***
С трудом я оторвалась от Тимура. Его хватка ослабла не сразу, словно он не хотел меня отпускать. Я, облизнув припухшие губы, открыла глаза. Его взгляд, направленный на меня, горел возбуждением и непоколебимой решимостью. — Мне надо подготовиться к ночи, — прошептала я, отступая на шаг. В его глазах промелькнуло хищное удовлетворение. Он ничего не сказал, лишь медленно кивнул, не сводя с меня взгляда, будто уже представлял всё, что произойдёт позже. Я выскользнула из его номера, чувствуя, как дрожат колени, а сердце готово выпрыгнуть из груди. Воздух в коридоре казался раскалённым. Я шла к себе, и каждый шаг отдавался гулким эхом в пустой голове. Зайдя в свой номер, я прислонилась спиной к закрытой двери и закрыла глаза. Реальность обрушилась на меня всей своей тяжестью. Я только что согласилась на безумие. На то, что перевернёт всю мою жизнь. И самое страшное — я хотела этого. Жаждала с нетерпением, смешанным с ужасом. Впереди была ночь, которая могла стать либо самым ярким воспоминанием, либо концом всего. И я собиралась ей навстречу. Скрабы, гели для душа, маски — всё это смешалось на моей коже, создавая удушливый химический запах, который должен был заглушить аромат моего страха и предвкушения. Я методично, почти механически, приводила себя в порядок, словно готовясь к важному ритуалу. Каждый слой косметики был бронёй, каждый взмах кистью — заклинанием. Я надела лучшую комбинацию из тех, что у меня были. Тончайшее кружево цвета слоновой кости, которое едва касалось кожи, было одновременно и защитой, и приглашением. Я посмотрела на своё отражение. На меня смотрела незнакомка: глаза горели лихорадочным блеском, щёки пылали, а губы были приоткрыты в немом ожидании. Я выключила свет в ванной и вышла в комнату. Пора. Я шла по коридору отеля, и стук моих каблуков по мраморному полу казался оглушительным. Каждый шаг приближал меня к двери номера Тимура. К двери, за которой меня ждали они оба. Я шла навстречу новому приключению, от которого уже не было пути назад.Часть 16
10 мая 2026 г., 21:51
Мы с Ильясом решили удивить Тимура. Я сама сообщу ему эту новость, чтобы увидеть его реакцию. Это будет наш общий, безумный эксперимент.
Тимур был в своём номере. Я постучала, и дверь тут же распахнулась. Он стоял на пороге, и его глаза как-то странно блеснули, когда он увидел меня.
— Ты пришла? — с облегчением выдохнул он, словно не верил своим глазам. — Я уже думал, ты не придёшь.
— Пришла. Но я пришла тебе кое-что сказать, — начала я, собираясь с духом.
Он не дал мне договорить, перебивая. В его голосе зазвучала горечь.
— Что ты жалеешь о произошедшем. Ну конечно, на что я мог рассчитывать?
— Тим, милый, я сегодня весь день думаю о нас, — я подошла ближе, и он резко обернулся, в его взгляде вспыхнула отчаянная надежда. — Ты не выходишь у меня из головы.
Он замер, боясь спугнуть момент.
— Я хочу вас обоих. Сегодня.
Слова повисли в звенящей тишине. Я смотрела ему прямо в глаза, не позволяя отвести взгляд. Его лицо, секунду назад искажённое болью и разочарованием, медленно озарилось недоверчивой, но такой яркой улыбкой. Он всё понял. Он принял мой вызов.
- Сегодня? - недоверчиво переспросил он.
— Ну да, сегодня, — я провела ладонью по его груди, опускаясь ниже, к животу, в опасной близости от резинки шорт.
Тимур резко перехватил мою руку, сжав запястье, и одним движением закинул её себе на шею. Его хватка была крепкой, почти болезненной. Он притянул меня к себе так близко, что я почувствовала, как бешено бьётся его сердце.
— Что сказал Ильяс на твоё «хочу»? — его голос был низким, с хрипотцой, в нём смешались недоверие и хищное любопытство.
— Он не против, — выдохнула я ему в губы. — Сказал, что и сам об этом думал, но не знал, как предложить мне.
Тимур тихо усмехнулся, его губы изогнулись в довольной улыбке.
— Как ты сама до этого дошла?
Я на мгновение прикрыла глаза, собираясь с мыслями. Говорить об этом вслух было странно, но правда рвалась наружу.
— Ильяс очень нежный, — прошептала я. — А ты... ты напористый. И мне этого контраста очень не хватает.
Он больше не задавал вопросов. Его губы накрыли мои в жадном, собственническом поцелуе, который не оставлял сомнений: он согласен. И сегодня всё изменится навсегда.
Тим прижал меня ещё ближе к себе, его руки были везде, и, целуя мою шею, он прошептал прямо в ухо, обжигая кожу горячим дыханием:
— Пока Ильяс не вернулся, ты вся моя.
Я была не против. Совсем. Тимур бурлил мою кровь, заставлял терять рассудок. Его напор, его страсть — всё это сносило мне крышу, и я тонула в ощущениях, не думая о последствиях. В этот момент я принадлежала только ему, а он мне.