Шестая симфония Сатурна

      Сону сидит с двумя голодными парнями уже который час и жутко хочет придушить своего друга, что убежал так внезапно. Сонхун ушёл два часа назад, может с ним что-то случилось? Или же он просто кинул своего друга и сбежал, свалив на него этих двоих. «Чёрт, да где тебя носит, Пак Сонхун?» — ругается про себя Ким. — Сону, а где твои родители? — спрашивает Хисын, кидая на Джейка быстрый взгляд, чтобы тот не молчал и тоже поддержал разговор. — Они на Марсе, — кратко отвечает тот, смотря на двоих.       Зачем им эта информация? Что они с ней будут делать? Сону не известно. Он складывает руки на груди, его лицо выражает уверенность, но внутри он напряжён до предела, а в голове только одно «Что делать? Как себя вести?». Сонхун всегда был рядом и помогал в трудных ситуациях. Сейчас нет никого, ему приходиться самому выкручиваться, но он совершенно не знает как, поэтому ему страшно. Он ещё толком не жил самостоятельно и уж тем более не контактировал нормально с незнакомыми людьми. — А почему ты с ними не поехал? — интересуется Джейк, повторяя позу Сону, сидя на стуле. — Мы с Сонхуном поедем чуть позже, когда хён закончит тут свои дела... — Ким чешет затылок и отводит взгляд в сторону, — а мне надо еще собрать свои вещи. — Дела? — переспрашивает Джейк. — Очень интересно, какие у него остались дела на планете, которая скоро превратиться в уголь. «Я же не сказал ничего лишнего, верно?» — думает Сону. — Почему ты так напряжён? — парень с розовыми волосами вздрагивает от этого внезапного вопроса Хисына, а его взгляд застывает от испуга, что его раскусили. Вот так просто. Ему казалось, что Ли видит его насквозь, читает как открытую книгу, он видит всё. — Мы тебе ничего не сделаем. — Откуда я могу знать, что вам в голову придёт? Осторожность не помешает, — Ким смотрит в упор на Хисына, а тот на него более мягким и улыбчивым взглядом. Старший как будто глазами пытается сказать, что он в безопасности и бояться нечего, из-за чего Сону и вправду расслабляется, но фигура, что маячит рядом с Ли его по-прежнему напрягает и Хисын это конечно же замечает. — Вот как, — Ли немного хмурится и отворачивается в сторону. — Если мы его напрягаем, то может просто уйдем, — кидает Джейк, и уже хочет подорваться и уйти, но друг, хватает его за подол рубашки, не давая этого сделать. — Избегать проблему — не значит решить её, — Хисын снова смотрит на Сону.              «Довериться проходимцам? Еще чего...» С самого детства за Сону делали выбор. Родители везде совали свой нос в его жизнь, запрещая ему играть и дружить с другими детьми. Лишь Сонхуна родители принимали, так как близко общались с его мамой и папой. Сону научили тому, что нельзя верить незнакомцам. Он не знал, как знакомиться с людьми, не знал, как завести и поддержать разговор тоже. Он либо огрызался, либо молчал, либо плоско пытался шутить. Многие вещи он не умел делать. Например, пользоваться стиральной машинкой, поэтому в этом ему помогал Сонхун, не умел готовить, поэтому питался полуфабрикатами, и даже те иногда у него подгорали. Он ещё толком не научился жить. «Но они спасли нас. Джейк даже пострадал. Можно ли, им доверять? Они же не украдут наши билеты? Не сделают нам больно потом? Не предадут же?» — размышлял Сону.       Джейк задумывается, он оглядывает Сону и со спокойным видом произносит: — Такое бывает, это нормально, что ты не доверяешь. Лишь искренние действия покажут настоящие чувства человека, — Джейк опускает взгляд куда-то в пол. — О чём ты? — не понимает Сону. — Ты скоро поймёшь. — Ты каждый раз говоришь какими-то загадками и как после этого, люди могут тебе довериться? — спрашивает Хисын друга. — Значит, доверятся только те, кто поймет. — А вы, доверяете нам с Сонхуном? — летит встречный вопрос двум парням. Те переглядываются. Хисын смотрит на Джейка пристально, оба вспоминают недавний разговор. Ли смотрит, не отводя взгляда.       