Чёрная кровь

      Под звуки треска дров бывший десница писал письмо внуку, Эймонду Таргариену, с просьбой вернуться во дворец. В тот день Эйгон не только сорвал брошь с десницы, но и выслал его в Старомест. И даже вдовствующая королева была бессильна против воли сына-короля. Но теперь, когда Эйгон временно отстранен от своих обязанностей, мужчина решил воспользоваться шансом и вернуться в Королевскую Гавань. Но чернила опрокинулись, пачкая незаконченное письмо, когда в комнату ворвались вооруженные гвардейцы.       — Как вы смеете так врываться в мою комнату!? — бывший десница был в ярости.       — Сир Отто Хайтауэр, вы обвиняетесь в убийстве наследника Железного трона! И по приказу королевы пойдете с нами, — один из гвардейцев вышел вперед, придерживаясь за рукоятку меча. — Если будете сопротивляться, мы убьем вас прямо здесь и сейчас.       Отто ничего не сказал. Последняя фраза была достаточно убедительной. Он взял недописанное письмо и бросил в огонь, замечая ловкий взгляд одного из гвардейцев. Парень кивнул остальным, и те взяли бывшего десницу под руки, словно преступника, и поволокли на улицу. Мужчина подошел к камину и успел достать почти сгоревшее письмо, где осталось всего лишь пару строк: "Прошу вашего дозволения вернуться в Королевскую Гавань, мой коро..".       Гвардейцы грубо вытолкали бывшего десницу во двор, где на коленях стояла вся его семья.       — На колени перед королевой! — один из гвардейцев ударил по ногам мужчину, отчего тот сразу пал на землю.       Признаться честно, Отто ожидал увидеть перед собой Рейниру, но никак не Алисанну. Молодая королева слегка ошарашила Хайтауэра, а серебристый дракон за ее спиной, издававший недоброе рычание, вызывал холодок по спине.       — Моя королева, — главный гвардеец склонился перед ее светлостью. — Все Хайтауэры по-вашему приказу здесь. Старомест пуст.       — Благодарю, сир Брандон.       Алисанна, сохраняя безупречную осанку и холодный взгляд, благодарно кивнула и окинула взглядом всех представителей дома Хайтауэров. Гвардейцы стояли позади непокорных, готовые в любую минуту умертвить любого из них. Сир Брандон был одним из тех, кто преклонил колено перед королевой ещё до того, как она покинула Королевскую Гавань, и поклялся ей в вечной верности. Именно он и схватил Кассандру Баратеон в ту ночь. Мужчина сделал все настолько аккуратно и бесшумно, что никто и не заподозрил королеву в случившемся. За что и получил благословение с ее стороны. Можно сказать, что он заменил ей сира Эррика, служившему Алисанне, когда она была еще принцессой.       — Что это значит, королева? — первым голос взял Отто Хайтауэр.       — А вы не догадываетесь? — пальцы девушки были сцеплены в области живота, а на лице мелькала стальная маска.       — Меня обвиняют в убийстве принца Эймона, насколько я понял.       Королева удивленно вздернула бровью и посмотрела на гвардейца.       — Вы не сказали ему?       — Сказали, моя королева. Но старость выбила все остатки памяти, видимо. Позвольте, я освежу ее.       — Не стоит, сир Брандон, — Алисанна сделала пару шагов к деснице. — Вам сказали, что вы виновны в смерти наследника престола?       — Я не убивал вашего сына, королева.       — Речь вовсе и не о моем сыне.       Отто побледнел на глазах. Морщинки век углубились, словно картина из прошлого вновь мелькнула перед глазами.       — Речь идет о принце Бейлоне, сыне Визериса Таргариена и Эйммы Аррен, — Алисанна грубо схватила десницу за лицо, поднимая так, чтобы он смотрел прямо на нее. — Как странно, правда? Здоровый мальчик, что остался жив, благодаря страшной смерти моей бабушки, при загадочных обстоятельствах умирает на следующий день в колыбели, — девушка сильнее сжала скулы пожилого мужчины, сквозь перчатки чувствуя холод его кожи. — Как думаете, в чем причина?       — Королева, это ложь. Сын короля был бо.. — но договорить он не смог.       — По вашему приказу служанки умертвили младенца в колыбели, а мейстеры наплели королю бред про какую-то послеродовую болезнь, — девушка брезгливо отпустила десницу, чувствуя омерзение к этому человеку. — Вы настолько жестоки, что даже убили младенца ради того, чтобы выдать свою дочь за короля.       — Если вы ждете моих извинений и оправданий, то не тратьте зря времени, — мужчина усмехнулся, понимая, что сегодня последний день его жизни.       Серебристый дракон встрепенулся, встряхивая массивной шеей. Перепончатый хвост заметался по земле, создавая небольшую пыльную дымку. Некоторые потомки Хайтауэров с ужасом взглянули на взрослого дракона, дрожа от страха. Они слышали о том, что их родственник устроил кровавое месиво в Харренхолле. И понимали, что теперь королева захочет мести за свою семью, поскольку слухи о том, что в детях Рейниры течет кровь Стронгов до сих пор не угасали.       — Но отпустите их, — он кивнул в сторону своей семьи. — Они невиновны, королева.       — Невиновны? — брови королевы дрогнули от боли, словно ей по спине ударили плетью. — Саймон Стронг и его потомки тоже были невиновны. Но Эймонд возомнил себя Богом и изрубил бедного старца на куски, а останки скормил своей зеленой твари, — девушка отрицательно закачала головой, представляя ужасную картину перед глазами. — Да кто вы такие, что смеете вершить судьбы невинных людей!? — голос сорвался на громкий крик, а на глазах выступили слезы. — Где это видано, чтобы Хайтауэры решали кому и сколько жить!? — гвардеец схватил бывшего десницу за копну волос и оттянул назад, открывая вид на пульсирующие артерии шеи. — Сначала вы убили наследника Железного трона, убили Таргариена. Потом ваш внук убивает наследника Дрифтмарка, убивает Велариона. Но вашему выродку мало пролитой крови, — Алисанна горько усмехается, сдавливая до боли собственные пальцы. — Он приказывает вырезать весь дом Стронгов. И из-за чего? Из-за мерзких слухов! — она слегка наклонилась, сладко шепча: — Так что мешает мне вырезать в ответ весь ваш дом?       — Вы презираете Эймонда за его поступок, но поступаете так же, — он усмехнулся. — Так чем же вы тогда отличаетесь от него?       — Тем, что во мне нет зеленой крови.       — Вы правы. В ваших венах течет черная кровь, принцесса Алисанна, — Отто слегка вытянул голову вперед. — Кровь Деймона Таргариена.       Брови сошлись к переносице от непонимания, но через секунду данные слова одним пазлом сложили целую картину. Ни к Рейне, ни к братьям Деймон не проявлял такой любви и заботы, как к Алисанне и своим родным сыновьям. Только она и младшие братья, Эйгон и Визерис, получали должное внимание. Алисанна на секунду застыла, словно получила стрелу в спину, но потом отпрянула. Мысль о том, что Деймон — ее отец, вызвала смешанные чувства. Нужно было время, чтобы принять этот факт. И сейчас явно не самое лучшее.       