Неотъемлемая составляющая

3 ноября, утро

      — Доброе утро, тётушка Мали, — весело проговорил Прачая, возникая в дверном проёме кухни. — Что у нас на завтрак?       — Куриный салат, омлет и фрукты.       — Ммм, отличненько. А кофе?       — И кофе тоже. Вот только… — женщина замолчала, и внимательно глянув на младшего, произнесла:       — Поесть вместе нам не удастся — Ниран ждёт тебя в столовой.       — Что?! Но он ведь уже должен быть на работе, разве нет? Я шёл мимо столовой, и там никого не было, — зачастил Сингто, а Крист, временно примостившись на разделочном столе, подумал:       «Хмм, какова вероятность того, что этого ублюдка больше нет в живых и теперь мы оба призраки?».       Но надежды Перавата были разрушены негромким:       — Он просто пять минут назад вышел поговорить по телефону, но перед этим сообщил мне, что ждёт тебя в столовой.       — Ясно. Ох, спасибо, что сообщили. Чёрт, как же я не хочу туда идти…       — Надо, Сингто. Вот! Ешь скорее, это единственное, чем я могу тебе помочь, — проговорила повариха, ставя перед парнем тарелку с салатом. У тебя две минуты, так что, съешь хотя бы пару ложек. Чует моё сердце, что после встречи с Нираном тебе будет не до еды.       — Спасибо. А почему это? Вы что-то знаете, тётушка?       — Знаю. Но сообщать не буду, пока ты хоть немного не поешь.       — Хорошо-хорошо. Вот, уже ем, — притворно проворчал адепт Игниса Согревающего, демонстративно засовывая в рот ложку салата и Крист, глядя на очаровательного младшего, промурлыкал:       — Такой красивый надутый хомячок и весь мой. Люблю тебя, Огонечёк.

