Владыка (Интерактивная работа)

– Ну и кто вы такие? Стоявшие перед нами олени, а точнее оленихи, если я правильно их отличаю, не выглядели особо дружелюбно. Замотанные кто в шкуры, кто в какие-то тряпки и все как один (или одна) носящие помесь сапог с режущим оружием, а у парочки оружие было и на рогах. И вся эта вооружённая свора весьма недружелюбно на нас косилась. Мы, очевидно, влипли. Только осталось понять насколько. Кто знает, быть может это просто охрана каравана. Ноита говорила, что они тут ходят. Хотя у меня есть вопрос. Почему они все самки? – Стойте! Ноита несколько опередила меня с попыткой разрядки повисшего напряжения, выпрыгнув вперёд меня, отгораживая от группы. Оленихи напряглись. – Среди вас есть Варси из племени озера Мекки? Вопрос, к моему удивлению, произвёл благоприятное действие на ситуацию. Воительницы чуть расслабилась и начали перешептываться, не отводя с нас взглядов. Пока одна из них не вышла вперёд и голоса сразу затихли. Ясно, важная шишка. – Кто ты и откуда знаешь мою наставницу? О как. Похоже у моей оленихи есть полезные знакомства. Что вполне ожидаемо, для мага. Но похоже, что с предводительницей олених знакомство исключительно косвенное. – Меня зовут Ноита. Если ты действительно ученица Варси, то моё имя ты должна знать. Я сглотнул. Это прозвучало как-то… резко. Как будто объясняя идиоту, что земля круглая. Со мной она общалась куда более сдержанно, а тут командир вооружённого отряда. По каким правилам она подбирает слова? Тем не менее, положительный эффект был достигнут. Вышедшая вперёд олениха пристально осмотрела мою олениху, задержавшись взглядом за внепланово укороченный рог, а потом посмотрела на меня. Пожалуй, если бы взгляд имел бы физическую массу, то на меня упало бы килограмм десять. Впрочем, несмотря на тяжёлый взгляд, я более менее сохранил самообладание и не дрогнул. А после моего тяжёлого вздоха, получившегося чуть громче, чем я хотел, вес будто исчез и я ответил уже своим максимально безразличным взглядом. После пару секунд гляделок зрительный контакт был разорван оленихой. – Свои. Слово воительницы моментально разрядило обстановку. Вооружённые олени заметно расслабились и теперь смотрели на нас больше из интереса, нежели оценивая, как нас прибить. Что ж, это не может не радовать. Однако почему-то мне кажется, что на мне взгляды останавливаются чаще, чем на Ноите. Особенно это стало заметно, когда они разошлись, давая мне, Ноите и их главной пройти к лагерю. При этом неотрывно за мною следя. Странно. – Моё имя Касира. Я отвечаю за охрану этого каравана. Мы не ожидали, что кто-то ещё решится остановиться в ущелье. В последнее время ходить здесь стало ещё опаснее. Лагерь представлял расставленные неровным кольцом вокруг костра палатки. Или это шатры? Большинство из них были сделаны из чего-то похожего на шкуры животных. Значит олени всё же промышляют охотой на животных, несмотря на травоядность. Наверное. Сами обитатели лагеря поголовно были оленями. И вот что странно – большинство из них были самками. Где-то из дюжины оленей лишь двое в ком я распознал самцов. А это рождало в моей голове разные теории: от того, что это караван местных феминисток, до того, что я просто не умею различать самцов с самками. Хотя с Ноитой не ошибся. Вроде. Проверять пока не хочется. Олени в лагере чуть ли не поголовно пялились на меня и Ноиту. Я, конечно, понимаю – интересно кого нелёгкая привела к ним, но, как мне кажется, их интерес подкреплялся не только простым любопытством. Может они не ожидали увидеть пони? Или дело в моём росте – я был почти на голову выше любого встреченного оленя. – Я привлекаю слишком много внимания? – спросил я ни к кому конкретно не обращаясь. – Почему вы заставили своего жеребца таскать сани? Он, конечно, выглядит крупным, но… – спросила одна из охранниц, но прервалась когда Касира на неё неодобрительно посмотрела, после чего уже сама вполголоса добавила. – Жеребчик отличный, но пристёгивать его не стоило. Ноита после этих слов кинула на меня и Касиру короткий взгляд и опустила голову. Таааак. Теперь я начал что-то подозревать. – А что не так? Не объясните? – спросил я уже у главной. – Плохое впечатление производит. Негоже своего жеребца использовать…так. – спустя секунду ответила она. Тааааак. – Я сам настоял на том, чтобы вести сани. – сказал я чуть громче, перебивая начинающиеся в лагере шептания. – Где мы можем остановиться? Охранница указала копытом на свободный участок недалеко от костра, к которому я тут же подвёз сани. Ноита поплелась следом.