Джейк не успевает ничего ответить, как внезапно раздаётся дверной звонок. Все оборачиваются на звук, а Хисын подходит к двери и открывает её. В квартиру вваливается Сонхун, который тащит на себе ещё одного парня, что до сих пор всхлипывает. — Сонхун? — Ли хватает обессиленного незнакомца под руку, а Пак падает на пол, но его успевает схватить Джейк одной рукой, который сразу подлетел к ним вслед за Хисыном. — Вот держите, — Пак держится одной рукой за не раненую руку Шима, а другой протягивает пакет, из которого доносится запах еды. — Это вам. Покушайте.       Хисын смотрит на Джейка, а тот на него. Через пару секунд Шим принимает пакет, попутно замечая влажные следы на серой футболке Сонхуна в районе его шеи и плеча. Он одаривает Пака улыбкой и таким теплым взглядом, что внутри у того все вспыхивает. Сонхун доказал, что ему можно довериться. Ничего не сказав, никаких пустых слов, никаких обещаний. Просто взял и ушёл за едой для них. — Нам? — тихо шепчет сам себе Джейк. Он понимает, что за этими сэндвичами Сонхуну пришлось пройти несколько кварталов, чтобы дойти до той самой кафешки, где они встретились, ведь только там их поджаривают до идеально золотистой корочки, прожигая на хлебе различные интересные значки: полумесяц, клевер, цветок или звезду. Пак кратко кивает головой и улыбается. — А это ещё кто? Сонхун, кого ты ещё привёл?! — Сону обращает внимание на парня, что, опустив голову и дрожа, стоит возле Хисына. Чонвона всё ещё не отпустило. Сейчас ему совершенно плевать, где он, с кем, и что с ним будет дальше. Ким замечает, что парень напуган и решает быть более мягче с ним. — Эй, ты как? — Сону подходит ближе к парню с красными волосами и аккуратно кладет руку на его плечо. Видя насколько парень разбитый, Сону решает не мучить его другими вопросами и разрешает остаться у себя ещё одной блудной душе. Сонхун объясняет всем кто это и почему он здесь.       Они все перемещаются на кухню. За окном уже ночь, а пятеро парней при свете желтой люстры, пьют чай с кокосовым печеньем и едят сэндвичи с курицей. Кто ж знал, что столь обычные действия и столь необычные обстоятельства дадут им те самые минуты счастья обычной жизни. Чонвон тихо сидит за столом. Он отказался от еды и напитков, но Сону всё равно наполняет еще одну кружку с рисунком котика малиновым чаем и ставит её перед парнем. — Кстати, а чем вы занимались пока меня не было? — спрашивает Пак, наблюдая как Сону вытирает щёки Чонвона от слез салфетками, а Хисын и Джейк уплетают свои сэндвичи. — Я очень желал откусить тебе что-нибудь, Пак Сонхун! — с наигранной яростью произносит Ким. — Не думал, что ты настолько проголодался, — Пак слегка улыбается, ликуя внутри себя, что смог подстебать друга, а Джейк и Хисын смеются. — Спасибо за еду, Сонхун, — благодарит его Ли, дожёвывая вкусный сэндвич. — Да, спасибо, но думаю нам пора уже идти, — говорит Шим и встаёт из-за стола. Все взгляды направлены на него: Сону был почти что рад такому заявлению; Хисын в удивлении не понимает метания друга; Чонвон просто рефлекторно поднимает глаза, а Сонхун спокойно, но немного заинтересованно смотрит на него из-под чёрной чёлки. — И куда же вы пойдёте? — спрашивает Пак, вскидывая брови. Он понимает, что если Джейк сейчас опять уйдет, то он не узнает то, что скрывает в себе таинственный блокнот. — Какая вам разница? — Джейк будто специально нарывается на конфликт. Зачем? Знает лишь он сам. — Джейк, — Хисын снова посылает другу звоночки о том, что тот перегибает палку своими грубыми ответами, — сядь, пожалуйста.       