ты не должен тратить свою юность на подготовку к войне. В твоём возрасте следует развлекаться и думать об уроках, квиддиче и девчонках, а не…       — Нет, Ремус, — резко перебил его Поттер. — Ты ведь знаешь, что за мной охотится Волдеморт. Он повёрнут на мне, и наше столкновение неизбежно. А ещё эти сны… — парень взмахнул рукой в сторону своего шрама и с усталостью опустил её вдоль тела. — Лучше я буду хорошо подготовленным и живым, чем вдоволь развлечённым, но мёртвым.       Люпин вздрогнул от его последнего замечания, но всё же спустя пару секунд медленно кивнул в согласии. К моменту, как они подошли к зоомагазину, мужчина уже мысленно был согласен с этой жертвой Гарри ради его жизни. Если бы он и его друзья сами готовились к войне во время своей учёбы, а не гонялись за юбками и устраивали шалости, то, возможно, сейчас всё было бы иначе, и некоторые были бы живы.       Звон колокольчика отвлёк его от тяжёлых дум, и он вошёл в магазин вслед за Гарри. Его чувствительный нос уловил сотни разных запахов различных животных, и оборотень поморщился, оставшись у самого входа ожидать подростка.       Гарри же, в свою очередь, объяснял вышедшему к покупателям продавцу про диковинное магловское животное. Как оно выглядит, его размеры, окрас и место обитания. К его удивлению и радости, магазин предлагал услуги по поимке, приручению и доставке практически любых животных магического и магловского мира, у которых степень опасности по классификации Министерства Магии не превышала «ХХ».       — Хм, думаю, это возможно, — подтвердил мужчина за прилавком, краем глаза наблюдая, как Ремус присматривался к совам. — Но сразу скажу, что, во-первых, это не быстро — не меньше трёх недель; во-вторых, это будет весьма дорого.       Гарри чуть облизал пересохшие губы, стараясь не прислушиваться к змеиному шепоту, который раздавался из некоторых клеток за его спиной. Его не волновала цена, потому что Сириус выдал ему чековую книжку и сказал, что он со спокойной совестью может потратить неприличную сумму на подарки. В конце концов, это было его собственным подарком за все те пропущенные годы, что он не был с крестником. Поэтому Гарри собирался воспользоваться этим по полной, но не переступая разумных пределов, конечно же. Гораздо больше его беспокоило то, что животное не привезут к Новому году. Но затем он вспомнил, что в конце января у Лили будет день рождения, и решил, что зверёк станет неплохим подарком. Видимо, ему придётся подбирать другой вариант на эти праздники.       — Сколько? — чуть хриплым голосом спросил парень, а затем почти шёпотом добавил: — И можно ли будет попросить вас доставить его в Хогвартс к тридцатому января?       Продавец смерил его недоверчивым взглядом, но всё же молча написал на клочке пергамента внушительную сумму. А затем, подумав, дописал ещё одну с припиской «за доставку».       — Идёт, — согласился Гарри, вытаскивая чековую книжку и начиная заполнять бланк. Брови мужчины полезли на лоб, когда он увидел такое зрелище; студент школы и с чековой книжкой!       — Спасите, — Гарри дёрнулся, когда услышал среди гомона змеиного шипения слабый и жалобный голос, напоминающий скулёж — если змеи вообще умеют скулить. Он резко обернулся в сторону клеток с рептилиями, оставив жирную кляксу на заполняемом бланке, и начал прислушиваться, надеясь услышать этот голос вновь. — Как же холодно.       Волшебник быстро подошёл к маленькой клетушке, заставив продавца удивлённо воскликнуть.       — Вас заинтересовали змеи? — явно растерялся мужчина. — Могу посове…       Но Гарри резко оборвал его на полуслове поднятой рукой и присел напротив небольшой змейки трёхцветного окраса. В первую очередь бросались яркие красные пятна на спине, вокруг которых местами виднелись тонкие чёрные обводки, а всё остальное было грязно белого цвета.       — Это не самый удачный вариант, скажу я вам, — заметив интерес парня, прокомментировал настойчивый продавец. — Результат селекции двух видов Королевских змей. Поперечнополосатой королевской змеи — Lampropeltis triangulum и обыкновенной королевской змеи — Lampropeltis getula. Свой внешний вид унаследовала от первых, но вобрала в себя не смертельный для человека яд от вторых. Пришлось удалять ядовитую железу, а из-за вмешательства она малоподвижна и стала чувствительна к холоду, поэтому это не самая лучшая особь.       Поттер кивнул, показывая, что услышал продавца, но продолжал вглядываться в чёрные глаза-бусинки рептилии, сидя к мужчине спиной. Затем, понизив голос до едва слышного шёпота, он заговорил на парселтанге:       — Как тебя зовут? — тут же со всех клеток раздалось яростной шипение, от которого Гарри чуть не упал на пятую точку.       — Говорящ-щ-щий!       — Этот двух-хногий говорит!       — Он нас-с-с понимает!       — У меня нет имени, Говорящий, — к удивлению парня, голос этой змеи был весьма чётким и был максимально похож на нормальную человеческую речь, но на другом языке; она не растягивала шипящие согласные и — возможно, ему просто казалось — была гораздо разумнее других своих сородичей, что неистовствовали в других клетках.       Гарри раздумывал всего секунду, после чего встал и повернулся к ошарашенному и испуганному продавцу.       — Я её покупаю, — уверенно произнёс он; по какой-то непонятной ему самому причине, змейка его привлекла и вызывала сочувствие своей судьбой. — Сколько?       — П-пять галлеонов, — выдавил мужчина с запинкой.       Гарри молча вырвал испорченный бланк, а затем на новом написал общую сумму и положил на прилавок. Посмотрев в полные ужаса глаза мужчины, он на втором бланке вывел ещё сумму в три сотни галлеонов и пододвинул его к продавцу.       — За молчание. Вы ничего необычного не видели, а я лишь заказал у вас магловского диковинного зверька, — его голос можно было описать только как стальной, в нём больше не было ни грамма неуверенности или дружелюбия. На краю сознания промелькнула мысль, что такое поведение было для него неправильным, но он лишь отмахнулся, пообещав себе подумать об этом позже.       