***

– Ну, выкладывай. Что это за "Нестандартное применение жеребца"? – А? Прошло уже некоторое время с нашего разговора с охраной. За это время мы с Ноитой уже расставили привезённую нами палатку, поставили дальше оттаивать книги и достали всё необходимое для ужина. И всё это время олени продолжали с интересом наблюдать за нами, а Ноита не проронила не слова. Решив, что дело пахнет чем-то нездоровым, я прогнал в голове все зацепки, касающиеся мрачного настроения Ноиты и повышенного внимания окружающих. И как только мы, зайдя в палатку, остались наедине, я начал задавать вопросы. И первый мой вопрос касался положения самцов в этом мире. Нежелание Ноиты запрягать меня в сани этим утром, несмотря на её серьёзную травму, подозрительно малое количество самцов среди караванщиков и их отсутствие среди охраны. И наконец, комментарии охраны. Всё это вызывало некоторые подозрения о месте самцов в обществе. Ноита, хоть и отвлеклась от мрачных мыслей, но ответила не сразу. – Жеребцов обычно не запрягают таскать что-то. – спустя почти полминуты ответила она. – А почему? – тут же начал уточнять я. – Так принято. – немного неуверенно продолжила она. – А почему так принято? – с нажимом спросил я, из-за чего Ноита стала выглядеть ещё более неуверянной. – Потому что самцов слишком мало, чтобы нагружать их тяжёлой работой. От такого ответа я завис. – В каком смысле? – В смысле, на каждые шесть-семь самок приходится лишь один жеребец. А что если он при работе травму получит, или ещё хуже – умрёт. Тогда целый табун рискует останется без детей! …кажется я понял… Феликс говорил, что в Эквестрии, кобыл раз в шесть больше, чем жеребцов. Но это вроде как всего лишь теория. Фанатская теория, которая, учитывая первоисточник, имеет общего с реальным меньше, чем бред сумашедшего. И теперь, похоже, это не теория. А реальность. И я совершенно не понимаю как такой мир может функционировать. – Эм… – я не сразу нашёл что сказать – В… Оттуда, откуда я родом, разница полов не такая большая… вот. И работающий…. жеребец там в порядке нормы. Настала очередь Ноиты удивляться. – Никогда о таком не слышала. Это противоречит практически всему что я знаю. – Я тебя понимаю. Итак, понятно – с местных самцов тут принято пылинки сдувать, а не в телеги запрягать. Вот поэтому и смотрели на нас с удивлением. Но что это для меня должно значить? Быть каким-то содержанцем и сидеть на чужой шее хоть и было весьма заманчиво, но противоречило практически всем вдолбленным в мою голову нормам морали. Не работать ни дня? Скука смертная! Труд сделал из обезьяны человека, а в моём случае труд в области магии и науки может ещё и помочь мне вернуться домой! Так что сидеть сложа руки я не собираюсь! – Я надеюсь, что ты не станешь отстранять меня от работы. Как и говорил, я не хочу быть нахлебником, и идея жить исключительно за твой счёт мне претит. – Я и не собиралась, просто теперь я тебя кажется понимаю. Только пожалуйста, давай ты не будешь слишком часто работать на публике. Я не хочу, чтобы вокруг меня ходили неприятные слухи. На том и порешили. Ужин прошёл в тишине. Оба из нас были погружёны в свои мысли, но озвучивать их не спешили. Пережёвывая коренья вперемешку с какими-то грибами, похожими на лисички, я думал об очередном найденном отличии этого мира от моего. Шесть самок на одного самца. Это буквально сетап для какого нибудь гаремника среднего уровня паршивости. С некоторыми оговорками и ещё неизвестными особенностям, конечно. Я пока ещё не общался с представителем своего пола этого мира. Да и с Ноитой пока об отношениях и их нормах особо не разговаривал. Конечно ещё был прочитанный мною фрагмент книги, но я не знаю насколько он соответствует действительности. Скорее всего это просто фетишисткая