***

      Спустя пять минут Прачая, быстро прожевав третью ложку салата и вторую ложку омлета, произнёс:       — Всё, я готов слушать.       — Не сейчас. Идём в столовую, — прошептала женщина и, взяв поднос с едой, вышла из кухни.       Всё то время, пока адептка Милосердной Аквы накрывала на стол, она хранила молчание, то и дело, поглядывая в сторону заднего двора, куда ранее ушёл жених младшего. А закончив, быстро проговорила:       — Сегодня тебе предстоит выход в свет. Когда я столкнулась с Нираном, он как раз разговаривал с водителем, который отвезёт вас в отель.       — А?! — воскликнул Сингто, но увидев, что повариха, прожигая его взглядом, прижала палец к губам, мгновенно стал тише, прошептав:       — А что за мероприятие, тётушка Мали?       — Не знаю. Ох, он возвращается. Ну-ка, быстро сделал довольное лицо и ешь.       Младший кивнув, запихнул в рот побольше салата и омлета, потому на пожелания доброго утра, смог лишь кивнуть и улыбнуться жениху.       «А улыбка-то дежурная», — довольно отметил про себя Крист, после чего, показав адепту Щедрой Терры язык, устроился на излюбленном подоконнике, приготовившись наблюдать за собеседниками.       — Милый, я надеюсь, ты косплеишь хомяка, не потому что настроил каких-то планов на сегодня? — вкрадчиво поинтересовался старший, присаживаясь за стол.       Быстро проглотив остатки пищи, Прачая потянулся к стакану с водой и сделав приличный глоток, ответил:       — Во-первых, доброе утро, Ниран. Во-вторых, нет, сегодня я планировал остаться дома и отдохнуть…       — Увы и ах, вынужден сообщить, что ты не сможешь этого сделать, так как поедешь со мной в одно место. Хотя нет, в два, — что-то прикинув в уме, поправил себя молодой мужчина, отчего Перават, который и так уже проделал в Ниране целых четыре условных дырки, расстреливая его взглядом, фыркнул:       — Куда это ты собрался тащить моего Огонёчка, Тантачиват? Ох, как хорошо, что я согласился на ритуал и теперь от меня ничего не скроется.       Тем временем, ничего не подозревающий адепт стихии Земли, продолжил:       — Наверное, тебе интересно, куда мы поедем, верно? Что ж, слушай, дорогой. Сначала заедем в ателье — сегодня я получил известие о том, что наши свадебные костюмы готовы.       — Вот как? Это хорошо, — пробормотал младший, которому собственно было всё равно, в чём жениться. Главное, не голым, но тут можно было быть спокойным — сверх ревнивый жених точно не собирался никому его показывать в таком виде.       — Ага, — улыбнулся молодой мужчина. — Там же мы примерим пару вариантов наряда и выберем костюм для сегодняшнего вечера.       — Так… что же будет сегодня вечером?       — Хмм, скажем так, я узнал, что на вечеринке в одном отеле будет присутствовать генеральный директор LTL. Помнишь, вчера за ужином я говорил тебе, что хочу подписать с ним очень выгодный контракт?       — Что-то такое припоминаю.       — Так вот, Ли Танат Лекуносомбат, а именно так зовут этого бизнесмена, не хочет быть замечен в порочащих его репутацию связях, потому активно отшивает всех, кто ищет его внимания на развлекательных мероприятиях. Вот потому-то ты мне и нужен, дорогой мой Огонёк. Теперь понял? — подытожил старший, и потянулся к своей чашке кофе.       — Да. Ниран, а… а этот контракт… он выгоден для компании?       — Чего? Конечно же, выгоден. Милый, неужели ты думаешь, что я стал бы вредить нашему общему делу? — расхохотался молодой мужчина, делая акцент на трёх последних словах, отчего Прачая, внутренне поёжившись, пробормотал:       — Ладно, спасибо за твоё усердие. Пойду собираться, хорошо?       — Стой! — настиг младшего окрик жениха, а несколькими мгновениями позже адепт Щедрой Терры, обняв парня, промурлыкал:       — Ты ничего не забыл, Огонёк?       — О, великий Эйр, только не снова! — заорал адепт стихии Воздуха, вклиниваясь между женихами.       Естественно, это не помогло и в следующий миг Перават, наблюдая за тем, как его любимый, подавшись вперёд, инициирует поцелуй, прошипел:       — Окей, Крист! Не психуй! Думай о Монтании! Когда ты окажешься там — всё изменится! Да, точно, изменится! И эта тварь получит по заслугам! Так, вдох-выдох, всё, успокойся!       А уже через несколько секунд, оказавшись за спиной Нирана, начал изо всей дури лупить его ногами, крича:       — Тантачиват, скотина ты такая! Ну-ка, быстро убрал свои лапы от МОЕГО Сингто!!!       Что ж, надо признать, когда дело касалось любимого, Перават всё ещё довольно слабо контролировал свои эмоции!

***

      Спустя десять минут, когда младший, переступив порог своей комнаты, убежал в ванную, адепт Эйра Вдохновляющего сунув голову под душ, лихорадочно забормотал:       — Успокоиться, мне срочно надо успокоиться, иначе я натворю дел. Бляха муха, да как тут успокоишься, когда любимого попросту насилуют?! — не выдержав накала чувств, проорал Крист и вдруг в его голове отчетливо возникло насмешливое:       «Неужели ты так просто сдашься, малыш?».       — Да хрена с два! Если мне и суждено сдаться, во что я вообще ни капли не верю, великий Эйр — это явно будет непросто и не… сегодня! Вот только… блин, мне надо расслабиться. Мне очень-очень надо расслабиться. Эх, прости, любимый, клянусь, я не хотел бы вот так тебя заводить, но… — вздохнул Перават и, подкравшись к Прачае, послал в его мозг ещё одно их любимое горячее воспоминание.