Мужчина в ответ быстро закивал и принялся быстро упаковывать клетку с выбранной парнем рептилией. Он накинул на неё с десяток различных чар и чуть дрожащей рукой протянул Гарри. Затем натянул на своё лицо неуверенную и кривую улыбку, вновь заговорив:       — Для такого щедрого клиента, я могу сделать подарок в честь праздника! Скажите, что вам нужно, и я вам это дам! В пределах разумного, конечно же, — заметив хитрый блеск в глазах клиента, добавил продавец.       — Спасибо за вашу любезность. Тогда… — загадочно протянул Поттер, желая чуть-чуть подшутить над продавцом, прикинувшись весьма задумчивым. — Хм, что ж, думаю, пакет совиного печенья и корм для этой малышки будут в самый раз.       — Конечно! — с облегчением выдохнул тот. — Сейчас же соберу с запасом на два месяца!       Ремус кинул на него вопросительный взгляд, когда мужчина, чуть запнувшись из-за своей спешки, убежал вглубь магазина и вернулся оттуда с двумя большими пакетами. Гарри только невинно пожал плечами.       — Приходите ещё! — бросил им вслед мужчина, когда Поттер с Люпином покинули магазин.       Как только они отошли на пару метров, Ремус вновь посмотрел на парня, попутно уменьшая пакеты палочкой и убирая их в свои карманы.       — Не хочешь поделиться тем, что ты такого сказал продавцу, что он едва не обмочился? — поинтересовался оборотень, а затем озорно улыбнулся. — Запашок даже я почувствовал, хотя стоял на приличном расстоянии.       — Ему? Ничего, — беспечно ответил Гарри, приподнимая на уровень своих глаз небольшую клетку с согревающими чарами. — Я всего лишь поговорил с ней.       Мужчина только сейчас заметил, что за существо находилось за многочисленными тонкими прутьями. Он чуть вздрогнул, когда вспомнил, что Гарри умеет разговаривать со змеями, и передёрнул плечами.       — Я, конечно, не вправе указывать тебе, как распоряжаться подаренными Сириусом деньгами, но ты уверен, что это была стоящая покупка? — с прищуром спросил Люпин.       — Честно? — вопросом на вопрос ответил парень, взглянув оборотню в глаза. — Нет, не совсем. Просто я почувствовал, что мы с ней похожи. Оба побитые жизнью за то, что оба не в силах контролировать.       Такой ответ шокировал Ремуса до безъязычия, и он поспешил сменить тему.       — Итак, ты решил подарить её Лили? — глазами указав на змейку, спросил оборотень.       — Ох, точно! Мне же нужно что-то купить и ей! — воскликнул Гарри, привлекая внимание случайных прохожих. — Что теперь делать?       Ремус усмехнулся на его полупанический голос, и повёл его в одну ювелирную лавочку, где продавали разные недорогие безделушки. «Там парень точно найдёт что-то красивое и за разумную цену», — подумал мужчина и оказался прав: Гарри выбрал пару красивых заколок с небольшими искусственными изумрудами.       — Ну что, возвращаемся? — предложил Люпин, когда они вышли от ювелира. Поттер кивнул, и он повёл его в сторону условленного места встречи.

***

      За день до приезда Гермионы Лили вместе со своим сыном сидела в библиотеке, ища любую информацию, которая могла бы дать им ответ на непонятную связь между Волдемортом и Гарри. За эту неделю они проделали немалую работу, прочитав около двух десятков книг, но всё было напрасно. Девушка только взяла следующую книгу, носящую название «Взаимодействие душ и духовных сил с разумом», которая по непонятной причине заинтересовала её, когда Гарри захлопнул свой фолиант и устало потёр глаза.       — Лили? — его голос был крайне неуверенным и сомневающимся, когда он решил привлечь её внимание.       — Да? — понимая, что что-то случилось, Лили тоже отложила книгу и посмотрела на парня.       — Я думаю, надо им всё рассказать, — серьёзно посмотрел на неё Гарри. — Ты сама видела, что они едва ли не с ума сходят и постоянно кидают на тебя взгляды, словно ты сейчас растаешь и станешь призраком.       Эванс вздохнула. Она прекрасно понимала, что хотел сказать её сын, но боялась и не хотела раскрываться перед Блэком и Люпином. Если они вдруг проговорятся Дамблдору, то старик явно не погладит её по головке за это. Лили вообще была удивлена, что он ещё раньше не позвал её на разговор, чтобы сказать ей о её беспечности и неумении хранить свою тайну. Но и видеть, как два последних мародёра чуть ли не каждый вечер надираются в стельку, было неприятно и противно. Противно от осознания того, что именно она являлась причиной, по которой эти двое лезли в бутылку, пытаясь заглушить боль своих утрат.       — Что ты предлагаешь? Они же явно начнут задавать множество вопросов, а когда узнают, что Дамблдор запретил мне рассказывать о себе, то запросто полезут его душить. Ты же знаешь, что они бывают… импульсивными? Даже Ремус, — недовольно проговорила девушка.       — Давай заключим с ними контракт, как с ребятами, — предложил Поттер, не желая сдаваться. — Иначе они же просто так и проведут оставшиеся дни до нашего отъезда, запивая свои воспоминания!       Лили упрямо поджала губы и отвела взгляд, пытаясь не поддаться молящим глазам Гарри. Когда он так смотрел на неё, она не могла ему отказать, только не этому умилительному и ожидающему чуда взгляду. Она вообще не понимала, как этот парень порой умудряется быть таким… милым и наивным, но в то же время сообразительным и даже расчётливым. Её рука машинально потянулась к одной из заколок, что подарил ей сын, а в голове всплыла картина того, как он со смущённым и пунцовым лицом пытался скрепить ей волосы, когда она его решила разыграть. На губы сама собой наползла счастливая улыбка.       — Ладно, ладно! — окончательно сдалась Эванс, поднимая руки в знак поражения. — Веди этих оболтусов сюда, пока они не засели за очередную бутылку огневиски.       — Ты лучшая! — повторил он её фразу недельной давности, с широкой улыбкой выбегая из библиотеки. Она закатила глаза на его детские выходки и покачала головой.       Едва Гарри покинул помещение, как ей в голову пришла шальная идея: она раскроется Блэку с Люпином, но на своих условиях. В конце концов, могла же она ещё чуть-чуть повеселиться за их счёт, пока не стало слишком поздно? С этими мыслями она пересела на кресло Гарри и сняла меняющий внешность амулет, убрав его в карман.       Примерно через пять минут девушка услышала приглушённые голоса из коридора, и через мгновение дверь распахнулась, пропуская в библиотеку троицу волшебников.       — Что вы такого секретного хотели нам рассказать, что ты требуешь с нас подписать гоблинский контракт? — донёсся до Лили удивлённый голос Блэка. — Неужели вы уже планируете детишек? — мужчина залился лающим смехом, когда Гарри возмущённо что-то пробормотал. Это было идеальным моментом, решила девушка и встала с кресла, оборачиваясь в сторону вошедших.       — Даже если и так, то тебя мы в крёстные точно не возьмём, — усмехнулась Эванс.       Эффект был незамедлительным: смех Сириуса резко оборвался, и он начал издавать булькающие звуки, как будто захлебнулся, а Люпин в противовес другу широко раскрывал и закрывал рот, не в силах выдавить хоть какой-то звук. Оборотень оправился от шока быстрее, но выдал лишь сдавленное:       — Лили? Как?! — и тут же раздался звук падающего тела. Бедняга Блэк не выдержал и свалился в обморок.       Девушка ухмыльнулась и заговорила:       — Все вопросы после подписания контракта. Ну, и, наверное, стоит привести эту псину в сознание, чтобы мне не пришлось повторять дважды.       Ремус едва смог кивнуть, бросаясь к своему другу и Гарри, который уже пытался поднять черноволосого мужчину с пола. Лили на это только в очередной раз ухмыльнулась; это было о-о-очень забавно.       Им потребовалось ещё примерно пять минут, чтобы привести в сознание Сириуса и запереть библиотеку от посторонних, а затем оба мужчины рассказали им про магические клятвы, которые были гораздо удобнее бланков контракта. К тому же ещё и защищали от легилименции — чего-то вроде умения читать мысли, — про которую они им рассказали. Девушка прикусила губу, когда поняла, что их кружок оказался не так уж защищён, потому что этого пункта не было в контракте, но отогнала лишние мысли, сосредоточившись на проблеме, что была сейчас.       — Теперь объясните мне… нам… как это произошло?! — не выдержал Блэк, едва последняя фраза клятвы была принята вспышкой магии. — Какого Мордреда, матери его Морганы и Мерлина тут происходит?!       — Если ты будешь так орать, то я не буду ничего рассказывать. Так что подожми хвост и сиди молча, Бродяга, — процедила Лили, а потом вздохнула, успокаиваясь; сейчас было не время для пустословия и напрасных ссор. — Лучше скажи, помнишь, с чем я поймала тебя и Джеймса прямо первого сентября на нашем пятом курсе?       Глаза мужчины округлились, когда он явно вспомнил указанный случай. На полминуты он даже потерял дар речи, открывая и закрывая рот в немом неверии. Люпин с прищуром сверлил его своими ореховыми глазами, дожидаясь ответа на вопрос о том, что сам никогда, видимо, не знал.       — …ты их использовала?! — всё же пискнул Сириус. — Мы думали, ты сдала их МакГонагалл! И я точно помню, что в тот же вечер ты пришла проверять нас на своих местах!       — Да, по своей глупости — использовала, — серьёзно кивнула девушка. — И из-за того, что на нём были повреждения, случилось так, что я оказалась здесь, разделившись на две части.       — Постой-постой! — протараторил он. — Джеймс же сказал, что они нерабочие…       — Кто-нибудь объяснит мне, что и как это произошло?! — не выдержал Люпин, едва ли не заорав. — Долго я буду единственным, кто ничего не понимает?       Лили переглянулась с Гарри на мгновение, а затем в очередной раз за вечер тяжело вздохнула. Пора было прекращать ходить вокруг да около и перестать мучать этих двоих.       — Эти два идиота притащили в школу сломанный маховик времени. Я его конфисковала, но тоже поступила по-идиотски: решила их осмотреть, поэтому чуть-чуть крутанула заводное колёсико. И оказалась мало того, что в будущем, так ещё и на двадцать с хвостиком лет, — объяснила, наконец, Эванс. — Из-за некоторых обстоятельств у меня теперь нет возможности вернуться обратно. А в том времени осталась настоящая я, которая вечером видела вас в гостиной. Для меня только загадка, как другая я вас двоих не сдала декану, но могу предположить, что мне просто стало вас жалко.       Оба мужчины притихли, пытаясь осмыслить правду, которая обрушилась на них громом среди ясного неба. Они молчали примерно с десяток минут, изредка переглядываясь и ведя зрительные диалоги. Первым не выдержал, к удивлению Лили, Гарри. Парень заёрзал на своём месте, привлекая внимание всех остальных.       — Об этом не должен знать никто, но мне было тяжело видеть вас двоих в таком состоянии, и я убедил Лили рассказать это вам. Поэтому, пожалуйста, больше не пытайтесь утонуть в алкоголе. Сириус, ты говорил, что вы с Ремусом — не самый лучший пример для подражания, но для меня вы единственные родные люди, кроме Лили и Гермионы с Роном. Вы видите и принимаете меня таким, какой я есть. Я знаю, что это может прозвучать эгоистично, но… теперь Лили — моя семья, поэтому я хочу, чтобы вы приняли и её, — опечалено произнёс Поттер, стиснув кулаки до побелевших костяшек. Лили была готова расплакаться от умиления; Гарри почти с самого начала говорил ей, что считает её своей семьёй, но вот так говорить это при других… Это ощущение было для неё бесконечно приятным и грело душу.       Блэк тряхнул головой и посмотрел недоумевающим взглядом на парня. Он пару раз громко сглотнул и облизал губы, прежде чем заговорить.       — Гарри… А как ты об этом узнал? — хриплым от волнения голосом спросил его крёстный. — Как давно ты знаешь?       — Практически с самого начала, — твёрдо заявил юноша. — Наше знакомство вышло не очень приятным…       — Оно было кошмарным, — вставила Лили, со смущением вспоминая свои истерики в Большом зале и через две недели в личных апартаментах.       — … и после него директор спрятал Лили почти на две недели. А потом позвал меня, чтобы я помог ей освоиться, — продолжил, как ни в чём не бывало, Поттер, а затем перевёл взгляд на неё и вновь заговорил: — Правда, я не понимаю, почему именно меня, если он не хотел, чтобы я узнал о том, кто ты.       — Наверное, потому что знал, что я узнала о том, что ты мой сын, и счёл, что мне проще будет свыкнуться с новой жизнью, если рядом будет единственный родной мне человек, — пожала плечами девушка, и Гарри кивнул на это предположение. Это было вполне логично и в духе директора.       — Так, стоп! — воскликнул Люпин, словно опомнился от кошмара. — Давайте всё ещё раз и в подробностях!       Мать с сыном переглянулись и, одинаково изогнув по брови, тяжело выдохнули. Ну что за тугодумы! Гриффиндор головного мозга — это диагноз, как говорил в своё время Снейп.