литература. Однако Ноита говорила о табунах достаточно уверенно. То есть гаремы тут точно есть. И тут встаёт вопрос. А как мне быть с этим? С одной стороны очевидно решить начать собирать себе гарем чуть ли не в первый свой день в новом мире звучит как минимум странно. Да и самок моего вида… моего изначального вида тут скорее всего нет, а на местные виды пока не тянет. С другой стороны именно "пока". Я здесь застрял на хрен знает сколько времени, а как известно, человеческий разум приспосабливается ко всему. Так что, вполне возможно, что проснувшись однажды утром меня потянет на местных красавиц. Или они попытаются завладеть моим вниманием раньше – всё же 6 к 1 должно заставлять их быть более активными в поисках. Меня слегка передёрнуло. Вдруг местный контингент окажется таким, что я убегу обратно в горы? Настроение местного контингента. Ужин закончился. Убрав остатки еды, мы с Ноитой "разошлись" по разным углам палатки. "Разошлись" потому что палатка была не очень большой, и между нами оставалось не больше метра. Я хотел было продолжить размышлять дальше, но увидел, как олениха достала книгу – одну их тех, что мы вытащили из ледяной деревни и успели растопить. Забыв о своих размышениях, я подошёл к лежащей на подстилке Ноите и лёг сзади неё, держа голову так, чтобы было удобно читать. Олениха лишь кинула на меня короткий взгляд, но больше никак не отреагировала на вторжение в личное пространство. Я принялся читать. "…без посторонней помощи. Что может кончиться растяжением, переломом или полной потерей конечности в особых случаях. Поэтому крайне важно начать постигать внутреннюю силу с более опытным адептом, уже добившемся успехов и знающим о сложностях и тонкостях пути внутренних сил. В случае если нет никого, кто сгодится вам в наставники, но вы всё же желаете познать путь, вам прийдётся совершать каждый шаг с предельной осторожностью. Основой пути внутренней силы является медитация. Медитация даёт найти в себе внутреннюю силу, понять её, а затем и направить. С практикой вы сможете входить в транс в любой момент, используя внутреннюю силу, когда вам угодно. " Ноита обернулась на меня. Я кивнул. Она перелистнула страницу. "Начать медитацию стоит с подготовки к ней. Выберите тихое и спокойное место, где вас не побеспокоят хотя бы половину дня. Уберите лишние предметы, что будут отвлекать вас, и подготовьте мягкое место, где вы будете сидеть. Не плотно поешьте. Как закончите приготовления, сядьте как можно более комфортно. После этого начинайте глубоко дышать. Вместе с воздухом по вашему телу начнёт течь сила, которую вам нужно будет почувствовать. Не надейтесь сделать это при первой своей медитации, это довольно…" *** Что в моей жизни пошло не так? Пожалуй это был самым частым вопросом Ноиты. За сегодняшний день. Впрочем она вполне могла дать на него ответ, что уместился бы только на зачарованном свитке, так как она предпочитала брать его с событий ещё до её рождения. Тёмных магов уважают, но не особо любят. Их тяга к знаниям зачастую идёт наперекор морали, из-за чего практически все их сторонятся, опасаясь стать послушным рабом, лишённым разума или ещё хуже – стать подопытным с крайне мизерным шансом на выживание и крайне высоким шансом, что последние часы будут кошмаром наяву. Будут ли терпеть чернокнижницу – зависит от трёх факторов: 1) Насколько тяжело живётся племени или деревни; 2) Насколько сильна тёмная волшебница; 3) Насколько она наглая. Если жить и так тяжело, то ссориться с тёмным адептом – себе дороже. А если она достаточно могущественна, то можно и пожертвовать парой голодных ртов, в обмен на помощь и защиту. Но мало кто стерпит даже самого сильного мага, что перешёл отведённую ему черту. И эту черту перешла мать Ноиты, сделав