Джейк ничего не отвечает на это, лишь слабо кивает и садиться обратно. Снова эта тишина, что бьёт по ушам. Казалось бы, все молчат, но ощущение, что все очень громко думают.       Джейк и Хисын тихо сидят, опустив глаза в тарелку, на которой хаотично были раскиданы крошки от сэндвичей. Чонвон заплаканными глазами глядит на розовую жидкость у себя в кружке, которую он держит двумя руками, чувствуя, как нагреваются его ладони. Сонхун устало смотрит в потолок, откинувшись на спинку стула, а Сону, подперев подбородок рукой, дует губы и пытается не встречаться ни с кем взглядом. — Почему… — практически шепчет Чонвон куда-то себе под нос, — почему вы так спокойны? Неужели вас не пугает то, что мы можем умереть в любую минуту? Что с вами не так?       Проходит пару минут, пока парень в клетчатой рубашке не нарушает тишину. — Что будет, если мы умрём? — отвечает вопросом на вопрос Джейк. — Разве есть какой-то смысл в нашей жизни? — Конечно есть, — отвечает Чонвон, он широко распахивает мокрые от слёз глаза и поднимает брови. — Неужели? Расскажешь тогда, в чём смысл жизни? — этот вопрос звучит настолько легко, будто это обычный разговор о том, что любит Чонвон, но на деле вопрос слишком глубокий, на него нет точного ответа и это знают все. Джейк ответа не услышал, поэтому продолжил свой монолог. — В наших жизнях нет смысла. Сейчас мы далёкие звёзды, свет которых не видно в тёмном космосе. Так зачем же нам париться о том, что мы умрём? Наш свет никто не увидит, мы взорвёмся как взрываются все звёзды, когда умирают, но этого света будет недостаточно, чтобы увидеть его с того же Марса. — Он любит нести всякую ерунду, не обращай внимания, — говорит Сону, переводя взгляд с Джейка на Чонвона, что вникал в каждое слово брюнета. — А как же "приносить миру пользу"? Сделать свой вклад в жизнь человечества? — Ян продолжает этот интересный разговор. — Ещё скажи посадить дерево, построить дом и вырастить сына, — Шим ухмыляется со своей же фразы и мотает головой, отрицая всё, что было им сказано. — Чонвон, просто живи, это всё, что от тебя требуется. Ты не обязан приносить пользу. Мир не фабрика, а ты в ней не работник. Бери от жизни всё: танцуй, пой, ешь, читай стихи, заваривай чай, никто не вправе требовать с тебя что-то. Пойми, что мир — это не человечество, мир — это природа, это лужайка в лесу, это море, что омывает песок, это горы, на которых живут орлы и ты, как часть этого симбиоза, не вправе просить что-либо у них, как и они с тебя. — Знаешь почему люди уже который век, не могут ответить на вопрос «в чём смысл жизни»? — тихонько спрашивает Хисын Чонвона, который сейчас был похож на ребёнка, задающего множество вопросов. — Почему? — Потому что люди усложнили её. Они придумали все эти системы, матрицы, деньги, чин, из-за чего всё человечество теперь в оковах. На планете Земля мало по-настоящему свободных людей и тех, кто по-настоящему понимает зачем живет, — Ли кидает взгляд куда-то вниз, себе под ноги. — Налоги как цепи, держат тебя на привязи, деньги — это мясо, что маячит у тебя перед глазами, а правительство, это всадники, что ездят на твоем горбу, манипулируя, — размышляет Джейк. — Устанавливая всё больше законов, мы выстраиваем огромные заборы, отделяясь от других наций, выстраивая длинные лабиринты, где, в конечном итоге, сами же и теряемся. — Человечество — это паразит Земли. И мы умрём вместе со своим хозяином, если не найдём способ сбежать, — строго добавляет Хисын. — На другую плоть, из которой вычерпаем всю кровь и энергию, — тяжело отвечает Джейк и в комнате повисает тишина. Уже поздно что-либо менять. — Чонвон, у тебя же есть билет на последний рейс, это шанс спастись, — говорит Сонхун, вставая из-за стола и подходя к окну. — Эй, так ещё не всё потеряно, — с улыбкой произносит Шим, поправляя волосы. — Сонхун и Сону точно улетят, ты пятьдесят на пятьдесят, либо да, либо нет, ну а мы с Хисыном обречены на смерть.       