***

      Из-за затянувшейся беседы с мародёрами о поисках информации в тот вечер ребята благополучно позабыли. Следующим утром им так же было немного не до этого — приехала Гермиона, которая очень долго благодарила обоих за подарки. Как оказалось, Лили подарила ей самостоятельно зачарованный гребень для волос, который позволял подруге значительно упростить борьбу с её непослушными волосами. Гарри долго отмахивался от благодарностей за подаренную книгу, отговариваясь, что сначала вообще забыл про подарки, а потом напоминая, что именно Эванс помогла ему с выбором. Гермиону это не переубедило, но зато она вручила ему в ответ другую книгу по продвинутым чарам. И только к часу дня их привычная компания из четверых подростков засела за чтение.       — За эту неделю вы нашли хоть что-нибудь? — поинтересовалась Грейнджер, переводя взгляд с Гарри на Лили и обратно. Рона в расчёт она справедливо не брала, зная нелюбовь к книгам и состояние его отца; девушка вообще была удивлена, когда он предложил им свою помощь после обеда, поинтересовавшись, куда они направились.       — Нет, — недовольно проворчал Гарри, перелистывая страницу. Как бы хорошо не проходили его каникулы в общем и целом, отсутствие каких-либо подвижек на этом поприще сильно разочаровывало его.       — Может, у тебя просто не раскрытый талант к провидению? — предположил Рон, вернувшийся с очередной стопкой книг в руках. — Как у Трелони. Ты сам говорил, что она в позапрошлом году выдала настоящее пророчество. Вдруг это что-то подобное?       Гарри только собирался возразить, как услышал шумный и судорожный вздох, и повернулся на его источник так быстро, что некоторые позвонки в его шее протестующе хрустнули. Лили же с омерзением отбросила вчерашнюю книгу, которую не дочитала из-за их разговора с Сириусом и Ремусом. Парень резко подскочил к ней, видя её неприязнь и опаску по отношению к фолианту; его мать смотрела на него так, словно тот в любой момент мог наброситься на неё.       — Что там? — поинтересовалась Гермиона, тоже подходя к обоим друзьям. Следом за ней присоединился Рон.       — Сто тринадцатая страница, — сиплым голосом ответила рыжеволосая девушка.       Поттер быстро схватил книгу, не давая никому даже прикоснуться к ней, и начал судорожно листать страницы, ища необходимую. Его интуиция в этот момент прямо кричала, что, что бы ни нашла там Лили, ему это ни капли не понравится, и оказалась права.       — Эксперименты с разделением душ, — прочитал он вслух заголовок. — С древних времён колдуны, некоторые волшебные народы и даже простые смертные, именуемые в наше время простецами, пытались исследовать и изучить природу и все тонкости такой загадочной материи, как душа. Из-за этого в жертву было принесено множество жизней, разгорались войны и образовывались различные культы. Но до определённых моментов не было никакой информации о том, что с душами живых людей можно взаимодействовать каким-либо способом. Переломным моментом стали слухи, родившиеся из-за чёрного колдуна, жившего в древней Руси и носившего имя «Кощей Бессмертный». Говорили, что ему удалось достичь бессмертия, и даже после отсечения его головы, тот возрождался вновь, сея ужас и выжигая деревни и города своей беспощадной магией.       Гермиона встала рядом с ним и с любопытством начала заглядывать через плечо в раскрытую книгу, а Рон придвинул стул поближе. Гарри вновь продолжил чтение, отметив, как Лили в своём кресле поёжилась и чуть передёрнула плечиками:       — Опьянённый своим могуществом, он перед убийством каждого бросившего ему вызов храбреца говорил способ одолеть его раз и навсегда, но несколько столетий никто не мог найти то, о чём тёмный маг рассказывал. «Смерть его таится на конце иглы, та игла в яйце, то яйцо в утке, та утка в зайце, тот заяц в сундуке, а сундук стоит на высоком дубу, и дерево то Кощей как свой глаз бережёт». Такие ходили легенды и сказания среди народов восточных славян, — к его горлу подкатил неприятный ком, и он гулко сглотнул. — Ещё долгие века ходили только слухи, и многие попытки повторить такую магию не имели никакого успеха, пока в тысяча триста девятом году в Испании Святой Инквизицией не был уничтожен ковен тёмных магов, ставивших подобные эксперименты. Оттуда было разворовано множество свитков и дневников с заметками и наработками. В конце четырнадцатого века одна из тех работ попала на Британские острова, и один из потомков Кадма Певерелла повторил успехи испанских чернокнижников, открыто заявив, что любую душу можно разделить на части и сохранить в различных предметах. За его опыты всю их семью беспощадно выжгли, не тронув лишь самых дальних родственников из других родов, а его исследования были признаны запретными. Однако после создания верховного суда, именуемого Визенгамотом, который состоял из членов самых древних и влиятельных родов магической Британии, в тысяча пятьсот сорок пятом году эксперименты были вновь проведены на официальном уровне. Предметы, в которые учёным удалось заключить части душ подопытных, стали именоваться крестражами.       Гарри точно так же с омерзением захлопнул книгу, переводя дыхание после столь длительного чтения вслух, и осмотрел задумчивых и хмурых друзей. Им нужно было обсудить эту информацию, но никто из них не мог заговорить первым. Напряжение, повисшее в библиотеке, стало буквально удушающим и едва ли не материальным. Он первым двинулся с места, дойдя до своего стула на едва шевелящихся ногах. Лили всё это время невидящим взглядом смотрела на находящийся в помещении камин.       — Читай дальше, — мрачным тоном приказала она, даже не шевельнувшись, и Гарри вновь раскрыл книгу, когда Гермиона уселась в другом кресле. Парень быстро пролистал страницы и нашёл абзац, на котором остановился, после чего, чуть облизав пересохшие губы, продолжил чтение:       — Группой учёных было выявлено, что для создания крестражей необходимо было провести определённый ритуал и принести в жертву другого чел-… человека, — на последнем слове его голос дрогнул, глаза расширились, а Гермиона с Роном судорожно втянули воздух. — В случае если основное тело мага, у которого была разделена душа, погибало, его дух становился бесплотным и мог лишь скитаться в этом мире. Эта душа могла овладеть слабыми духом волшебниками и, уничтожив другую личность, занять их тело. Так же этот призрак можно было подселить в искусственно созданное тело — гомункула. При этом была выявлена чёткая и неразрывная связь между основной частью души и осколками, заключёнными в других предметах. Крестражи обладали памятью и слепком личности испытуемых. Визенгамот вновь счёл результаты опытов слишком опасными, и, усилиями множества боевых магов, группа учёных была уничтожена, а данные засекречены.       — Чёрт возьми! — воскликнул Рон, придя в себя спустя минуту после того, как Гарри снова резко замолчал. Он в шоке переводил взгляд между их потемневшими лицами, но не находил больше никаких слов. Даже всегда правильная Гермиона не сделала ему никаких замечаний за такие выражения.       Поттер с глухим хлопком закрыл книгу и, как и Лили, уставился на огонь в камине. Его передёрнуло, когда он медленно пришёл к предположению, что связан с Волдемортом из-за того, что в нём может быть осколок его души. Но Гарри не мог быть в этом уверен на сто процентов, потому что никогда не сталкивался с тем, что в его голове кто-то мог бы присутствовать, пытаясь завладеть телом.       С другой стороны это объясняло, почему Волдеморт не умер после уничтожения дневника, который — теперь уже очевидно — являлся именно крестражем; если в нём так же находился кусок чужой души, то Реддл выжил с его помощью. Вновь посмотрев на книгу в своих руках, он крепко стиснул кожаный переплёт. Нужно было многое обдумать и дочитать то, что там ещё могло быть. Даже если в процессе его пару раз вырвет. А то, что будет именно так, Гарри не сомневался — он уже всеми силами подавлял в себе тошноту.       Гулко сглотнув, парень ещё раз осмотрел своих друзей и остановил взгляд на бледной, словно мел, Лили. Девушка даже по виду была напряжена до предела и нервно покусывала губу, обхватив себя за плечи.       — Ты думаешь, что часть его души… во мне? — нарушив гробовую тишину, спросил Гарри тихим голосом. Остальные трое вздрогнули от его вопроса и посмотрели на него с различными оттенками страха и — в случае Рона — неверия. Эванс медленно, как будто не хотела, кивнула.       — Нам не хватает информации, чтобы быть в этом уверенными, — втянув воздух полной грудью, хрипло произнесла она, боясь посмотреть в его глаза. — Я думаю, Дамблдор что-то об этом знает… Не может не знать! — с нотками истерики воскликнула Лили.       — Давайте пока оставим эту… связь, — неуверенно заговорила Гермиона. — Дневник, что ты уничтожил, наверняка был этим… крестражем. Есть вопрос поважнее: почему тот-кого-нельзя-называть не умер, если ты его уничтожил, Гарри? Это значит, у него есть ещё, верно?       Не успела подруга сказать последнее слово, как в помещении послышался громкий хлопок, заставивший всех вздрогнуть. Перед ними появился старый домашний эльф в грязной наволочке, на которой был герб Блэков. Гарри узнал его — это был Кричер, — но удивился, потому что с самого начала Рождественских каникул ни разу не видел этого вечно брюзжащего и сварливого домовика. Тот же, не обращая никакого внимания на остальных, с презрением и недоверчивостью смотрел на него в ответ.       — Это правда? — скрипучим голосом заговорил эльф. — Недостойный наследник правда уничтожил мерзкую штуку Тёмного лорда? — добавил он, сжимая свои тощие пальцы.       Гарри оторопело кивнул, не понимая, почему этот чокнутый вообще интересуется этим, а затем резко сузил глаза. Этот гадёныш следил за ними!       — Ты шпионил за нами, — ледяным голосом ответил Поттер, заставив того сжаться. — Отвечай, зачем ты нас подслушивал! — прошипел он, стараясь унять свой гнев.       — Кричер не хотел, — пробурчал эльф таким тоном, в котором не было ни капли правдивости. — Но недостойный наследник и его грязные друзья слишком громко обсуждали…       — Заткнись, чёртов поганец! — взревел парень. — Никогда в моём присутствии не смей называть моих друзей так! И прекрати лгать, иначе пожалеешь об этом! — его угрожающий тон заставил вздрогнуть не только друзей, но и этого гадкого домовика. — Мы обвешаны дюжиной чар от подслушивания, а ты думаешь, что я настолько глуп, чтобы поверить в этот бред?! Говори правду: зачем. Ты. Следил. За нами?! — чётко разделяя слова, процедил он.       — Кричер получил указ, — нехотя заговорил тот, словно боролся с самим собой. — От опорочившего семью хозяина, — Гарри сощурил глаза, заставляя его продолжать. — Указ следить, чтобы недостойный наследник не взял книги по чёрной магии. А затем Кричер услышал, как недостойный наследник и его… гря… гхм, — эльф осёкся, когда парень потянулся за палочкой и прокашлялся, продолжив: — … друзья обсуждали уничтожение той мерзкой штуки, что принадлежала Тёмному лорду.       В комнате в очередной раз воцарилась тишина. Гарри недоверчиво сверлил его взглядом, но вскоре посмотрел на подошедшую и положившую руку ему на плечо Лили. Сделав глубокий вдох и выдох, он постарался взять свой гнев под контроль и снова перевёл убийственный взгляд на существо перед ним, заговорив отдающим сталью тоном:       — Какое тебе до этого дело? Говори только правду!       — У Кричера есть задание. От погибшего много лет назад достойнейшего хозяина, — эльф потянулся за шиворот своей наволочки, вытаскивая оттуда изящный восьмигранный медальон с золотыми вставками, на которых белым металлом была выложена буква «S» с двух сторон. — Уничтожить эту вещицу, ради которой господин Регулус отдал жизнь, — его скрипучий голос задрожал, и эльф начал плакать, продолжая свой рассказ и сильно дёргая себя за уши: — Кричер пытался уничтожить его всеми способами! Но он не смог! Если недостойный хозяин знает, как это уничтожить… — он не договорил, потонув в слезах окончательно.       Четвёрка волшебников переглянулась, не зная, что сказать. Наконец, первой отмерла Гермиона и подошла к Кричеру, чтобы попытаться его успокоить.       — Пожалуйста, успокойся и расскажи нам, как он оказался у тебя? — попросила она, мягко пытаясь изъять из его костлявых пальцев медальон, но тот упорно цеплялся за него, не желая отдавать.       — Не трогай его, паршивая грязнокровка! — вскричал эльф, за что тут же получил жалящее от Поттера.       — Гарри! — вскричали его мать и подруга, но парень ничего не ответил, лишь стряхнув руку рыжеволосой девушки и отодвинув шатенку, чтобы нависнуть над домовиком и с искажённым от ярости лицом схватить его за грудки, оторвав от пола.       — Последний раз предупреждаю! — прошипел в его испуганные глаза Гарри. — Ты будешь отвечать на все вопросы и относиться к моим друзьям с должным уважением, раз уж признаёшь меня наследником! Дай сюда эту чёртову вещицу и рассказывай, как она попала в этот дом! — он выдернул из рук медальон, отшвырнул от себя маленькое костлявое тельце и безжалостно смотрел, как Кричер пытается подняться на ноги.       — Гарри, прекрати! — вскричала Гермиона, вставая между ними и со страхом заглядывая в его пылающие безумным огнём глаза. — Что с тобой?!       — Я не собираюсь больше слушать этот чистокровный бред! — взбеленился Гарри, пытаясь отодвинуть подругу, но та лишь вцепилась в его руку, а Лили обхватила его со спины, удерживая на месте.       — Это не повод так с ним обращаться! — вскипятилась Грейнджер.       — Успокойтесь, вы оба! — грозно приказала Лили. — Сядь, Гарри. Я сказала — сядь! И дай сюда палочку, пока не успокоишься, — девушка силой усадила его на стул и забрала палочку.       — Рассказывай, — процедил сквозь зубы Поттер, удерживаемый за плечи подбежавшим Роном, который до этого был в прострации и просто наблюдал. Гермиона метала в него гневные взгляды, но он их полностью проигнорировал, с ненавистью и презрением смотря на домовика.       — Хозяин Регулус отдал Кричеру приказ, — с противным брюзжанием заговорил эльф. — Пойти с Тёмным лордом и слушаться его так же, как настоящего хозяина. Тёмный лорд привёл меня в пещеру. И заставил пить зелье из каменной чаши. Кричеру казалось, что он умрёт от жажды, а Тёмный лорд просто положил туда эту вещь и оставил Кричера умирать. По приказу хозяина Регулуса Кричер должен был переместиться к нему, когда Тёмный лорд закончит свои дела, — домовик вновь принялся тянуть себя за уши, тихонько поскуливая. — Хозяин Регулус был добр! Он исцелил бедного Кричера! И приказал рассказать обо всём и отвести его туда. Но потом молодой хозяин приказал подменить эту вещь на фальшивую и вернуться домой, а сам выпил зелье. Кричер плохой эльф! Он оставил бедного хозяина умирать! — существо забилось в истерике, стуча головой об пол. — Кричер плохой! Плохой!       — Исчезни, — мрачно приказал Поттер, нахмурившись, и эльф с громкими воплями и звонким хлопком аппарировал.       — Ты не должен так себя с ним вести! — накинулась на него подруга, едва домовик пропал из поля зрения. — Нельзя так обращаться с эльфами! К тому же он…       — Он не будет так себя вести, пока я являюсь его хозяином! — закричал в ответ Гарри.       — Друг, послушай себя! — воскликнул за его спиной Уизли, потряхивая его за плечи. — Ты сейчас говоришь совсем как Малфой!       — А может, вы перестанете так орать, и мы обсудим то, что он нам рассказал?! — вслед за остальными повысила голос Лили. — Гермиона, ты ещё успеешь высказать ему всё, что думаешь о его поведении. А ты, — перевела на него разгневанный взгляд рыжеволосая, — даже не думай, что всё ограничится только её высказываниями! Я разочарована в тебе, Гарри. Я многое могу понять, но ты должен научиться держать себя в руках!       Гарри шумно выдохнул, душа клокочущую в груди ярость, которая заставляла его кровь с шумом стучать в висках. Он повторил это действие ещё несколько раз, пока не успокоился окончательно. К этому времени все вернулись на свои места. Недавно царившее в помещении напряжение, которое и так было высоко, стало ещё плотнее и тяжелее. Гермиона и Лили смотрели на него мечущими молнии глазами, и парень поёжился, приходя в себя окончательно.       — Что мы имеем? — спросил Рон, пытаясь разрядить обстановку, и посмотрел на Гермиону. — У нас на руках есть кусок души того-кого-нельзя-называть, и теперь мы знаем, почему он не умер, когда Гарри уничтожил дневник. Получается, всего-то надо уничтожить эту дрянь, и тогда он снова станет смертным, верно?       Гермиона неуверенно покачала головой в отрицании.       — Мы не можем быть в этом уверены. Пока что предлагаю спрятать медальон, а когда вернёмся в школу, то расскажем обо всём директору. Он должен знать, что с этим делать. В конце концов, он — единственный, кого тот-кого-нельзя-называть боялся в прошлой войне. Дамблдор должен об этом знать! — воскликнула девушка.       От слов о директоре Гарри помрачнел ещё сильнее, если такое было возможно. Его и без того разъедало чувство вины и страха от осознания, что он сорвался на Кричере. Это пугало гораздо больше, чем то несвойственное ему поведение в зоомагазине, когда он запугивал продавца. Эта агрессия была словно… чужой.       Из-за этой мысли его глаза широко распахнулись, сердце застучало в разы быстрее, а желудок в очередной раз захотел освободиться от недавнего обеда. Он сделал ещё один глубокий вдох, надеясь, что тугой узел из нервов хоть на чуть-чуть ослабнет, но не помогло, и Поттер, резко сорвавшись, поспешил в уборную, удерживая содержимое желудка.       Его вырвало, едва он добежал до ближайшего к библиотеке туалета. Где-то в коридорах Гарри слышал взволнованные голоса друзей и, вроде бы, Сириуса, но новая волна тошноты не позволила прислушиваться к тому, что они обсуждали. Появившаяся желчная горечь осела на губах и распространилась по всему рту, вызывая третий спазм, и парень снова склонился над унитазом, окончательно избавляясь от всего съеденного.       Дверь в помещение распахнулась, и к нему подбежал шокированный и взволнованный Сириус. Мужчина тут же рухнул рядом с ним на колени, взмахом палочки убирая наведённый им беспорядок.       — Гарри, что случилось? — встревоженно спросил крёстный, поспешно призывая манящими чарами с одной из полок небольшой стакан и заполняя наколдованной водой. — Сполосни рот. Только не глотай, — указал он, аккуратно прижимая край ёмкости к его рту. Гарри последовал его совету и сплюнул противную жидкость. — Легче?       Гарри помотал головой, прислушиваясь к своему организму. Нет, ему определённо не стало легче, но новых признаков тошноты больше не было. А вот голова нещадно болела. Он кое-как поднялся, опираясь на плечо Сириуса, и посмотрел в сторону открытой двери, где столпились его перепуганные друзья. Попытка выдавить из себя улыбку с треском провалилась, когда парень понял, что не может даже пошевелить онемевшими губами.       — Что у вас произошло? — понимая, что не дождётся ответа от крестника, спросил Блэк у остальной троицы.       — Думаю, сначала стоит выпоить Гарри зелье и помочь ему добраться до своей комнаты. Мы всё тебе расскажем, — отозвалась Лили, смотря на сына сочувствующим и почему-то виноватым взглядом. — Только ты снова дашь клятву.       Серые глаза мужчины только сощурились, и он кивнул, вновь переключая своё внимание на Гарри. Тот хотел хоть что-то сказать, но не мог выдавить из себя ни слова. Обречённо повторив жест крёстного, парень при поддержке Сириуса дошёл до своей кровати и выпил принесённые им зелья, а затем обессиленно провалился в тревожный сон, краем сознания отметив, что среди этих микстур явно было снотворное.