наверное второй поступок в списке того, за что тёмных магов не любят. Кража мужа. Этот пункт оказался в списке не просто так. Дурная слава отпугивала почти любого потенциального суженого, за исключением тех, кто родился в табуне магов, но обычно их уже сватали другим табунам магов. Или сёстрам. И вот, приехал однажды из другого племени целый табун дабы устроить союз с племенем матери Ноиты. И та, во время течки, столкнулась с их мужем. Посмотрела в его глаза. И очнулась она только с ним на ложе, а в воздухе витал запах дурманящих зелий. Старейшины, разумеется, такой поступок не оценили. Тем более, что теперь союз с другим племенем был под вопросом. Так что её матери дали день, чтобы собрать вещи и покинуть племя. И она его покинула, отправившись на восток, к границе земель пони. И там, спустя почти год, родилась Ноита. Детство Ноиты нельзя было назвать радостным. Постоянные переезды между племенами и городами пони и оленей в поисках более-менее стабильного заработка и репутация матери не давали подружиться хоть с кем-то. Зачастую всё становилось намного хуже, когда она встречалась с детьми из одного табуна. Зачастую они задавали вопросы о том, где её сёстры, тёти и отец, и получив ответ… в лучшем случае игнорировали её. Поэтому, большую часть своего детства Ноита провела подле своей матери, стараясь перенять весь её опыт. Отрочество её прошло практически аналогично. До первой течки. Тогда ей, сбитой с толку гормонами, мама подарила деревянного "помощника" и рассказала историю её появления на свет. Сказать, что история произвела на Ноиту впечатление – ничего не сказать. Эта история стала для неё уроком, и почти сразу как её мать закончила её обучение и отправилась выяснять отношения с родным племенем, Ноита собрала все деньги и уехала подальше от цивилизации, построив домик у Кристальной империи. Тогда она и познакомилась с Сомброй. К удивлению Ноиты, она сочетала практики тёмной магии с работой на кристальных рудниках. Тогда оленихе нужны были материалы для дома, а единорогу нужно было получить повышение. И связало эти две нужды исчезновение кучи кристаллов со складов прямо перед ревизией самой Ми Аморе. После этого Ноита "случайно" нашла за городом подготовленную к транспортировке кучу кристаллов, а Сомбра села в "неожиданно" освободившееся кресло управляющей. Так у Ноиты появился кто-то, кого с натяжкой можно было назвать другом. После этого они часто общались и переписывались, обменивались знаниями, идеями и теориями. В конце концов, у них сложилось довольно плодотворное сотрудничество: Сомбра собирала и предоставляла ресурсы для магических экспериментов, а Ноита их проводила в своей хижине и делилась результатами. Разумеется работа периодически прерывалась, особенно когда в Кристальной империи начинались проверки с поисками дыр в бюджете, и Сомбре приходилось усердно замести следы. Тогда Ноита либо проводила уже свои эксперименты, либо разъезжала по ближайшим племенам, помогая местным, заводя новые знакомства и зарабатывая на жизнь. Так её жизнь шла своим чередом. Со временем её хибара превратилась в целую башню, а библиотека стала сборником пособий по магии почти со всего континента. Северной его части – как минимум. Но чего-то не хватало. Но чего не хватало, Ноита поняла только во время очередной своей течки, сидя перед почти готовой дешёвой копией любовного зелья. У неё были впечатляющие знания и силы, но не было кого-то близкого, кто мог бы это оценить. Коллеги не в счёт. Она даже не уверена, что хотела быть с ними в одном табуне. Присоединиться к чужому табуну? Не, простые олени и пони не горели желанием принимать к себе кого-то связанного с тёмными силами. Найти свободного оленя? Как оказалось, за ними выстраивалась целая очередь и