Чонвон с распахнутыми глазами смотрит на Шима, который сейчас улыбается. Неужели есть люди, которым совсем не повезло? Может у Чонвона ещё не всё так плохо? Он молчит. — Вы «отчаянные»? — с какой-то дрожью в голосе спрашивает он парней. — Неужели вы готовы принять смерть? — Это всё равно рано или поздно произошло бы. К сожалению, у нас нет возможности спастись, — Хисын поджимает губы, отводя взгляд в сторону, и случайно натыкается на обеспокоенный взгляд Сону, который пробирает до костей. — Неужели нет никакого другого способа улететь с планеты без билета? — случайно озвучивает свои размышления Сонхун, а затем замечает на себе удивленные взгляды. Пак оглядывает всех и не понимает, что он не так сказал. Джейк начинает громко смеяться, но почему-то, Пак слышит в этом смехе какое-то отчаяние. — Но зачем? Чтобы потом работать на каторгах на Марсе? Чтобы дышать искусственным кислородом и платить за него бешеные деньги, обрекая свое потомство на вечные долги? Я хочу, быть свободным, Сонхун. Даже если мы построим корабль, без лицензии нас арестуют и посадят, снова лишив нас воли. Сейчас везде тоталитарный режим, чувствуешь себя крысой, над которой ставят опыты, — Джейк говорит на эмоциях, то ли в грустных, то ли в злых тонах. Он словно выплёскивает сейчас всё, что накопилось у него на душе. Его глаза немного намокают, а сам Шим упирается рукой в лоб, закрывая наполовину своё лицо. — Поймите, для нас с Хисыном смерть — это наилучший выход. Хотя, — он мельком глядит на парня, что недавно плакал, — для Чонвона, возможно, тоже. — Джейк, прекрати, он же только успокоился, — Хисын грозно смотрит на друга, который говорит иногда слишком не деликатно.       Слезы снова набираются в уголках глаз Чонвона. Сону замечает это и бежит за салфетками, а Ли хлопая Яна по спине, начинает его снова подбадривать: — Конец света будет в декабре, у тебя есть ещё три месяца, может всё обернётся совсем по-другому, и ты… — теперь уже Хисына перебивает Джейк. — Не давай ему ложных надежд. Как я уже сказал, пятьдесят на пятьдесят. У него есть шанс, но он равен вероятности тому, что он умрет вместе с нами. — Реалист хренов! Поддержка — это не про тебя! — отвечает ему друг, видя, как по щекам Чонвона снова текут кристаллы слёз, которые отражают свет хрустальной люстры, что висела над столом. Сону дает ему салфетки и тот охотно принимает их. Скомкав, он вдавливает их себе в зажмурившиеся мокрые глаза. — Да, да, а ещё враг народа, психопат, что несёт полный бред и хулиган, что не платит за билеты в планетарий, — Джейк откидывается на спинку стула. — Значит только у Сонхуна и Сону будут привилегии? — спрашивает Чонвон, глядя на них двоих. — Да, когда ты покупаешь билет, то, по сути, ты бронируешь себе участок на Марсе, который находиться под защитным куполом. Там есть всё что нужно: вода, еда, кислород, место для ночлега, но… — Сонхун прерывается, задумываясь о том, что не будет лишь главного фактора: желания жить, — зачем всё это, если рядом не будет дорогих тебе людей.       