Неотъемлемая составляющая

Поместье Тантачиватов, вечер

      — Великая Терра, как же я соскучился! Милый, иди ко мне, прошу, — позвал младшего адепт стихии Земли и от елейности его голоса Прачаю моментально затошнило.       Но помня о том, что расслабляться рядом с этой коварной тварью точно нельзя, адепт Игниса Согревающего, кое-как подавив рвотный рефлекс, произнёс:       — Дорогой, я так устал и хочу в душ. Может быть, освежимся перед тем, как ложиться в постель? Мы всё-таки только что прилетели, — как можно мягче подытожил Сингто и, затаив дыхание, стал ждать реакции мужа.       — Хмм, а это не такая уж плохая идея. Ладно, беги в душ, а я присоединюсь к тебе через пять минут, хорошо?       «Ой-ой, кажется, я не совсем правильно выразился. Так, надо срочно исправлять положение», — взволнованно подумал младший, как никогда жалея, что рядом нет любимого, а потом, собравшись с духом, проговорил:       — Ниран, милый, я хотел предложить тебе кое-что другое. Понимаешь, для игр в душе я слишком устал и к тому же доктор сказал, что если мы хотим заняться сексом, то должны делать это спокойно, неторопливо и хорошо подготовившись.       — Хмм, окей, и что ты там хочешь мне предложить? — настороженно поинтересовался Тантачиват, слегка нахмурившись.       «Отлично! Попался»! — удовлетворенно подумал адепт стихии Огня, после чего промурлыкал:       — Я хочу, чтобы мы приняли душ по отдельности, а потом всю ночь наслаждались в уютной постели, навёрстывая упущенное. Ну, хорошо ведь звучит, верно?       Надо отметить, что бархатные нотки в голосе и то, как Сингто держался, наполовину, если не в большей степени, было заслугой Криста. И сейчас, глядя на мужа в ожидании его ответа, Сингто погрузился в воспоминания вчерашнего вечера.

Flashback

      Как только доктор покинул соулмейтов, Перават вдруг нахмурился и, притянув любимого в объятия, припечатал:       — Так, детка, знаешь, о чем я сейчас подумал?       — Понятия не имею, но ты ведь мне расскажешь, да? — с придыханием отозвался Прачая, медленно потянувшись к желанным губам.       — Прекрати! Сейчас время серьёзного разговора! — вдруг припечатал адепт Эйра Вдохновляющего и, ущипнув своего парня за бок, проговорил:       — Скажи мне, как ты будешь общаться с Нираном, если просто на дух его не переносишь?       — Эээм… — замялся адепт Игниса Согревающего и Крист, видя на лице любимого напряженную работу мысли, выдохнул:       — Огонёчек, это никуда не годится, слышишь? Ты уже несколько часов твердишь мне, что должен вернуться домой вместе с Тантачиватом, чтобы он ничего не заподозрил. Но как-то упускаешь из виду тот факт, что вы — хоть и не перед Богами — законные супруги, а значит, этот ублюдок в любой момент может потребовать выполнения супружеского долга!       — Долга? — эхом отозвался Прачая, вдруг задрожав всем телом. — Не хочу. Нет, я не смогу. Я твой, я только твой. А он… Чёрт, Кит, а ведь он действительно может… А что если… О, великий Игнис, только не мой Огонь. Я не хочу боли, я просто не выдержу, если он снова… — захлебываясь эмоциями, бормотал Сингто, а после, сорвавшись в хрип, выдохнул:       — Помоги мне, любимый. Пожалуйста.       — Стоп-стоп-стоп! Ну-ка, быстро перестань сверкать глазками, иначе ты точно что-то здесь подожжешь, и мы будем за это что-то долго расплачиваться, слышишь? — мягко попросил Перават, положив руку на колено соулмейта, а затем, хитро улыбнувшись, промурлыкал:       — Хочешь увидеть красоту?       — Красоту? Хмм, здесь? Но как…       — Это неважно, просто ответь: ты хочешь увидеть красоту? — вновь промурлыкал адепт стихии Воздуха.       Глядя в бездонные серые глаза соулмейта, которые стремительно темнея, начинали напоминать грозовое небо и, чувствуя, как от родного голоса по спине начинают бежать мурашки, Прачая прошептал:       — Да. Хочу.       — Тогда закрой на пять секунд глаза, — попросил Перават, вставая с постели.       Веки адепта стихии Огня тут же опустились и он поинтересовался:       — Всего пять секунд? А тебе хватит этого времени?       — Конечно, — с улыбкой отозвался Крист, предвкушая реакцию своего парня, и прикрыв глаза, призвал стихию.