свободными были только ещё оленята. Один из которых назвал Ноиту "тётей", чем вызвал у неё лёгкую рефлексию на тему "время убегает". И тогда к ней в голову пришла гениальная идея: раз найти себе муженька не получилось, то тогда она его просто сделает. К сожалению идея сделать его из… органики была отброшена сразу – у Ноиты крайне мало опыта в химерологии. Пришлось идти уже протоптанной дорогой и сделать голема. У неё уже был один голем, сделанный из камня для защиты её башни. Которого она разобрала, так как за долгую её жизнь в башне никто к ней даже не подошёл. Его ядро послужило сердцем для её деревянного суженого. Она старалась над ним: выстрогала из лучшего доступного дерева, отполировала, покрыла кристальным лаком. И манекен получился на загляденье, с идеальными пропорциями. Оставалось только покрасить и его не отличить от живого. Внешне. А вот с внутренним миром случилось полное фиаско. Пускай в красивой обёртке, но голем остался големом, способным выполнять некоторые команды, но не поддерживать хотя-бы подобие беседы. А если команд не было, или они были выполнены, он просто тихо подходил к своей хозяйке в ожидании новых приказов, что со стороны смотрелось жутко. Особенно когда это случилось ночью. А идея "использовать" голема в постели… была отброшена после первой же ночи с ним. Он выполнял команды. Но делал это порой крайне топорно. И тогда её посетила другая гениальная идея, гарантировашая не только разумность партнёра, но и общую тему для разговоров с ней. Призвать дух Тартара и заточить его в камне, который станет ядром голема. Согласно некоторым сказаниям, духи тартара – души тёмных магов, попавших после смерти в измерение, наполненное тёмной энергией – Тартар, и под её действием изменившиеся до почти неузнаваемости. Некоторых магов могли отправить туда преждевременно, за "особые" заслуги, но были и способы вернуться. Одним из которых был призыв. Разумеется, Ноита не собиралась становится женой первого вызванного духа. Ей по большей части нужно было только убедиться в возможности реализации этого плана. Поэтому она решила призвать одного из слабейших духов. И что-то пошло не так. Всё что она помнит – это странную волну энергии, а затем боль. А потом она проснулась. И она успела пожалеть, что пила зелья, укрепляющие тело, и, в последствии, не давшие ей умереть от позорного падения с лестницы. Она лишилась одного из рогов. И перед ней был аликорн. Трудно было сказать что её шокировало и напугало больше: лишение возможности нормально колдовать на пол года или явление ей одного из сильнейших задокументированных существ. Об аликорнах она знала не больше остальных. Остальных тёмных волшебников. После появления и начала правления в Эквестрии сестёр аликорнов, многие маги решили обсудить данное событие и их возможное будущее. На собрании были многие, даже те, кто находится друг с другом во вражде. И разумеется, там была и Ноита. Для тех, кто изучал тёмные искусства, назревали, вот уж каламбур, тёмные времена – принцессы одним из первых указов запретили тёмные практики, пока только учить и учиться. Однако, судя по их речам, этим всё не ограничится и скоро на тёмных магов начнётся полноценная охота. Это было было плохо не только для эквестрийских магов, но и для всех других – эквестрийцы, как минимум часть из них, скорее всего, сбегут в другие страны, где, в попытках занять свою нишу, вторгнутся на территории местных магов: оленей, яков и кристалльных пони. Второй темой обсуждения стали сами аликорны. Откуда они взялись? Кто они такие? Какой силой обладают? Из всех трёх вопросов хоть какой-то ответ был дан лишь на последней: каждая из них была способна в одиночку провести ритуал движения светил. Хотя такое под силу лишь подготовленной группе