Ненавижу его волосы, затягивающие петлю на моей шее

Результатом сна на полу стала больная спина, ноющая так, будто она целиком покрыта в синяках. Пришлось побираться в этой пыточной, как какому-то бомжу, но зато с крышей над головой. Я сделал себе кровать из картона, ведь спать на холодной грязной плитке как-то не очень хотелось. Отопления тут и в помине нет, хотя батареи присутствуют. Картон не грел и уж тем более не особо уберегал от холода. Из еды они оставили какие-то овощи и фрукты, да ещё и не очень-то свежие. Чувствую голод, даже после приёма пищи. И, естественно, я почти не спал. Уснуть тут было невозможно, поэтому я просто пялился в потолок и обдумывал всё то, что со мною произошло за последнее время. Почему мне постоянно кажется, что я когда-то уже взаимодействовал с седовласым мужчиной? Я будто целовался с ним уже в раз десятый. Да и к тому же, его смущающий вопрос «Ты ведь уже заметил эту связь между нами, не так ли?» совсем не даёт покоя. Он знает то, чего не знаю я? Когда он услышал моё имя, то никак не отреагировал. Это потому, что он изначально знал, кто я такой? Моё тело вчера необычно реагировало на Комаэду: каждая клеточка дрожала от нетерпения и желания. Почему я вообще получал удовольствие от его прикосновений? Я увиделся с ним всего во второй раз в жизни. Тогда как такое может быть? Я ведь точно знаю, что он мне не нравится, но в то же время я дико хотел его. Капореджиме не просто так устроил пытку именно в таком виде. Он знал, что имеет власть над моим телом. Если считать, что Изуру и Нагито были знакомы, значит ли это, что Камукура был влюблён? Ведь если так и есть, его чувства могли передаться мне через совместное тело. Это, конечно, звучит как несусветная чепуха, но как иначе всё это объяснить? Если мои предположения верны, значит у них были довольно близкие отношения. От всех этих предположений я ощутил, как лицо горит от смущения. После долгожданного стука в дверь и щелчка, в поле моего зрения попала знакомая физиономия. — Здравствуй, Хината-кун. Мужчина общается со мной с вежливой улыбкой, что совсем идёт вразрез с вчерашним его поведением. Не могу сказать, что он ангел во плоти, но и сказать, что он мразь — тоже не могу. Он уже не тот, что был вчера: нет того низвергающего тона, от которого бегут мурашки по коже и хочется спрятаться под одеяло, как маленькое дитя. Мне даже не хватает его измывательской улыбки. Он будто потерял весь свой мафиозный шарм. — Здравствуй. — Здравствуйте, а не здравствуй: ты уже не капореждиме. — И кому же я подчиняюсь? Дайте угадаю. Вам? — иронично предположил, разводя руки в стороны. — Ты прав. Я ответственный за тебя. Эта новость меня радует, ведь я больше ни с кем лично не знаком, кроме босса и подручной. — Ты свободен, можешь выходить. Его улыбка со временем выветрилась и оставила после себя спокойное выражение лица. — Тебе нужно переехать. Люди из вражеской мафии знают, где ты жил. Если не ошибаюсь, ты ещё работал в магазине, так что тебе ещё придётся уволиться. — спрятал руки в карманах. — Я уже нашёл тебе новую квартиру, она находится недалеко от моей. — У меня же нет выбора, да? Как-то не хочется прощаться со своим домом и тем более с магазином, где я мог хотя бы представить, что живу обычной жизнью. — По сути есть, но я советую тебе послушаться меня. Я просто кивнул, смерившись с изменениями, и пошёл за дверь. Выйдя из здания, мы сели в машину, где нас ждёт водитель. — Здравствуй, Нанами-чан. — радушно поздоровался Нагито и сел за переднее сидение. Меня посадили сзади, но я совсем не расстроился, ведь у меня нет настроения с кем-либо сейчас говорить. Тут хотя бы никто не будет смотреть на моё лицо, говорящее о сонливости и усталости. — Здравствуйте, Комаэда-сан! А это кто? Дама кажется приятной и привлекательной, но это всё, что я сейчас смог понять, ведь сил на достойный анализ совсем нет. — Новый солдат. Раньше был капо в вражеской мафии. — Обалдеть можно... Она удивилась искренне, но не так эмоционально, как это делаю я. Реагирует спокойно, чему можно у неё поучиться. Капореджиме неловко почесал загривок и задал интересный вопрос. — Эм, Хината-кун, ты умеешь водить? — У меня даже права есть. — слишком гордо выразился, будто это единственное, чем я могу похвастаться. — Не хотел бы ты быть моим шофёром? — Да, конечно. Честно говоря, я ждал, когда он предложит. Мне всегда хотелось ездить самому, а тут такая прекрасная возможность. Мне ещё и машинку крутую выдадут. Хотелось бы кабриолет, конечно же, но я не буду против любой машины, лишь бы ездила. Сейчас день, но пасмурно. Скоро, возможно, начнётся дождь. Напарники о чём-то беседуют и их отношения кажутся довольно тёплыми. Влезать в их разговор