End of flashback

      — Что ж, наверное, так будет даже лучше, — пробормотал, наконец, Ниран, вырывая младшего из воспоминаний. — Ладно, ступай в свою комнату, хорошенько вымойся и… порадуй своего мужа, окей? — вдруг ухмыльнулся адепт стихии Земли, быстро подходя к тумбочке.       Через несколько секунд в руках Сингто оказалось два предмета: флакончик смазки и… анальная игрушка.       — Надеюсь, ты понимаешь, что должен сделать, верно? — лучась довольством, спросил Тантачиват. — Или… я могу наглядно объяснить?       «Ага! Засунуть бы тебе это в задницу! Хотя нет, разве такая игрушка тебя бы испугала? Нет-нет, пожалуй, я бы связал или заковал твои руки, запихнув в задницу вибратор в виде члена, пульт от которого выбросил бы в твой любимый пруд в саду, предварительно выставив на нём средний режим! Чтобы твои обожаемые рыбки утащили его прямо на дно! А после этого сел рядом и смотрел бы, как ты извиваешься, желая получить разрядку. И не можешь, потому что свой член я в тебя никогда не засуну, а мощности игрушки, чтобы кончить тебе не хватает»! — злорадно подытожил младший, дивясь тому, какой жесткий сюжет он только нарисовал в своей голове, после чего, сжав «подарки» в руках, произнёс:       — Я понял. И если буду нуждаться в помощи — обязательно позову тебя. До скорой встречи, дорогой.       — Ах, и ещё одно, милый. Так, на всякий случай. После душа на тебе должен быть только халат и игрушка, ясно? Никакого белья.       «Ну да, кто бы сомневался»! — мысленно фыркнул адепт стихии Огня, а затем, кивнув, пробормотал:       — Я тебя услышал, муж. До встречи.       — Жду — не дождусь, детка, — донеслось до Сингто, когда он уже закрывал дверь и младший, убедившись, что в коридоре никого нет, злорадно прошептал:       — Не дождёшься, земляной червь. Не дождёшься, потому что моего тела ты больше не получишь! — после чего, быстро добежав до спальни, хлопнул дверью, устремившись в ванную.       Ранее, стремясь успокоить любимого, который, вспомнив о выполнении супружеского долга, резко помрачнел, Крист, желая предотвратить надвигающуюся истерику, стал обдумывать варианты спасения от такой замечательной перспективы.       Результат был просто отличный: в голове Сингто, пока адепт Эйра Вдохновляющего накидывал идеи, потихоньку созрел отличный план и теперь адепту Игниса Согревающего, который только что вошёл в ванную, не терпелось приступить к его исполнению и обломать Нирана по полной!

***

      — А вымыться мне всё равно надо, — справедливо рассудил адепт стихии Огня, после чего, быстро раздевшись, ступил под теплые струи воды.       Спустя минут десять усталость начала отступать. Пользуясь тем, что Ниран всё же не стал донимать его своим вниманием, Прачая прикрыл глаза, представляя своего соулмейта, и вдруг ему в голову пришла одна интересная идея.       — Оу, а связь-то надо проверить, — тихо хихикнул адепт Игниса Согревающего, а затем, прикрыв глаза, представил, как его пламя — пока ещё не совсем послушное и рвущееся из камина — тянется к кружащемуся на поляне тайфунчику…