магов. И вот, один из них стоял перед ней. Ну, как стоял – лежал под упавшем шкафом и не демонстрировал хоть капли того, что ему больно или неприятно. Вместо ожидаемой кары за тёмные практики… Ноита получила вопрос "в порядке ли она". Это несколько сбило её с толку, что только усиливалось когда оказалось, что он подобрал её после того, как её провал окончился падением с лестницы и даже перебинтовал её голову. Но дальше началось что-то с чем-то. Он отреагировал на то, что она проводила призыв из тартара так, как будто это делал каждый, а заметив её тревогу, заверил, что не собирается её за него осуждать. После чего заявил, что это она призвала его. … Тогда на это заявление она мысленно прикинула, сколько сил ей понадобится, чтобы призвать аликорна. … И именно тогда до какой-то части её контуженного мозга дошло, что перед ней был представитель того же рода пони, что и те, что управляли движениями светил. И первой её реакция была паника. Которая, к счастью, исчезла также внезапно, как и появилась. Не без помощи гостя, конечно. И стоило ей подумать, что парад шока и удивления на сегодня закончен, как в ответ на предложение остаться временно в её башне, он предложил… работать на неё! Он! На! Неё! Пожалуй это было финишем по удивлениям. После этого она даже не сильно удивилась тому, что он не помнил своё имя. Она согласилась. А что ей ещё осталось делать?! Он вроде как вёл себя дружелюбно, но Ноита не знала, продлиться ли это долго или это просто маска, призванная сбивать собеседника с толку. И даже если так, она вряд ли могла ему что-то противопоставить. План дальнейших действий был принят быстро. Отправиться в Кристальную империю, к врачевателю и Сомбре, после чего уже с Сомброй думать дальше. Так началась подготовка к отправлению. Ноита занялась готовкой завтрака, оставив аликорна, взявшего имя Анхоли Лайт, убирать разбросанные книги. В процессе она отметила, что Лайт вполне себе послушно навёл порядок, не пререкаясь и не возмущаясь. Чему она поначалу не придала значения. Также, без замечаний съел приготовленный ею нехитрый завтрак. Дальше следовали сборы, а точнее последние сборы. Пожалуй именно к этому она меньше всего хотела его подпускать. Будучи одной, Ноита не сильно заботились о сокрытии… личных вещей. И пожалуй не передать словами тот стыд, который она испытала, обнаружив, что сундук с её вещами перерыт, и сверху вещей лежит её "помощник", который раньше был завёрнут в ткань. Которой теперь была обмотана её голова. Пожалуй, теперь ей хотелось изгнать себя в тартар. Лайт объяснил, что ему нужно было чем-то остановить кровь, и что эта тряпка идеально подошла для этого. Но Ноита его не слушала – она пыталась подобрать наименее позорное оправдание для лежащего у неё деревянного члена. Дело в том, что обладательницами "игрушки", в большинстве случаев, являются самки у которых уже начались сезоны гона, но сами они не созрели для безопасного вынашивания потомства. Так что наличие деревянных помощников среди кобыл и ланей постарше рассматривается как знак… незрелости, или неспособности найти хоть какого-то самца. Поэтому, кое-как выпалив кое-какие оправдания, и, для верности, ненадолго ослепив аликорна плащом, она тут же начала прятать все потенциально смущающие предметы и книги. Новый сюрприз от её новоиспечённого помощника ждал её у саней. Аликорн, аки баран, упёрся и настаивал на то, что везти должен он, так как Ноита ранена. Короткий спор привёл лишь к слабой головной боли у оленихи, на чём она и сдалась. Однако, глядя на ремешки сцепки, Лайт попросил её помочь с пристёгиванием. И только сейчас до Ноиты дошёл один факт. Анхоли Лайт был жеребцом! Видимо, травма головы действительно оказалась несколько серьёзней, чем она предполагала, раз