Flashback

      — Кит… Ха-ааах, стой. Ну не здесь же, Кит, — едва слышно взмолился адепт Игниса Согревающего и парень, чувствуя дрожь любимого, быстро прижал его к стене и, зафиксировав поднятые вверх руки своей рукой, промурлыкал:       — Уверен? По-моему, тебе очень нравится это место и то опасное положение, в котором мы оказались, Огонечёк. Разве не так? — подытожил Перават, прикусив мочку уха своего парня.       — Тебе ка-аааах-жется, — выдохнул Прачая, но его тело, абсолютно не считаясь с мнением хозяина, инстинктивно подалось вперёд.       — Да-аааах ты что? — в свою очередь простонал адепт Эйра Вдохновляющего. — Проверим?       — Куда? — прохрипел адепт стихии Огня. — Стой. Нет!       — Да, Сингто, да. Смотри, как сильно ты завёлся, — бархатно и немного насмешливо отозвался Крист, нырнув в джинсы любимого и скользя рукой по уже возбужденному члену, промурлыкал:       — Такой бесстыдный. Что бы сказали люди, увидь они тебя таким?       — Люди… нет… я — ха-ааах, не хочу, чтобы… ммм… — задыхаясь от подступающего удовольствия, зашептал Прачая, а потом услышал:       — Тогда… кончи прямо сейчас, хороший мой, и продолжим в спальне.       Услышав этот нежный приказ, Сингто задрожал всем телом, а после мир перед его глазами потемнел.

Спустя какое-то время

      — О, великий Игнис, какой же ты извращенец! — фыркнул адепт стихии Огня и услышал:       — На себя посмотри. Желательно буквально и в зеркало. Думаю, после того, как ты встретишься со своей довольной мордочкой — претензии ко мне резко отпадут, — промурлыкал довольный собой адепт Эйра Вдохновляющего, после чего, откинув покрывало, продефилировал в ванную.       А Прачая, провожая крепкую спину и упругие ягодицы любимого жадным взглядом, тихо подытожил:       — Мда, похоже, извращенец здесь не только Перават, — и в мгновение ока, слетев с кровати, затолкал своего парня в ванную.       Уже в душевой кабине, осыпая соблазнительное и до последнего миллиметра изученное тело страстными поцелуями, парень промурлыкал:       — Ветерок, какой же ты… похоже, мне всегда будет тебя мало…       А Крист, атакованный ненасытными губами своего Огонёчка, тихо простонал:       — Это взаимно… мой Сингто…

End of flashback

      — Да-да-даа-ааах, — выдохнул младший, взлетая на гребень волны оргазма и облизнув пересохшие губы, рухнул на постель.       — Ох, я никогда не устану за этим наблюдать, — хихикнул Перават, а после, наклонившись, прильнул к губам любимого.       Внезапно раздался стук в дверь, а после с той стороны донеслось:       — Огонёк, ты готов?       — Ещё пять минут, Ниран, — быстро прокричал испуганный и обнаженный парень и, вскочив с постели, кинулся в ванную.       — Я могу войти?       — Да, конечно, — крикнул Прачая, как можно тише захлопывая дверь ванной и поворачивая щеколду.       — Слушай, Сингто. Ты там приводишь себя в порядок, да?       — Угу.       — А можешь меня слушать? Или тебе надо включить воду?       — Нет-нет, я уже принял душ, — быстро прокричал адепт Игниса Согревающего, который, конечно же, ничего не успел сделать. А потому, открыв кран и намочив полотенце, младший принялся быстро удалять с тела уже слегка засохшие следы разрядки, как вдруг услышал:       — Огонёк, я хочу, чтобы сегодня вечером ты проявил ко мне, как можно больше внимания.       И пока Сингто, застыв на месте, ошеломленно таращился на своё отражение, Крист, восседая на мраморной тумбе возле умывальника, фыркнул:       — Куда тебе ещё внимания? Зажимаешь моего парня на каждом углу, тварь такая! Ну, подожди, я тебе…       Тут Перават, запнувшись на полуслове, вдруг вспомнил о том, что вообще-то хотел оставаться спокойным и, прикрыв глаза, представил себе, как мощным порывом ураганного ветра размазывает Нирана по стене, словно масло по бутерброду.       Терапия очень даже помогла. И слава всем Богам, потому что в следующий момент адепт стихии Воздуха услышал:       — И в чём должно заключаться моё к тебе внимание?       — Всё просто, милый. Веди себя со мной так же, как вёл бы себя с Кристом.       «Ну, всё, Тантачиват, ты только что подписал себе смертный приговор!», — с яростью подумал адепт Эйра Вдохновляющего и, наплевав на всё, прикрыл глаза, потянувшись к своей стихии.       Однако любимый маленький тайфунчик — придавая стихии образ, Перават опирался на представление любимого, которое действительно очень ему шло — не отозвался, зато, как и предупреждал Эйр, отозвалось кое-что другое…       — Ааааааааааа!!! — не своим голосом заорал Крист, когда его голову разом пронзили тысячи или даже десятки тысяч тончайших невидимых иголок. — Бля, как больно! — после чего, свалившись с тумбы на пол, сжался в клубок, пытаясь отстраниться от того, что его мозг сейчас буквально раздирало на части.       Спустя минуту или около того, боль вдруг утихла, а до тяжело дышащего адепта стихии Воздуха донеслось громкое:       — Ниран, я сделаю всё, что в моих силах, чтобы уделить тебе, как можно больше внимания.       Быстро изучив выражение лица любимого, Перават понял, что ничего страшного наглый жених больше не сказал и, заняв своё место на тумбе, обратился в слух. И вовремя, потому что с той стороны двери раздалось:       — Прекрасно, Огонёк. Зная твою старательность, я уверен, что вечер будет просто прекрасным, — а после адепт Щедрой Терры поинтересовался:       — Ты выходишь?       — Ещё пять минут и… пожалуйста, подожди меня внизу.       — Хмм, ты меня стесняешься? Окей, так и быть. Я — человек слова. Обещал не трогать тебя до свадьбы и не трону. Пять минут и ни секундой больше, иначе я приду за тобой, слышишь?       — Да, Ниран. Пять минут. Я не задержусь, — проговорил младший и, услышав хлопок двери, быстро включил воду. В рекордное время, намылив всё тело и ополоснувшись, Прачая вытерся полотенцем и, надев белую рубашку с черными джинсами, покинул комнату.