***

      — Вау! Какие люди! — протянул Крист, а после, подавившись воздухом, прохрипел:       — И в каком виде! Сингто, ты решил во второй раз отправить меня в мир мёртвых?       — Конечно же, нет. Просто… Знаешь, Тантачиват мне тут кое-что дал… Вот я и подумал, что если ему ничего не обломится, стоит порадовать тебя, — медленно и крайне чувственно прошептал Прачая, а в его взгляде заплясали огоньки.       — Ммм, заинтриговал. И что же тебя вдохновило меня порадовать? — поинтересовался Перават и адепт стихии Огня, который только и ждал этого вопроса, тут же выдохнул:       — Твой стриптиз.       — Вот как? А что же тебе понравилось больше всего? — задал новый вопрос адепт Эйра Вдохновляющего, после чего, встав с кресла, пересел на постель и, облизнувшись, насмешливо посмотрел на соулмейта.       Быстро сконцентрировавшись, Сингто настроил связь так, чтобы в кадре осталось только его лицо и грудь, а потом промурлыкал:       — Когда налетел ветер… И потрепав пояс твоего халата… ммм… почти развязал его. А потом верх халата пополз вниз… и тогда-а-а-ах…       — Родной, ты что, закрыл от моих глаз всё самое интересное? — вдруг прищурился адепт стихии Воздуха, а после окинул своего парня подозрительным взглядом.       — Можно и так сказать, но… ммм… поверь мне, Кит… это-о-о-о для лучшего эффекта-а-а, — тихо простонал Прачая, медленно погружая скользкую игрушку в своё тело.       И наконец-то ощутив, как инородный предмет задел самую чувствительную точку, вновь тихо простонал и подумал:       «Вот так! Только так будет правильно! Только мой Ветерок может увидеть меня таким, — и, упершись руками в стеклянную стенку душевой кабины, позвал:       — Кит.       А затем, сделав глубокий вдох, расставил ноги и, прогнувшись в спине, перенастроил связь на полное изображение.

***

      — Бля! Ох, твою ж мать! Ты… Детка… Ты… — спустя пару мгновений раздалось в ванной, после чего адепт Игниса Согревающего, посмотрев на соулмейта через плечо, дерзко спросил:       — Что такое, любимый? Язык проглотил? — и, дразнясь ещё больше, завёл руку за спину, поправляя игрушку.       Естественно, эта нехитрая манипуляция вырвала из его груди очередной стон и в ответ тут же прозвучало:       — Знал бы я твои мысли наперёд… Ох, ты бы не вышел из того номера, пока мы бы не попробовали весь ассортимент игрушек, имеющийся в самом большом секс-шопе Монтании. Клянусь!       — Даже так? — выдохнул адепт стихии Огня. — Ну, сейчас одна — пусть и приобретенная не тобой — занятная штучка находится как раз рядом с моей простатой. Что будешь дела…       — Трахну тебя, конечно же! Сразу же, как только ты вновь окажешься в моих руках! А пока… — адепта стихии Воздуха выдержал секундную паузу и бархат в его голосе сменился властным:       — Развратник! Прогнись сильнее и поласкай себя. Быстро!       И наблюдая за тем, как блеснул ярко-красный рубин на конце игрушки, когда Прачая, чуть шире расставив ноги, завёл руку за спину, отвесив одной из ягодиц звонкий шлепок, выдохнул:       — Я сказал, чтобы ты поласкал себя. Немедленно!

Спустя какое-то время

      — Кит… мммхха-а-ах. Я… больше… не могу… — из последних сил прохрипел адепт Игниса Согревающего, который за это время успел сползти на четвереньки и теперь, прижимаясь щекой к запотевшему стеклу кабины, медленно трахал себя игрушкой.       Причем, по приказу соулмейта его движения были медленными и плавными.       Потому что адепт Эйра Вдохновляющего, прекрасно зная, что Сингто жаждёт совсем другого, решил помучить его, наказывая за бесстыдную провокацию.       Хотя… что уж тут греха таить — адепту стихии Воздуха безумно нравился такой раскрепощенный Огонёчек, который в подобные моменты становился диким пламенем!       — Хорошо-о-о. Ммм… ты… м-м-мможешь… кончить… — в тон ему прохрипел Перават, который интенсивно лаская себя, извивался на постели, предчувствуя скорую разрядку.       Получив такое долгожданное разрешение, Прачая тут же добавил движениям резкости и вскоре после десятка или двух ритмичных и сильных ударов игрушки по самому чувствительному комочку нервов, выдохнул:       — Ха-а-а-ах, — содрогаясь в сильнейшем оргазме.       — Ммхммм… Да-а-а-ах, — раздалось в ванной и тогда Сингто, который от нереального удовольствия буквально сложился пополам, устало улыбнувшись, простонал:       — Люблю.       И улыбнулся ещё шире, когда услышал ответное:       — Люблю тебя.