***

      Он проснулся от ощущения, что по его груди кто-то ползает. Открыв глаза, Гарри увидел прямо перед собой недавно купленную змейку. Та тоже заметила его пробуждение и, высунув длинный тонкий язык, прикоснулась к его подбородку.       — Вам лучше, хозяин? — прошипела рептилия немного взволнованным тоном, заставив его распахнуть в удивлении глаза. Поттер никогда не думал, что змеи тоже могут обладать эмоциями, и ему было немного стыдно, что она волновалась, в то время как он просто-напросто забыл о ней с того момента, как купил.       — Немного, — чуть подумав о своей безответственности, ответил Гарри. — Как ты выбралась из клетки? И почему зовёшь меня хозяином?       — Вы купили меня и привели в тёплое место. Хозяин — это хозяин, — выдала нечто непонятное парню змея, аккуратно переползая на одеяло рядом и полностью игнорируя первый вопрос. — Вы дадите мне имя?       Гарри немного подумал, но ничего путного ему в голову не приходило. Зато он услышал аккуратное покашливание и резко повернулся к его источнику, обнаружив в углу Сириуса, сидящего на одном из гостевых кресел. Его крёстный был весьма хмур и задумчив, а уставшее лицо говорило о том, что он долгое время не спал.       — Никогда не привыкну к тому, что ты умеешь с ними разговаривать, — пробормотал Блэк. — Что он хоть говорит?       — Просит дать имя, — сонным голосом произнёс Гарри, вглядываясь в мешки под глазами мужчины. — Сколько я спал?       — Сейчас раннее утро. И что ты надумал? — Сириус взмахнул перед собой палочкой, вызвав в воздухе цифры, и уточнил: — С именем.       — Ни единой мысли.       — Знаешь, когда я уже собирался покинуть твою комнату, едва ты уснул, этот мелкий чуть ли не снёс клетку, шипя и извиваясь. Мне пришлось его выпустить, и он сразу же лёг возле тебя. Он весьма умный, поэтому я бы предложил назвать его Каллидус. На латыни это означает «умный».       — Я самка, двуногий! — протестующе зашипела змейка, повернувшись в сторону мужчины, заставив Гарри рассмеяться.       — Она девочка, Бродяга, и против мужского имени. Поэтому, наверное, лучше Калидис. Не против? — прояснил Поттер, затем задав вопрос рептилии и получив в ответ согласное шипение.       — Она понимает наш язык? — удивился крёстный, и Гарри просто пожал плечами.       — Видимо так, — согласился он. — Как много тебе рассказали Лили и Гермиона с Роном? — его лицо вмиг стало серьёзным, когда вопрос слетел с его губ. Сириус тоже посмурнел.       — Всё, — с тяжёлым вздохом сообщил мужчина. — Они взяли с меня клятву, что я не побегу душить Дамблдора его собственной бородой, и были правы, сделав это до рассказа. Первым же моим порывом было пойти и наорать на старика. Поздновато, конечно это говорить, но знаешь, Сохатик, лучше бы ты не читал столь бездумно такие опасные книги… Хотел бы я сказать, но в данном случае понимаю ваши мотивы, поэтому в глубине души я согласен с тем, что вы правильно поступили. Я злюсь только на то, что вы сразу не обратились ко мне за помощью. Не все знания, хранящиеся в библиотеке моей семьи, безопасны. От некоторых книг лучше бы вообще избавиться.       — Прости, — виновато сказал Гарри, чуть опустив голову и поглаживая рукой довольную лаской змею по голове. — Просто… я привык, что на все вопросы мне приходится искать ответы самому или с друзьями. Со мной почти всю жизнь не было кого-то из взрослых, а когда я приходил за помощью, то практически не получал её. Так что это, скорее, привычка, — ещё один тяжёлый вздох был ему ответом. Сириус потеребил свои усы, прежде чем заговорить вновь:       — И Лили просила меня обсудить с тобой твоё поведение. Она чувствует себя виноватой из-за того, что недоглядела за твоим состоянием. Что с тобой, Гарри? Это влияние ментальной связи с его мыслями? — обеспокоенно спросил крёстный.       — Не знаю, — честно ответил парень. — Я заметил это ещё в лавке, когда покупал Калидис и заказывал фоссу на день рождения Лили, меня в тот момент словно подменили. Я натуральным образом запугивал и подкупал продавца, чтобы он никому не рассказывал о том, что я умею говорить со змеями. Но тогда я особо об этом не задумывался, а когда Кричер довёл меня, то понял, что мой гнев был… не только моим. Эти эмоции… они словно мои и не мои одновременно. Это так сложно!       Сириус поднялся с кресла и подошёл к крестнику, аккуратно присаживаясь рядом и приобнимая его. Затем он на мгновение покосился на всё так же ластящуюся змею, переползшую на колени Гарри, и позволил себе чуть-чуть улыбнуться.       — Главное помни, что ты не должен давать другим выводить тебя на эмоции. Старайся сохранять свежую голову и слушать свой разум, — он чуть поморщился от собственных слов. — Мерлин, говорю прямо как моя матушка! — посетовав, добавил Сириус и рассмеялся вместе с ним. — А если серьёзно, Гарри, то ты не один. У тебя есть друзья, я и Ремус. А ещё твоя любящая тебя и заботливая мамочка.       Поттер залился краской от двусмысленной фразы крёстного и потёр свободной рукой покрасневшую шею. На это Блэк только весело рассмеялся, заставив Калидис рассержено зашипеть от громких звуков.       — Кстати, хотел спросить, — неуверенно заговорил Гарри. — Каким был твой брат? — улыбка на лице крёстного медленно угасла, и он поспешил добавить: — Если ты не хочешь говорить об этом…       — Нет-нет, дело не в этом, — поспешно заверил его мужчина, убрав руку с его плеча. — Просто у меня со всей семьёй были натянутые отношения с самого моего поступления на Гриффиндор. Регулус… он с детства был слишком робким и ведомым, поэтому боялся ослушаться нашу мать, а отцу не было до нас особого дела. Поэтому когда я покинул дом, моя матушка промыла ему мозги, и Реги последовал за ним, а потом бесследно исчез. Знаешь, если бы ты и твои друзья не заставили Кричера во всём признаться, то я бы до конца жизни думал, что мой младший брат пошёл не по той дорожке. А оказалось, что он был намного умнее и храбрее меня. Поэтому спасибо тебе и им, Гарри, — с грустной улыбкой поблагодарил Сириус.       Гарри покачал головой, собираясь возразить, но его желудок издал громкое урчание, заставив крёстного снова весело рассмеяться.       — Идём, детёныш, время для твоего позднего ужина и раннего завтрака. Тебе точно надо подкрепиться, — Блэк первым покинул его комнату, а Поттер, заверив свою новую питомицу, что скоро придёт и покормит её, последовал за ним.       Весь день он выслушивал лекции от Гермионы по поводу его вчерашнего обращения с эльфом, а так же пытался читать дальше ту книгу, где они с друзьями нашли ужасающий ответ на некоторые их вопросы о бессмертии Волдеморта. Лили была гораздо сдержаннее старосты Гриффиндора, но тоже добавила от себя пару слов и весьма строгих укоризненных взглядов, которые заставили его сжаться и молча принимать словесную казнь. Рон был единственным, кто не высказывал ему за его поведение, но даже он кидал на него какие-то опасливые взгляды. И от этого парню ни разу не становилось лучше.       На следующий день с больницы выписали мистера Уизли, и всё рыжее семейство приободрилось. Артур сердечно поблагодарил самого Гарри, который лишь стыдливо отводил взгляд, понимая, что так и не удосужился ни разу навестить мужчину в больнице. Миссис Уизли так же довольно долго ворчала на мужа, припоминая то, что Артур мог бы провести куда меньше времени в больничной палате, если бы сразу согласился на обычные магические методы лечения. Тот стоически терпел все нападки жены, при этом счастливо улыбаясь в окружении своих детей, которые всячески пытались о нём позаботиться.       Вечером же, однако, их навестил совсем неожиданный гость. Обычно Гарри и его друзья крайне редко пересекались с большинством членов Ордена Феникса, но вот Снейпа он видел в этом доме вообще впервые. Хотя из разговоров с Сириусом знал, что тот бывает почти на всех собраниях. В этот же раз Поттер встретил его на кухне, и зельевар, заметив его, с безэмоциональным лицом направился прямиком к нему.       — Поттер, — прохладным — даже скорее холодным — тоном обратился к нему зельевар, заставив Сириуса кинуть на него хмурый взгляд. — Директор просил меня передать вам, что с этого семестра вы приступите к изучению окклюменции.       — Оклю… что? — ошарашено переспросил парень. Снейп скривил губы в отвращении.       — Окклюменция, Поттер. Искусство защиты разума от внешнего воздействия. Защита мыслей. Называйте как хотите, но это не отменяет того факта, что это весьма полезный навык, который поможет вам не выдать всех секретов прямо на блюдечке Тёмному лорду, если он вдруг обнаружит вашу связь, — с презрением прошипел зельевар.       — Я тоже буду ходить на эти занятия, — твёрдо заявила Лили, подойдя к ним ближе, а затем добавила: — Профессор.       — Вам эти уроки ни к чему, — словно проглотив что-то противное, скривился мужчина, смотря на Эванс холодным взглядом.       — Я думаю, это пойдёт мне на пользу, — с вызовом посмотрела в его чёрные глаза девушка. Какое-то время они играли в гляделки, но вскоре на долю секунды по лицу Снейпа показались чистейшие шок и удивление, но он сразу же умело замаскировал их за маской беспристрастности.       Гарри, наблюдавший это со столь близкого расстояния, с подозрением прищурился, понимая, что раз Снейп будет учить его защите разума, то и проверять качество обучения тоже будет он. И не нужно было быть Гермионой, чтобы понять, что тестирование будет проводиться атакой на его сознание и разум.       — Я сообщу директору о вашем рвении, — ровным голосом обронил зельевар, а затем быстрым шагом удалился в сторону гостиной. Оттуда послышался звук вспышки камина, и воцарилась гробовая тишина.       Парень повернулся к своей матери, заглядывая в её пылающие глаза.       — Ты точно всё успеешь? Я-то могу в любой момент бросить Прорицания, чтобы сосредоточиться на этих занятиях, — Лили на это только помотала головой.       — Сомневаюсь, что эти внеурочные занятия будут проходить официально. Скорее всего, нам обоим стоит приготовиться получать отработки за громкое дыхание на уроках, — с сарказмом ответила девушка и прошла к столу, ожидая ужина, который из-за собрания Ордена сегодня был чуть позднее обычного.       — И то верно, — пробормотал себе под нос Гарри, усаживаясь рядом. Этот семестр определённо будет напряжённым и насыщенным, подумал он, но даже не представлял, насколько.