Knocked (18+)

Наконец-то начались летние каникулы, если можно так выразиться. Хотя планы у меня наполеоновские. Я погощу у дедушки, отдохну, а потом поеду осматривать кампус. Найду жилье и пару подработок. Не то, чтобы я в чем-то нуждался, но для первокурсника деньги никогда лишними не бывают, правда ведь? Сразу после вручения аттестата и трогательной речи директора школы, которую я в этом году закончил, я отправился на вокзал и ближайшим автобусом уехал в деревню. Там мне всегда рады. Только скучно и заняться особо нечем. Но зато можно просто есть и смотреть Нетфликс, сколько влезет. А если повезёт с погодой, валяться на травке и слушать музыку в аирподсах. Не жизнь, а сказка. С погодой мне действительно повезло. А любимый дедушка не докучал с расспросами и готовил мои любимые мясные блюда. Ещё и карманные деньги выдавал. Он запретил мне только одно — общаться с соседом слева. Почему я не должен был с ним разговаривать, я так и не понял. Ведь в деревне других моих ровесников не было, а поболтать о чём-то кроме рыбалки, жуть как хотелось. Этот запрет действовал, сколько я себя помню. И, к счастью дедули, все мои жалкие попытки разговорить соседа были провальными. Но в этом году всё изменилось: я вытянулся, повзрослел, и за мной даже начали бегать девчонки. Я не хвастаюсь, просто говорю. Короче, он должен клюнуть на меня в этом году. Я уже заметил, как он пялится на меня своими жуткими черными глазищами, пока кормит бездомных кошек на пороге своего дома. Тоже мне, мать Тереза. Наблюдая из окна своей комнаты, я разработал план по сближению и стал ему следовать. У меня много друзей, и я всегда всем нравлюсь. И этот парень не должен быть исключением. Вы можете подумать, что я снова хвастаюсь, но это чистая правда. Я настоящая звезда школы и президент класса Ким Тэхён. Я купил в магазине дешёвый кошачий корм (жаль было тратить карманные деньги на такую ерунду) и вышел во двор, когда увидел в окно чёрную макушку. Вот только как начать разговор, я не знал. Уверенно перепрыгнув покосившийся мелкий забор, что уже почти лежал на земле, я подошёл вплотную к крыльцу и, заламывая пальцы, спросил. — Можно покормить твою кошку? Идиот. — Корми, — ответ был тихим и безэмоциональным. А на что я, собственно, рассчитывал? — Можно погладить? — Гладь. Диалог, как из фильма Тарантино. Хорошо, что ни у кого из нас не припрятаны пистолеты. От чувства собственного идиотизма моя решимость упала прямо как этот старый забор. И я уже хотел перестать гладить несчастную кошку, развернуться и позорно отступить, но услышал такое же тихое, как прежние два слова. — Я Чонгук. Можешь приходить иногда и кормить кошек. Только в дом не заходи. Победа. Я чуть не взвизгнул от радости и почти налетел на Чонгука с обнимашками. Конечно, наш разговор был далёк от дружеского, но лёд тронулся. А у меня появилось ещё одно глупое развлечение. С того момента я каждый день тайком перепрыгивал забор и оказывался во владениях Гука. Вернее, это скорее владения кошек, но не будем придираться. На вторую неделю совместной кормёжки мы уже вовсю болтали, и я даже узнал, что Чонгук старше меня на четыре года. А ещё он живет в этом доме один уже несколько лет. Ему надо было срочно уехать из города и спрятаться от кредиторов, что искали его отца. Больше мы его жизнь не обсуждали, но кошки, как оказалось, сближают. Чон оказался весёлым и добрым парнем, просто немного замкнутым и стеснительным. Но это не беда. Мы неожиданно так сильно сблизились, что даже уезжать было как-то горько. Но ещё более неожиданным было приглашение Чона на ужин прямо перед моим отъездом. До конца каникул оставалось чуть больше месяца, а я пока исполнил только первый пункт своего плана. Я снова спланировал свой побег: сказал дедушке, что поеду на автобусе в 