Спустя полчаса

      Кабина, управляемая водителем и адептом Эйра Вдохновляющего, неспешно плыла по облакам, медленно приближаясь к ателье мадам Кларетты, которое теперь находилось на вершине горы. Капризная мастерица не так давно переехала, предпочитая творить вдали от шумного города, а в перерывах созерцать прекрасный вид из окна, и Тантачиват, зная это, озаботился нужным транспортом, чтобы им с Сингто не пришлось полдня тратить на одну лишь поездку.       — Ниран, ты уверен, что мне пойдёт такой фасон? — с сомнением поинтересовался адепт стихии Огня, когда жених оказался рядом с вешалками на которых висели их свадебные наряды.       — Абсолютно уверен, дорогой. Этот крой подчеркнет все твои достоинства, — ухмыльнулся молодой мужчина, а его рука потянулась к заднице Прачаи.       Каким-то шестым чувством, уловив исходящую от Тантачивата опасность, Сингто быстро сделал шаг в сторону, и пальцы адепта Щедрой Терры зачерпнули воздух.       — Ха-ха-ха, вот это мой Огонечёк! Смирись, ублюдок, мой любимый чувствует твои козни даже на расстоянии! — хихикнул Крист, показывая молодому мужчине средний палец.       Ну и что, что Ниран не видел этого жеста, всё равно приятно!       Однако веселье адепта Эйра Вдохновляющего было недолгим — внезапно возле них выросла до сих пор отсутствующая хозяйка — когда женихи появились в ателье, их поприветствовала её помощница — и громко воскликнула:       — Господин Тантачиват, господин Руангрой, как здорово, что вы уже здесь! Костюмы готовы и мне не терпится увидеть, как они будут смотреться на таких красивых парнях! Ну же, ступайте скорее в примерочную, и предстаньте перед нами с Мелиндой сногсшибательными и счастливыми женихами!       — Конечно-конечно, — промурлыкал старший, увлекая растерянного Прачаю и не менее растерянного Перавата в примерочную.       И вот там, в тот самый момент, когда Тантачиват ловко раздев младшего, который от такой наглости впал в жесткий ступор, быстро облачив его в темно-красный костюм, а затем, подтолкнув к зеркалу, прошептал:       — Посмотри на себя, Сингто, — в тот самый миг Крист понял одну важную вещь…       Боль, которую он испытал при попытке призвать стихию — ничто по сравнению с болью от невозможности прямо сейчас занять место Нирана и стать невероятно счастливым, понимая…       Любимый наконец-то осознаёт, что к нему прикасается не лёгкий ветерок, а именно ОН.