Алисанна поджала губы, кивая головой, и сделала пару шагов назад.       — Отто Хайтауэр. Я, Алисанна из дома Веларионов, Королева-консорт Семи Королевств и мать наследницы Железного трона, приговариваю Вас и весь ваш род к смерти, — девушка гордо вздернула подбородок. — Вам отрубят голову, а вашу семью ждет другая участь...       Бывший десница хотел что-то сказать, но не успел. Острый клинок сира Брандона прошелся вдоль шеи в одну секунду. Обезглавленное тело рухнуло на пыльную землю, а отсеченная голова пала к ногам Ормунда Хайтауэра. Ровно в этот момент серебристый дракон встал в полный рост и, направляя свою пасть в сторону стоящих на коленях Хайтауэров, издал ужасающий рев. Их лица стали бледнее полотна. Пару мальчишек дернулись от страха в попытке сбежать, но удачно были пресечены гвардейцами. Женщины встрепенулись, и на их глазах выступили слезы.       — Королева, прошу вас! — надрывный крик матерей не тронул сердца гвардейцев, что сжали плечи мальчишек сильнее. — Отпустите хотя бы детей, они же ни в чем не виноваты!       Эффект дежавю накрыл с головой.       "Девушка упала перед незнакомцами на колени.       — Прошу вас, лучше убейте меня! Только отпустите моего мальчика, он же ни в чем не виноват!       — Жена – не сын, — ответил Кровь. — Нам нужен только мальчишка.       Сыр с ухмылкой глянул на Кровь, и огромный мечник убил принца Эймона, единым взмахом перерезав мальчику горло, из раны которой хлынула кровь. Королева зашлась в крике."       На глазах Алисанны мелькнули слезы. Пальцы ее задрожали, отчего она сильнее сжала кулаки до хруста костей. Материнское сердце запекло от дикой боли в грудной клетке. Взгляд ее пал на мальчишек, которым от роду было пять-шесть лет. И среди них она увидела его, своего золотого мальчика, принца Эймона. Как бы то не было, но и в нем текла кровь Хайтауэров. Он смотрел на нее такими добрыми и невинными глазами, что девушке стало страшно. Она боялась себя. Боялась того монстра, что проснулся в ней и был готов сгубить невинных детей. Чем она тогда будет отличаться от Эймонда? Алисанна должна была свергнуть тирана, а не становится им.       — Не становись таким же чудовищем, сестра.       До боли знакомый голос проник в самую глубину души, разрывая внутри все на мелкие кусочки. Голос Люцериса.       — Люцерис.. — еле слышно произнесла Алисанна, оборачиваясь на голос. Она так хотела увидеть своего брата, так хотела обнять его и ощутить трепет сердца. Но увидела только злого дракона, что в любую минуту был готов сжечь всех наследников Хайтауэров.       — Моя королева.       Голос гвардейца развеял пелену вокруг, позволяя вернуться в суровую реальность. Девушка незаметно смахнула слезы и, глубоко вдохнув полной грудью воздух, выпрямилась.       — Голову Отто Хайтауэра отправьте принцу Эймонду в Харренхолл, — она безразлично посмотрела на отрубленную голову мужчины. — И про послание не забудьте.       — А что с ними делать? — Брандон кивнул в сторону Хайтауэров.       Алисанна посмотрела на побледневшее лицо Ормунду Хайтауэра и спокойно ответила:       — Если они не хотят повторить судьбу своего родственничка, то пусть спрячутся в стенах замка и не высовывают нос. Пока я не разрешу. Иначе судьба их будет весьма печальна.