нет никакого желания, да и вслушиваться о чём они говорят — тоже. Думаю, это из-за грёз о сне. Интересно, они в отношениях? А если да, то знает ли она, чем вчера занималась её вторая половинка? — Вы в отношениях? Я всё-таки осмелился перебить их, при этом не зная, на важную тему они говорили или нет. Сейчас мне тяжело размышлять о том, уместен ли мой вопрос. Я даже не знаю, услышали они меня или нет, ведь я, вяло облокотившись об спинку, смотрю в окно. Мой вопрос мог быть слишком тихим, ведь у меня нет сил разговаривать громко. — Конечно нет. — отчеканил Нагито и продолжил. — Но за всё это время мы стали очень близки, поэтому можно сказать, что мы друзья. Было бы забавно встретиться с девушкой Комаэды и рассказать ей о том, как он мне дрочил. Причём профессионально, как самый настоящий педик. Интересно, как бы она отреагировала? Хотя, с чего я взял, что он предпочитает девушек? Может у него есть парень? В любом случае, было бы чертовски весело наблюдать за тем, как он ссорится со своим партнёром из-за меня. Сразу после того, как мы прибыли на место назначения, Нагито вручил мне мои телефон и ключи, которые были забраны у меня после похищения. Я даже не знаю, что именно чувствую, пока в последний раз расхаживаю по обиталищу, попутно собирая все свои вещи в чемоданы. Вместо того чтобы думать о том, какой квартира выглядит сейчас, в голову лезут воспоминания о том, какой она была после того, как я пробудился от долгой спячки длиною в полтора года. Депрессивнее и унылее места, чем эта квартира после Изуру, я никогда в своей жизни не видел воочию. Казалось, что человеку совсем не было дела до того, где и как он живёт. Везде было пыльно, отсутствовали даже казённые вещи, которые есть абсолютно у каждого нормального человека в доме. Хотя, если уж и сравнивать с нормой, то по большому счёту я тоже не подхожу по критериям, так что я в этом плане ничем от Камукуры не смогу отличиться. Но вот что меня потрясло, так это наличие зеркала в ванной. Неужели ему было не всё равно на то, как он выглядит? На его месте я купил бы всё что угодно, но только не зеркало, ведь смотреть на себя — всё равно что сидеть на жестокой пытке. Инстинктивно уложившись спиной на кровать, будто ложе так и притягивало меня магнитом, раскинул по сторонам руки и уставился в потолок. В этой позе и именно в этом месте я очнулся после Изуру. Что самое интересное, в такой же позе я и совершал самоубийство, перед тем как Камукура появился на свет. Получилась закономерность, которая вынудила меня иронично улыбнуться. Так глупо было надеяться на то, что с помощью голода смогу спокойно ретироваться в загробный мир. По итогу я задержался здесь на более длительное время, вместо того чтобы получить долгожданное спокойствие. Накатившая печаль от воспоминания, заставила пролежать на кровати какое-то время, прокручивая в голове все подоплёки, которые привели меня к неудачному суициду. Как бы я не норовил забыть своё прошлое — оно из раза в раз настигает меня. Что самое ужасное — моя жизнь совсем не стала лучше и я всё так же хочу покинуть этот мир. Чтобы отвлечься, я решил заставить себя встать и начать вспоминать что угодно, но лишь бы не о смерти родителей. В голову стали прилетать картинки того, как я выкидывал мрачные вещицы Камукуры, вместе с орудиями убийства. Я убирал его длинные волосы ещё очень долго. Ей богу, они как шерсть. До того как моя личность раскололась, я жил в другом здании, но Изуру переехал по неизвестной для меня причине. Раньше квартира больше была похожа на гроб, где мы с Изуру и были похоронены заживо. Из мебели в спальне находились только дешёвая раскладушка и шкаф с двумя костюмами. В разных местах ещё были раскиданы документы, большинство из которых я посчитал мусором, но так и не осмелился выкинуть, ведь возможно для Камукуры они были важны. Поэтому они так и валялись всё это время у меня на самой высокой полке в глубине, как отбросы общества, которые никому не нужны. Даже не знал, что когда-то буду ассоциировать себя с вещами. Могу с уверенностью сказать, что я человеческое воплощение этих бесполезных бумаг. Понимая, что я очень сильно наглею и бесстыдно телюсь, я продолжал не спеша собираться, ведь альтернатива «бегать в панике по квартире» — меня не устраивает. Лучше уж пусть потерпят немного, нежели я что-то забуду от спешки. Каждый раз, когда я опаздывал, а Казуичи был уже под домом, то он заходил ко мне в гости и пил чай, причём обычно делал его сам, пока я в спешке бегал из одной комнаты в другую. Я просто не хотел оставлять его одного в машине наедине со скукой, поэтому звал его к себе, в случае, если точно знал, насколько долго буду собираться. От воспоминаний о Соде больно