полностью осознала столь очевидное лишь в процессе застёгивания упряжки на аликорне. Во время которого пристально осмотрела своего… помощника. Лайт был весьма крупным, даже по меркам жеребцов – за вычетом их рогов он был на целую голову выше Ноиты. Под белой шерстью не проглядывалось ни капли жира, что говорило либо о какой-никакой физической активности, либо о правильном питании. А может об обоих. Белые крылья, рог и грива лишь из-за отличия в тоне выделялись на фоне шерсти. Но вот, что действительно было странным, так это отсутствие у него на боку метки. Обычно получение метки было доказательством зрелостьи среди пони и получали её зачастую в подростковом возрасте. Спрашивать о ней, Ноита не решилась. Отчасти потому, что отвлеклась на сам круп. Немалым усилием воли Ноита смогла вернуться к застёгиванию ремешков. Лишь для того, чтобы отвлечься на последнем ремешке под брюхом Лайта. Что возможно и не случилось бы, если бы она видела "прелести" жеребцов не только в книгах по биологии. Ноита сама не помнила, как закончила сцепку и накрыла плащом крылья Лайта, объясняя это тем, что посторонним лучше пока не знать о его особенности, на что аликорн лишь кивнул. После этого они вышли на улицу и, как только олениха закрыла ворота, двинулись в указанном ею направлении. Поездка раскрыла новую особенность Лайта – большую силу и выносливость. Её гость без какого-либо труда разогнался на непостижимую для Ноиты скорость и удерживал её до самых гор, что так-то не мало. К удивлению Ноиты, они добрались до гор значительно раньше, чем она ожидала, так что ей пришла в голову идея, осуществить один свой отложенный план – наведаться в ледяную деревню и взять там несколько книг. На удивление, всё прошло гладко. Книги были… извлечены, частично оттоплены и упакованы в сани. И после привала путешественники отправились дальше. Однако для этого пришлось спуститься со склона, что оказалось не так просто. Сани крепились к Лайту гибкими верёвками, а не жёстким деревом, так что повозка часто набирала скорость и, не встречая сопротивления, ударялась о копыта аликорна. По началу она сильно беспокоилась, и не ясно за что: за здоровье Лайта, или за то, что он подумает, что она намерена его переехать. Однако эти мысли покинули её травмированную голову, как только аликорн, подгадав момент, остановил сани задним копытом… открывая ей на секунду прекрасный вид. Дальнейшая поездка прошла по плану и сани достигли Тихого ущелья незадолго до заката. За исключением одного момента – Ноита слишком поздно вспомнила про увиденные ранее следы каравана. И попытка запречься в сани вместо Лайта потерпела сокрушительную неудачу, отчасти от упёртости Лайта, отчасти от бдительной охраны каравана. Касира. Ноита помнила это имя от самой Варси, одной из её знакомых и постоянных клиентов. Многие воины имеющие скудные познания в области магии обращаются за помощью к профессиональным магам, и нередко к тёмным. Помощь была разная: от целебных настоек, до сопровождения на вылазку или даже битву. Варси была, как раз, одной из таких воительниц, и если бы Ноиту попросили описать её тремя словами, то они были бы "бухло, самцы и драка". Но если бы ей дали время подумать, то она бы изменила их на "простоту, честность и… рассудительность". И если Касира действительно ученица Варси, то хотя бы часть этих качеств у неё есть. А значит доверять ей можно. Касира позвала их в лагерь, где случился второй по хреновости момент за день. Ноита физически ощутила направленные на них взгляды караванщиков. И в этих взглядах она читала недоуменее. И осуждение. Разумеется, никто не воспринял как должное запряжённого в сани жеребца. А Анхоли Лайт, кажется, не понимал причин столь пристального внимания. Хорошо хоть крылья его были