***

      Тонкие пальчики плавно обводили каждую линию на шее, попадая во впадинку между ключицами. Девушка наблюдала за ровным дыханием своего принца, мягко касаясь губами его усталого, но в тоже время серьезного лица. Уголок губ слегка приподнялся в улыбке, и парень посильнее прижал к себе любовницу. Ее живот, несмотря на совсем маленький срок, уже немного выпирал. Длинные черные волосы ластились на ее плечах, словно были предвестником самой смерти.       — Что тебя так печалит, мой принц? — слова, подобны меду, сладко растекались по венам. — Неужели эта девчонка?       Эймонд нежно взял любовницу за подбородок, проводя большим пальцем по ее пухлым губам.       — Эта девчонка - твоя королева.       — Я видела в своих ведениях, как ее голова падает с эшафота, — указательным и средним пальцев она проделывала дорожку к нижней части пояса принца. — Убей эту девчонку и все твои проблемы исчезнут, мой принц.       В этот пикантный момент постучались гвардейцы, и на ответ принца "пошли вон", они сообщили о том, что пришла срочная весть из Староместа. И Эймонду пришлось все же выйти в сопровождении черноволосой девушки, что сразу мелькнула своими карими глазами на сундук в руках гвардейцев.       — Что там?       — Мы не знаем, ваше высочество. Сказали, что это подарок от королевы Алисанны.       Эймонд приказал открыть и через секунду зрачки его расширились, а пальцы за спиной сжались в кулаки до хруста. В сундуке лежала голова его деда — Отто Хайтауэра, а рядом послание. Превознемогая смердящий запах, принц забрал послание, что пропиталась кровью, и раскрыл его:

      «Рыба гниет с головы, поэтому от нее нужно избавляться сразу.

Жду тебя над Божьим оком на закате.»

      ***

      Поглаживая дракона по серебристой чешуе, девушка рассматривала закатное небо. Сердце тихо щебетало в грудной клетке, но не от страха, нет. Думать о дочери ей даже не хотелось, чтобы окончательно не поникнуть в чувствах. Как и об Эйгоне. Чувство вины сжимало горло. Алисанна покинула дворец в тайне, никому ничего не сказав. Только Хейла и Мисария знали о ее планах насчет Эймонда. Изначально Алисанна планировала прямиком отправиться в Харренхолл и застать дядю врасплох, но тайна, раскрытая Мисарией о принце Бейлоне, изменило планы королевы. Это был прекрасный повод обезглавить главного предателя. Именно от него и исходил источник всех бед. Отто был солнцем в этой войне, а Эймонд — его лучом, что обжигал достаточно сильно. И, как известно, вслед за потухшим солнцем исчезает и луч.       Среброкрылая, спавшая под нежные ласки всадницы, резко распахнула веки и подняла голову. Пластины на шее встрепенулись и драконица оскалила зубы. В небе мелькнула тень. Алисанна проследила за тем, как Вхагар все ближе приближалась к ним, пока вовсе не приземлилась неподалеку от королевы. Драконы злобно зарычали друг на друга. Эймонд спустился со спины Вхагар, поправляя на своем поясе меч.       — Тебе понравился мой подарок, дядя?       — Значит, ты решила повторить судьбу своего братца, дорогая племянница? — принц посмотрел на свирепого дракона и слегка усмехнулся.       — Мой брат умер смелым и доблестным воином, а ты умрешь предателем и братоубийцей.       — Этот ублюдок не оставил после себя ничего, кроме кусков своего дракона.       Огонь, что горел в зрачках принца, был чернее ночи. Ненависть и злоба пропитали душу Эймонда. Он был одержим этими чувствами настолько, что даже не замечал, как они разрушали его изнутри с каждым днем все сильнее.       — Ты невероятна глупа, Алисанна, если прибыла сюда одна.       — Глупость и отвага идут рука об руку, дядя.       Вхагар взревела, оскаляя свои пожелтевшие зубы. Лицо Эймонда же не показывало ничего, кроме равнодушия. Хотя внутри бушевала целая стихия, которую тяжело было удержать в груди. Среброкрылая с рычанием расправила крылья, а меж зубов заплясало пламя.       — Возвращайся домой, Алисанна.       — Если я вернусь домой, то кто избавит мир от такого тирана, как ты? — девушка поправила свой красный полуплащ на плече, что больше напоминал кровавую реку, стекающую с высоких гор.       — Глупая девчонка, тебе не выжить в этой схватке! — Эймонд ринулся вперед, чтобы схватить Алисанну за плечи и потрясти как следует, но путь ему преградил серебристый дракон, на спину которого уже взбиралась королева.       — Ты слишком много болтаешь, Эймонд, — Алисанна крепко схватилась за поводья седла. — Значит, мои догадки были верны: ты всего лишь жалкий трус, который вступает в схватку только с теми, кто слабее тебя и твоей суки.       Эймонд заманчиво улыбнулся и схватился за лестницу, свисающую со спины Вхагар. Он прекрасно знал, что выживет только один или же никто. Другого варианта не дано. Принц проследил за тем, как серебристый дракон быстро взлетел в небо и скрылся средь густых облаков закатного неба, издавая оглушающий рев. Эймонд взобрался на спину старой драконицы. Вхагар была медлительнее, чем Среброкрылая. Собственная величина сделала ее неповоротливой, и она набирала высоту более плавно, расширяющимися кругами, возносясь вместе со своим всадником над водами Божьего Ока. Старая драконица принюхивалась и осматривала небо в поисках серебристого дракона, цвет которой сливался с густыми облаками. Из Харренхолла, с вершины башни Королевский Костер, за ними наблюдала Алис Риверс. Девушка пыталась найти дракона королевы средь неба, но заметила только мелькнувшую красную тень.        Эймонд, придерживаясь за одно поводье седла, разглядывал небо. Принц знатно нервничал. Взмах крыльев звучал где-то совсем рядом. Старая драконица начала реветь, с каждой секундой больше злясь. Она чувствовала вражеского дракона совсем рядом, но не видела его.       С пронзительным криком, который был слышен за дюжину миль, Среброкрылая ринулась на Вхагар, скрываемая ослепительным блеском заходящего солнца. И два дракона сошлись в смертельной схватке, черневшие на фоне кроваво-красного неба над Божьим Оком. Среброкрылая вцепилась когтистыми задними лапами в грудь старой драконицы и провела ими до самого брюха, оставляя глубокие кровавые раны. Вхагар взревела. Мощные челюсти пытались сомкнуться на серебристой шее, но дракон ловко уворачивался. Среброкрылой удалось прокусить шею Вхагар, у которой желтое пламя начало вырываться прямо из горла. Это только сильнее разозлило старую драконицу. Из последних сил Вхагар выдыхает жаркое пламя прямо в морду Среброкрылой, отчего драконица взревела. Когти Вхагар быстро впиваются в серебристое брюхо и делают небольшой надрез. Небеса содрогнулись от оглушающего рева. Алисанна резко хватается за живот, припадая лицом к изголовью седла от невыносимой боли. С раны Среброкрылой начала хлыстать кровь, больше похожая на кровавый дождь. Дракон заметно ослабел. Королева слегка приподнимает голову, как замечает надвигающуюся пасть Вхагар. Девушка прикрывается правой рукой, словно это бы спасло её от зубов дракона. Все бы закончилось тем, что Алисанна была бы убита, как и Люцерис, но у этой истории был другой исход.        Морду Вхагар окутывает жаркое жару, отчего драконица отпрянула от серебристого дракона. Челюсти Кровавого Змея в момент смыкаются на шее Вхагар, а черные зубы погружались все глубже в плоть громадной драконицы. Девушка поворачивается и замечает Караксеса, а на нем — принца Деймона. Сцепившиеся драконы низверглись к озеру. Даже когда когти Вхагар разодрала брюхо красного дракона, а зубы оторвали крыло, Караксес лишь вгрызался сильнее, терзая ее рану. Несмотря на слабость, Среброкрылая ринулась на помощь своему сородичу, атакуя старую драконицу сверху: она принялась кусать тело Вхагар, отрывая от него целые куски. Озеро с ужасающей скоростью неслось им навстречу. И сквозь это Алисанна замечает, как Деймон перекинул ногу через седло и перепрыгнул на другого дракона. В руке он сжимал Темную Сестру.        — Деймон, нет! — крикнула Алисанна, протягивая руку к принцу. И пока Эймонд отвлекся на голос Алисанны, Деймон вонзил в пустую глазницу меч, да с такой силой, что острие вышло сзади из шеи молодого принца.        И все.       Казалось, на этом моменте и закончилась битва. Три дракона отпрянули друг от друга и ринулись к озеру, где двое из них уже были мертвы. Но перед самим паданием Среброкрылая смогла взмахнуть крыльями и удержаться в воздухе. Рядом с ней возник столб воды высотой с башню Королевский Костер от падения двух драконов. Часть воды попала на самого дракона и ее всадника. Полностью обессиленная и израненная, Среброкрылая с трудом долетела до ближайшего берега и буквально рухнула на землю, издавая бесшумный рев. Желтый песок стал окрашиваться в красный цвет из-за крови, что стекала с ран дракона. Алисанна слезла с седла и коснулась кровавой раны на брюхе. Раны были достаточно глубокие, но не смертельные. Она чувствовала всю боль своего дракона, и на глазах выступили слезы вины.       — Iksan vaoreznuni, ñuha jorrāelagon, — девушка прислонилась лбом к серебристой чешуе, превознемогая боль в животе. — Everythingkessa sagon sȳz, nyke kivio.       Алисанна подошла ближе к озеру. В центре бурлило пятно крови, что разрасталось с каждой минутой все больше. Вхагар и её всадник сгинули в объятиях озера Божьего Ока. Алисанна не знала, что она чувствовала сейчас: облегчение или наоборот, тягость. Брови нахмурились, когда острая боль вновь пронзила живот. Королева коснулась ладонью кожи и заметила кровь. Много крови. Три больших царапины красовались на ее животе, хотя ранения она и не получала.       Королева обессилено пала на мягкий песок, закрывая глаза от прикосновения холодных вод. Закатное солнце уже давно скрылось за горизонтом, уступая место ночному небу. По испачканным кровью и пылью щекам стекали горькие слезы. Деймон, который по большей вероятности был ее отцом, сгинул вместе с врагом в Божьем Оке и унес с собой почти все ответы на многочисленные вопросы. Казалось, что она только обрела отца, но в ту же секунду и потеряла. Но Деймон для нее всегда был чем-то большим, чем просто новый муж ее матери. 

      Он умер за свою дочь.

***

      — Королева!       Гвардеец подхватил королеву, которая вернулась в Харренхолл только на рассвете. Её одежда, кожа и волосы были испачканы кровью и пылью. Она впилась пальцами в предплечья гвардейца, словно боялась провалиться сквозь землю.       — Все хорошо, спасибо, — она попыталась самостоятельно устоять на ногах, но давалось это с трудом.       — Вы встретили принца Деймона?       Имя болью отразилось в душе, заставляя сильнее стиснуть зубы.       — Он погиб.       — Он просил передать Вам это, — Брандон протянул письмо королеве, которое она взяла и сжала в руках. — Что с принцем Эймондом?       — Кормит рыб.       Гвардеец усмехнулся, придерживая королеву. По её приказу он отправил несколько солдат к Среброкрылой, чтобы следили за её состоянием.       — Вы должны отдохнуть.       Девушка согласно кивнула. У нее действительно не было сил даже глаз поднять. Гвардеец помог ей дойти до дверей замка, как они оба услышали оглушающий рев дракона. Сердце Алисанны пропустило несколько ударов. Страх того, что смерть Вхагар была лишь иллюзией — исчерпала последние остатки сил. Гвардейцы моментально вынули мечи и закрыли собой королеву. Но через пару секунд они встали на одно колено, склоняя головы. Алисанна повернулась на шум и едва не лишилась чувств от удивления, что волной захлебнуло ее: прямо сейчас к ней уверенно приближался Эйгон. Словно и не было тех страшных ранений, из-за которых он с трудом мог подняться с постели. Позади стоял Солнечный Огонь с целым и невредимым крылом.