Джейк смотрит на Сонхуна и незаметно качает головой в знак согласия. — Мой дедушка погиб во время космической экспедиции. Он был очень дорог мне. Часто рассказывал о своих приключениях, и я всегда мечтал побывать в космосе, но сейчас я чувствую некий страх перед неизвестностью. Меня беспокоит тот факт, что он не рассказал мне о своей последней миссии. На любой мой вопрос, он всегда находил ответ, но сейчас… — Сонхун опускает голову, закрывая свои глаза чёрной чёлкой, — мне приходится всё выяснять самому.       Сону приобнимает его одной рукой, устремив взгляд куда-то вниз. — Эй, Сонхун… — Сону вздыхает, трепетно похлопывая друга по спине.       Сонхун не плакал, потому что все слёзы уже пролил. Он не понимал, зачем и почему всё это рассказал им, но знал точно — ему стало легче после того, как выговорился. Сону кидает взгляд на Хисына, который смотрит на практически каменное лицо Сонхуна, как будто пытаясь понять через эту холодную маску, как тяжело Паку. — Ты и Джейк можете лечь спать в той комнате, — говорит Сону, указывая пальцем на примерное расположение спальни, в которой лежал ранее Джейк. Парень несколько раз оглядел Шима, который старался смотреть куда угодно, но только не в глаза. — Спасибо. Я думаю, Чонвону тоже нужно отдохнуть, — беспокоиться Ли, кладя руку на плечо красноволосого парня, от чего тот вздрагивает. — Идём Чонвон, я уложу тебя в своей комнате, — зовет его с собой Сону, бросая быстрый взгляд на Сонхуна, который по-прежнему сидит в прострации.       Сону аккуратно ставит кружку Яна в раковину, и, взяв того за руку, ведет в свою комнату. Хисын смотрит на задумчивого Джейка, который сжимает козырёк красной кепки, что всегда висела у него на поясе. Тот замечает его пристальный взгляд и поворачивает голову, делая вопросительное лицо. — Ты идёшь спать? — спрашивает его Ли, кивая в сторону комнаты. — Чуть позже, — Джейк сжимает кепку так, что у него белеют костяшки. — Мне нужно ещё кое о чём поговорить с Сонхуном.       Последнюю фразу парень произносит очень тихо, но Ли слышит его. Он понимающе кивает головой и поджимает губы, одаривая друга натянутой улыбкой. Хисын встаёт из-за стола, желает спокойной ночи Сонхуну и Джейку и уходит в комнату, закрыв за собой дверь.       Уже глубокая ночь. Нужно ли завтра кому-то рано вставать? Нет. Торопиться куда-то нужно? Нет.       Время замерло. В квартире висит тяжёлая тишина, от которой становится не по себе. Сонхун сидит за столом напротив Джейка и глядит на свои руки, лежащие на собственных коленях. В воздухе летает мягкий терпкий запах лимонной цедры, а также нотки кокосовой стружки. Люстра, что висит над ними, заливает кухню уютной теплой атмосферой. — Душно, — внезапно произносит Сонхун, подрываясь с места, будто всё это время он думал лишь об этом.       Парень подходит к окну, что расположено прямо возле стола за его спиной. Открывая его настежь, он вдыхает свежий воздух вперемешку со слабым цветочным запахом. К нижней части окна, с внешней стороны, был прикреплён кованый карниз, в котором стоял продолговатый горшок с землёй, откуда виднелись маленькие реденькие пучки зелени с цветами. Белые фиалки. Сонхун осторожно проводит пальцем по бархатному лепестку, слегка задевая конец ногтем. Он задумывается о разных вещах. Голова наполняется каким-то воображаемым грузом. Он таращится на цветок, чувствует его лепестки на ощупь, слышит, как ветер гуляет между деревьями. На лицо падает лунный свет, который, казалось бы, словно дарует ему эту секунду спокойствия с наружи. Но какой же смерч сейчас у него внутри.       