16:30, сделал вид, что уехал, а сам вернулся через задний двор и упорхнул к Гуку. Я зашёл в дом Чонгука через заднюю дверь, как мы и договаривались, но быстро понял, что никого нет. Пару раз позвал его по имени, а затем принялся заглядывать в комнаты в поисках хозяина. Пусто. В самом буквальном смысле. Дом изнутри выглядел так, будто в нём никто не живёт. Минимум старой мебели, облезлые стены и полы. Но я же не ремонт пришел оценить. Хотя едой тут не пахнет, что показалось мне странным. Мы ведь ужинать собирались. В какой-то момент я услышал возню в дальней комнате. Недолго думая, я пошёл проверить источник звука. Как только я оказался внутри, то увидел пушистую кошку, что вальяжно развалилась на подоконнике. Я только потом заметил вместо окна кирпичную кладку. Подоконник, если можно его так назвать, торчал из стены, а занавески прикрывали голые кирпичи. На мгновение стало жутко. В этот момент я услышал поворот ключа в замке. Подергав ручку и убедившись, что она заперта, я понял, что в доме есть кто-то кроме меня, и что мне действительно страшно. Может, это Гук так шутит надо мной? Я стал барабанить в дверь и кричать. — Чонгук-и! Чонгуки-хён! Посмеялись и хватит. Мне ещё на последний автобус надо успеть. Никто не отозвался. Я часами кричал до хрипоты и бил дверь до синяков. Он точно меня слышал. И это точно была не шутка. Я сел на пол, прислонился спиной к двери и зарыдал. Потому что мой телефон остался в наружном кармане дорожной сумки. У меня были только допотопные механические часы, подаренные дедом, «чтобы на пары не опаздывал». Я просидел на полу час, набираясь сил для новых попыток вырваться, но заснул от усталости и морального истощения. Когда я проснулся, было уже утро. Шея и спина затекли так, что я не мог нормально пошевелиться. Я понял, что уже утро только благодаря часам, потому что окна, пропускающего дневной свет, не было. Я на всякий случай нацарапал ногтем палочку на двери, чтобы знать, сколько дней проведу в заточении. И вновь заплакал от страха и обиды. Весь следующий день я вновь пытался выбраться наружу: выбить дверь, сломать замок, даже кирпичи ковырял, но сил было недостаточно. Я не ел и не пил со вчерашнего дня. Хорошо хоть цветочный горшок смог приспособить под туалет, высыпав землю на грёбаный подоконник. Кстати, кошка все ещё была со мной, и мы с ней вдвоём орали и пытались выбраться. И воняли уже тоже вдвоём. Почему Чонгук поступает со мной так? Ненавижу его. Когда выберусь отсюда, закрою его в этой убогой комнате одного и кормить не буду. Пусть подыхает. Он лишил меня моей привычной жизни и запер тут, как гребаную кошку. Сегодня мы с ней заснули калачиком в центре комнаты. Было очень холодно. А утром меня ждал сюрприз. Кошки не было, как и наших с ней испражнений и цветочного горшка. Зато были поднос с едой, плед, полотенце и два ведра: одно пустое , другое с горячей водой. Какая забота. Кошку мог бы и оставить. Так прошла ещё неделя, при условии, что я не сбился со счёта. Все стадии от отрицания до принятия были пройдены, и мой мозг начал сходить с ума от одиночества. Я пытался не спать. Пытался не издавать звуков. Подловить своего похитителя и сбежать. А он похититель? Я же сам к нему пришёл. Ещё через пару дней я начал разговаривать сам с собой, а к концу недели просто садился спиной к двери и представлял, что за ней кто-то есть. Кто-то кто молча слушает мою болтовню, как это делал Чонгук, пока я считал его своим другом. Я был бы рад, если бы точно знал, что хотя бы он меня сейчас слышит. Я не из тех людей, что легко выносят своё собственное общество. Обычный парень из самой среднестатистической семьи. Очевидно, что Гук не хочет навредить мне, иначе сделал бы уже что-то плохое. Он обо мне заботится. Может, у него была какая-то причина меня похитить?