прикрыты, а то мало ли что тогда случилось… – Ну, выкладывай. Что это за "Нестандартное применение жеребца"? – А? Как только они остались одни, зайдя в палатку, Лайт стал задавать, казалось, очевидные вопросы. Насколько очевидные, что олениха не сразу подбирала слова чтобы выразиться чётко и без тавтологии. Оказалось, что всё, что она говорила, было не очевидно для него по одной, невероятной, причине: Анхоли Лайт жил в месте, где соотношение жеребцов и кобыл было плюс-минус одинаковым. Само это звучало невероятно. Впрочем, как и появление из ниоткуда воплощения объединения всех родов пони. Пожалуй, весь ужин она только и думала о возможности существования такого места. И, разумеется, о том, как было бы здорово туда попасть. Ведь если там соотношения равны, то она вполне спокойно может взять себе кого нибудь, не опасаясь, что он уже в табуне или только собирается в него вступить… Ужин закончился, но несколько неловкая атмосфера осталась. Немного подумав, Ноита не решилась дальше думать о родном доме Лайта, по крайней мере при нём. Вместо этого она взяла одну из оттопленных книг и принялась её читать. И каково было её удивление, когда она почувствовала на своём затылке чужое дыхание. Обернувшись, она увидела вблизи лицо аликорна, чьи глаза бежали по странице книги. Она тут же поспешила отвернуться. Её захватило то же чувство, что и тогда, на привале, когда он вдруг ни с того, ни с сего вдруг её погладил – странная смесь смущения и… комфорта. Которая только усилилась, когда она продолжила читать книгу и поймала себя на мысле, что читает её вместе с жеребцом. Он, в отличие от других, проявлял интерес… Внезапно его голова коснулась её, слегка придавив. Ноита хотела было что-то сказать или поддаться панике, но она услышала его спокойное, размеренное дыхание. Словно… Он спал… Ноита подождала немного, но Лайт лишь придвинулся ближе, накрыв её одним крылом. Олениха зевнула. Пожалуй сегодняшний день был для неё более насыщенным, чем она привыкла. Последняя мысль, промелькнувшая, в её голове перед отправкой в страну грёз была… Ей это нравится.

***

Проснулся я от какого-то шума. Не до конца проснувшись ото сна про огромную чашу мандаринов, я встал и выглянул из палатки. На улице собралась практически половина лагеря что-то громко обсуждая. Постепенно они стали расходиться на две группы, всё ещё продолжающие какой-то спор. – Что происходит? – спросила подошедшая Ноита. Я пожал плечами. Пробежав взглядом по толпе, я увидел знакомую олениху, главу охраны, что стояла посередине групп и кратко что-то говорила. – Мне кажется, я знаю, у кого спросить. Обойдя спорящих оленей по широкой дуге, мы подошли к охраннице сзади и задали свой вопрос. – Часовой взрыв услышала, тревогу подняла. Стали мы искать, что взорвалось и дым увидели, над Империей… в общем теперь все спорят, что делать дальше: идти туда сейчас – помогать, пойти дальше спать – отдохнуть или вовсе развернуться и уйти. Третьих пока меньше всего. Взрыв в городе. Похоже, в Кристальной империи сложилась весьма взрывоопасная обстановка. Которая проявила себя именно сейчас. Варианты действий: 1)Скорая помощь Чтобы там ни было, пони требуется помощь. И как можно скорее. 2)Утро вечера мудренее Чтобы там ни было, нет смысла загонять себя. В помощи нет смысла, если ты слишком устал, чтобы её оказать. Вариации вариантов А)Вместе – сила Стоит попытаться убедить других в своей точке зрения. Не факт, что это сработает или откликнуться все Б)Только мы вдвоём Лучше оставить пустые споры и обсудить план исключительно с Ноитой Настроение местного контингента. Понятно, что малое количество самцов заставляет самок быть более… напористыми при их поиске. Вот только вопрос: насколько? Предлагайте варианты в комментариях.