Спустя десять минут

      — Ты в порядке? — взволнованно поинтересовался Крист, глядя на любимого, который тяжело дыша, поднялся сначала на четвереньки, а затем на ноги и добавил:       — Синг, если я перестарался…       — Тогда я сам напросился. Родной, не пори чушь — ты же прекрасно видел, что я сам хотел этого. Хотел, чтобы ты потерял контроль, завёлся и…       — И управлял твоим оргазмом. Ох… Какой же ты мазохист!       — Нет! Нет, Кит! Это не так! Я вовсе не мазохист. Я не нуждаюсь в боли, чтобы получить удовольствие. Просто… Сейчас, в этот непростой период, когда мне приходится крутиться, словно уж на сковородке, чтобы избежать внимания мужа… Я хочу, чтобы мною командовал ты! Тебе и только тебе я подчинюсь с радостью, беспрекословно выполнив всё, что ты пожелаешь. Потому что люблю… И знаю: умышленно ты никогда не причинишь мне боли! — с жаром выпалил адепт Игниса Согревающего.       После спонтанного, но такого искреннего признания Прачаи в ванной повисла тишина, а после Перават глухо пробормотал:       — Огонёчек… Ох, ты… В самое сердце попал. Черт! Прости! Пожалуйста, прости меня. Я вновь забыл, что тебе приходилось и приходится терпеть из-за ме…       — Что? Ветерок, а за что ты просишь прощения? За то, что умер? Так это точно не твоя вина. Несчастный случай…       — А?! Несчастный случай? — эхом отозвался Крист, до которого только сейчас дошло — он ведь так и не рассказал Сингто, что после своей смерти увидел на другой стороне дороги Тантачивата.       — Да, несчастный случай. В момент обрушения колонны в ювелирном магазине был лишь продавец, ты и родители Нирана, — спокойно отозвался адепт стихии Огня, интенсивно намыливая руки.       Посверлив взглядом вымытую и уже лежащую на полке игрушку, адепт Эйра Вдохновляющего ощутил, что ему удалось немного успокоиться и стараясь, чтобы голос звучал, как можно ровнее, поинтересовался:       — Слушай, детка, а это дело уже закрыто? Виновные найдены?       — Нет. Кстати говоря, над ним усиленно работает Джейн. Так что, если хочешь, можем завтра зайти к нему домой.       — А тебя выпустят? — с сомнением спросил Перават — меньше всего ему хотелось, чтобы соулмейт из-за такой оплошности лишился возможности что-нибудь узнать о своей семье.       — А куда он денется? Мне завтра на учебу, ему на работу, — хихикнул Прачая, а затем, став серьезным, объявил:       — Кит. Мне пора в постель.       — Уже? Ох, ладно, тогда спокойной ночи, любимый. Давай-ка, прими волшебное средство от нашего доктора и обломай эту тварь! — зловеще захохотал адепт стихии Воздуха, а после, нежно улыбнувшись своему парню, добавил:       — Можно… Я посмотрю, как ты засыпаешь?       — А ты не насмотрелся в отеле? — фыркнул Сингто, чувствуя, как горят щеки и понял, что тогда они ещё только разогревались, когда услышал:       — Мне никогда на тебя не насмотреться, родной. И неважно, спишь ты или бодрствуешь, плачешь или смеешься, злишься или веселишься. В каждом из этих состояний ты это всё ещё ты. И зная это, я не отказываю себе в удовольствии смотреть на тебя, радуясь, что такой привлекательный экземпляр достался именно мне!       — Твою мать! Ветерок! — прокричал адепт стихии Огня, приложив ладони к щекам. А после, быстро отправив в рот маленькую пилюльку, запил её прямо из графина, который стоял на тумбочке, довольно выдохнул:       — Кит, спасибо, что ты есть. Сладких снов.       — Приятных тебе снов, родной. Засыпай, — тут же отозвался Перават. — Ну же, закрывай глаза.       После этих слов веки Прачаи, как по команде опустились и спустя пять минут, адепт Эйра Вдохновляющего, наблюдая за тем, как соулмейт, спрятавшись в одеяле, безмятежно сопит в две дырочки, прошептал:       — Спи, мой хороший. А ты, доктор… Надеюсь, ты дал Сингто правильное средство и до утра его не сможет разбудить никто! Даже самая похотливая скотина!