Внезапно голос Джейка выводит его из всех реальностей, заставив вернуться обратно, сюда, на Землю. — Так значит, ты считаешь, что блокнот поможет узнать, какую последнюю миссию должен был выполнить твой дедушка? — не расторопно произносит Джейк, словно продумывал каждое своё слово по полминуты. — Да, предполагаю, — отвечает Сонхун, чувствуя, как его спину прожигают взглядом. — Я бы спросил его сам, но, к сожалению, он разбился при посадке на Сатурн. — Тебе так важно знать про эту миссию? — снова задаёт вопрос Джейк, откидываясь на спинку стула, глядя прямо в тёмный затылок. — Что если это всё чья-то шутка?       Кулак Сонхуна сжимается до предела, а глаза начинают неистово болеть от сухости. Он вспоминает каким был дедушка, каким была его жизнь с ним. Он резко разворачивается к парню, подходит к столу и с сильным ударом ставит обе руки на стол прям возле Джейка, который поднимает на него многозначительный взгляд. Глаза Сонхуна полны решимости, а глаза Джейка интереса и желания разжечь огонь. — Шутка? Эти блокноты делали на заказ, таких существует всего пять штук. Один такой блокнот был у моего дедушки, я его видел. Мой дедушка был космонавтом и делал большие вклады в науку. Он был прекрасным человеком, который изучал космос более тридцати лет. Эта секретная миссия может быть большим научным открытием, — в порыве эмоции говорит Сонхун, не отрывая взгляд от глаз напротив, что немного прикрыты карамельной челкой, — нужно лишь довести начатое дело дедушки до конца. Всё должно иметь смысл, даже эти загадки с ребусами. — И как же ты себе это представляешь? — спрашивает его тот, усмехаясь, из-за чего у Сонхуна внутри всё переворачивается от того, как этот парень выводит его лишь своими вопросами. — Я не знаю, поэтому мне нужен блокнот, чтобы понять, что он из себя вообще представляет, что он в себе таит, — Пак прикрывает глаза, остывая. Этот порыв эмоций был схож с ураганом. — Сону сказал, что у тебя на Земле остались ещё какие-то дела. Узнать тайную миссию экипажа и есть твоё дело? — Джейк достает из-под стола черный блокнот с золотыми вставками. «Когда он успел его взять?» — спрашивает сам себя Сонхун, таращась в тёмную материю таинственной вещи. — На данный момент да, — отвечает тот. — На данный момент? То есть твоя цель может поменяться? — Джейк вертит в руках вещицу, словно пытаясь раздразнить Сонхуна. — Разные бывают случаи, Джейк, — парень успокаивается и уже не обращает внимание на раздражительные жесты парня напротив. Сонхун устало вздыхает и садится обратно на свой стул, откидывая голову назад, выгибая шею и кадык вперёд. — Тогда, думаю, — Шим меняет тон на более тихий и спокойный, из-за чего Сонхун чувствует себя намного комфортнее, — раз уж, тебе так дорог дедушка и то, над чем он работал, то пожалуй, этот блокнот будет тебе очень полезным.       Шим кладёт вещь на стол и тремя пальцами толкает его в сторону Сонхуна. Тот хватает блокнот и удивленно смотрит на парня, который с некой грустью глядит в распахнутое окно. — Ты отдаёшь его мне? — несмело спрашивает Пак. — Да, можешь делать с ним всё, что захочешь! — отвечает ему тот, вставая со стула и подходя к окну.       Пак пару минут сидит в размышлениях правильно ли он поступит, если заберет блокнот у Джейка. «При нашей первой встрече он категорически был против. Даже из рук выхватил, а сейчас так спокойно отдаёт. Неужели после того, как он узнал, что блокнот может помочь мне узнать о важных для меня вещах, он решил, что будет лучше отдать мне его, совершенно не принимая во внимание своё любопытство?» — Пойми, я не знаю, что это за блокнот и зачем мне его отдали, но, — Джейк делает глубокий вдох и смотрит на Сонхуна, — кажется ты видишь в нём больше смысла чем я, поэтому я доверяю его тебе, Сонхун. Живым всё самое лучшее.       