Тайна прошлого

Когда все сели, Ваня осмотрел присутствующих. -Итаак... Что делать то будем?-спросил спустя некоторое время Иван, теребя косы. Несколько секунд было тихо. -Для начала тебе стоит рассказать президенту об этом,-сказал Гилберт, нарушая тишину и подперев рукой голову. Присутствующие посмотрели на него. Наташа поддержала Байлшмидта: -Да, сестричка,-на этих словах Гилберт громко хихикнул,-Он дело говорит. А то увидет тебя Владимир, переполошится весь. Лучше заранее предупредить. -Хорошо, а потом? У меня же собрания. Мне не прельщало в таком виде заявляться туда,-Ваня чуть сморщился, говоря эти слова. -Хочешь, Ванечка, чтобы собраний не было?-чуть подождав, спросила Арловская со слишком милой улыбочкой. Россия передёрнулся, но всё таки выдавил из себя слова: -И как же ты это сделаешь? -Не скажу, Ванечка,-весело подмигнула Наташа и как бы невзначай покрутила в руке хорошо отполированный нож. Брагинский и Байлшмидт мысленно чертыхнулись. -Не надо, Наташка, и без этого прорвёмся. Арловская лишь грустно вздохнула. -Эй! А как тебя называть то теперь?-подал голос Гилберт. Родственники перевели взгляд на него. -Что ты имеешь ввиду?-с каким то непонятном предвкушением спросил Ваня. Байлшмидт ещё раз впился своими алыми глазами в лицо Брагинского. -Ну, ты же теперь баба, а бабу Ваней называть как-то не вяжется, ксе-ксе-ксе! Следом за ним подала голос белорусска: -Сестричка, мы тебя вроде раньше Анечкой звали. Может Анной будешь?-чуть сконфуженно спросила Наталья, усердно вспоминая видения. Гилберт на эти слова ещё шире весело соскалился. -Ха! Ваня - Аня! Великий согласен!-прыснул со смеху прусс, припоминая строчки из одной весёлой песенки. Наташа грозно на него посмотрела, но на удивление ничего не сказала. Русский из подлобья перевёл взгляд на ухмыляющегося Гилберта, а потом опять потупил взгляд в стол. -Ммм... Думаю вы правы,-обречённо сказал Ваня и расплылся по столу, но почувствовав боль в груди, снова поднялся. Байлшмидт недовольно нахмурился. -Эй! Великие всегда правы! А что насчёт этой, не знаю,-он указал в сторону злой Арловской. -Да ты вообще заткнись! -Ага, сщаз. -Оба, ради Бога, помолчите,-сказал заебавшийся Аня извините с милой улыбкой. Все сразу успокоились. Минуту была тишина, прерываемая лишь тиканьем часов. Каждый думал о своём, но причина этих мыслей была одна. Тишину прервал бурчавший живот Ани. Сама она за своими размышлениями не замечала голода, потому когда услышала, мысленно чертыхнулась. Все перевели взгляд на неё. Он чуть смутившись, опустил взгляд в стол. Наташа сразу спохватилась и вскочила из-за стола. -Точно, сестричка, ты же, должно быть, голодна!-ударив себя по лбу и месленно себя ругая, Наталья побежала в коридор. -Не надо, Ната..!-только и успела проговорить Аня, но Арловская его уже не слышала. На кухне остались двое. Тишину прервал Брагинский. -Гил, а на кого ты кричал по телефону?-перевёл взгляд обладатель фиалковых глаз на пруссака. Гилберт незаметно вздрогнул от неожиданности и также перевёл взор на собеседника. Немец поджал губы, чуть отводя взгляд. -Да так, Запад. Брови русского поползли вверх. -Он спрашивал насчёт меня? Да? Гилберт кивнул. В коридоре послышалось копошение. Сожители перевели взгляд в сторону шума. Из-за дверей показалась Наташа с огромной сумкой. Судя по звуку, там находились банки, которые при каждом шаге или какой либо другой тряске издавали звякающий звук. -Вот, Анечка, еда. Бедненькая, изголодалась вся!-причитала Арловская, подбегая к столу и раскрывая увесистую на вид сумку. Из сумки она принялась вытаскивать разные закатки, банки, контейнеры. Через минут семь весь стол был заставлен всякими явствами и чудесами русской кухни. Байлшмидт уже предвкушённо потирал руки и с голодными искорками в глазах смотрел на это. Аня только обречённо вздохнула. Уж она то знала, что если к ней в гости приезжает Ната, то её холодильник в мгновение ока преображается из состояния "мышь повесилась" в состояние "если ты ещё хоть что-то не съешь, я развалюсь". После плотного завтрака, разрушения в виде двух психик и двух желудков, наконец всё закончилось. Побыстрее выпроводив Арловскую из дома, пока она ещё раз не устроила такой заход, Ваня со спокойной душой направился в зал, где с мучениским видом на диване развалился Гилберт, у которого в руках был пульт от телевизора. На самом чуде технике был включен какой-то музыкальный канал с современными клипами, из-за которых может пойти кровь из ушей. Бедняга прусс, наверное, даже не может переключать каналы из-за своего состояния. Рядом также присел Иван и облокотился на спинку дивана. Несколько минут так посидев, а потом стукнув себя по лбу и пробурчав что-то по типу "твоюж дивизию", он встал и направился на второй этаж. Придя в спальню, он стал рыскать по ней в поисках телефона. Слова Байлшмидта отпечатались в голове и, походу дела, будут натирать там мазоль, пока она не позвонит президенту. Откопав таки свой мобильник в кармане польто, она стала искать контакт Путина. Через несколько ругательств и минут, она всё же нашла номер и нажала на него. Первое время слышались гудки, но через несколько секунд трубку всё-же взяли. Из динамика послышался голос босса. -Здравствуй, Иван. Зачем звонишь?-через голос президента можно было понять, что он улыбался. Аня замялась. -Эм... Хм. Привет, Вова. Это я-Россия,-нервно улыбаясь выдал Ваня, теребя конец шарфа. В трубке несколько секунд было тихо. -Россия? Это шутка? -Нет, Вова, это правда. Гм... Ты можешь приехать,-последнее звучало несколько неуверенно и с вопросительными нотками в голосе. -Иван, если это не шутка, то это как получилось? -Это долгая история...-Аня подняла глаза к потолку. -Допустим, но почему бы тебе самому не приехать? Ваня мысленно усмехнулся. -Вова, ну как так можно. Собственная страна пол внезапно поменяла и выйти ей на люди страшно, а ты так с ней,-начал причитать Россия. -Ладно, Иван, я тебя понял. Приеду, как только смогу,-с тяжкой интонацией в голосе прозвучало из трубки. -Спасибо, Вова. Буду ждать,-попрощалась Аня и откинула телефон на рядом стоящую кровать. Постояв так ещё чуть-чуть, его взгляд упал на стенку с книгами. Подойдя к стелажу, стоящему у другой стены, он начал выбирать книги. Остановив свой выбор на Достоевском "Повести и рассказы",он подошёл к кровати и следом за мобильником также упал на кровать и открыв книгу, полностью погрузился в чтение.