кольнуло в сердце. Я теперь не скоро с ним увижусь и от этого факта я теряю весь энтузиазм. Прямо сейчас я полностью обрываю с ним связь. Так как я перешёл в другую мафию, мой дорогой солдат автоматически стал для меня врагом. С ним же всё будет в порядке? Я не навредил ему своим уходом? Если свяжусь с ним — подорву доверие семьи и дороги назад больше не будет. Я останусь с разбитым корытом. Тогда мне стоит забыть о нём и больше по возможности не вспоминать? Даже если я свяжусь с ним, ни к чему хорошему это уж точно не приведёт. В любом случае, намного лучше помогать адекватным людям, чем Эношиме. Я поставил квартиру на продажу: не могу же оставить её совсем одну. Так хоть у неё хозяин будет. Да и вариант «платить за коммуналку» не особо-то прельщает. Положив в багажник свои чемоданы, я отправился в магазин. Пришлось уволиться, ведь мало того что на этот маленький магазинчик уже не будет времени, так ещё и довольно опасно сюда приходить: всё же некоторые члены мафии знают, что я здесь работал. Пока иду обратно к машине, на меня капает дождь, но он несильный, поэтому я не особо промок. — Какого тебе покидать свою квартиру? — спросил Комаэда, пока я садился на заднее сидение. — Мне больше грустно не от переезда, а от воспоминаний. Я ответил понуро и тихо, не вдаваясь в подробности. Решил оставить собеседника в неведении, ведь не хотел бы грузить его своим депрессивным прошлым. Он не рискнул продолжать что-либо спрашивать, чтобы не вынуждать меня вспоминать неприятные события. Всё-таки он умеет вовремя молчать. — Мне правда жаль, что пришлось принять такие меры. Норовя сменить тему, чтобы я не зациклился на плохом, он решил поднять настроение новостью. — Я купил тебе квартиру. Жаль только, что у меня было мало времени на поиски, но я уверен, что она тебе понравится. Его спокойный голос убаюкивает и расслабляет. Я готов был мурчать от нежности. — Спасибо, Комаэда... Не понимаю почему, но от его тёплых слов стало намного легче. — С-сан... Комаэда-сан... Чиаки нежно хохотнула от моей забывчивости и завела машину. Я ещё долго буду привыкать к тому, что я солдат. Но к чему мне ещё сложнее привыкнуть, так это к изменениям Нагито. Раньше он был другим: угрожал, обзывал, пытал. А сейчас мы ведём себя, как приятели. Я не понимаю его, но от этого только разрастается интерес. Его отношение ко мне изменилось, потому что я теперь на их стороне? Пока я перебывал в раздумьях и смотрел на унылый, промокший от дождя, город, не заметил, как мы уже приехали к моей новой квартире. Я сначала не мог понять, сплю я или нет, ведь огромное ухоженное здание напоминает чертог. Наверное, капореджиме потратил на меня много денег, из-за чего неловко. О количестве этажей я узнаю, когда зайду в лифт, но с виду дом очень высокий. Пройдя мимо чужих дверей, при этом проскрипев подошвой из-за линолеума, Нагито остановился возле моей. В самой квартире сочетание цветов мне нравится: серый с белым. Да и в целом здесь довольно ярко, из-за чего вскочил серотонин. Я без понятия, каким образом он угадал с палитрой. Возможно, моё угрюмое лицо ему в этом помогло. — Спасибо. Хорошую Вы для меня квартиру подобрали. — Я старался. — заботливо улыбнулся и смежил веки. Комаэда приятный человек: не такой, каким я его представлял. А ведь когда-то я его боялся. Фраза «не суди книгу по обложке» явно о нём. — Симку я тебе поменял: это в целях безопасности. — мужчина подпёр бок и отвёл взгляд в сторону выхода. — Ладно, не буду тебе мешать. Хорошего вечера. Когда он покинул мою квартиру, мне стало одиноко. На расстановку вещей у меня совсем нет сил, поэтому я отправился на поиски ванной. Прихожая и кухня соединены воедино, из-за чего комната кажется огромной. Масштабности ещё добавляют высокие потолки. Планировка напомнила мне родной дом, где я жил с родителями. Этот факт вынудил меня улыбнуться. Пока мыл руки в ванной, не рисковал смотреть в зеркало напротив. Всё-таки я всю ночь не спал, поэтому вряд ли увижу приятную картину. Меня расслабляет простота обиталища в виде одинаковых серых обоев. По какой-то причине эта квартира хорошо влияет на меня и я ощущаю уют. В спальне мне захотелось плакать от счастья, ведь теперь я наконец-то смогу поспать без баррикад из коробок. Я всё ещё не свыкся с мыслью, что изменил Эношиме. Пока я совсем не жалею об этом, если не считать угрызения совести по поводу Соды. У меня даже появилось желание выполнять работу. Мне всегда казалось, что быть личным водителем классно. Поэтому я завидовал Казуичи и хотел быть на его месте. Прикольно, наверное, смотреть на заспанное и сонное лицо Нагито по утрам. Интересно, будут ли меня заставлять выполнять то, от чего я отказался? Или будут давать выбор?