Сонхуну становится немного грустно от последней фразы. У него складывается ощущение, что Джейк уже смирился со всем. Он вспоминает те горящие искры в глазах парня, когда они смогли увидеть перевернутую надпись в блокноте. В тот момент, Сонхуну показалось, что Джейк на самом деле совершенно другой человек: открытый, улыбчивый, харизматичный и веселый. Этот огонь в его глазах, дал Сонхуну понять, что вся чужая раздражительность, агрессия и недоверие это лишь маска, оболочка, под которой прячется парень. — Джейк, давай вместе узнаем над чем работал мой дедушка и экипаж Титан? — предлагает Сонхун парню, который ухмыляется одной стороной губ, будто вспоминая что-то, — Ты мне поможешь? — Раскрыть тайну последней миссии? Ты же понимаешь, что это можно быть опасно лезть в неизведанное ? Может именно поэтому эта миссия была секретной? Там явно не всё чисто, как хотелось бы, эти ребусы и загадки не просто так, с таким нужно быть осторожнее. — Джейк хмурит брови. — Да, я понимаю и осознаю, что это может навлечь на нас беду, но если блокнот отдали тебе значит они на что-то рассчитывали, не так ли? Тебя наверняка выбрали не случайно. Джейк молчал, погрузившись в раздумьях. — Ты слышал что-нибудь о мысленном эксперименте "Кот Шредингера"? — спрашивает он, на что Сонхун медленно качает головой из стороны в сторону в знак отрицания. — Согласно квантовой механике, мельчайшие частицы могут находиться сразу во многих местах одновременно. Такое их свойство называется суперпозицией. — Суперпозицией? — Постулируется оно так: «Любая система, пока за ней не наблюдают, находится в состоянии суперпозиции. То есть в двух, а может быть и более, положениях, взаимоисключающих друг друга».  В непрозрачном металлическом сейфе заперта кошка и специальная машина. Машина содержит небольшое количество радиоактивного вещества, столь малое, что за час может с равной вероятностью распасться либо не распасться только один атом. Если распад атома произойдёт, то счётчик Гейгера приведёт в действие молоток, который разобьёт ампулу с синильной кислотой, и кошка погибнет. Если же распада не произойдёт, то кот продолжит тихонько сидеть в коробке. С точки зрения квантовой механики кот одновременно находится сразу в двух состояниях — и жив, и мёртв одновременно. — И как этот эксперимент относится к нашему разговору? — непонимающе сужает глаза Сонхун, разводя чуть в стороны руками. Джейк подходит к нему ближе и наклоняется. — Ты не узнаешь жив кот или мертв, пока не откроешь сейф. Простыми словами, пока не попробуешь, не узнаешь. — Ты имеешь в виду, что эта миссия может удастся и мы откроем нечто удивительное! — Или же миссия провалится, и мы все можем пострадать. — Так давай же вместе узнаем жив кот в сейфе или мертв? — Сонхун протягивает руку Джейку. — Знаешь, тебе повезло не только с тем, что я физик, но и с тем, что совсем скоро я умру, поэтому убить время таким способом отнюдь не самый плохой вариант, — Джейк крепко сжимает руку Сонхуна, с легкой улыбкой смотря в глаза.       Пак берёт в руки блокнот и, тяжело вздохнув, проходится рукой по переплёту и пальцами чувствует какие-то очень мелкие выпуклости. Его глаза слегка распахиваются в недоумении. Он кладёт блокнот на стол и уходит в другую комнату. Джейк молча наблюдает за всеми его действиями. Сонхун возвращается с белой краской. Расстелив фольгу и размазав по ней слой белил, он берёт со стола блокнот и уже собирается окунуть вещь в краску, как его руку хватает Джейк. — Что ты делаешь? — спрашивает его парень, крепко сжимая кисть. Сонхун смотрит ему в глаза. — Хочу покрасить выпуклости на переплёте и посмотреть, что из этого получится, — объясняет ему тот. — Я ничего не чувствую, лишь какую-то шероховатость, — отвечает Джейк, здоровой рукой проходясь по переплёту блокнота. — Походу у тебя очень чувствительные подушечки пальцев. Мои огрубели сильно, чтобы уловить такую мелкую фактуру. Что ж, давай попробуем аккуратно окунуть его в краску.       Они осторожно прикладывают переплёт к фольге и буквально через секунду убирают. Точки, казалось, расставленные хаотично, без какой-либо логики, проступили в местах выпуклостей. — Думаю, он просто пузырится от влажности, — предполагает Джейк и садится обратно на стул. — Смотреть под другим углом… — тихо бубнит себе под нос Пак, слово он не слышит и не видит никого в этой комнате, кроме своих мыслей. Сонхун крутит блокнот в руках, пытаясь найти нужный ракурс, и когда он наклоняет верхним углом переплета вниз, смотря на точки с нижнего угла, тогда замечает, как они выстраиваются в буквы. — Это инициалы… P.M. — тихо шепчет Сонхун, пребывая в немом шоке от увиденного. Точки составили две латинские буквы «P.M.». — Что? — Джейк в моменте оказывается рядом и смотрит на блокнот под таким же ракурсом, что и Сонхун. — Восхитительно, — Шим стоит почти вплотную к Паку, так, что их плечи оказываются плотно прижаты друг к другу. Он поворачивает голову в сторону Сонхуна, который продолжает заинтересованно рассматривать инициалы. — Ты очень сообразительный. — Есть такое, — отвечает тот, поворачивая голову к собеседнику. Их лица находятся в десяти сантиметров друг от друга. Пак снова чувствует на себе это жгучее дыхание, прямо как в тот раз в планетарии. Его взгляд начинает бегать по углам. — Но чьи же это инициалы? — спокойно спрашивает Шим, отстраняясь и возвращаясь на стул. — Пак Минджуна — моего дедушки, — проговаривает Сонхун, смотря на Джейка с широко распахнутыми глазами. — Это его блокнот. — Может твой дедушка отдал мне его? Из того вечера я помню только пожилого мужчину в шляпе, — предполагает Джейк, у которого засияли глаза, от того, что они стали чуть ближе к разгадке. — Возможно, — Сонхун задумался, повернувшись спиной к окну.       Джейк улыбается, глядя в окно, Сонхун замечает это, разворачивается и понимает, что солнце уже начинает вставать из-за горизонта и освещать светом город. Его лицо ловит лучи яркого светила, глаза бестактно щурятся от такого света. Сонхун, словно лёд, тает на глазах Джейка. Его тень становится всё длиннее и за ней уже прячется Шим, который не может оторвать взгляда от фигуры, что стоит возле окна, освещенная яркими лучами и просто наслаждается рассветом. — Белые фиалки, — начинает с усмешкой Джейк, привлекая к себе внимание. Сонхун разворачивается к нему с вопросительным лицом, прося объяснить, — за окном на карнизе растут белые фиалки. Они означают «искренность», «Давай рискнем!», «Давай попробуем быть счастливыми!». — Откуда ты это знаешь? — спрашивает Пак, улыбаясь так, что его клыки касаются нижней сухой губы. — Да так, читал одну книгу, — отмахивается тот.

***

      Сонхун просыпается на диване в гостиной. Он помнит, как после разговора с Джейком они разошлись по комнатам. Пак заходит в комнату Сону и видит на кровати двоих спящих людей, один из которых лежит на спине, а другой лежа на правом боку, спиной прислонился к рёбрам того. Зайдя в спальню, где до этого лежал Джейк, он видит сладко спящего Хисына, который распластался по всей кровати. Пак укрывает его одеялом и прикрывает дверь. Обойдя всю квартиру, он не находит Джейка. Блокнот лежит на столе на кухне. «Где он? Он же не ушел?» — размышляет Пак, заглядывая на балкон.